📃 А.В. Суворов «...я заключил доброе имя в славе моего Отечества, и все деяния мои клонились к его благоденствию».
225 лет подвигу русских войск под командованием А.В. Суворова в Швейцарском походе через Альпы 1799 г.

Славная юбилейная дата российской истории и блистательный пример военного мастерства Александра Васильевича Суворова – прекрасный повод еще раз обратиться к корпусу документов, хранящихся во многих федеральных, краевых, областных архивах России и имеющих отношение к жизни генералиссимуса, его вкладу в развитие военной науки и влиянию на жизнь российского общества в целом.

Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ) заслуженно гордится интереснейшими документами, связанными с именем А.В. Суворова. Условно их можно разделить на такие группы: письма А.В. Суворова; документы современников полководца; документы, связанные с созданием Государственного мемориального музея А.В. Суворова; документы Суворовского кадетского корпуса (в т.ч. документы Объединения кадетов Суворовского кадетского корпуса).

В ГА РФ писем генералиссимуса совсем немного, и часть из них хранится в копиях в «Коллекции документов рукописного отделения библиотеки Зимнего Дворца. Санкт-Петербург» (ГА РФ. Ф. 728. Оп. 1). Полководец писал графу П.А. Толстому, графу А.К. Разумовскому, Ф.В. Ростопчину, С.Р. Воронцову, С.А. Колычеву, В.С. Попову и Д.И. Хвостову, графу Н.П. Панину. Обращался он и к Павлу I в связи с присвоением ему звания генералиссимуса (копия письма от 27 сентября 1799 г. ГА РФ. Ф. 1053. Оп. 1. Д. 668).

Интерес у исследователей могут вызвать документы, дополняющие исторический фон происходящих в конце XVIII века событий, связанных с именем Суворова, его военными походами и личностями его современников-сослуживцев. Это воспоминания Е. Вечесловой (няни Николая I) о ее пребывании в Варшаве во время восстания Тадеуша Костюшко и встрече с А.В. Суворовым после занятия города русскими войсками в ноябре 1794 г. (ГА РФ. Ф. 672. Оп. 1. Д. 305); донесения французских послов и агентов в Петербурге в МИД Франции, справки, выдержки из «Петербургского бюллетеня» и «Венского бюллетеня» о политических событиях в России, внешней политике Павла I, итальянском походе Суворова 1799 г., об отводе русских войск из Италии и из Австрии (ГА РФ. Ф. Р-8091. Оп. 34. Д. 68); письмо русского генерала Ребиндера с благодарностью за прием в Венгрии русской армии (ГА РФ. Ф. Р-8091. Оп. 63. Д. 85), а также находящаяся в том же фонде переписка о переходе русских войск через территорию Венгрии с документами 1799 г.

Отдельно следует отметить черновик записок Н.М. Муравьева «Опыт критического и военного описания похода 1799 года» в переплете и писарскую копию этого же труда с авторскими пометами (1818–1822 гг.) (ГА РФ. Ф. 1153. Оп. 1. Д. 93).

Не многим известен тот факт, что судьбы целого ряда выдающихся деятелей русской военной разведки XVIII в. – начала XIX в. так или иначе были связаны с именем А.В. Суворова, «хитреца первостатейного», скрывавшего свою жизнь «за пеленой слухов и легенд и сумевшим подготовить целую плеяду гениальных разведчиков» (Д.Д. Заусайлов. Суворовская школа военной разведки // Военно-исторический журнал. – 2021. – № 4. – С. 44–47). В этом отношении крайне интересна биография А.В. Воейкова, директора Особенной канцелярии военного министерства и фактического руководителя военной разведки России в начале Отечественной войны 1812 г. Воейков свою блистательную карьеру начал с участия в швейцарском походе Суворова в качестве его ординарца. ГА РФ хранит документы, связанные с родом Воейковых, помещиков Тамбовской губернии, в том числе формулярный список, выписку из формулярного списка генерал-майора А.В. Воейкова и приказ об его отставке (Ф. 877).

В архиве находится дело с мандатами, удостоверениями, характеристиками и другими материалами о генерал-майоре В.А. Пренделе (ГА РФ. Ф. Р-8091. Оп. 45. Д. 84), еще одном современнике Суворова, таланты которого он сумел рассмотреть, оценить и поставить на службу России во время Итальянской кампании. Полководец сумел добиться того, что австриец В.А. Прендель с 1799 г. и вплоть до смерти А.В...

