Грязный пол, немытая посуда, разбросанная одежда, словом, вопиющие нарушения санитарных норм. В сюжете я рассказываю про тесто «Аксу» и «Раяна».

Производители гордо относят свое тесто к разряду высокого качества.

Пекарню сложно назвать пекарней, это строение скорее похоже на сарай или гараж. Оно находится в селе Аксукент. Неприметный дом с одной большой площадью. Здесь же хранится мука, здесь же выпекается хлеб, здесь же производят тесто для самсы, здесь же мусор и грязь. Формы для хлеба валяются на полу, впрочем, как и грязные тряпки с желтыми пятнами, калоши рабочих, засаленные спецовки. Подтеки, сырость, облупленные стены с плесенью.

Короче, нужно посмотреть, главное чтобы после этого не заболел желудок.

https://youtu.be/XyTLbAgKEK4?feature=shared

Как КНБшники Актау меченые деньги потеряли 

Сотрудника Управления транспортного контроля по Мангистауской области судят за взятку, которую он не получал. Другими словами, факта получения взятки комитетчики не установили, обвинение строится на косвенных данных и обрывочных фразах, но тем не менее за тяжкое коррупционное преступление ему грозит 8 лет лишения свободы.
Столько запросил прокурор. 
На скамье подсудимых уже бывший инспектор транспортного контроля Айдар Шамшадинов и предприниматель Алибек Кадиров.

По версии досудебного органа, то есть КНБ, Шамшадинов через Кадирова получил взятку, которую якобы передал Айбек Досекенов за решение вопроса беспрепятственного движения по области большегруза. Наружно следственные действия, то есть прослушка, аудио- и видеозаписи, велись КНБшниками уже длительное время. И поэтому заявления водителя Досекенова оказались в самую пору. Как говорится, дорога ложка к обеду. И 7 марта этого года, снабдив Досекенова «техническими средствами», отправили на встречу с Кадировым, который действительно взял у Досекенова 3 миллиона тенге. Но тут же потратил их. Раздал долги и даже оплатил налоги. Оставшийся миллион тенге остался лежать в бардачке машины, 500 тысяч из которых хотел отдать, так как задолжал другу. В этот момент как раз и приехали сотрудники ДКНБ и схватили мужчин. 

Водитель Досекенов действительно контактировал с инспекторами транспортного контроля, это были Аманжолов и Жакупова. Подсудимый Шамшадинов лично большегрузы не останавливал, штрафы не накладывал. Почему-то уголовное дело в отношении Аманжолова прекратили. При чем тут Шамшадинов, спросите вы. Есть лишь отрывок аудиозаписи, на нем звучит неоднозначная фраза голосом Шамшадинова: «Сделай четыре!» Услышали и истолковали по-своему. И на основании этого появляется большое уголовное дело. И еще очень важная деталь, которая ставит под сомнение все дело. Косвенная фраза зафиксирована незаконно, до регистрации заявления. «Циклоп» для записи Досекенов получил после обеда, но при этом запись с Кадировым велась в полдень. По словам адвоката Токаевой, эти доказательства добыты незаконным путем и недопустимы. Уже и Масимова посадили, и Новый Казахстан наступил, а вот старые настройки системы не меняются. 
Адвокат Асель Токаева недоумевает, как можно вменять получение взятки, если взятку в итоге Шамшадинов не получил? Другими словами, взятку не брал, но за взятку очень хотят посадить.

Более того, водитель Досекенов изначально жаловался на сотрудников дорожной полиции, но в отношении их наружно следственные действия не велись. 

Между тем год назад КНБ рапортовали о том, что в ряде регионов задержали сотрудников инспекции транспортного контроля. ИКТшников тогда заподозрили в вымогательстве у предпринимателей денег за беспрепятственный проезд автотранспорта с нарушениями габаритных и весовых параметров. Спецоперация прошла в Астане, Шымкенте, Актюбинской, Карагандинской, Кызылординской областях. Иной информации в интересах следствия КНБ журналистам не предоставил. Но если расследования велись по всей стране с такими же нарушениями, как в Актау, то тогда возникают большие вопросы относительно объективности. 

В следующий понедельник инспектору вынесут приговор.

