Премии больше не дают за «красивую форму», а дают за способ мыслить
Фаршид Муссави получила Soane Medal 2026 — награду за вклад не только в практику, но и в понимание роли архитектуры в обществе.
И это повод поговорить о траектории, а не о регалиях.
Муссави держит вместе три вещи, которые у большинства бюро живут порознь: построенные объекты, преподавание и теорию. В ее практике — жилье, музеи, общественные и коммерческие пространства. В исследованиях — повседневность, социальные отношения, этика.
Ключевой урок для нас, архитекторов: интеллектуальная позиция — не бонус к портфолио и не строчка в «О бюро». Это самостоятельный продукт. То, что бюро продаёт раньше, чем форму.
На зрелом рынке конкурируют уже не формы и не визуальные языки. Конкурируют способы видеть проблему. Два бюро нарисуют похожий фасад — выиграет то, у которого есть последовательная идея о городе и человеке в нём.
Поэтому самый ценный вопрос для бюро сегодня звучит так:
Какую идею о городе последовательно доказывают наши проекты?
Если ответ есть — он становится главным аргументом в разговоре с клиентом, городом и жюри. Если нет — самое время его сформулировать.
———
Фаршид Муссави получила Soane Medal 2026 — награду за вклад не только в практику, но и в понимание роли архитектуры в обществе.
И это повод поговорить о траектории, а не о регалиях.
Муссави держит вместе три вещи, которые у большинства бюро живут порознь: построенные объекты, преподавание и теорию. В ее практике — жилье, музеи, общественные и коммерческие пространства. В исследованиях — повседневность, социальные отношения, этика.
Ключевой урок для нас, архитекторов: интеллектуальная позиция — не бонус к портфолио и не строчка в «О бюро». Это самостоятельный продукт. То, что бюро продаёт раньше, чем форму.
На зрелом рынке конкурируют уже не формы и не визуальные языки. Конкурируют способы видеть проблему. Два бюро нарисуют похожий фасад — выиграет то, у которого есть последовательная идея о городе и человеке в нём.
Поэтому самый ценный вопрос для бюро сегодня звучит так:
Какую идею о городе последовательно доказывают наши проекты?
Если ответ есть — он становится главным аргументом в разговоре с клиентом, городом и жюри. Если нет — самое время его сформулировать.
———
Photography: Manu Valcarce❤5❤🔥2🔥2👍1
С 4 августа 2026 года Водный кодекс запрещает капитальное строительство в установленных зонах затопления и подтопления. Исключение — сооружения инженерной защиты.
Масштаб проблемы: по оценке Минстроя, ограничения затрагивают 74 млн м², из которых 65 млн м² связаны со строящимся жильём. В России около 10 тысяч таких зон.
9 октября Клуб инвесторов Москвы сообщил: предложения по смягчению запрета планируют подготовить до конца года.
Что это меняет в работе архитектора?
Анализ водных рисков и правового статуса участка должен предшествовать концепции. Важно заранее проверить границы зон, разрешительную документацию и возможности инженерной защиты.
Для проектов, начатых до 4 августа, действуют отдельные разъяснения Минстроя.
А вы уже сталкивались с такими ограничениями в проектах?
Масштаб проблемы: по оценке Минстроя, ограничения затрагивают 74 млн м², из которых 65 млн м² связаны со строящимся жильём. В России около 10 тысяч таких зон.
9 октября Клуб инвесторов Москвы сообщил: предложения по смягчению запрета планируют подготовить до конца года.
Что это меняет в работе архитектора?
Анализ водных рисков и правового статуса участка должен предшествовать концепции. Важно заранее проверить границы зон, разрешительную документацию и возможности инженерной защиты.
Для проектов, начатых до 4 августа, действуют отдельные разъяснения Минстроя.
А вы уже сталкивались с такими ограничениями в проектах?
❤6🤷♂2🤝2
Международный союз архитекторов (UIA) обозначил одну из ключевых тем профессиональной повестки 2027 года — Urban Regeneration («Городская регенерация»). Именно ей будет посвящён международный архитектурный форум в Мумбаи.
В центре внимания — новая жизнь существующих зданий, обновление городских районов, адаптация пространств к современным потребностями сохранение архитектурного наследия.
Это отражает глобальный сдвиг в профессии: вместо бесконечного расширения городов архитекторы всё чаще ищут потенциал в том, что уже построено. Реконструкция, адаптивное использование и устойчивое развитие становятся не просто трендами, а важными инструментами проектирования.
Вывод: возможно,главный вопрос архитектуры будущего — не «что построить?», а «что мы можем сохранить и переосмыслить?»
В центре внимания — новая жизнь существующих зданий, обновление городских районов, адаптация пространств к современным потребностями сохранение архитектурного наследия.
Это отражает глобальный сдвиг в профессии: вместо бесконечного расширения городов архитекторы всё чаще ищут потенциал в том, что уже построено. Реконструкция, адаптивное использование и устойчивое развитие становятся не просто трендами, а важными инструментами проектирования.
Вывод: возможно,главный вопрос архитектуры будущего — не «что построить?», а «что мы можем сохранить и переосмыслить?»