📃 Вятке – 650 лет

Вятка принадлежит к числу старинных городов, о точной дате основания которого говорить трудно из-за отсутствия сведений в исторических документах. В таких случаях «точкой отсчета» в истории города становится его первое летописное упоминание.

Принято считать, что такой датой для города Кирова (Хлынов, Вятка) является 1374 г. Под этим годом в общерусских летописях сообщается о набеге ушкуйников (речных пиратов) на Вятку и Поволжье в 6882 (1374) г., когда они «Вятку пограбиша», а после похода «поидоша к Вятце по суху на конех». В историографии, однако, существует мнение, что историю Вятки в источниках правильнее отсчитывать от другой даты. В «Повести о стране Вятской» сказано, что в 1181 г. новгородцы прибыли на Вятку и основали там города. О том, насколько достоверны эти сведения, в настоящее время ведутся горячие дискуссии. Проблема данного источника в том, что он достаточно поздний (его списки (рукописи) датируются концом XVII – начала XVIII в.), вследствие чего вызывает сомнения у ряда исследователей. Тем не менее, текстологический анализ «Повести» убедительно показывает, что основывается этот источник на ранних документах. Один из списков «Повести» хранится в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА).

Какую бы дату мы не считали более верной, очевидно, что Вятка уже существовала как населенный пункт к концу XIV в. Неясно, имела ли она в те далекие времена статус города. Исследователи сходятся на том, что Вятский край примерно с XII в. осваивался выходцами из Новгородской земли. В XIII–XV вв. здесь существовали 4 отдельные территории: Никулинская, Котельничская, Пижемская и Лебяжо-Уржумская волости. В XIV–XV вв. эти земли образовывали Вятскую вечевую республику и являлись самостоятельными вплоть до 1489 г.

Трудным является вопрос о получении Вяткой статуса города и переименования ее в город Хлынов. В середине XV в. главный город Вятской земли именуется летописцами Хлыновым, то же видим и в юридических актах XVI в. И только в Воскресенской летописи конца XVI в. в росписи русских городов указывается Вятка. Возможно, оба эти названия некоторый промежуток времени сосуществовали.

Большую роль Вятский край сыграл в феодальной войне XV в. Вятская земля являлась главной опорой галицких князей, в связи с чем впервые встречается ее упоминание в юридических актах. Первое нелетописное сообщение о Вятке имеется в договорной грамоте великого князя Василия Васильевича с Галицким князем Юрием Дмитриевичем от 11 марта 1428 г.: «Также что ты пожаловал отец мой, князь великий Василий Дмитриевич, Вяткою, и с слободами, и со всеми месты, и нам такоже в Вятку не вступатиси... а тебе держати Вятка по отца моего грамоте...».

В духовной грамоте князя Юрия Дмитриевича Галицкого, составленной около 1433/34 г., сообщается о наличии городов на Вятке, но без названия: «А се даю трем своим сыном... Вятку з городы и волости». Из этого можно сделать вывод, что Вяткой в грамотах именовался не конкретный город, а целый регион.

В документах конца XVI в. Хлынов уже встречается как город на Вятке. Характерны в этом отношении строки из жалованной грамоты Ивана IV Успенскому монастырю от 1582 г.: «От царя и великого князя Ивана Васильевича на Вятку, в Хлынов» и другие.

К концу XVI в. в связи с ликвидацией Сибирского ханства вятская земля перестала быть окраиной Русского государства. Она явилась связующим звеном между центральными, поволжскими, поморскими и урало-сибирскими районами. Как и в любом крупном центре в Вятке стали появляться локальные достопримечательности и объекты поклонения, к которым можно отнести Великорецкую икону Николая Чудотворца. О святыне повествует дошедший до нас замечательный памятник книжной культуры – «Повесть о Великорецкой иконе».

Согласно тексту Повести, в далеком 1383 г. в Вятском крае рядом с деревней Крутицы, на берегу небольшой реки, позже названной Великой, крестьянин Семен Агалаков нашел образ святителя Николая. Эта икона, перенесенная в Хлынов, быстро обрела славу, и уже в 1580-е гг. сложилась традиция путешествий Великорецкой иконы по городам и селам, расположенным на р...

