31 октября 1961 года по решению XXII съезда ЦК КПСС тело Сталина вынесли из Мавзолея. Под предлогом подготовки к параду, приуроченному к очередной годовщине Октябрьской революции, с 6 часов вечера была оцеплена Красная площадь, а вход в Мавзолей и вырытая могила — огорожены фанерными щитами. В 21:00 похоронная команда, состоявшая из благонадежных офицеров, предала тело земле. На могилу положили плиту белого мрамора с надписью: «Сталин Иосиф Виссарионович 1879-1953», и только в 1970 году был установлен памятник работы скульптора Н. Томского.

Последний раз вожди поднялись на мавзолей с именем Сталина во время первомайского парада 1961-го.

Любопытная статья Михаила Николаева «Сделана отметка на стакане»: к истории распития на троих в послевоенном СССР вышла в недавнем номере «Неприкосновенного запаса». В ней рассматриваются по большей части известные сюжеты, но они удобно собраны в одном тексте, позволяя проследить, как обычная практика употребления алкоголя превратилась в один из самых узнаваемых символов советской повседневности.

Существует довольно распространенная версия, согласно которой обычай соображать на троих появился благодаря Никите Хрущеву, точнее, постановлению ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 15 декабря 1958 года. Тогда власти ограничили продажу крепкого алкоголя в заведениях общественного питания, а ресторанные цены на водку выросли. В результате желающие выпить переместились из привычных заведений в подъезды и дворы, где покупка целой бутылки для одного человека была экономически невыгодной. Гораздо удобнее оказалось найти двух собутыльников и сложиться по рублю.

Однако Николаев показывает, что традиция появилась значительно раньше. Уже в стихотворении Николая Глазкова 1946 года упоминается человек, который собирается выпить поллитра на троих. Еще один любопытный пример обнаруживается в повести Владимира Тендрякова «Охота», действие которой происходит в 1948 году. Там незнакомец предлагает писателю Александру Фадееву присоединиться к компании с вопросом «Башашкиным будешь?». Для современного читателя шутка требует объяснения: футболист Анатолий Башашкин играл под третьим номером, поэтому его фамилия превращалась в своеобразный пароль для поиска третьего участника выпивки. Правда, поскольку повесть была написана значительно позднее описываемых событий, этот пример требует определенной осторожности.

Получается, что антиалкогольная кампания 1958 года скорее способствовала распространению уже существовавшего обычая, чем породила его. Тем более что сама экономика распития была довольно рациональной. После денежной реформы поллитровая бутылка водки стоила 2 рубля 87 копеек, а значит, трое участников, скинувшись по рублю, получали примерно по 167 миллилитров. К тому же бутылки меньшего объема регулярно оказывались в дефиците.

История маленькой тары вообще заслуживает отдельного внимания. В первом номере «Крокодила» за 1966 год появился большой фельетон о программисте Сидорове, который хотел купить немного водки, но, объехав пол-Москвы в поисках четвертинки, оказался вынужден искать собутыльников. Журналисты выяснили, что Министерство торговли давно требовало увеличить выпуск маленьких бутылок, однако производство зависело от других ведомств. Стекольные заводы не справлялись с заказами, часть продукции уходила в брак, а согласование между министерствами затягивалось. В результате недостаток подходящей упаковки становился фактором формирования своеобразной социальной практики.

Были и другие технические сложности. Например, требовалось найти стакан, желательно достаточно вместительный, чтобы можно было разделить бутылку поровну. Поэтому стаканы нередко исчезали из автоматов с газированной водой. В выпуске киножурнала «Фитиль» 1967 года даже утверждалось, что за предыдущий летний сезон в Москве похитили миллион стаканов. Понятно, что к статистике из сатирического киножурнала надо относиться осторожно, но сама проблема явно была достаточно узнаваемой.

А в рассказе Эдуарда Кочергина описывается целая технология справедливого распределения водки «по булям». Опытные участники определяли объем жидкости по характерным булькающим звукам, возникавшим при переворачивании бутылки. Считалось, что в поллитровке содержится 21 такой «буль», поэтому каждому участнику полагалось ровно семь. Получается своеобразная народная метрология, возникшая из необходимости поделить ограниченный ресурс без специальной мерной посуды.

Свое место эта практика заняла и в авторской песне. Владимир Высоцкий неоднократно обращался к сюжету поиска третьего, а Александр Галич еще в 1966 году написал «Вальс Его Величества, или Размышления о том, как пить на троих». К началу 1970-х годов выражение превратилось в устойчивый культурный мем.

Насколько всё же мощная политическая инерция у профсоюза «Солидарность».

В посткоммунистической Польше, начиная с Леха Валенса, сменилось шесть президентов, двое из них – это непосредственно лидеры «Солидарности»: собственно сам Валенса и Лех Качиньский. Действующий президент – Король Навроцкий по возрасту принять участие в антикоммунистической деятельности «Солидарности» не мог, зато его отец был активистом профсоюза, токарем на той же верфи, где работал Лех Валенса.

Глав правительств с опытом активизма в «Солидарности» 9 из 23-х за весь посткоммунистический период.

Представьте, что 40% высших должностных лиц постсоветской России – это активисты какой-нибудь Московской Хельсинкской группы. У поляков примерно так и есть.