Фильм охватывает около десяти лет правления Петра I. Он начинается с возвращения царя из Великого посольства, дипломатического евротура, во время которого Пётр искал союзников против Швеции. Заканчивается он Полтавской битвой. Эта победа над Карлом XII стала переломом в Северной войне, а позже привела к тому, что Пётр принял императорский титул.
Между этими событиями Пётр проводит реформы, строит армию и закладывает Петербург. Он спорит с боярами и церковью, которая не хочет отдавать колокола на пушки. Он ссорится и мирится с другом и соратником Александром Меншиковым и расстаётся с Анной Монс. В фильме есть сцена штурма крепости Орешек, а Полтава стала главным сражением.
Премьера фильма приурочена к 305-летию провозглашения Российской империи. Северная война закончилась Ништадтским миром в 1721 году. Россия получила выход к Балтике, а Сенат и Синод поднесли Петру титул императора. Торжественная церемония прошла в Троицком соборе Петербурга 22 октября (2 ноября по новому стилю) 1721 года.
Сам фильм заканчивается на Полтаве, до этих событий остаются ещё двенадцать лет. Картина сосредоточена на одном десятилетии, поэтому о том, как всё закончилось, зритель знает из школьной программы. Создатели говорят, что делали художественное, а не документальное кино. По словам Кравчука, в нём есть "наша интерпретация и экстраполяция событий, о которых мы не знаем всех деталей".
Я почитал в интернете первые отзывы тех, кто уже успел посмотреть фильм. Зрители в первую очередь хвалят игру Александра Горбатова. Многие считают её главным достоинством картины. Отдельно также отмечают батальные сцены, особенно Полтавскую битву, а также музыку и костюмы.
Некоторым критикам понравилось, что авторы решили сосредоточиться на одном десятилетии и ключевом сражении, а не пытаться уместить в фильм всё правление Петра I. Такой подход помог выстроить цельную историю с понятным центральным конфликтом. В одном из отзывов картину назвали эпической и красивой, а Милоша Биковича в роли Меншикова выделили как самого живого и харизматичного персонажа.
"Рождение империи" - это однозначно масштабное и зрелищное кино с яркими костюмами, впечатляющими сражениями и довольно харизматичным Петром.
История в фильме подана в формате крупных эпизодов и без глубоких психологических портретов.
😁Этот фильм понравится тем, кто любит исторические эпики, хочет освежить исторические события и даже тем, кто просто хочет посмотреть кино ради картинки и размаха. Если вы смотрите такие фильмы с интересом, то обязательно стоит сходить посмотреть на большом экране. Полтавская битва и костюмы заслуживают именно этого.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥6❤4👍3
Жаринов — литературовед и публицист — показывает, что веком разума называли эпоху, которая закончилась диктатурой якобинцев и гильотиной; где эротомания стала добродетелью (Казанова!), а детей было «немодно» рожать — их отправляли в сиротские приюты. Руссо сдавал собственных детей в приют и при этом писал «Эмиля» о гармоничном воспитании. Об этой теневой стороне Просвещения, по замыслу автора, обычно не говорят.
Лёгкий, увлекательный слог: «читается на одном дыхании» — частый отзыв.
Широкий охват: наука, философия, музыка, театр, мода, масонство, авантюристы вроде Сен-Жермена и Калиостро. Отдельные главы действительно яркие — например, про изобретение метрической системы: сколько споров и экспедиций стоил один эталон метра.
Честный, «без цензуры» взгляд на прошлое, без романтизации эпохи.
Списка литературы нет, ссылки почти отсутствуют — это признают даже поклонники автора.
Часть читателей считает, что значительная часть текста — пересказ статей и популярной литературы, а не исследование.
Главы о философии — сухие, о музыке и архитектуре — похоже на переконспектированные чужие источники: складывается ощущение, что писал не один человек.
Рецензент Константин Сысоев на Лабиринте обнаружил, что глава о Ньютоне почти дословно заимствована у Билла Брайсона («Краткая история почти всего на свете»), без кавычек и ссылки на источник; с разделом о геологии, по его словам, та же история.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥3❤1👍1
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤9🔥5👍4
Я щас расплачусь
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤3👍1🔥1💯1
В честь 10-летия революции ввели дополнительный праздничный день — 8 ноября. Оба дня стали нерабочими. Позже праздник получил название «Годовщина Октябрьской революции», а в обиходе закрепилось полное — День Великой Октябрьской социалистической революции.
При Иосифе Сталине сложился устойчивый «канон»: появление вождей на трибуне Мавзолея, парад, затем демонстрация. Параллельно с официальным ритуалом у людей сформировался и свой, народный: утром семья собиралась вместе, слушала радиорепортажи о параде, а вечером устраивала застолье с революционными песнями.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤2👍1🔥1
Что мне в ней нравится больше всего — Верфель пишет не как апологет, а как репортёр. Он честно показывает всю машину, которая обрушилась на четырнадцатилетнюю девочку: жандармов, прокурора, психиатров, скептиков-интеллигентов, тонкую политику церковных чинов и просто толпу, готовую и высмеять, и расцеловать. Никто из персонажей не злодей в чистом виде — у каждого своя гордыня, своя выгода, свои сомнения. А Бернадетта на этом фоне — человек поразительной простоты: нищая, астматичная, не сделавшая из чуда ни франка, ни славы, ни разу не попросившая для себя.
Слабое место, которое отмечают многие читатели, — середина: повествование медленное, местами протокольное, и если ждать чуда в каждой главе, можно заскучать. Но финал отыгрывается с лихвой. И главное — автор не навязывает ответ на вопрос «а было ли чудо?»: верующим книга даёт подтверждение, скептикам — достойный аргумент, а большинству, как честно пишет одна читательница, — «я так и не смогла ответить, было ли чудо, но я хотела верить».
Повесть 1926 года — совсем другой зверь. Здесь Верфель берётся за Григория Распутина и закат императорской России, и название говорит само за себя: влияние «старца» на двор изображено как некий тёмный обряд, где мистика, политика и разложение сплетены в одну жгут-верёвку. Для нас это любопытно вдвойне: русский сюжет глазами европейца, современника событий.
Название «Чёрная месса» у Верфеля вообще не про Распутина одного — это и заголовок сборника рассказов, в котором эмоции героев всегда на грани безумия, а реальность перемешана с вымыслом и фантастикой. Читатели у этой вещи делились: кому-то стиль бьёт по нервам и запоминается, кому-то кажется хаотичным — на Лайвлибе у сборника скромная средняя оценка около 3 из 5, и главной претензией было именно то, что автор «идёт сразу во все стороны».
Моя честная оценка: «Чёрная месса» — вещь неровная, но ирония и экспрессионистская яркость у Верфеля в ней на высоте. И она работает как идеальный противовес «Бернадетте»: там чудо света, здесь — чудо тьмы, там вера простолюдинки против бюрократии, там вера-слепость, которой сдался целый двор. Две месссы, светлая и чёрная, в одной книге.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤1👍1🔥1