Вкрадчивый голос, конкретные ответы и владение ситуацией в главном городе страны. Женис Касымбек за четыре часа ответил более чем на 200 вопросов. Впрочем, коллеги справедливо заметили, для Касымбека четырёхчасовой отчёт перед СМИ это семечки. Он по семь часов и более держит ответ перед горожанами и, к слову, является единственным акимом в Казахстане, который действительно часто встречается с населением.

Экспертно-дипломатический стиль речи, аргументация, уверенность и спокойный тон. При детальном разборе ответов первое, что чётко просматривается контроль ситуации.

Я обратила внимание на фразы-маркеры акима, они говорят о дисциплине и внятности. К примеру «я как руководитель города, как аким вам заявляю» чёткое понимание ответственности, то, что внушает доверие горожанам и вызывает уважение у журналистов. «Официально подтверждаю», «штрафные санкции предусмотрены», «процедура лишения» язык регламента.
Без эмоций, по существу, на двух языках, повернувшись корпусом к каждому задающему вопрос, погружаясь в тему.
Категоричных формулировок не использует. «Конкретную цифру не назову», «запрос не отправляйте, дадим ответ», «дам задание», «отработаем», «сейчас нас смотрят районные акимы». Касымбек сразу же по факту давал ответы и предлагал решения.

Касымбек прагматичен. Во всём. Рекламируя казахстанские автобусы, он сделал акцент на том, что их качество не уступает иностранным, а цена в полтора раза ниже.
Хорошая поддержка отечественных товаропроизводителей.

Человечность. Касымбек единственный аким, который на площадке СЦК отметил работу коммунальных служб в зимний период и поблагодарил их.

Вопрос о премьерстве он назвал некорректным. Но сказал это без агрессии. Я слышала, как другие спикеры отвечали на аналогичные вопросы, есть с чем сравнивать.

Во время брифинга аким Астаны не уходил от вопросов, не подменял ответы эмоциями и не перекладывал ответственность.

Спокойствие, регламент, конкретика и уважение к собеседнику.

Мифические миллиарды Актауского морпорта.  Почему дело Турикпенбаева “ломается” в суде

В деле Актауского международного морского торгового порта звучат миллиардные суммы. Но чем дальше идёт судебное разбирательство, тем очевиднее, что связь этих цифр с обвиняемыми не доказанная, а предположительная. Дело, поданное обществу под соусом “многомиллиардного ущерба государству”, начинает рассыпаться уже на стадии допросов.

Абая Турикпенбаева судят не за хищение, не за присвоение и не за получение денег. Его судят за то, что, по версии следствия, порт мог бы заработать почти два миллиарда тенге, но не заработал. Не получил, не присвоил, не вывел, а именно “мог бы”.

Ключевая логика обвинения держится на выводах эксперта Надежды Цой о якобы “недополученной прибыли”. По сути суду предлагают поверить в модель “если бы причал №9 использовали иначе, порт мог бы заработать больше”, а затем признать это основанием для уголовной ответственности конкретного должностного лица.
И вот здесь начинается главный вопрос, с какого момента гипотетическая экономическая модель превращается в уголовное обвинение?

В уголовном процессе доказывают факты: событие, действие, причинную связь, реальный ущерб, выгодоприобретателя. А не сценарий “как могло бы быть”. 
При этом Турикпенбаева не обвиняют в том, что он присвоил деньги или вывел активы. Более того, даже по эпизоду, где фигурирует 546 261 924 тенге, следствие связывает эти средства с действиями другого лица и именно ему приписывает “завладение и личное использование”. В обвинительном акте нет данных, что Турикпенбаев получил эти деньги или использовал их прямо либо косвенно.
Одновременно орган уголовного преследования опирается на расчёт “простоя” ПБУ 2 408 дней в период 2017–2024 гг. На этом основании выводится цифра 2 202 750 322 тенге как стоимость причальных услуг за весь период. То есть суду предлагают простую конструкцию“есть простой значит есть недополученный доход - значит есть уголовная ответственность”.
Но это логическая подмена: не всякая “упущенная прибыль” является ущербом в уголовно-правовом смысле, и уж точно она не доказывает вину конкретного человека без фактов получения денег, умысла и причинной связи.

