«Россотрудничество — это ФСБшная организация под прикрытием культуры».

Марат Гельман в студии DW Новости прокомментировал новости о закрытии Русского дома в Берлине и генконсульства России в Бонне. По его мнению, такая реакция на инциденты с БПЛА выглядит странно — ответ Германии на российские угрозы должен быть более решительным.

Полностью эфир смотрите по ссылке:
youtube.com/live/YZxBlXs7C_M

#гельман #мнение

Как защитить жертв транснациональных репрессий?

3 сентября юрист и консул Антивоенного комитета Маргарита Кучушева приняла участие во второй встрече международного Сообщества защиты правозащитников (Community of Protection for Human Rights Defenders). На этот раз встреча прошла в рамках рабочей группы по транснациональным репрессиям.

Участники обсуждали, как интегрировать резолюции ПАСЕ и Европарламента о транснациональных репрессиях в национальное законодательство стран ЕС, как выявлять случаи транснациональных репрессий и обмениваться информацией о них, какие инструменты помощи можно предложить пострадавшим. Также участники разбирали, как выстроить взаимодействие с Интерполом, чтобы его механизмы не использовались для политически мотивированного преследования.

«Резолюция ПАСЕ, над которой много работала делегация российских демократических сил в ПАСЕ, заложила очень важный фундамент для дальнейшей работы над проблемой транснациональных репрессий. Теперь необходимо начинать интегрировать ее положения в национальные законодательства, выявлять и документировать случаи таких репрессий и активно работать над механизмами защиты их жертв»,

— рассказала Кучушева.

🔹 Сообщество защиты правозащитников появилось в марте 2026 года. На его учредительном заседании Маргарита Кучушева рассказывала о проблемах, с которыми сталкиваются российские правозащитники и активисты в изгнании. Власти могут использовать международный розыск, добиваться экстрадиции и использовать другие механизмы давления. Если вы столкнулись с подобным преследованием, свяжитесь с нами через анкету на сайте Антивоенного комитета.

#консулы

Петербургское «Яблоко». 20 лет спустя

Путиноиды всё так же страшно боятся выборов, на которых могут потерять власть.

Сегодня Верховный суд окончательно снял список петербургского «Яблока» с выборов в Законодательное собрание.

Я ни секунды не сомневаюсь: даже в нынешнем, прямо скажем, полумёртвом состоянии «Яблоко» получило бы в Петербурге очень много голосов.

Потому что лозунги «За мир и свободу», «За жизнь без страха» находят, уверен, отклик у огромного числа моих земляков. При нормальной кампании и хотя бы сколько-нибудь честном подсчёте голосов «Яблоко» могло бы не просто пройти в Законодательное собрание, но и побороться за победу по партийным спискам.

Именно поэтому его туда и не пустили.

Сегодня это уже почти никого не удивляет. Мы понимаем, до какой степени кровожадности, неадекватности и тоталитарности дошёл путинский режим на своей поздней стадии.

Но в вопросе удержания власти путинизм был таким всегда. В вопросе страха потерять власть — всегда.

Путиноиды всегда страшно боялись выборов, на которых могли проиграть. И всякий раз, когда чувствовали реальную угрозу своему господству, были готовы идти на самые радикальные и незаконные меры.

Причём ПЕРВЫЙ такой случай, который я хорошо помню, что называется, «на собственной шкуре», случился уже почти 20 (!) лет назад.

В 2007 году я возглавлял петербургское «Яблоко». Наш список на выборах в ЗакС объединял не только яблочников, но и представителей других оппозиционных сил — Объединённого гражданского фронта, «Другой России». Это был настоящий объединённый оппозиционный список.

И, пожалуй, самое главное: мы последовательно выступали против строительства башни «Газпрома» на Охте. Одним из главных требований «Яблока» был городской референдум по этому вопросу.

В конечном счёте Охту нам удалось отстоять. Уродливую «кукурузину» там так и не построили.

Но далось это дорогой ценой.

В начале 2007 года список «Яблока» сняли с выборов по совершенно надуманным основаниям. Причина была очевидной: Матвиенко прекрасно понимала, что этот список не просто проходит в Законодательное собрание. Он собирал вокруг себя протестный Петербург и вполне мог побороться за первое место.

Ответом стал Марш несогласных 3 марта 2007 года. После снятия «Яблока» с выборов прежде разрозненные оппозиционные силы вышли вместе. Люди прорвали милицейские кордоны и прошли по Невскому проспекту.

Это был один из тех моментов, когда Петербург показал власти: вы можете снять оппозицию с выборов, но вы не можете отменить сам протест.

Через полтора месяца, 15 апреля 2007 года, состоялся следующий Марш несогласных — на этот раз в форме разрешённого митинга, оцепленного ОМОНом.

А после митинга началось настоящее избиение людей.

Сегодня подобные сцены в путинской России, к сожалению, никого бы уже не удивили. Тогда это было в новинку. Это воспринималось как переход ещё одной красной черты.

Причём даже федеральное «Яблоко», которое в тот момент находилось в серьёзном конфликте со мной и петербургской организацией именно из-за нашего сотрудничества с другими оппозиционными силами, после событий 15 апреля выступило с резким осуждением действий власти и силовиков.

А 23 апреля 2007 года, всего через восемь дней после петербургского избиения, умер Борис Ельцин.

Я не знаю и, разумеется, не могу знать, повлияли ли события тех дней на его самочувствие. Но такая мысль у меня возникала не раз.

Возможно, именно тогда первый президент России окончательно увидел, кого он привёл к власти и куда этот упырь везёт Россию.

Снятие оппозиции с выборов — не изобретение последних лет.

Разгоны мирных протестов — тоже.

Путинская власть всегда, на всех стадиях своего существования, когда видела реальную угрозу собственному господству, переставала стесняться и закона, и приличий.

Просто двадцать лет назад это ещё воспринималось как чрезвычайщина, как переход красной черты.

Сегодня это система.

Изменился масштаб репрессий. Изменилась степень жестокости режима.

Но одно осталось неизменным:

они всегда страшно боялись выборов, на которых действительно могли потерять власть.

Как журналисты расследуют преступления против женщин и могут ли эти расследования действительно менять мир?

11 сентября в PERM GALLERY в Брюсселе пройдёт встреча с Настей Красильниковой — журналисткой, фем-активисткой и ведущей подкаста «Дочь разбойника».

Настя расскажет, как устроена работа её команды, зачем журналисты берутся за такие сложные темы и почему журналистика остаётся важной во времена, когда добывать информацию умеют практически все.

В заключение встречи пройдёт сессия вопросов и ответов.

📅 11 сентября, 19:00
📍 PERM GALLERY
Rue Antoine Dansaert 149, Брюссель

Вход свободный, регистрация:
https://docs.google.com/forms/d/16oE4XBz-whPV_SnOOAgXOOBqVN0dQ8-MigfdYXBRyBM/edit

#анонс #брюссель

По словам Ушакова, Путин заявил Уиткоффу и Кушнеру, что «киевский режим перестал скрывать свою сущность, занявшись перезахоронением одних из самых главных нацистских преступников».
Американцы, сообщает Ушаков, все внимательно выслушали и даже обещали использовать высказанные Путиным «оценки» в разговорах в Киеве.
То есть ради этих переговоров Трамп добился остановки боевых действий, его представители приехали в Москву обсуждать, как прекращать войну, а Путин опять достал учебник истории. От Половцев дошел до 20го века.
Не знаю, что еще нужно американской администрации, чтобы понять насколько точно в свое время сформулировал Немцов