📃 «Мы сделали все, что было в наших силах, для доставления успеха нашему делу, но противу физических препятствий усилия человеческие весьма часто ничего не значат».
К 200-летию со дня завершения экспедиции Ф.П. Литке на бриге «Новая Земля»

В сентябре 1819 г. лейтенант Ф.П. Литке вернулся в Санкт-Петербург из кругосветной экспедиции на шлюпе «Камчатка». За время трехлетнего плавания под командованием капитана 2-го ранга В.М. Головнина он приобрел опыт и знания, показал преданность науке, превратился в настоящего профессионального офицера. Суровая военно-морская школа Головнина воспитала в Литке качества, необходимые для участия в исследовательских проектах, организацией которых активно занималось морское ведомство в течение первой трети ХIХ в.

Одним из таких направлений стала экспедиция по изучению крупнейшего арктического архипелага Новая Земля, отделяющего Баренцево море от Карского. Изображения его на картах пестрели неточностями и белыми пятнами. В 1819 г. Адмиралтейский департамент направил к Новой Земле экспедицию под командованием лейтенанта А.П. Лазарева на старом английском судне «Кетти», получившем название «Новая Земля». Амбициозная задача описать в одно лето всю Новую Земля и о. Вайгач осталась невыполненной. Объем этих поручений показал, насколько туманными были представления о плаваниях в сложных ледовых условиях, организации гидрографических работ, требованиях к кораблю и его экипажу. Результаты проделанной А.П. Лазаревым работы были ничтожны и иногда глубоко ошибочны.

По заказу морского ведомства, крайне заинтересованного в продолжении исследовательских работ, в Архангельске был заложен и уже в июне 1820 г. спущен на воду бриг, получивший название «Новая Земля», взамен вернувшего свое старое название английского судна. Новый двухмачтовый 16-пушечный бриг, рассчитанный специально для плавания в северных водах, имел сплошной набор, все щели в его обшивке были тщательно проконопачены, подводная часть обшита медью, на случай зимовки имелась огромная парусная крыша, служившая защитой палубы от снега. По рекомендации В.М. Головнина командиром судна и начальником новой экспедиции был назначен 25-летний лейтенант Архангельского флотского экипажа Ф.П. Литке. В состав экипажа судна вошли лейтенант М. Лавров, мичман Н. Чижов, штурман И. Федоров, штаб-лекарь И. Тихомиров, нижние чины – всего 43 человека. Решено было в новую экспедицию живописца не брать, а предложить эту работу штурману, искусному в рисовании.

Готовясь к экспедиции, Литке основательно изучил все предыдущие плавания и картографию северного архипелага, отмечая, что со времени голландского мореплавателя Виллема Баренца, достигшего еще в конце XVI в. крайнего северного мыса Желания, она оставалась достаточно примитивной. Литке отметил, что обширный материал был собран русской экспедицией штурмана Ф. Розмыслова в 1768–1769 гг. Ему первому удалось пройти проливом Маточкин Шар и нанести его на карту. Однако представления о Новой Земле, и особенно о ее восточном побережье, по-прежнему оставались достаточно смутными. Тяжелые климатические условия, короткая летняя навигация делали исследование Новой Земли и в ХIХ в. задачей трудновыполнимой.

Инструкция Адмиралтейского департамента на первый этап плавания включала ряд общих положений: визуальный осмотр берегов Новой Земли, установление величины острова и географического положения главных его мысов, длины пролива Маточкин Шар. Эта же инструкция требовала проводить исследования только в течение летней навигации и на зимовку непременно возвращаться в Архангельск. 14 июля 1821 г. бриг прошел бар Северной Двины, через пять дней вошел в Северный Ледовитый океан и стал продвигаться к Новой Земле. Однако льды не позволили найти вход в пролив. Ранние осенние морозы и страх оказаться затертыми льдами заставили Литке повернуть назад. 11 сентября судно вернулось в Архангельск и встало на зимовку.

Подводя итоги первого плавания, Ф. Литке направил морскому министру адмиралу маркизу И.И. де Траверсе донесение, карты, шканечный журнал, таблицы астрономических наблюдений. Представленные материалы отчасти объяснял...