❤🔥4🔥4🤩2💔1
Архитектура Москвы — в фокусе вашего объектива 📸
Для архитекторов, которые любят не только проектировать здания, но и любоваться ими, замечать детали и ловить интересные ракурсы, — отличный повод взять в руки камеру!
Стартует фотоконкурс «Москва. Архитектура времени», посвящённый 19 новым и реконструированным объектам столицы: от кампуса Бауманки до стадиона «Торпедо».
Задача — не просто запечатлеть здание, а через свет, геометрию и композицию раскрыть его характер и диалог с городом.
📅 14 октября — 15 ноября — приём работ.
🏆 Главный приз — 1 млн рублей.
Подробности и условия — moskvavkadre.ru.
А какое московское здание вы давно хотели поймать в объектив?
Для архитекторов, которые любят не только проектировать здания, но и любоваться ими, замечать детали и ловить интересные ракурсы, — отличный повод взять в руки камеру!
Стартует фотоконкурс «Москва. Архитектура времени», посвящённый 19 новым и реконструированным объектам столицы: от кампуса Бауманки до стадиона «Торпедо».
Задача — не просто запечатлеть здание, а через свет, геометрию и композицию раскрыть его характер и диалог с городом.
📅 14 октября — 15 ноября — приём работ.
🏆 Главный приз — 1 млн рублей.
Подробности и условия — moskvavkadre.ru.
А какое московское здание вы давно хотели поймать в объектив?
👍4❤🔥2❤1🔥1
Почему здесь шестиугольник, там — длинная горизонтальная лента, а рядом стекло занимает почти всю стену?
Форма окна связана с конструкцией здания, устройством помещений и замыслом архитектора. Пять московских примеров, которые стоит рассмотреть внимательнее.
1. Особняк Рябушинского
Архитектор Фёдор Шехтель
Здесь интересно смотреть на оконные переплёты: их изгибы продолжают пластический язык модерна. Даже привычная граница между комнатой и улицей становится частью художественной композиции.
2. Дом Мельникова
Архитектор Константин Мельников
Шестиугольные окна превращают округлые стены в узнаваемую сетку. Но посмотрите и на большое окно мастерской: в одном доме соседствуют два совершенно разных способа впустить свет — множество небольших проёмов и одна огромная стеклянная поверхность.
3. Дом Наркомфина
Архитекторы Моисей Гинзбург и Игнатий Милинис
Окна объединяются в горизонтальные ленты. Каркасная конструкция позволяет освободить наружные стены от несущей функции, а остекление подчёркивает протяжённость корпуса. За лаконичным фасадом стоит вполне конкретное инженерное решение.
4. Здание Центросоюза
Ле Корбюзье и Пьер Жаннере, при участии Николая Колли
Здесь ленточные окна соседствуют с большими плоскостями остекления и глухими стенами, облицованными туфом. Этот контраст помогает прочитать здание: увидеть отдельные объёмы и различия между ними.
5. ГЭС-2
Историческое здание электростанции; преобразование — Renzo Piano Building Workshop
Большие окна и свет через крышу были частью первоначальной промышленной архитектуры. При преобразовании станции заложенные проёмы раскрыли. Возвращение света стало частью возвращения самого пространства — теперь уже для новой жизни здания.
В следующий раз попробуйте рассмотреть здание только по его окнам: их форме, ритму, глубине и переплётам. Какие решения вы бы захотели разобрать на чертеже?
Форма окна связана с конструкцией здания, устройством помещений и замыслом архитектора. Пять московских примеров, которые стоит рассмотреть внимательнее.
1. Особняк Рябушинского
Архитектор Фёдор Шехтель
Здесь интересно смотреть на оконные переплёты: их изгибы продолжают пластический язык модерна. Даже привычная граница между комнатой и улицей становится частью художественной композиции.
2. Дом Мельникова
Архитектор Константин Мельников
Шестиугольные окна превращают округлые стены в узнаваемую сетку. Но посмотрите и на большое окно мастерской: в одном доме соседствуют два совершенно разных способа впустить свет — множество небольших проёмов и одна огромная стеклянная поверхность.
3. Дом Наркомфина
Архитекторы Моисей Гинзбург и Игнатий Милинис
Окна объединяются в горизонтальные ленты. Каркасная конструкция позволяет освободить наружные стены от несущей функции, а остекление подчёркивает протяжённость корпуса. За лаконичным фасадом стоит вполне конкретное инженерное решение.
4. Здание Центросоюза
Ле Корбюзье и Пьер Жаннере, при участии Николая Колли
Здесь ленточные окна соседствуют с большими плоскостями остекления и глухими стенами, облицованными туфом. Этот контраст помогает прочитать здание: увидеть отдельные объёмы и различия между ними.
5. ГЭС-2
Историческое здание электростанции; преобразование — Renzo Piano Building Workshop
Большие окна и свет через крышу были частью первоначальной промышленной архитектуры. При преобразовании станции заложенные проёмы раскрыли. Возвращение света стало частью возвращения самого пространства — теперь уже для новой жизни здания.