На фото адвокат Асель Токаева

Пользуясь случаем, хочу передать пламенный привет министру просвещения Бейсембаеву Гани Бектаевичу. Скажите, пожалуйста, в какой момент произошло, что казахстанские учителя стали дойными коровами? Чтобы не быть голословной, я приведу три примера, и будьте добры, ответьте, пожалуйста. У вашего пресс-секретаря есть мои контакты.

Итак, недавно учителей обязали пройти онлайн-курс по знанию платформы «Кунделик». Курс легкий, 15 вопросов, педагоги справились. Но министерство обязало получить сертификат о прохождении курса. Сертификат платный – 2500 тенге. Внимание, вопрос! Сколько учителей приобрели сертификат и на чей счет упали деньги? О том, как эти деньги использовали и куда они были направлены, другой вопрос, которым должны заинтересоваться компетентные органы.

Второй вопрос. Оказывается, появилась платформа «Темир». Это тоже онлайн-платформа, которая собирает информацию об учителях. Чтобы попасть в эту базу, нужно предоставить диплом. Педагоги скачивают диплом с платформы eGov, однако с Министерства просвещения требуют некую справку, а справка стоит 36 тысяч тенге. Гани Бектаевич, я стесняюсь спросить, это вообще кто такое придумал?

Третий вопрос. Вы лично обещали учителям повысить оплату за классное руководство. Объем работы большой, это и отчеты по прививкам, и заполнение «Кунделика», и домашний обход, и уроки безопасности и многое другое. Так вот, за это учителям платят 10 000 тенге. Гани Бектаевич, вы на утренний кофе, простите меня, больше тратите. Скажите, сдержите ли вы свое слово?! Или надеетесь, что учителя забудут ваши обещания?

По данным пресс-службы Министерства просвещения, в Казахстане общее количество учителей составляет примерно 500 тысяч. Вот если суммировать оплату за сертификаты и справки, сумма получается весьма приличная. Гани Бектаевич, все-таки куда уходят деньги?

В бой идут старики или Картонный Токаев как символ надежды

Необычное обращение сделали президенту страны жители Актау. Картонную фигуру президента они поставили в центре двора частного дома и записали на видео призывы освободить аксакала Сулеймена Коканова. Его арестовали 7 октября этого года. Случилось это по протесту Генеральной прокуратуры. До этого две судебные инстанции – это Актауский городской суд и суд Мангистауской области – полностью оправдали Коканова – внимание! – за отсутствием состава преступления. Прокуроры запросили отмену судебных актов, и уже судебная коллегия по уголовным делам признает Коканова виновным и назначает 5 лет лишения свободы. 9 декабря будет предварительное слушание в Верховном суде.

Эта история настолько абсурдна и прогремела на весь Казахстан, что даже мажилисмены в Астане недоумевают и держат это на своем депутатском контроле. К примеру, депутат Абзал Куспан считает, что это дело нужно решать в рамках гражданско-правовых отношений, и уголовного дела в этом кейсе он не усмотрел. Соратники геолога Коканова прослеживают заинтересованность третьих сил, ведь речь идет о карьере, который приносит прибыль в сутки от 12 миллионов тенге, в год порядка 500 миллионов тенге. Очень странно, что прокуроров Мангистауской области никак не заинтересовал покупатель карьера Абдывели Айымбетов. А вот мы провели расследование и выяснили, что Айымбетов в данный момент находится в следственном изоляторе, поскольку проходит одним из подозреваемых в обмане более 500 вкладчиков. Это проблемные объекты ЖК «Мурагер», ЖК «Султан», ЖК «Ак кала». Более того, партнер Айымбетова Саид Гамзатов говорил вкладчикам, что стал жертвой Абдывели Айымбетова, который «путем шантажа и угроз» задумал рейдерский захват компании. Айымбетов в 2022 году обещал обманутым вкладчикам достроить проблемные ЖК за счет карьера, который принадлежит ему. Но ведь карьер принадлежал и принадлежит Сулеймену Коканову (на правах аренды до 2031 года, документы в порядке). Так вот, возникает резонный вопрос: почему прокуроры не усмотрели злого умысла в действиях Айымбетова?

