Этот День отца совпал с днём 15 лет назад, когда мне прямо в руки принесли из родильной операционной мою дочку Лизу, и я стал отцом.
А ещё совпадение, что ровно два года назад мы провели первый плейтест нашей игры (есть даже короткое видео). Можно сказать, стали отцами нашего ещё совсем крошечного проекта, который к сегодня повзрослел, окреп и скоро уж заживёт своей взрослой жизнью.
Весь день хожу размышляю об отцовстве — в чем его суть?
В нашей культуре (да и, на сколько я знаю, это плюс-минус глобал) мама — "первое слово, главное слово в каждой судьбе".
С наступлением массового производства, когда отцы понадобились на заводах и в офисах, их роль отошла на второй план. Воспитание маленьких организмов целиком легло на мам, бабушек, а далее (т.к. женщин тоже очень ждали на производстве) воспитательниц и учительниц. Мы уже как-то обсуждали, что это стало причиной феминизации (и алгоритмизации) мужчин, т.к. дамам жизненно необходима безопасность и предсказуемость, а значит ходим строем в наглаженных рубашечках, не шалим, не кричим, и поднимаем руку если хочется пи́сать.
А дальше государство всё больше стало принимать на себя функции обеспечения безопасности (льготы и субсидии, садики, школы, бесплатная медицина), став институциональным мужем для гражданок (Мараховский пишет об этом годами), пока это не привело к тому, что сегодняшний отец в массе своей — это либо чмо, ежедневно отбивающееся от упрёков, либо ещё один великовозрастный мамкин сынок, либо алиментщик на птичьих правах. Роль мужчины в воспитании детей вообще считается государством (при том, что они типа стимулируют отцовство, ага) настолько незначительной, что ей можно пренебречь — по оценкам юристов суды (в сотрудничестве с опекой и детскими психологами) оставляют детей с отцами всего в 5-6% случаев.
Тем ценнее сейчас настоящий Отец, который является основой своей семьи, главой, стержнем, на котором всё держится. Которого уважают, ценят, слушаются, о котором заботятся (базовая модель, которую следует изучить каждой женщине, которая собралась обрести семейное счастье), потому что он выполняет важнейшую миссию — он смотрит во тьму.
Пока горит костёр, медленно жарится мамонт, поёт жена, а дети играют — он вглядывается в непредсказуемость будущего, стремясь предугадать, предусмотреть и предупредить возможные риски для своего клана, обеспечить шансы на выживание и успех своим потомкам. Он трудится каждый день, чтобы защитить от врагов, обеспечить семью ресурсами, чтобы дети получили правильное окружение для максимальной самореализации.
Отцовская любовь незаметна. Папа может поиграть, покатать на шее, даже посюсюкаться, но он бывает занят, потому что основная его задача — обеспечение долгосрочного благоденствия. Если всё идёт хорошо и ничего страшного не происходит, никто и не догадается, на что папе пришлось пойти, какие усилия приложить, чтобы оно так было. А вот когда отца-хозяина нет — это сразу видно.
Отцовство значительно шире биологической роли родителя. Управление государством, компанией, проектом — это всё проявления отцовства (если это, конечно, не тупое корпоративное управлялово за кпи-бонусы). Предусмотрительно сделать что-то, что сегодня покажется неприятным, неудобным и неэффективным, для того чтобы потом в долгой перспективе уберечь от рисков и дать преимущества — вот мета-миссия отцов.
С праздником, дорогие Папы.
А ещё совпадение, что ровно два года назад мы провели первый плейтест нашей игры (есть даже короткое видео). Можно сказать, стали отцами нашего ещё совсем крошечного проекта, который к сегодня повзрослел, окреп и скоро уж заживёт своей взрослой жизнью.
Весь день хожу размышляю об отцовстве — в чем его суть?
В нашей культуре (да и, на сколько я знаю, это плюс-минус глобал) мама — "первое слово, главное слово в каждой судьбе".
С наступлением массового производства, когда отцы понадобились на заводах и в офисах, их роль отошла на второй план. Воспитание маленьких организмов целиком легло на мам, бабушек, а далее (т.к. женщин тоже очень ждали на производстве) воспитательниц и учительниц. Мы уже как-то обсуждали, что это стало причиной феминизации (и алгоритмизации) мужчин, т.к. дамам жизненно необходима безопасность и предсказуемость, а значит ходим строем в наглаженных рубашечках, не шалим, не кричим, и поднимаем руку если хочется пи́сать.