Существенный момент. Орган досудебного расследования при назначении исследования не предоставил эксперту (специалистам) ежегодные акты проверок, ДВГА, Счетного комитета, Главной транспортной прокуратуры (их более 10), которые не выявили нарушения со стороны должностных лиц АО «АММТП» при принятий решения о предоставлений ПБУ причала №9 для стоянки, который выведен из эксплуатации, если верить экспертным заключениям 2017, 2022 года, актам обследования порта с 2017 по 2024 года, а также справке главной транспортной прокуратуры ГП РК.

Естественно, не зная о существования вышеуказанных актов, аудиторских заключений, справки по результатам проверки, заключения специалистов КТЖ и судебного эксперта относительно «недополученного дохода» нельзя считать законным и обоснованным, в противном случае зачем ежегодные проверки квазигоссектора со стороны уполномоченных органов, счетного комитета и Генеральной Прокуратуры.       

Ситуацию ещё больше обнажил приезд в Актау эксперта Руслана Какенова, который публично четко поставил под сомнение выводы эксперта Цой, указав об отсутствии со стороны эксперта Цой самостоятельного исследования, на недопустимость копирования чужих исследований без проверки, а также о нечитабельности заключения Цоя. Более того, сама эксперт в суде признала, что данные брала из актов КТЖ, без самостоятельной проверки и технической сверки. 

Межу тем, акт КТЖ составляли лица без экономической квалификации, чисто железнодорожники, не имеющий понятие о работе порта, специфики, тем более порядка применения тарифов порта.
То есть “миллиарды” строятся на переписанных таблицах и гипотезах.

Справедливости надо признать, что эксперт Цой под присягой признала главное, по причалу №9 грузовых операций не было, а все внегрузовые операции оплачены полностью. То есть по тем услугам, которые реально оказывались, порт деньги получил.

Тогда откуда “миллиарды ущерба” если не было ни грузовых операций, ни неоплаты фактически оказанных услуг?

Абсурд? Да. Потому что если следовать логике обвинения, тогда можно предъявить Турикпенбаеву “недополученную прибыль” порта… даже за время его ареста, мог бы управлять иначе значит виновен, что не заработали.

С наших станется. Не удивлюсь.

Так дело не пойдёт, товарищи (сказал Токаев своим подчиненным)

Я, разумеется, могу ошибаться. Но слова о том, что министры избегают личной ответственности, прикрываясь болезнями и командировками, перекладывая всё на заместителей, вполне могли относиться и к министру здравоохранения. Я ничуть не удивлюсь, если в ближайшее время Фонд медстрахования внезапно передадут другому ведомству. Например, Министерству финансов или Министерству национальной экономики. Проще говоря, тем, кто привык работать с цифрами и отвечает за результат. Такое решение станет прямым маркером профессиональной несостоятельности всего нынешнего руководства Минздрава.

На совещании по развитию Астаны президент сказал несколько принципиально важных вещей. И отрадно, что политологи не бросились «расшифровывать скрытые смыслы», а депутаты не ринулись объяснять регионам, что именно имел в виду президент.

Президент видит, что часть чиновников занимается имитацией бурной деятельности. Ни содержания, ни результата, зато лайков в соцсетях хоть отбавляй. Это, в первую очередь, адресовано акимам. Если кто-то не в курсе, дошло уже до того, что отдельные акимы готовы платить журналистам, лишь бы те не задавали вопросы на брифингах, в том числе в СЦК. Позор тем, кто до этого дошёл. Возникает вопрос нужны ли вообще итоговые брифинги в СЦК, если их (акимы) фактически перевели на коммерческие рельсы?

Президент дал понять, что в его команде должны быть решительные управленцы. С характером, смелостью и внутренним стержнем. А по факту (говоря словами Токаева) мы всё чаще видим вялость, механические, дежурные подходы к госслужбе. Время красивых отчётов прошло. Сегодня востребованы энергия, ответственность и реальный результат.