77-летний геолог на сегодняшний день в следственном изоляторе. Так за что хотят посадить Коканова? Далее в сюжете
Далее в материале

Ашшалеть, какой талантливый глава Сената в Казахстане!

И законотворец, и эксперт, и идеолог, и журналист-подкастер, и специалист по распознаванию хайпа. Журналистское чутьё подсказывает мне, что, в силу своей занятости, Ашимбаев ещё далеко не все свои таланты успел раскрыть. Так нам и надо! Сами виноваты, ничего не поделаешь.

В какой-то момент (судя по всему, это произошло уже давно) Маулен Сагатканович решил, что казахстанцы просто не могут прожить без его мнения.
А потому

Он просвещает.
Он наставляет.
Он вдохновляет.

И никак остановиться не может!

Идеи одна за другой рождаются в его творческой голове. Надо и подкасты записать, и на пленарках блеснуть умом, и журналистов в хайпе обвинить. Но откуда ему взять время? Не бережёт себя Маулен Сагатканович, совсем не бережёт.

А тут ещё Новый год на носу, новые рейтинги управленческой элиты… Совсем не хочется выпасть из колоды. Вот и вещает! С таким божественным выражением лица, что актёры «Игры престолов» нервно курят в сторонке. Ведь это, товарищи, настоящий дар — говорить банальности с умным видом, с особой напыщенностью, с непоколебимой уверенностью! Его речи неокрепшим умам — словно путеводная звезда: строить и жить помогают. (Король андалов, ройнаров и первых людей знает как манипулировать механизмами власти!)

Поэтому нам всем нужно успокоиться и сплотиться вокруг Маулена Сагаткановича. Ведь он как никто другой понимает, что разные дороги ведут к одному и тому же замку.

Публичный аудит: стена плача в Мажилисе, баннер понтов в Сенате и побеги в правительственных коридорах. Чем мне запомнился уходящий 2024 год?

Депутаты с креативными оправданиями. Нельзя обойти стороной Анаса Баккожаева, который хочет «размножаться», Едиля Жанбыршина, который не знает значения слова «абориген», и Ерлана Саирова, который плевать хотел на олигархов.

Провальным брифингом в СЦК запомнился аким Мангистауской области Нурдаулет Килыбай. Первый человек в регионе настойчиво рекомендовал не учиться в Актау и вообще уехать. Причём сказал это в Службе центральных коммуникаций при Президенте. Килыбай успел сделать немало нелепых заявлений, но, к счастью для него, он никому не интересен, и его «звёздный час» остался незамеченным идеологами из АП. В целом его посыл понятен: зарабатывать нужно в Казахстане, а тратить в Лондоне.

Самое нелепое и несправедливое наказание, на мой взгляд, получил аким Караганды Кожухов. Агентство по делам госслужбы сделало ему замечание за комментарий в социальных сетях. Самая глупая придирка продиктованная левобережьем.

Самый многословный политик — Маулен Ашимбаев. Злые языки поговаривают, что баннер в Сенате установлен исключительно ради понтов. Поэтому каждый четверг спикеры выходят к нему: на журналистов посмотреть и себя показать. Других новостей из Сената у меня для вас нет.

Самый слышащий аким — Женис Касымбек. Вот уже два года он руководит столицей. В информационном поле я замечаю меньше критики в адрес исполнительной власти. Касымбек не избегает неприятных встреч с горожанами, выезжает к ним и обязательно отчитывается в своих социальных сетях.

Министр, который лучше всего работает с хайпом, — это, безусловно, Канат Шарлапаев. С иронией, с юмором и с лёгким недоумением он отвечает на каверзные вопросы. Министр промышленности и строительства умело выходит из любых курьёзов. В частности, коллеги неоднократно пытались осадить его за незнание казахского языка. Однако Шарлапаев назвал себя қандасом и заявил, что в совершенстве выучит государственный язык. И он сдержал слово, заговорив на казахском языке гораздо быстрее, чем обещал.

Дорогие мои подписчики!
Поздравляю с наступающим Новым годом!

Спасибо, что читали мои тексты, делились своими мыслями, критиковали, задавали вопросы и просто были рядом.
Иногда я могла вас раздражать, вызывать недоумение, а порой даже откровенно злить. Мое мнение не всегда совпадало с вашим, а мои позиции иногда вызывали споры. Но вы всегда оставались честными — в колких репликах, искренних реакциях и «говорящих» смайликах.