А дальше государство всё больше стало принимать на себя функции обеспечения безопасности (льготы и субсидии, садики, школы, бесплатная медицина), став институциональным мужем для гражданок (Мараховский пишет об этом годами), пока это не привело к тому, что сегодняшний отец в массе своей — это либо чмо, ежедневно отбивающееся от упрёков, либо ещё один великовозрастный мамкин сынок, либо алиментщик на птичьих правах. Роль мужчины в воспитании детей вообще считается государством (при том, что они типа стимулируют отцовство, ага) настолько незначительной, что ей можно пренебречь — по оценкам юристов суды (в сотрудничестве с опекой и детскими психологами) оставляют детей с отцами всего в 5-6% случаев.
Тем ценнее сейчас настоящий Отец, который является основой своей семьи, главой, стержнем, на котором всё держится. Которого уважают, ценят, слушаются, о котором заботятся (базовая модель, которую следует изучить каждой женщине, которая собралась обрести семейное счастье), потому что он выполняет важнейшую миссию — он смотрит во тьму.
Пока горит костёр, медленно жарится мамонт, поёт жена, а дети играют — он вглядывается в непредсказуемость будущего, стремясь предугадать, предусмотреть и предупредить возможные риски для своего клана, обеспечить шансы на выживание и успех своим потомкам. Он трудится каждый день, чтобы защитить от врагов, обеспечить семью ресурсами, чтобы дети получили правильное окружение для максимальной самореализации.
Отцовская любовь незаметна. Папа может поиграть, покатать на шее, даже посюсюкаться, но он бывает занят, потому что основная его задача — обеспечение долгосрочного благоденствия. Если всё идёт хорошо и ничего страшного не происходит, никто и не догадается, на что папе пришлось пойти, какие усилия приложить, чтобы оно так было. А вот когда отца-хозяина нет — это сразу видно.
Отцовство значительно шире биологической роли родителя. Управление государством, компанией, проектом — это всё проявления отцовства (если это, конечно, не тупое корпоративное управлялово за кпи-бонусы). Предусмотрительно сделать что-то, что сегодня покажется неприятным, неудобным и неэффективным, для того чтобы потом в долгой перспективе уберечь от рисков и дать преимущества — вот мета-миссия отцов.
С праздником, дорогие Папы.
Всем хочется определённости. Определённость — это безопасность. Наши инстинкты требуют от нас гарантий, что всё будет хорошо. А потому каждый день мы стремимся снижать неопределённость: принимаем решения, ставим цели и сроки. Считается, что умение делать это заранее и иметь силу воли их придерживаться — это черта хорошего руководителя. На самом деле нет.
На картинке изображено очевидное: чем больше у нас накоплено информации по вопросу, тем качественнее мы можем принять решение.
Нет смысла в моменте t фиксировать то, что в t+n может стать неактуальным в изменившихся обстоятельствах. Идеальная точка нашей максимальной компетентности — прямо перед тем, когда откладывать уже нельзя. Поэтому я живу по принципу:
Если можно решить позже, то следует решить позже
Он позволяет сохранять лёгкость и свободу, обеспечивает настоящую гибкость (а не тот аджайл, который принято внедрять в эффективных компаниях). Правильно проектировать архитектуру софта, не закладывая на нижние уровни избыточного (того, что вероятно не пригодится, но будет жрать и требовать обслуживания), не писать бессмысленных ТЗ, которые стухнут на следующий день и прочее, что говорят оторванные от практики училки на курсах MBA и software architect.
Такой подход контринтуитивен и требует сознательной тренировки. Приходится учить внутреннюю обезьяну, что попытки схватиться и закрепить сегодня какие-то установки — это лишь иллюзия контроля, псевдо-безопасность, самоуспокоение. И наоборот, способность к импровизации — это фактор успешного выживания.
Это также требует борьбы с собственной гордыней, которая заявляет, что знает как правильно. Уверенность в собственной правоте, вообще говоря, блокирует дорогу к росту компетентности, к этой самой правоте. Но даже если допустить, что мы всё правильно оценили, мы всё равно не находимся в статичных условиях. Вокруг нас куча других участников (в том числе недружелюбных, имеющих право ответного хода), которые постоянно меняют расклад партии, что бы мы там себе заранее не нарешали.