📃 Сталинский (Донецкий) судебный процесс

8 сентября 1943 г. в ходе Донбасской военной операции Красная Армия освободила г. Сталино (современный г. Донецк). Перед отступлением 7 сентября 1943 г. нацисты в сарае второго дома профессуры заживо сожгли 150 чел. жителей дома, главным образом научных работников и преподавателей Донецкого индустриального института с их семьями. Этот факт, как и многие другие страшные преступления немецко-фашистских захватчиков на Донбассе были озвучены в ходе Нюрнбергского процесса. 12 офицеров вермахта, в том числе 1 генерал, были привлечены к ответственности и осуждены в ходе открытого судебного процесса, проходившего в г. Сталино 24–30 октября 1947 г.

9 сентября 2024 г. Верховный суд Донецкой Народной Республики приступил к рассмотрению заявления прокурора ДНР по вопросу признания военными преступлениями, преступлениями против человечности и геноцидом советского народа действий немецко-фашистских захватчиков в годы Великой Отечественной войны на территории Сталинской области (в настоящее время – Донецкая Народная Республика). Суду были представлены новые факты преступлений нацистов и их пособников, обнаруженные в архивных документах.

На сайте федерального архивного проекта «Преступления нацистов и их пособников против мирного населения СССР в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» (https://victims.rusarchives.ru/) опубликованы документы об этих злодеяниях, в том числе документы Государственного архива Донецкой Народной Республики: приказы и объявления немецкой оккупационной администрации, акты районных комиссий о зверствах нацистов, фотографии разрушений, произведенных немцами при отступлении, фотодокументы эксгумации массовых захоронений мирных жителей (https://victims.rusarchives.ru/stalinskaya-oblast).

28 октября 1943 г. начальник Управления НКВД Сталинской области А.Т. Чечков направил докладную записку на основе собранных свидетельств и задокументированных фактов наркому внутренних дел Украинской ССР В.С. Рясному «О зверствах немецко-фашистских оккупантов по Сталинской области» (https://victims.rusarchives.ru/dnr-28-10-1943-dokladn..). 12 ноября 1943 г. вышло официальное сообщение ЧГК «О разрушениях, причиненных немецко-фашистскими захватчиками промышленности, городскому хозяйству, культурно-просветительным учреждениям Сталинской области» (https://victims.rusarchives.ru/soobschenie-chgk-o-raz..).

Раскрылись страшные преступления нацистов и их пособников против мирных граждан и советских военнопленных. В стволах шахт в Сталино и Горловке, в меловых и алебастровых карьерах в Краматорске и Артемовске, на территории лагерей для военнопленных в Чистяково и Старо-Бешево зверски замучены и уничтожены десятки тысяч советских людей. Расследованием комиссии установлено, что только на шахте № 4/4 бис в Калиновке было расстреляно 75 тыс. человек, среди них много детей. В камере № 46 в карьерах г. Артемовска были расстреляны и заживо похоронены, замурованы в шахте – более 3000 женщин и детей, стариков. В январе 1942 г. из лагеря военнопленных в Мариуполе были погружены в 18 товарных вагонов больные советские военнопленные и вывезены на станцию Сартана. На вагонах была надпись – «к вагонам подходить строго запрещается – заразные больные». Вагоны были наглухо забиты и в них заморожены 1500 человек.

Областной комиссией ЧГК установлено, что в Сталинской области немецко-фашистские захватчики убили, замучили и расстреляли 174 416 человек, пытали, истязали и убили – 149 367 советских военнопленных, более 250 тыс. советских граждан угнали в немецкое рабство. Ущерб, причиненный немецкими захватчиками и их сообщниками гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям, только по одной Сталинской области исчисляется в сумме более 19 млрд руб.

1-й секретарь ЦК КП(б) Украин...

📃 К 55-летию Байкальского государственного природного биосферного заповедника

26 сентября 1969 г. постановлением Совета министров РСФСР № 571 был создан Байкальский государственный заповедник Главохоты РСФСР (ныне – Байкальский государственный природный биосферный заповедник). Общая площадь одного из самых красивых заповедников страны – 167 871 га, протяженность границ – 200 км.

Организация Байкальского заповедника стала одним из правительственных мероприятий по охране окружающей среды Прибайкалья. Идея его создания озвучивалась еще в 1950-е гг. учеными-ботаниками Иркутского государственного университета А.В. Смирновым и Н.А. Еповой. Практические шаги в этом направлении были сделаны в 1968 г. по инициативе Н.Т. Антоненко, возглавлявшего в то время Управление охотничье-промыслового хозяйства Бурятии, а также сотрудниками старейшего отечественного заповедника – Баргузинского – во главе с кандидатом сельскохозяйственных наук, лесоведом А.И. Ткаченко.