Мы живем в непростое время, в эпоху турбулентности. События развиваются так быстро, что мы порой не успеваем ни порадоваться, ни прогоревать, ни осмыслить происходящее. Поэтому в новом году я искренне желаю вам замедлиться и наслаждаться каждой минутой жизни.

Жизнь, как показывают последние события, невероятно непредсказуема. Возможно, именно сейчас стоит сказать важные слова своим близким. Может быть, сейчас настало время осмыслить пройденный путь и наметить планы на будущее. И главное — не бойтесь делать паузу, чтобы восстановить силы и вдохновиться.

С уважением
Ботагоз Омарова

Не интервью, а просто праздник какой-то! Или почему за кадром осталась работа журналиста?

Дерзкое и эксклюзивное интервью записал Ерлан Жүніс с президентом Токаевым. Одни читатели замерли от интриги, другие онемели от откровения, а те, кто дочитал до конца, уже пишут петиции с требованием продолжения столь занимательной беседы. Именно сейчас, пока вы доедаете оливье, отчаянные и настойчивые казахстанцы требуют от Берика Уали незамедлительно организовать продолжение этого банкета диалога, не дожидаясь следующего года.

Вот уже вторые сутки ранимые натуры не могут оторваться от сайта Акорды и, находясь под впечатлением, строчат хвалебные оды в Facebook и Instagram. В социальных сетях царит эйфория демократии и свободы слова. Борзописцы и партийцы забыли о перепалках и склоках, объединившись в порыве единодушия, с остервенелой скоростью репостят до блеска отшлифованные цитаты из этого интервью.

Правительство тоже не дремлет. Министры уже в понедельник, а может быть и завтра, в воскресенье (зачем ждать? нужно действовать!), проведут экстренные совещания с разъяснениями слов президента Токаева. Предусмотрительно распечатав материал, 98 депутатов Мажилиса уже выехали в отдалённые сёла, чтобы рассказать, что Путин приезжал в Казахстан 33 раза, а Назарбаев «не отличался политической деликатностью».

Во всех уголках нашей необъятной Родины разговоры только об этом интервью. Вот и я решила поддаться общему благостному порыву. В каждой букве — луч добра и света.

Но что самое обидное… никто не говорит о журналисте, пробившемся к Токаеву. Никто не отмечает его смелости, настойчивости и профессионализма. Никто не похвалил его за острое перо (и пусть меня не поймут превратно). Никто не отметил дерзости поставленных вопросов. А может, он, как Грейс, «рисковал жизнью в Астане, чтобы вы могли увидеть это интервью»?

Злые языки уже успели пустить слухи, что СМИ просто разместило готовый текст. Такое могли подумать только глупцы! Ведь невооружённым глазом видно, что этот новогодний материал (джингл белл, мать вашу!) потребовал небывалой подготовки и серьёзного подхода.

Поэтому я искореняю эту гнетущую неблагодарность и шлю лучи творчества автору. С почином!

На фото все совпадения случайны

Мои 4 «как» об интервью президента

I
Как редактору и фанату письменной коммуникации мне нравятся точность выбора слов и выверенность формулировок в ответах президента. Касым-Жомарт Кемелевич филигранно разбирается в оттенках значений слов великого и могучего. Смею предположить, что исходная версия интервью или как минимум тезисы к нему были именно на русском и что «редакционное вмешательство» Токаева не оставило «живого места» в оригинальном тексте. Простите, коллеги из “Ana tili”, но мало кто верит, что это был «открытый разговор», тем более после пассажа о значении письменных текстов для президента и его самоличной работе над ними.

II
Как журналисту мне хочется живых пресс-конференций, прямых линий, брифингов с настоящими вопросами. В интервью Касым-Жомарт Токаев объясняет: я аналитик и стратег. Кто-то беззаботно крутится перед камерами, как та попрыгунья-стрекоза, а кто-то работает на благо завтрашнего дня, как муравей из той же басни. Я всегда за аналитику и стратегии. И ассертивность уважаю. Но уверена, что здоровое двустороннее общение с прессой должно быть обычным делом в работе президента. К тому же наши чиновники могут воспринять слова Токаева как благословение на редкие контакты со СМИ – и тогда расстояния между точками в треугольнике Власть-Народ-Пресса станут еще длиннее.