Долгая практика такого откладывания решений приводит к изменению мышления: всё больше думаешь в терминах веера вероятностей, фокусируешься на фундаментальных вещах (принципы, факторы успеха и неуспеха), оставляя конкретные решения родиться естественным путём — как созреют, или как прижмёт. Бонусом идёт повышенное довольство происходящим: когда не фиксируешься на ожиданиях, то нет и фрустрации, когда они не оправдываются.
В общем, в моей реальности умение делать джаз — вот что является важным качеством руководителя и лидера клана.
На картинке изображено очевидное: чем больше у нас накоплено информации по вопросу, тем качественнее мы можем принять решение.
Нет смысла в моменте t фиксировать то, что в t+n может стать неактуальным в изменившихся обстоятельствах. Идеальная точка нашей максимальной компетентности — прямо перед тем, когда откладывать уже нельзя. Поэтому я живу по принципу:
Если можно решить позже, то следует решить позже
Он позволяет сохранять лёгкость и свободу, обеспечивает настоящую гибкость (а не тот аджайл, который принято внедрять в эффективных компаниях). Правильно проектировать архитектуру софта, не закладывая на нижние уровни избыточного (того, что вероятно не пригодится, но будет жрать и требовать обслуживания), не писать бессмысленных ТЗ, которые стухнут на следующий день и прочее, что говорят оторванные от практики училки на курсах MBA и software architect.
Такой подход контринтуитивен и требует сознательной тренировки. Приходится учить внутреннюю обезьяну, что попытки схватиться и закрепить сегодня какие-то установки — это лишь иллюзия контроля, псевдо-безопасность, самоуспокоение. И наоборот, способность к импровизации — это фактор успешного выживания.
Это также требует борьбы с собственной гордыней, которая заявляет, что знает как правильно. Уверенность в собственной правоте, вообще говоря, блокирует дорогу к росту компетентности, к этой самой правоте. Но даже если допустить, что мы всё правильно оценили, мы всё равно не находимся в статичных условиях. Вокруг нас куча других участников (в том числе недружелюбных, имеющих право ответного хода), которые постоянно меняют расклад партии, что бы мы там себе заранее не нарешали.
Долгая практика такого откладывания решений приводит к изменению мышления: всё больше думаешь в терминах веера вероятностей, фокусируешься на фундаментальных вещах (принципы, факторы успеха и неуспеха), оставляя конкретные решения родиться естественным путём — как созреют, или как прижмёт. Бонусом идёт повышенное довольство происходящим: когда не фиксируешься на ожиданиях, то нет и фрустрации, когда они не оправдываются.
В общем, в моей реальности умение делать джаз — вот что является важным качеством руководителя и лидера клана.
Каждый раз ржу, когда корпораты ссут на лицо своим юзерам (сегодня Мейл, вчера Яндекс). Ну ё-моё, ну не надо быть такими наивными девочками: с их точки зрения юзер — это всегда лишь барашек для стрижки. Его можно приманить, обмануть, кинуть, слить его данные, обучить на них нейросеть, чтобы впарить ему следующий "продукт".
Маркетологини 13 лет назад предложили пиар-ход, у которого была цена. Но кому какое дело, если эту цену платить не им? И где теперь те менеджерки, которые тогда принимали решение?
Так всегда в беспилотных системах (в т.ч. в госструктурах): управляющие не имеют шкуру на кону, они регулярно сменяются, обнуляя взятые на себя обязательства. А вновь пришедшие могут заново их раздать. А наивный юзер/избиратель снова поведётся. К вопросу, кстати, о безусловной пользе сменяемости власти.
Выводы всё те же:
- следует беречь свой суверенитет, хранить свои данные у себя, использовать селф-хостед сервисы (это по итогу и дешевле, и безопаснее, и не так сложно на самом-то деле) — лучше настроить один раз, пока свежи эмоции
- иметь хорошую злую память: если компания хотя бы раз позволила блядство в отношении своих клиентов, то она это будет делать снова и снова (время такое не лечит, новонанятые менеджерки — тоже)
Для справки: сегодняшний Mail (те, кто собственно принимал решение о прекращении "бесплатно и навсегда") — это VK. Те самые, которые госмессенджер Мах и цифровое ID с передачей им всех ваших персональных подробностей из Госуслуг.
Маркетологини 13 лет назад предложили пиар-ход, у которого была цена. Но кому какое дело, если эту цену платить не им? И где теперь те менеджерки, которые тогда принимали решение?
