VR и AR давно вышли за пределы эффектных презентаций. Сейчас это удобные инструменты в повседневной практике.
VR помогает показать проект так, как он будет восприниматься на месте: с высотой потолков, расстоянием между элементами, светом. Клиенту становится легче понимать пространство — и быстрее принимать решения. Это экономит не только нервы, но и количество правок.
AR — полезен уже на стройке. Например, можно наложить проект на реальный участок через планшет и сразу увидеть, где проходят коммуникации или как фасад «встанет» в окружение. Это снижает количество ошибок до начала работ.
Оба подхода полезны в проектах, где важно точное взаимодействие с пространством. Тогда коммуникация с заказчиком становится проще, а результат — предсказуемее.
VR помогает показать проект так, как он будет восприниматься на месте: с высотой потолков, расстоянием между элементами, светом. Клиенту становится легче понимать пространство — и быстрее принимать решения. Это экономит не только нервы, но и количество правок.
AR — полезен уже на стройке. Например, можно наложить проект на реальный участок через планшет и сразу увидеть, где проходят коммуникации или как фасад «встанет» в окружение. Это снижает количество ошибок до начала работ.
Оба подхода полезны в проектах, где важно точное взаимодействие с пространством. Тогда коммуникация с заказчиком становится проще, а результат — предсказуемее.
❤🔥4👍4🤔4❤2
Скамейки с перегородками, шипы на подоконниках и другие сомнительные решения, маскирующие социальные проблемы.
👁 Враждебная архитектура (hostile architecture) — это урбанистический прием, целью которого чаще всего является ограничение поведения людей. Например, шипы, перегородки и выгнутые сиденья не позволяют спать, облокачиваться, кататься на скейтах или просто долго сидеть в одном месте.
Отношение к ней противоречивое. Одни уверяют, что такой дизайн — необходимая мера, помогает предотвратить антиобщественное поведение, хулиганство, пьянство, бродяжничество. Другие считают такие решения антигуманными – социальную проблему не решают, а маскируют, вытесняя людей.
❤️ Что думаете, нужны ли городу такие решения и насколько они оправданы? Сталкивались с подобными примерами?
Отношение к ней противоречивое. Одни уверяют, что такой дизайн — необходимая мера, помогает предотвратить антиобщественное поведение, хулиганство, пьянство, бродяжничество. Другие считают такие решения антигуманными – социальную проблему не решают, а маскируют, вытесняя людей.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍4🤔4🌚2🤨2❤1
Если сторонники «враждебной» архитектуры действуют тихо и незаметно внедряют ее в нашу среду, то противники умеют громко заявить о себе.
Один из самых нашумевших проектов — Archisuits, костюмы, сделанные, чтобы вписываться в неудобные формы скамеек и заборов. Через спорный, немного комичный и не носибельный дизайн Саре Росс удалось привлечь к «вытесняющей» архитектуре внимание мировой общественности.
На чьей стороне вы? 🤔
Один из самых нашумевших проектов — Archisuits, костюмы, сделанные, чтобы вписываться в неудобные формы скамеек и заборов. Через спорный, немного комичный и не носибельный дизайн Саре Росс удалось привлечь к «вытесняющей» архитектуре внимание мировой общественности.
На чьей стороне вы? 🤔
❤6🔥5👍3
Можно построить красивый офис. Но это ещё не значит, что туда кто-то захочет приходить.
Для Совкомбанка мы создавали не просто интерьер, а архитектуру, которая решает задачу. Возвращает команду в офлайн не из-под палки, а за счёт качества среды.
Пространство стало точкой сборки культуры, HR-инструментом, элементом бренда. Мы проектировали, как маркетологи: от сценариев, от маршрутов, от повседневной логики людей. Каждый метр работает. Свет, звук, воздух, зелень, плотность посадки – всё имеет значение. Офис стал не бонусом, а частью системы.
Проект был отмечен премией Best Office Awards 2023 в номинации «Комфорт и эргономика», вошёл в рейтинг «Топ‑50 штаб‑квартир России» по версии Forbes & Pridex и получил платиновый сертификат EcoSmartOffice.