III
Как специалист по коммуникациям вижу в интервью много месседжей – прямых и между строк. Их цитируют и разъясняют эксперты всех мастей, не буду повторять. Мне, как и им, нравится информативная насыщенность и разносторонность интервью. Оно, действительно, богато по содержанию. И было бы еще богаче и глубже, если более четверти вопросов не было бы из разряда «ходит молва, что…». Вот некоторые выражения дословно: «породило разговоры», «в социальных сетях запущена информация», «в обществе бытует мнение», «некоторые воспринимают». То есть, грубо говоря, в течение четверти интервью президент опровергает или комментирует вбросы да пересуды.

Да, это были актуальные и давно ожидаемые вопросы-ответы. Но были бы они таковыми, если ранее ответственные люди грамотно обосновали бы перевод времени? Или без экивоков рассказали бы подробности талгарского дела? Или четко довели бы направления и статус-кво внутренней политики? На мой взгляд, в интервью получился целый блок из «отчета по слухам и кризисам за год». Безусловно, определенная часть кризисов и, возможно, слухов требует комментариев президента. Но опять же, они не могут занимать целую четверть вопросов интервью, происходящего всего раз в год. В такую редкую коммуникацию первого лица государства мне хочется получать более обстоятельную информацию об экономическом и политическом курсе страны. А предотвращать или минимизировать слухи и кризисы – рутинная работа госкоммуникации.

IV
Как гражданку Казахстана меня волнует благополучие моей семьи и страны в настоящем и хотя бы в среднесрочной перспективе. Война соседнего государства, «укрепляющийся» доллар, «посредственная» работа руководителей-экономистов и другие факторы не особо повышают качество жизни граждан. По большому счету им не нужны всякие там коммуникации – была бы стабильно и достойно оплачиваемая работа. Здесь, дорогие казахстанцы, для нас как минимум два ясных месседжа из интервью: «Казахстан – социальное государство», но «Под лежачий камень вода не течет». Другими словами, Отечество в беде не оставит, однако для его развития нам надо учиться, развиваться и работать. Можно и за рубежом (на этом, кстати, был неожиданный акцент к концу интервью).

Всем commedийного настроения!

Был пан, стал хан.
В АП новый зам по вершкам.
Сатыбалды должны быть и в Старом, и в Новом Казахстане. Такая вот добрая казахская традиция.
Как вы знаете аким Туркестанской области Дархан Сатыбалды освобожден от должности и назначен первым заместителем руководителя Администрации Президента
Он владеет казахским, узбекским, русским и английским языками. Правда он настолько бережно относится к языковым навыкам, что вовсе не говорил с людьми.
Жители Туркестанской области прозвали его «ханом».
Семья Сатыбалды пример успешного успеха. У Сатыбалды 5 братьев. Все как на подбор преуспевающие бизнесмены строители.
А еще есть успешная супруга.
Успех настолько успешный, что для Сатыбалды придумали новую должность — первый заместитель Руководителя Администрации. 1 сентября эту должность упразднили а с наступлением января 2025 ее не просто придумали, а почти что «подогнали» Дархану Амангельдиевичу.
Игра престолов по-казахски. Как не вспомнить крылатую фразу из телесериала
«Южане играют свои игры, а северяне умирают»

Важно отметить, что министром юстиции стал человек Токаева.
Сарсембаев занимал должность заместителя руководителя аппарата Сената в те годы, когда Токаев был председателем. Новый министр юстиции проработал судьей Конституционного суда всего лишь год.

Ничего удивительного в приказном «Зайди ко мне» и пренебрежительном «Стаканчик тёплой воды приготовь» министра Жаксылыкова нет. Триггернуло многих, потому что сквозило «я начальник — ты дурак».

Самое интересное вот что: пока все заседали в правительстве, Жаксылыков в своём кабинете смотрел мультик.
Самое время, как говорится. Смотрел, возможно, не какие-нибудь заморские «Шрек» или «Свинку Пеппу», а советского Ежика. Именно в эти минуты Жаксылыков вместе с ним, в смысле с Ежиком думал: «А интересно, если лошадь ляжет спать, она захлебнётся в тумане?»