Территория заповедника охватывает центральную водораздельную часть хребта Хамар-Дабан, на южном склоне – берег реки Темник (Джидинский, Селенгинский районы). Северная часть заповедной земли лежит в Кабанском районе, в поселке Танхой находится центральная усадьба. Границу Байкальского заповедника, проходящую на севере, отделяют от озера автомобильная трасса и Транссибирская железнодорожная магистраль. В 1985 г. под охрану заповеднику перешла одна из главных орнитологических территорий Азии – природный заказник «Кабанский» в дельте реки Селенга, в 2011 г. – заказник «Алтачейский» на западном склоне Заганского хребта.

Самое глубоководное озеро в мире Байкал содержит 20% всей пресной воды планеты. С учетом уникального значения его бассейна в 1960–1970-х гг. правительством СССР были приняты меры по сохранению и рациональному использованию природных ресурсов Прибайкалья. Постановлением Совета министров СССР от 21 декабря 1969 г. № 52 установлена водоохранная зона; постановлениями ЦК КПСС и Совета министров СССР от 16 июня 1971 г. № 391 и от 21 июля 1977 г. № 679 инициированы работы по строительству очистных сооружений, упорядочению рубки леса и комплексному использованию природных ресурсов, своевременному восстановлению лесов, борьбе с водной и ветровой эрозией почв, загрязнением воздуха.

Байкальский заповедник характеризуют ландшафты восточно-сибирской тайги и степной зоны, водно-болотные угодья, высокогорные девственные леса Хамар-Дабана, озера и горные реки с чистой водой. На заповедных землях, по данным 2022 г., растет 1169 видов высших растений, 14 видов находятся в Красной книге Российской Федерации, 49 – в Красной книге Республики Бурятия. Здесь есть эндемики, реликтовые растения. Среди обитателей Байкальского заповедника – хозяин этих мест медведь, косуля, выдра, волк, баргузинский соболь и другие позвоночные животные (всего более 365 видов), в водоемах – около двух десятков видов рыб.

Леса Прибайкалья имеют огромное водорегулирующее и водоохранное значение. Они формируют количественные и качественные характеристики стока, поступающего в озеро, играют особую роль в воспроизведении высококачественной пресной воды, сохранении природных комплексов бассейна. Из отчета Союзгипролесхоза «Территориальная схема охраны природы озера Байкал» (1975 г.) следует, что на долю хребта Хамар-Дабан приходится около 20% общего стока в озеро. О роли лесов региона в формировании стока бассейна, а также распределении площадей насаждений по крутизне склонов можно узнать из архивных документов тематической подборки.

В условиях активного освоения Южного Прибайкалья главная задача Байкальского заповедника – сохранить уникальный природный комплекс в его первозданном виде. Отметим, что создание природоохранной зоны стало ответом экологов на строительство в 1960-х гг. Байкальского целлюлозно-бумажного комбината (БЦБК). Как следует из отчета Союзгипролесхоза, в зоне влияния этого промышленного предприятия оказались горно-таежные леса хребта Хамар-Дабан. С 1975 г. стали поступать сведения об очагах усыхания пихтовых лесов в местах застоя газов: ущельях рек, распадках, открытых с севера и з...

📃 «ЛЮБЛЮ СВОЕ ДЕЛО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ»
Н.А. Семашко – выдающийся врач, ученый и организатор советского здравоохранения. К 150-летию со дня рождения

В Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ) в фонде Департамента полиции МВД Российской империи хранится специальное дело «О дворянине Николае Александровиче Семашко», содержащее документы за 1899–1904 гг. (ГА РФ. Ф. 102. 3-е делопроизводство. 1899 г. Д. 122), а в фонде Московского охранного отделения – дело «О студенте Московского университета медицинского факультета Николае Александровиче Семашко» (документы за 1896–1908 гг. ГА РФ. Ф. 63. Оп. 16. Д. 1525). В данных материалах органов политического сыска дореволюционной России содержатся уникальные сведения о революционной, общественной и врачебной деятельности молодого Николая Семашко. Участие в студенческом движении не дало ему возможности окончить обучение в Московском университете (был отчислен в 1896 г.). Поводом к отчислению послужило его деятельное участие в «тайной» студенческой организации «Союзный совет объединенных землячеств». По постановлению Особого совещания 17 января 1897 г. Семашко был взят под гласный надзор полиции сроком на два года и отправлен на жительство на родину в г. Елец. Николаю Семашко все-таки удалось в 1901 г. сдать экзамены на звание врача в Казанском университете и получить диплом лекаря. В начале 1900-х годов Николай Александрович работал в качестве земского врача в г. Бузулук Самарской губернии и в селе Троицкое Мценского уезда Орловской губернии. В 1904 г. Семашко перебрался в г. Нижний Новгород и устроился на работу в качестве санитарного врача в медико-санитарное бюро при Нижегородской губернской земской управе, где занимался разработкой статистических медицинских материалов. Здесь, работая в земских медицинских учреждениях, молодой врач получил практические навыки врачебной деятельности, усвоив все лучшее, что принесла с собой в народ земская медицина.

Вся дальнейшая профессиональная врачебная деятельность Н.А. Семашко была неотрывно связана с деятельностью революционной. В 1905 г. Семашко принимал участие в организации забастовки на Сормовском заводе в Нижнем Новгороде, был арестован. После заключения, выпущенный под залог в 1000 рублей, Семашко в 1907 г. эмигрировал по поддельному паспорту на имя Валентина Михайловича Ковальского в Швейцарию, где впервые познакомился с В.И. Лениным, близкие отношения с которым связывали его всю последующую жизнь. За границей он выполняет ответственные задания партии и становится настоящим революционером-профессионалом. Начало Первой мировой войны Семашко встречает на Балканах, а в феврале 1917 г. возвращается в Россию и принимает активное участие в подготовке Октябрьского вооруженного восстания 1917 г.

11 июля 1918 г. Николай Александрович Семашко назначается народным комиссаром здравоохранения РСФСР, который он возглавлял вплоть до конца 1930 г., до перехода на работу во ВЦИК. В фонде Совнаркома РСФСР сохранились протоколы заседаний первого советского правительства, на которых неоднократно выступал Н.А. Семашко. Многие его предложения легли в основу декретов советской власти. Назовем лишь некоторые из важнейших вопросов, поставленных наркомом на заседаниях правительства: об усилении детского питания в Российской Республике (4 сентября, 5 ноября 1918 г.); об испанской болезни (5 октября 1918 г.); об ассигновании 15 млн рублей авансом на «удовлетворение» нужд военных эвакуационных пунктов и военных госпиталей (5 ноября 1918 г.); о призыве на военно-санитарную службу медицинских врачей (12 ноября 1918 г.); об ассигновании 9 862 025 рублей на организацию врачебно-питательных отрядов для беженцев в Закавказье (19 ноября 1918 г.); о положении военно-санитарного дела в РСФСР (28 ноября 1918 г.); о национализации аптек (28 декабря 1918 г.); о борьбе с сыпным тифом (28 января 1919 г.); об ограничении курения табака (8 февраля 1921 г.); об улучшении курортного дела на Кавказе (19 июля 1921 г.); об организации домов отдыха (26 июля 1921 г.); о содержании лечебных учреждений в голодающих губерниях (20 мая 1922 г.) и другие не менее важные вопрос...

📃 Николай Александрович Семашко. К 150-летию со дня рождения

Николай Александрович Семашко всегда с большим трепетом вспоминал свои детские годы: «Пребывание в деревне до сих пор вызывает у меня самые счастливые воспоминания. Да оно и было очень полезно мне – и в физическом, и в моральном, и в политическом отношении. <...> Я целые дни, с раннего утра и до позднего вечера, проводил с дворовыми рабочими и крестьянами на чистом воздухе... помогал и в работе, освоил все виды крестьянского труда: подростком я умел запрягать лошадь, косить, пахать, молотить, возить снопы, складывать скирды. Близость к природе оказывала на меня большое моральное воздействие. Я любил и горячо до сих пор люблю природу, чувствую ее».