Так всегда в беспилотных системах (в т.ч. в госструктурах): управляющие не имеют шкуру на кону, они регулярно сменяются, обнуляя взятые на себя обязательства. А вновь пришедшие могут заново их раздать. А наивный юзер/избиратель снова поведётся. К вопросу, кстати, о безусловной пользе сменяемости власти.
Выводы всё те же:
- следует беречь свой суверенитет, хранить свои данные у себя, использовать селф-хостед сервисы (это по итогу и дешевле, и безопаснее, и не так сложно на самом-то деле) — лучше настроить один раз, пока свежи эмоции
- иметь хорошую злую память: если компания хотя бы раз позволила блядство в отношении своих клиентов, то она это будет делать снова и снова (время такое не лечит, новонанятые менеджерки — тоже)
Для справки: сегодняшний Mail (те, кто собственно принимал решение о прекращении "бесплатно и навсегда") — это VK. Те самые, которые госмессенджер Мах и цифровое ID с передачей им всех ваших персональных подробностей из Госуслуг.
Олег рассуждает о том, как запретобесие помогает российскому айти (никак) и могу только согласиться. Вайб у знакомых айтишников в диапазоне от "из принципа настрою VPNы так, что заебётесь выцеливать" через "во сколько обойдётся ВНЖ в Дубайске?" до "ну его нахер, займусь плиткой".
С учётом того, что мы только входим в зону турбулентности, связанную с уязвимостью информационных систем (только за последние дни Binance, Beget, Росстат), это прям очень недальновидно. Дело ведь не в YT и TG — у разработчиков ломаются цепочки компиляции, системы обновления, вот просто тупо на пустом месте мешают работать, и приходится, чертыхаясь, проходить всё то же самое, что 4 года назад (только тогда из-за внешних блокировок, а теперь от своих же родненьких).
Мы, человеки, ещё ведь до конца не осознаём, как на самом деле мы уязвимы перед нейровзломами. Сегодня информационные системы пронизывают всю нашу жизнь, они везде — от умных унитазов до тяжёлой промышленности. Наш инфоорганизм жил все эти годы в тепличных условиях: его периодически покусывали какие-нибудь локальные вирусы-анонимусы, грызли тупые бот-неты, да периодически сами разработчики что-нибудь криво накатывали до синих экранов — но это всё такая мелочь!
Даже если смотреть на нейронки скептичным взглядом просто как на индекс к обучающей выборке, мы получим обширную коллекцию всевозможных способов и приёмов взлома, накопленных человечеством за последние 50 лет, плюс все исходники известных движков, баз данных, библиотек (в т.ч. через декомпиляцию бинарников — опенсорс не обязателен, это ж тот же паттерн-мэтчинг), все найденные в них дыры и способы их эксплуатации.
И вот если всем этим в затейливых комбинациях массово и настойчиво молотить трудолюбивыми нейроагентами по информационным системам всего мира — от бирж до светофоров — то можно не просто испортить жизнь человечеству, а прикончить эту жизнь через "тысячу порезов" или неожиданным доступом к какому-нибудь бадабуму.
И слава богу, если получив такую несравнимую с предыдущим периодом вирулентную нагрузку, наш организм успеет адаптироваться и выработать иммунный ответ. А если нет?
Чем будем разгребать последствия и как будем перекраивать инфраструктуру для противодействия нейрохакингу? Очевидно, что не теми же средствами, что у атакующей стороны, ибо все эти средства ей тоже хорошо знакомы. Понадобится творческий подход со знанием дела (ой, а где же мы теперь найдём таких программистов? — одна половина уехала, вторая эмигрировала внутрь, а третья половина деградировала от принудительного ИИ-внедрения до неспособности самостоятельно написать for i=0 to 10, не то что свой протокол разработать). Кстати, чем больше в системе будет проприетарного кода, чем нетипичнее архитектура, тем ниже (хоть и сохранится, разумеется) вероятность ИИ-взлома. Любителям эффективных мейнстримных решений приготовить булки.