Хороший мультик, мой любимый… Жаль, что Бектенов сердито прервал министра и потребовал выключить микрофон.

С другой стороны, это, видимо, повседневный формат поручений. Вояка есть вояка. Там своя этика, своя иерархия.

Но ведь остаётся за кадром многое другое. К примеру, в каждом ведомстве подчинённые стоя встречают министров. Многие акимы также грешат байскими замашками.

С любопытством наблюдаю, как с большим усилием казахстанские чиновники пытаются завуалировать высокомерие.
Чего далеко ходить? Возьмём, к примеру, кабмин.

Несмотря на кажущуюся простоту (отсутствие яркого макияжа и подчеркнуто скромные образы), Тамара Дуйсенова производит впечатление человека с гордыней. Министр сельского хозяйства Сапаров придаёт большое значение своим успехам. Возможно, на тоях среди родственников он рассказывает, как под его «чутким руководством» жизнь в стране меняется к лучшему. Министр просвещения Бейсембаев, как первая скрипка в оркестре, твёрдо убеждён: «Нет меня — нет министерства».

И в этом отношении гораздо честнее Жумангарин со своим «Жынымды келтірмеңізші!», Бозумбаев со своей резкостью, Шарлапаев с нескрываемым сарказмом, да даже Саясат со своей чрезмерной суетливостью.

К чему я это?
А к тому, что порой трудно изменить имидж, если он соответствует действительности.

Информационные войны в Казахстане словно мушкетер Портос: я дерусь, потому что я дерусь.

Бессмысленные интриги, громкие скандалы и местечковые склоки живут своей жизнью в информационном поле. Просторы казнета зеркалят реальность. Но все до банальности просто. Одни стремятся сохранить свою власть, а другие мечтают её вернуть. Тиктокеры ностальгируют по Назарбаеву, фейсбукеры требуют Новый Казахстан, а телеграм-каналы с утра до вечера шлют друг другу приветы и пишут ответочки. Такая зудящая обыденность, в которой иногда случаются войны.

1️⃣ Битва титанов: Старо-Новый Казахстан. Президент поменялся, а окружение осталось. И уже третий год подряд нам со всех утюгов внушают о противостоянии Назарбаева и Токаева. Подается это под дипломатическим соусом типа «не ошибается тот, кто не работает», «твердо придерживаться исторической справедливости», но в то же время резонирует «не отличался политической деликатностью» и «в стране не может быть двух центров власти».

2️⃣ Гибридная битва: Скляр VS Бокаев. Импульсивный Бокаев и удивленный Роман Васильевич. Здесь и сливы, и компроматы, и громкие заявления. Самая популярная война, за которой следят в абсолютном большинстве мужчины.

3️⃣ Кин-дза-дза: Базарбек VS Шарлапаев. Этот кейс чисто про дифференциацию штанов и социальный статус. Это когда правители (планеты Плюк, а вы что подумали?) не собираются отчитываться перед жителями, даже если это очень зажиточные товарищи.

4️⃣ Матрица по-казахски: Дворецкий VS Баталов. Выход из Кулибаевской системы невозможен.

5️⃣ Краденое солнце: казахстанцы против правительства. Неизвестно, кто его похитил, но люди уже на всякий случай побаиваются налогов на воздух.

Все эти битвы могут показаться театром политических баталий, но тем не менее, и в информационном поле, и в гражданском обществе, и в целом на верхах происходят определенные изменения. Болезненные порой, с репутационными рисками, с грязными технологиями, но изменения происходят. Каждая информационная война имеет значение, и если она приносит реальную пользу людям, то думается что в ней есть и смысл.

На одного альфа-самца-коммуниста в Парламенте стало больше. Надеюсь, что теперь голос пролетариата зазвучит звонче, громче и надрывистее!

С формулировкой «утратила полномочия» сообщили новость о том, что коммунистка Танашева больше не мажилисмен. И вместо неё теперь Асылбек Нуралин. О нём очень скудная информация в Интернете, на отраслевика не тянет, специалист по профсоюзам, да по профкомам, но в послужном списке есть ключевое «председатель профкома Казахмыс». В полку лоббистов стоит полагать — прибыло. Сенатор Ершов, мажилисмен Нуралин, напомните, кто там ещё топит за них?