Хороший дипломат два раза подумает, прежде чем ничего не сказать. И если Токаев эти посылы транслирует, значит чаша терпения переполнена

Прикреплю сюжет который мы сделали по итогам визита в Токио.
(Оказывается я его здесь не размещала)

Я не знаю, в какой момент это произошло, но некоторые коллеги, работающие в кадре, как под копирку начали вещать новости с надрывом.

Отличный инфоповод, острый телевизионный текст, правильный хук, говорящий видеоряд, профессиональный монтаж. Но манера подачи, это отдельный атас!

Игра голосом, чрезмерная мимика, брови ходуном, глаза в разные стороны. Что вообще происходит? Настолько переиграно, что это сложно выдержать. Это вызывает эмоции со знаком минус.

Наигранная телевизионная экспрессия очень сильно напрягает.

Да и потом.
Нехорошие люди возьмут и подумают, что в нашей кухне у каждого чувство собственной важности зашкаливает. А это ведь не так! )

Другое дело парламентарии. Изо всех сил стремятся попасть в инфоповестку, их аж в регионы после нового года отправляют. Чиновники что ни день искрометные идеи рожают. И те, и другие так и спешат причинить народу добро.
Им и надрыв простят, и ошибки забудут, но СМИшники - совсем другое дело.
…Гиганты мыслей, светилы отечественной демократи, приближенные к императору, (ой, зачеркнуть!)… Нужно проникнуться состраданием к зрителям и слушателям, пожалеть горемычных.

Иногда для убедительности достаточно говорить внятно. Оставайтесь, как гритца, самими себями.

Это так просто.

Характер в одном снимке
Архив. Акорда

Вторник.
Брифинг.
Правительство.

В этом видео разбор новогодних обращений

Касым-Жомарта Токаева
Александра Лукашенко
Владимира Путина
Шавката Мирзиёева
Садыра Жапарова

через язык кадра, невербалику, интонации и режиссёрские решения.

Что общего в новогодних обращениях Токаева и Лукашенко и где проходят принципиальные различия

Как затемнённый фон, дистанция и жёсткая вертикаль работают на образ власти

Почему в обращении Токаева в кадре появляются люди, движение и живая среда

Зачем в ряде обращений сознательно «убирают» руки из кадра

Как одна визуальная деталь меняет ощущение человечности и контроля.

В следующих разборах проанализирую работу пресс-служб глав государств. Есть такие мысли.

Толковый спикер от МВД

У председателя Комитета по противодействию наркопреступности МВД Данияра Мейрхана более 100 тысяч подписчиков в Инстаграм.

И это правильно. И это здорово.

В условиях новой информационной реальности политик, (министр, чиновник) скажем так публичная личность должен задуматься о своем канале доставки информации. И поэтому такие спикеры как Мейрхан на шаг вперед своих коллег. Он сам формирует свою повестку, он решает на что сделать акцент и какое показать видео.

В информационном поле не всегда важно само событие, важна интерпретация.

И казахстанских депутатов закружило в вихре внезапной, почти героической активности. Мажилисмены с остервенелым усердием бросились удивлять простой люд. Что ни час - инфоповод, что ни день - инициатива.

На рабочих группах проблемы обсуждали эмоционально и долго, а вдоволь наобсуждавшись, договорились… обсудить их позже. На всякий случай приняли законы, чтобы потом объяснять, что они вообще, то бишь в целом имели в виду. Но тут как назло случился Новый год и депутатов отправили «в регионы», ближе к народу. В самое, как гритца пекло, в объективы камер.

И тут понеслось.
И коров доили, и печи топили, и матерились, а потом и вовсе заявили что в стране коррупции нет.

Специально для вас подготовила топ политических сторис.

Передача ФСМС в Минфин, по сути жесткая оплеуха Минздраву.

И прежде министру.

Давайте честно, Альназарова расписалась в своей несостоятельности. Жалкие попытки скрасить образ врача-чиновника не увенчались успехом, а еще больше вызвали сомнений в ее профессиональной компетентности.