Но важнее другое: мы видим, как архитектура может работать на бизнес. Не как декорация, а как инструмент.
Сегодня подробнее раскажем об этом проекте.
Для Совкомбанка мы создавали не просто интерьер, а архитектуру, которая решает задачу. Возвращает команду в офлайн не из-под палки, а за счёт качества среды.
Пространство стало точкой сборки культуры, HR-инструментом, элементом бренда. Мы проектировали, как маркетологи: от сценариев, от маршрутов, от повседневной логики людей. Каждый метр работает. Свет, звук, воздух, зелень, плотность посадки – всё имеет значение. Офис стал не бонусом, а частью системы.
Проект был отмечен премией Best Office Awards 2023 в номинации «Комфорт и эргономика», вошёл в рейтинг «Топ‑50 штаб‑квартир России» по версии Forbes & Pridex и получил платиновый сертификат EcoSmartOffice.
Но важнее другое: мы видим, как архитектура может работать на бизнес. Не как декорация, а как инструмент.
Сегодня подробнее раскажем об этом проекте.
❤8🔥5👀5
Эгодизайн – дизайн, продиктованный не задачей пользователя, а амбициями, самовыражением или статусом автора.
Зачастую этот ярлык приписывают «звездным» архитекторам, хотя новички от этого страдают гораздо чаще. Архитектура — это не шоу, где цель — эпатировать. Настоящий «хороший дизайн» рождается не из амбиций одного, а из фиксированного диалога между участниками – клиентом, инженером, пользователем и архитектором.
Это не всегда плохо. У архитектуры может быть характер. Но когда «характер» начинает мешать работе пространства — мы получаем дизайн, в котором красиво всем, кроме тех, кто там живёт и работает.
Один из тех архитекторов, которого регулярно обвиняют в дизайнерском самолюбии, – Френк Гери. Вокруг его проектов часто витает критика решений и осуждение недостотков.
❤️ Так, например, Массачусетский институт технологии подал в суд на архитектора из-за того, что стены открытого амфитеатра, одного из самых заметных элементов постройки, стали трескаться из-за ошибок в системе дренажа.
❤️ Другой пример – концертный зал имени Уолта Диснея в Лос-Анджелесе: изогнутые объемы из нержавеющей стали настолько хорошо отражали лучи солнца, что жители соседних зданий не справлялись с жарой даже при помощи кондиционеров, а на ближайшей парковке плавился асфальт.
Однажды Гери задали вопрос: «Что бы он ответил критикам, которые считают его здания вычурными?». Архитектор улыбнулся и поднял средний палец🙂
Архитектура — это публичная профессия.
Ваши проекты будут обсуждать, перепридумывать, переделывать. Это неотъемлемая часть процесса. Главное — не защищать эго, а защищать идею. И если критика помогает сделать проект лучше — значит, она сработала.
Зачастую этот ярлык приписывают «звездным» архитекторам, хотя новички от этого страдают гораздо чаще. Архитектура — это не шоу, где цель — эпатировать. Настоящий «хороший дизайн» рождается не из амбиций одного, а из фиксированного диалога между участниками – клиентом, инженером, пользователем и архитектором.
Это не всегда плохо. У архитектуры может быть характер. Но когда «характер» начинает мешать работе пространства — мы получаем дизайн, в котором красиво всем, кроме тех, кто там живёт и работает.
Один из тех архитекторов, которого регулярно обвиняют в дизайнерском самолюбии, – Френк Гери. Вокруг его проектов часто витает критика решений и осуждение недостотков.
Однажды Гери задали вопрос: «Что бы он ответил критикам, которые считают его здания вычурными?». Архитектор улыбнулся и поднял средний палец
Архитектура — это публичная профессия.
Ваши проекты будут обсуждать, перепридумывать, переделывать. Это неотъемлемая часть процесса. Главное — не защищать эго, а защищать идею. И если критика помогает сделать проект лучше — значит, она сработала.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤5👍3💯2