Объективно, Гаухар Шаймерденовну сложно назвать активной. Запросы были. Немного. Были очень интересные мысли и правильные посылы. Танашева неоднократно с трибуны заявляла о ничтожной социальной поддержке со стороны государства. Говорила на языке цифр, призывала по примеру России и Белоруссии поддерживать женщин и конкретно говорила о программах «Материнский капитал» и «Семейный капитал». Есть что вспомнить, но только узкому кругу людей — мажилисменам, журналистам, экспертам.

Так чего не хватало мажилисмену Танашевой? Ну вот, смотрите.

Были качественные запросы с уклоном на социалку, но в них не было стержня. Ни акцента, ни информационного повода, а потому в абсолютном большинстве они пролетали в новостном поле незамеченными.

Не было индивидуальности. В выступлениях должна быть фишка, должна быть изюминка. И, конечно, условно говоря, «специализация». У Танашевой была хорошая возможность с каждого депзапроса делать сторителлинг. Но, увы.

Не хватило коммуникаций. С журналистами нужно контактировать, возможно, нужно нравиться. Независимым — за смелость, провластным — за инфоповод. Погуглила Танашеву, новости о ней разве что в свете «больше не депутат Мажилиса». Печаль.

У нее были сильные запросы на казахском языке. Это факт. Может это кому-то не нравилось? Может интриги? Может внутренняя аппаратная война? Не знаю.

…Наверняка многие депутаты Мажилиса поднапряглись. Особенно те, кто пришёл в прямом смысле с улицы. Не те, за которыми стоят строительные империи, металлургические гиганты, влиятельные агашки из Старого Казахстана, а те, кто из народа пришёл в законодательный орган. Ну, серьёзно же, напряглись?

Мажилисмен Маггерам Маггерамов несколько цинично сказал, что это «естественный процесс», и обмолвился, что «человек отработал своё».

Поэтому как знать, может, всё до боли банально.
На ослике ездят, пока лошадь не купят.

Депутат Нуралин, не облажайтесь.

Все реже на публику и к СМИ выходят первые руководители ведомств, а если вопрос касается силовых структур, то журналисты скоро забудут, как они выглядят. В информационном поле эти руководители делегировали свои полномочия заместителям.

Справляются ли они с этой задачей? Какое впечатление производят?
Я решила сделать обзор.

Амбициозен, хитёр но зависим от мнения окружающих. Новый заместитель министра внутренних дел Санжар Адилов — из тех людей, кто любит внимание прессы. Будучи начальником ДВД Карагандинской области, он рекламировал себя так, что мама не горюй. «ДоPRарился» до кресла в министерстве. Как говорится, отличился умом и сообразительностью, как Птица Говорун в мультфильме «Тайны третьей планеты». Но на самом деле вокруг карьеры Санжара Аскеновича нет ни тайны, ни секрета. Его начинания всегда поддерживал, поддерживает (и, возможно, будет поддерживать) тяжеловес Марат Ахметжанов.

Серый кардинал, условный чиновник или чекист?
В отличие от Адилова, антикоровец Саркулов особой любви к журналистам не испытывает, чего, собственно, и не скрывает. Наверное, поэтому его в Мажилисе сопровождают сразу два помощника — официальный представитель Агентства и пресс-секретарь. Они записывают каждый вопрос, ловят на лету ответы Улана Сериковича и заметно волнуются, когда журналисты задают неудобные вопросы. Это оставляет двоякое впечатление. Условный чиновник? Серый кардинал? Интеллектуал — однозначно. Но нет изюминки. Незаметный. (тут уж извините: ФСБ РФ в послужном списке). Пресс-службе нужно поработать над речью (о способности расставлять акценты, умение выделить то, что действительно будет интересно в информационном потоке). Нужно подумать о подаче, а лучше даже отрепетировать кризисные ситуации.