Год назад в Казахстане открыли «Центр координации орфанных заболеваний». В этом закрыли. Множество увольнений, скандалы с предметами роскоши, я уже промолчу и не буду останавливаться на провальной работе пресс-службы и коммуникациях в целом.

Знаете, Акмарал Шарипбаевна, в политике, впрочем как и в гостях, самое важное уйти вовремя. Вы на своей должности всего год, но у казахстанцев стойкое ощущение, что вы засиделись. Почитайте комментарии, поезжайте в поликлиники, поговорите с пациентами. Они вам многое поведают. Это и будет честный и максимально быстрый аудит вашей работы.

Режиссер трансляции как главный рассказчик заключительного Национального Курултая

Я не знаю его имени, но благодаря этому человеку журналисты увидели куда больше, чем официальную картинку. Камера показала игру одобрения, самоотверженные кивки депутатов, откровенно спящего генерального директора «КарМет» Вадима Басина, самодовольное выражение лица детского правозащитника Динары Закиевой, стрессующего акима Кызылорды Нурлыбека Налибаева, проникновенно слушающего Маулена Ашимбаева и десятки других лиц.

Одни слишком усердно кивали.
Другие транслировали согласие с напряжением. Третьи пытались понравиться всем сразу.
Камера беспощадна.
Она показала, насколько присутствующие читабельны и предсказуемы. И в эпоху трансляций власть говорит и через трибуну, через усталость, скуку, кивки, паузы и реакции.

Один режиссёр рассказал о политической системе больше, чем политолог. Это я так, мои наблюдения.

Выступление Токаева было без фамилий, но с адресатами. Тон ровный, имён нет, жестикуляция скупа, но между строк всё предельно ясно.

ФСМС
Сигнал адресован правоохранительным органам и социальному блоку. Передача Фонда в ведение Минфина это оценка работе Минздрава.

Мораль и ЛГБТ
Никаких однополых браков.
Но при этом права и свободы граждан неприкосновенны.

Налоговый кодекс
Министерству нацэкономики быть готовым к правкам. И правки внести и лицо сохранить.

Нурай Серикбай
Ержану Саденову - кадровые решения, Берику Асылову — контроль расследования. (Уже пишут про увольнения в ДП Шымкента)

Дайте мне записку
Фраза звучит уже второй раз.
Токаев публично предлагает политическое прикрытие тем, кто боится принимать решения.

Про остальные новости вы знаете.
Нас ждет много интересного.

Известный и авторитетный боксёр Серик Сапиев стал героем информационных публикаций. Практически все казахстанские СМИ написали о его конфликте с заместителем. Судя по опубликованным кадрам, между ними произошла потасовка.

Самый главный вопрос
Кто и для чего слил видео.
Это мог сделать кто угодно. Но если запись стала достоянием общественности, то с большой долей вероятности речь идёт о серьёзном противостоянии. И не исключено, что слив этого видео вовсе не атака, а форма защиты самого Сапиева.

Я не хочу сейчас вдаваться в подробности и писать о подводных течениях. Тендерах, должностях, влиянии, кланах и так далее. Остановлюсь на ошибках, которые были допущены.

Правило «золотого часа».
Оперативная реакция на кризисную ситуацию решает всё. Интерпретация происходящего в первые 15–20 минут после огласки зависит исключительно от «героя» новостного повода.

Не нужно ошибочно полагать, что размещение публикаций у крупных игроков информационного поля «спасёт». На своей странице достаточно дать один чёткий и уверенный комментарий.
После фразы «поставлена точка» возвращаться в поле со шпагой, мечом и отрядом д’Артаньянов мягко говоря плохая и, как правило, провальная идея.

Кейс Серика Сапиева наглядно показал что качественные журналистские материалы уступают демотиваторам, сделанным на коленке. Достаточно фото и пары язвительных фраз и ты уже либо на коне, либо на щите. Всё снова решают первые минуты после начала кризиса.

На месте команды Сапиева я бы исключила эффект коллективно-бессознательного. Челленджи с поддерживающими словами, пафосными фразами, совместными фото это прям трансляци слабой позиции. В данном случае это скорее медвежья услуга, чем помощь.