Десятилетним мальчиком он был зачислен в Елецкую мужскую гимназию. В эту новую, действовавшую всего несколько лет до поступления Семашко гимназию, направляли учителей, которые по тем или иным причинам не подходили для других учебных заведений. Как результат – идеи преподавателей не только не западали в ученическую душу, но, наоборот, вызывали протест. Вот почему в последних классах гимназии Николай Александрович вместе с друзьями − А.М. Коноплянцевым, М.М. Пришвиным и С.Л. Масловым, решил организовать подпольный кружок по чтению литературы, попавшей под запрет в учебных заведениях. Позже он писал: «Книги эти: Н.Г. Чернышевского «Что делать?», сочинения Д.И. Писарева, Н.А. Добролюбова, В.Г. Белинского и другие – были изданы легально, но читать их гимназистам запрещалось... Мы, шесть гимназистов последнего восьмого класса, в складчину потихоньку купили эти «запрещенные» книги, собирались вместе, читали и обсуждали прочитанное». У кружка не было руководителя, ребята сами делали выводы, до всего доходили собственным умом – и уже тогда Семашко становится убежденным противником монархии и религии. Долго держать свои убеждения в тайне не удалось, и, как следствие, − Николая собрались исключить из гимназии. Однако исключение ученика, восемь лет подряд бывшего первым и переходившего из класса в класс с наградой, стало бы позором для школы. Его оставили, хотя лишили золотой медали.

М. Введенская, сестра Коноплянцева, вспоминала: «На выпускных экзаменах все делалось для того, чтобы не давать ему медали: так, закон Божий заставили его отвечать на греческом языке, и он ответил. Сочинение блестящее написал, и за поведение ему «пять» поставили, но медали все-таки не дали».

Это не помешало Семашко в 1891 г. поступить на медицинский факультет Московского университета. Он слушал лекции лучших преподавателей и ученых того времени, которые ныне составляют славу отечественной науки: физиолога И.М. Сеченова, гигиениста Ф.Ф. Эрисмана, хирурга Н.В. Склифосовского, психиатра А.А. Корсакова и других, но тяга к оппозиционной деятельности по-прежнему горела в его сердце. Случайностью это быть не могло, поскольку поддерживалось не только семьей, но и ближайшими родственниками – родным дядей Николая был один из первых российских марксистов Г.В. Плеханов. Уже на втором курсе Семашко сблизился с марксистами, а вскоре вошел представителем от Елецкого землячества в нелегальный московский студенческий Союзный совет землячеств. В декабре 1895 г. последовал первый арест − за участие в студенческих волнениях. Кратковременная ссылка после отчисления из Московского университета без права восстановления привели к тому, что пришлось ему обосноваться в Казани. Но романтика революции влекла Николая Александровича. Он вспоминал о времени завершения учебы следующее: «Профессора ко мне относились прекрасно. Тогда я схитрил: раз мне запрещено селиться в городе, то я буду жить за городом, и поселился за чертой города, за кладбищем. Профессора упросили либерального полицмейстера не арестовывать меня, если я появлюсь в университете для сдачи экзаменов. Немного подгримировавшись (подклеив бороду и усы и надев синие очки), я приходил по вечерам в университет, сдавал экзамены и сдал на доктора (с отличием) в 1901 году».

С 1902 г. Н.А. Семашко начинает свою врачебную практику и отправляется работать в деревню Новую Александрию Новоузенского уезда, где,...

📃 Крым: от тягот войны к мирной жизни.
К 80-летию начала восстановления хозяйства полуострова после освобождения от немецко-фашистских захватчиков

В ходе Великой Отечественной войны 12 мая 1944 г. завершилось освобождение территории Крыма от немецко-фашистской оккупации. Боевые действия проходили на полуострове в 1941 и 1942 гг., а осада противником Севастополя продолжалась восемь месяцев. Хозяйству Крымской автономной республики (АССР) был нанесен огромный ущерб, численность населения составляла менее 380 тысяч человек – в три раза меньше, чем до начала войны.

В июне – августе 1944 г. последовал ряд решений высших органов государственного управления, имевших целью восстановление хозяйства Крыма. Они были приняты как на союзном уровне, так и на уровне Совета Народных Комиссаров (СНК) РСФСР, исходя из территориальной принадлежности Крымской АССР. Данные акты хранятся в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ) в фондах Советов министров СССР и РСФСР соответственно (Ф. Р-5446 и Ф. А-259).