Напоследок поделюсь фантазией на тему. Вот если бы я играл за сторону запретобесов, я б сфокусировался на отстреливании именно частных VPN (через накошмаривание хостеров, блок иностранных хостплощадок, выявление и блэклистинг спалившихся — тех, кто случайно отправил пакетик через прокси на какой-нибудь русайт), сильно не трогая платные VPN-сервисы. Во-первых, их в любой момент легко перекрыть, во-вторых, зачем запрещать, если можно возглавить? Почему бы самим не поднять пару-тройку (ещё и конкурирующих для маскарада) платных VPN-сервисов, чтобы юзеры были счастливы, что наебали систему, а товарищ майор имел полный контроль за трафиком? (параллели с Telega — случайны ;) Ещё и денег можно в бюджет (или правильным людям) заработать. Можно даже периодически какой-то один сервис придушивать, а в другом повышать ценник, чтоб народ бежал со своими сабскрипшенами к тем "кто ещё успешно борется с блокировками". А потом наоборот. Ну красиво же — все счастливы! Ну это так, просто фантазия.
С учётом того, что мы только входим в зону турбулентности, связанную с уязвимостью информационных систем (только за последние дни Binance, Beget, Росстат), это прям очень недальновидно. Дело ведь не в YT и TG — у разработчиков ломаются цепочки компиляции, системы обновления, вот просто тупо на пустом месте мешают работать, и приходится, чертыхаясь, проходить всё то же самое, что 4 года назад (только тогда из-за внешних блокировок, а теперь от своих же родненьких).
Мы, человеки, ещё ведь до конца не осознаём, как на самом деле мы уязвимы перед нейровзломами. Сегодня информационные системы пронизывают всю нашу жизнь, они везде — от умных унитазов до тяжёлой промышленности. Наш инфоорганизм жил все эти годы в тепличных условиях: его периодически покусывали какие-нибудь локальные вирусы-анонимусы, грызли тупые бот-неты, да периодически сами разработчики что-нибудь криво накатывали до синих экранов — но это всё такая мелочь!
Даже если смотреть на нейронки скептичным взглядом просто как на индекс к обучающей выборке, мы получим обширную коллекцию всевозможных способов и приёмов взлома, накопленных человечеством за последние 50 лет, плюс все исходники известных движков, баз данных, библиотек (в т.ч. через декомпиляцию бинарников — опенсорс не обязателен, это ж тот же паттерн-мэтчинг), все найденные в них дыры и способы их эксплуатации.
И вот если всем этим в затейливых комбинациях массово и настойчиво молотить трудолюбивыми нейроагентами по информационным системам всего мира — от бирж до светофоров — то можно не просто испортить жизнь человечеству, а прикончить эту жизнь через "тысячу порезов" или неожиданным доступом к какому-нибудь бадабуму.
И слава богу, если получив такую несравнимую с предыдущим периодом вирулентную нагрузку, наш организм успеет адаптироваться и выработать иммунный ответ. А если нет?
Чем будем разгребать последствия и как будем перекраивать инфраструктуру для противодействия нейрохакингу? Очевидно, что не теми же средствами, что у атакующей стороны, ибо все эти средства ей тоже хорошо знакомы. Понадобится творческий подход со знанием дела (ой, а где же мы теперь найдём таких программистов? — одна половина уехала, вторая эмигрировала внутрь, а третья половина деградировала от принудительного ИИ-внедрения до неспособности самостоятельно написать for i=0 to 10, не то что свой протокол разработать). Кстати, чем больше в системе будет проприетарного кода, чем нетипичнее архитектура, тем ниже (хоть и сохранится, разумеется) вероятность ИИ-взлома. Любителям эффективных мейнстримных решений приготовить булки.
Напоследок поделюсь фантазией на тему. Вот если бы я играл за сторону запретобесов, я б сфокусировался на отстреливании именно частных VPN (через накошмаривание хостеров, блок иностранных хостплощадок, выявление и блэклистинг спалившихся — тех, кто случайно отправил пакетик через прокси на какой-нибудь русайт), сильно не трогая платные VPN-сервисы. Во-первых, их в любой момент легко перекрыть, во-вторых, зачем запрещать, если можно возглавить? Почему бы самим не поднять пару-тройку (ещё и конкурирующих для маскарада) платных VPN-сервисов, чтобы юзеры были счастливы, что наебали систему, а товарищ майор имел полный контроль за трафиком? (параллели с Telega — случайны ;) Ещё и денег можно в бюджет (или правильным людям) заработать. Можно даже периодически какой-то один сервис придушивать, а в другом повышать ценник, чтоб народ бежал со своими сабскрипшенами к тем "кто ещё успешно борется с блокировками". А потом наоборот. Ну красиво же — все счастливы! Ну это так, просто фантазия.