В информационной войне, как и в спорте, суета и непоследовательность ведут к поражению.
Ящик Пандоры открыт. Теперь любые действия будут работать против Сапиева.

Для абсолютного большинства он народный герой. Мальчишка из простой шахтёрской семьи, сделавший карьеру сам. САМ.

Спорт, а тем более бокс, это всегда про выдержку, силу и смелость. Сапиев все равно герой. Его недругам нужно это принять и жить с этим.

Сапиев не учёл главного:
в спорте есть правила и иногда даже принципы.
В политике их нет.
Особенно когда речь идёт о жирных бюджетах, должностях, на которые продвигают «своих», и о кланах, где «свои» важнее любых заслуг.

И вот что важно вспомнить.
В 2008 году Сапиев потерпел неудачу на Олимпиаде в Пекине. Поражение было горьким. И тогда ему позвонил Нурсултан Назарбаев и сказал примерно следующее:
«Проигрыш — это не конец. Главное какие выводы ты сделаешь и как вернёшься».

В 2012 году Серик Сапиев получил Кубок Вэла Баркера.

Так вот и сейчас это не проигрыш и не конец.

Он парень с карагандинской прошивкой. И в этой шумихе ему нужно выдержать паузу.

Позиция акимата Карагандинской области по ситуации с Сериком Сапиевым

Судебные процессы с участием адвоката Радика Өмірболата - это всегда отдельный сценарий.
Выдержанная пауза, холодный расчёт, дотошные вопросы и выверенная тактика. В деле Актауского морпорта иначе и нельзя. Это Запад. С нервом, колоритом и правилами игры.

Судья Акмарал Хасенова запрещает снимать, лишний раз шевелиться и (да, это не шутка) даже жевать. Моё заявление о разрешении видеозаписи открытого судебного заседания с использованием собственной аппаратуры оставлено без рассмотрения. Прокурор Олжас Киікбай от комментариев уходит, отсылая к «пресс-службе», которой в прокуратуре Актау, по факту, нет.

Вот так на практике выглядит «принцип гласности» в судах Мангистауской области.

А теперь к сути. Вчера произошло то, что в обычном суде не должно происходить вообще. Обвинение по делу Актауского морпорта начало рассыпаться прямо в зале суда. Ключевые “доказатели” ревизоры поплыли и не смогли связать двух слов. Основанием для “ущерба” свыше 2,2 млрд тенге стал акт тематической проверки от 20 марта 2025 года, на который затем сослалась судебный эксперт Цой. Но в суде по этому документу не смогли внятно пояснить ничего даже два ревизора КТЖ - Сарсенбаев и Акылбеков. Они путались, перекладывали ответственность друг на друга и даже на своего руководителя Сисен. Выглядели так, будто впервые видят собственный акт. При этом Сисен в суде заявляет: «это не я это ревизоры сделали».
И попробуй теперь найди концовку. Кто реально делал расчёт “ущерба”, если каждый от него открещивается?

Адвокат Радик Өмірболат спокойно и методично разложил этот “документ” по полочкам, начав с элементарной арифметики. Внятных ответов на вопросы суда и защиты со стороны Сарсенбаева и Акылбекова так и не последовало. Ревизоры не смогли объяснить, какие НПА регулируют порядок взимания платы, чем отличается одна услуга от другой, что именно является обязательной услугой, а что нет. При этом, ревизоры не учитывают того, что порт получили более 100 миллионов за свои услуги.
Если обвинение строит дело на актах Сарсенбаева и Акылбекова и заключении эксперта Цой, тогда это означает одно, в основу уголовного преследования положены не проверенные расчёты и неподтверждённые допущения.

Дальше ещё показательнее. “Ущерб” (по сути недополученный доход) обвинение выводит из версии о том, что подсудимые якобы “исключили обязательные причальные услуги под внегрузовыми операциями”. Но проблема в том, что такой самостоятельной обязательной услуги “внегрузовые операции” не существует и никогда не существовало как отдельного вида услуги в перечне обязательных услуг.