В следующий раз попробуйте рассмотреть здание только по его окнам: их форме, ритму, глубине и переплётам. Какие решения вы бы захотели разобрать на чертеже?
❤4❤🔥2🔥2🤩1
Легенду ар-деко ждёт масштабная реконструкция!
Один из самых узнаваемых небоскрёбов Нью-Йорка — ChryslerBuilding — готовится к большому обновлению.
Девелопер Tishman Speyer представил планы реставрации фасада и переосмысления не менее 75% внутренних пространств здания.
Построенный в 1930 году, Chrysler Building стал символом эпохи ар-деко и архитектурной амбициозности Нью-Йорка. Теперь перед проектировщиками стоит непростая задача: адаптировать исторический небоскрёб к современным требованиям, сохранив его ха
рактер.
Главный вопрос: как далеко может зайти модернизация, прежде чем архитектурный памятник потеряет свою
идентичность?
Фото: Axel Tschentscher
Один из самых узнаваемых небоскрёбов Нью-Йорка — ChryslerBuilding — готовится к большому обновлению.
Девелопер Tishman Speyer представил планы реставрации фасада и переосмысления не менее 75% внутренних пространств здания.
Построенный в 1930 году, Chrysler Building стал символом эпохи ар-деко и архитектурной амбициозности Нью-Йорка. Теперь перед проектировщиками стоит непростая задача: адаптировать исторический небоскрёб к современным требованиям, сохранив его ха
рактер.
Главный вопрос: как далеко может зайти модернизация, прежде чем архитектурный памятник потеряет свою
идентичность?
Фото: Axel Tschentscher
🔥5❤2❤🔥1👍1
Не «что построить?», а «что сохранить?». Новый кампус MIT.
MIT официально открыл обновленный Metropolitan Storage Warehouse — исторический склад, превращенный Diller Scofidio + Renfro в новый дом Школы архитектуры и планирования.
Это почти манифест.
Одна из главных архитектурных школ мира могла заказать эффектное новое здание. Вместо этого университет инвестировал в трансформацию существующей массивной кирпичной структуры, наполнив ее светом, учебными пространствами, исследованиями и публичной жизнью.
Для студентов это особенно сильный образовательный жест: сама школа становится учебным пособием по adaptive reuse.
Архитектуру будущего преподают внутри архитектуры прошлого.
И, возможно, это один из главных профессиональных навыков следующего десятилетия: не начинать проект с вопроса «что построить?», а сначала спросить — «что здесь уже можно сохранить?»
MIT официально открыл обновленный Metropolitan Storage Warehouse — исторический склад, превращенный Diller Scofidio + Renfro в новый дом Школы архитектуры и планирования.
Это почти манифест.
Одна из главных архитектурных школ мира могла заказать эффектное новое здание. Вместо этого университет инвестировал в трансформацию существующей массивной кирпичной структуры, наполнив ее светом, учебными пространствами, исследованиями и публичной жизнью.
Для студентов это особенно сильный образовательный жест: сама школа становится учебным пособием по adaptive reuse.
Архитектуру будущего преподают внутри архитектуры прошлого.
И, возможно, это один из главных профессиональных навыков следующего десятилетия: не начинать проект с вопроса «что построить?», а сначала спросить — «что здесь уже можно сохранить?»
❤5❤🔥3🔥3🤩1
Исчезающая Япония: почему архитектура XX века оказалась под угрозой?
Япония известна бережным отношением к традициям, но её послевоенная архитектура исчезает с удивительной скоростью.
В книге Vanishing Japan: Modern Architecture, Gone But Not Forgotten архитектурный критик Наоми Поллок исследует утраченные здания японского модернизма — наследие эпохи стремительного экономического роста и смелых экспериментов с формой.
Парадокс в том, что сооружения, когда-то символизировавшие будущее, сегодня уступают место новой застройке.
Книга заставляет задуматься о том, что превращает архитектуру в культурное наследие и почему так важно вовремя осознать её ценность. Ведь с каждым утраченным зданием город теряет не просто часть своей застройки, а целый пласт истории — смелые архитектурные идеи, инженерные открытия и свидетельства эпохи, которые уже невозможно воссоздать.
А какие здания современной архитектуры мы рискуем недооценить сегодня?
Япония известна бережным отношением к традициям, но её послевоенная архитектура исчезает с удивительной скоростью.
В книге Vanishing Japan: Modern Architecture, Gone But Not Forgotten архитектурный критик Наоми Поллок исследует утраченные здания японского модернизма — наследие эпохи стремительного экономического роста и смелых экспериментов с формой.
Парадокс в том, что сооружения, когда-то символизировавшие будущее, сегодня уступают место новой застройке.
Книга заставляет задуматься о том, что превращает архитектуру в культурное наследие и почему так важно вовремя осознать её ценность. Ведь с каждым утраченным зданием город теряет не просто часть своей застройки, а целый пласт истории — смелые архитектурные идеи, инженерные открытия и свидетельства эпохи, которые уже невозможно воссоздать.
А какие здания современной архитектуры мы рискуем недооценить сегодня?
❤3🔥3❤🔥1