Выигрышно на их фоне смотрится заместитель генерального прокурора Галымжан Койгельдиев. Он проявляет искренний интерес к вопросам, поддерживает зрительный контакт и, если смотреть с позиции тела — он открыт. Прагматик, дипломат, интеллигент. Он умеет брать ответственность, даже когда вопрос не в его компетенции. Он не бросает небрежное «это вопрос не ко мне». Койгельдиев подкован и, на мой взгляд, хорошо подготовлен к импровизированным выступлениям. Это тот редкий случай, когда в Мажилисе у «стены плача» — плача не будет.

Публичность отягощает. Поэтому к прессе нужно выходить подготовленным, уже предполагая, что в коридорах Мажилиса и Сената будет «кетлинг». Журналисты работают в тех условиях, в которые их загнали.

Вы меня знаете, я дважды не повторяю, негодяев надо наказать!» — так обманутые вкладчики ТОО «Интерьер Строй Актау» с благодарностью вспоминают Дмитрия Малахова, экс-председателя АФМ.

 
По их словам, после перевода Малахова в Высший Судебный Орган «дело заволокитили», а «мошенников откровенно отмазывают». В центре скандала — Меийрбек Набиев, который за 97 тысяч тенге выкупил у муллы Абдывели Айымбетова компанию «Интерьер Строй Актау». 
 Для перерегистрации компании на своё имя, Набиев попросил знакомого ЧСИшника на два часа снять аресты компании, активы которой составляли порядка 500 миллионов тенге. Став единственным учредителем, Набиев стал распоряжаться как имуществом  компаний , так и деньгами. В результате жители нескольких жилых комплексов — «Жануя», «Адал», «Орлеу», «Бакыт» и «Сабыр» столкнулись с коммунальными проблемами, оплата, к слову, за коммуналку шла Набиеву. Жители жилых комплексов «Мурагер», «Ак-Кала», «Султан» остались не только без жилья, но и без денег. Недвижимость Набиев должен был достроить во втором квартале прошлого года. Сумма ущерба исчисляется в миллиардах. 

Акцентирую
Деньги похищены, люди остались без крыши над головой, Актау находится на грани социального взрыва, а судья Хасенова Акмарал Турсынбековна не увидев серьезной проблемы, назначила Набиеву условное наказание — 3,6 года лишения свободы. При этом судья прекрасно знает что ущерб вкладчикам не был возмещен.
 
Благодаря судье Хасеновой я поняла истинный смысл крылатой фразы Антибиотика из «Бандитского Петербурга» — можно воровать вагонами и всегда оставаться на плаву.
 
Что с Набиевым сегодня? Даже оказавшись в ИВС, он продолжает вести строительный бизнес и активно развивает деятельность в Ильинском районе Алматы. Обманутые вкладчики подозревают, что Набиев использует их деньги для этого бизнеса и опасаются, что число пострадавших скоро увеличится.
 
Ситуация с Набиевым становится все более абсурдной. На протяжении последних двух лет правоохранительная система Актау, включая надзорные органы, всячески опекала его. И только после видеоконференцсвязи с Малаховым Набиева арестовали. Вкладчиков услышали. Однако, как только Малахов покинул АФМ, дело буквально развалилось.
 
История с «Интерьер Строй Актау» — это настоящий фарс, полный неожиданностей. Бывший мулла Абдывели Айымбетов буквально «отжал» компанию у Саида Гамзатова, а затем продал её Набиеву за символическую сумму — 97 100 тенге. Вскоре появляется еще один интересный персонаж — Кабатбаев, близкий родственник руководителя аппарата Мангистауской области Малика Абдыкадирова. Кстати, Абдыкадиров практически всю свою карьеру проработал в прокуратуре.

Я, конечно, не намекаю… но вполне могу представить, что после Набиева «реабилитируют»  и выведут из орбиты уголовного преследования и Кабатбаева. Ну негоже имея высокопоставленных родственников отбывать реальный срок, верно?
 
А вот крайним в этой истории пытаются сделать  Гамзатова, у которого попросту отняли строительную фирму.
 
Говоря языком айтишников, в Актау нужно «сбросить все настройки». Обновить прокурорский состав, влить свежую кровь в ДЭР, а некоторым судьям, возможно, пора на заслуженный отдых.
 

А Малахова? Малахова Дмитрия Михайловича стоит клонировать. Чем быстрее — тем лучше.