Другими словами, обвинение утверждает “исключение” того, чего нет в НПА как обязательной услуги. То есть вменяется исчезновение того, чего юридически не было.

Судья Хасенова увидела очевидное. Суд удовлетворил ходатайство защиты и обязал сторону обвинения (гособвинителя Киікбай) в срок до 2 февраля конкретизировать и документально подтвердить, на чём основаны расчёты и тезис об “обязательном тарифе/обязательном начислении простоя” по эпизоду причала №9: указать конкретный НПА и норму (статья/пункт)и раскрыть фактическую основу расчёта “ущерба” и подтвердить её первичными документами.

Суть произошедшего проста. Уже на этом этапе видно, что дело поступило в суд без твёрдой нормативной базы и без надлежащей доказательной основы. Обвинение пытается объявить простой судна у причала №9 “внегрузовыми операциями” и на этом построить миллиардные расчёты. Но в суде выясняется, что нет ясной нормы, нет первички, нет объяснимого расчёта, следовательно нет доказанного ущерба.

Для меня увольнение министра труда и социальной защиты Светланы Жакуповой совсем не сюрприз. Ее судьба была предопределена ещё 25 сентября прошлого года, когда Тамара Дюсенова была освобождена от должности помощника президента. А Дюсенова, несмотря на неловкую и до сих пор вызывающую вопросы формулировку «Тамара, ты устала» оставалась мощной фигурой в социальной политике. Однако её аккуратно отправили в партию заниматься «школой акимов».
После этого всё стало логичным и ожидаемым.

Ещё один маркер (нюанс, показатель). Молчание в инфополе. Жакупова просто исчезла с радаров. И уже после этого в ленте появилась информация о её уходе из министерства.

Снизилась инфоактивность и министра по ЧС Чингиса Аринова. Ни на что не намекаю, но его действительно давно не видно. Вот вроде недавно удивлял стрельбой из пулемётов, открывал объекты и поднимал дух спасателей, а тут раз и тишина.

Маловато в новостной ленте и министра сельского хозяйства Айдарбека Сапарова. Не видно и не слышно министра образования Нурбека Саясата.

Про министра экологии промолчу. О нем, как правило, всегда не слышно. И как бы обидно это ни звучало, в случае отставки Ерлана Нысанбаева, кажется, никто даже не заметит, что произошла перестановка. Если, конечно, он не подерётся со своим замом. Но это невозможно. Человек он ровный, спокойный и чрезмерно скучный.

Следующий выход, с большой вероятностью Акмарал Альназаровой. Прогнозировать не буду, неблагодарное это дело. Но все очевидно.

Из всего кабмина уверенно держится Мади Такиев. А в свете последних событий, включая передачу ФСМС Минфину, есть понимание (ощущение), что его фигуру целенаправленно усиливают.

PS
Оставлю мое видео. Момент, где помощник помогает снять пальто Тамаре Дюсеновой. Невербалика власти и иерархии. Но интересно другое. Он тоже остался без работы, как и Светлана Жакупова? В таких кадровых решениях обычно меняются не только фигуры первого плана.

Экранный Руслан Желдибай совсем другой

Официальный, предельно ровный, дистанцированный. В личных встречах он, конечно, куда более располагающий. Его уход с должности, разумеется, новость номер один сегодня. (Я про медиакухню).

О нем можно говорить много, но факт остаётся фактом, при нём акординский пул журналистов заметно расширился. Если раньше он, в смысле президентский пул напоминал междусобойчик, то при нём этот формат начал меняться.

Руслану, при всём моём ровном, без восторгов отношении, удавалось очеловечивать официальные новости. Не все, но есть положительные примеры. Он подходил к журналистам, разговаривал с ними и, как бы то ни было, слышал коллег.

Я не буду скрывать, особой эйфории по поводу перемен в в главной пресс-службе страны у меня нет. У меня исключительно коллегиальные отношения с пресс-секретарями ведомств. Но всё же хочется искренне пожелать Руслану удачи.

Пусть все сложится