Среди актов СНК РСФСР наибольшее значение имело принятое 20 июля 1944 г. постановление № 549 «О первоочередных мероприятиях по восстановлению хозяйства Крыма» (ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 1. Д. 66. Л. 332–343). В ходе запланированных мероприятий предполагалось провести в текущем году капитальные работы общим объемом в сумме более 33 млн руб., что составило 0,13% расходной части годового бюджета РСФСР. Постановление определило задания для правительства Крымской АССР, а также руководителей отраслей – народных комиссаров, подчиненных СНК РСФСР.

Уже в конце октября – начале ноября 1944 г. ряд народных комиссаров республики направил отчеты о выполнении постановления, которые впоследствии составили целое архивное дело (ГА РФ. Ф. А-259. Оп. 6. Д. 2606). На основе этих отчетов начальник оргинструкторского отдела СНК РСФСР Н.П. Замятин 26 октября 1944 г. составил «Справку о выполнении наркоматами и ведомствами РСФСР постановления СНК РСФСР от 20 июля 1944 г. № 549 "О первоочередных мероприятиях по восстановлению хозяйства Крыма"», адресованную председателю Совнаркома РСФСР А.Н. Косыгину.

Согласно данной справке, в целом удалось выполнить задания по обеспечению населения полуострова самым необходимым. Уже были восстановлены мельницы, хлебозаводы и пекарни общей мощностью 190 тонн хлеба в сутки, мясокомбинаты общей мощностью 30 тонн мяса в смену, заводы по производству молока и безалкогольных напитков. Началось строительство макаронных фабрик и даже пивоваренного завода. Для жителей Крыма были открыты 477 магазинов и ларьков – в два с лишним раза больше запланированного – а также столовые, ремонтно-починочные мастерские и другие объекты сферы услуг.

После разрушений, вызванных войной, были отремонтированы более 162 тысяч квадратных метров жилой площади, включая и частные дома – втрое больше, чем планировалось в 1944 г. Однако, по мнению Н.П. Замятина, «восстановление гостиниц идет неудовлетворительно. Ощущается острый недостаток в меблировке, мягком оборудовании и особенно в постельном белье», – речь шла о территории, менее полугода назад пережившей боевые действия.

На фоне столь успешных ремонтных работ бросается в глаза факт, что «в связи с отсутствием строительных материалов» удалось отремонтировать всего две бани в сумме менее чем на сотню мест и ни одной прачечной.

В условиях приближающейся зимы ситуация с водоснабжением оставалась тяжелой. Из городов Крыма только в Севастополе действовали канализация и водопровод, обеспечивая ограниченное потребление воды.

Ремонт электросетей полуострова подходил к завершению. Однако электростанции еще не начали работу, так как не получили дизельные генераторы. По этой причине не ходил трамвай в Симферополе, хотя пути и вагоны уже были подготовлены к началу движения. В то же время план по ремонту местных автомобильных дорог в Крыму был перевыполнен. На важнейших дорогах работали эксплуатационные службы, мастерские по ремонту автомашин.

Значительный успех достигнут в столь важной для населения сфере, как здравоохранение. На полуострове действовали 9 городских и 13 сельских больниц и р...

📃 Рукопись книги В.А. Варсанофьевой о Печоро-Илычском заповеднике.

В Российском государственном архиве экономики (РГАЭ) хранится рукопись неизданной книги известного геолога, педагога, первой в СССР женщины, получившей ученую степень доктора геолого-минералогических наук, члена-корреспондента Академии педагогических наук СССР, заслуженного деятеля науки РСФСР Веры Александровны Варсанофьевой. Сохранились машинописные и рукописные тома научного труда о Печоро-Илычском заповеднике. Долгие годы ученые-геологи считали эту работу бесследно потерянной... Благодаря усилиям д.и.н. О.А. Вальковой книга Варсанофьевой «Печоро-Ылычский государственный заповедник: времена года» была издана в г. Сыктывкаре в 2022 г.

В 2024 г. исполняется 135 лет со дня рождения В.А. Варсанофьевой. Во многих изданиях значится, что Вера Александровна родилась в 1890 г., но в РГАЭ имеется заверенная копия метрического свидетельства о ее рождении 9 (22) июля 1889 г. Она родилась в дворянской семье, в 1906 г. окончила рязанскую Мариинскую женскую гимназию с золотой медалью. Историкам педагогической науки будут интересны сохраненные Верой Александровной учебные программы, студенческие конспекты, дневники и записные книжки. Для углубленного изучения математики она стала посещать частную гимназию В.П. Екимецкой. Судя по переписке с родственниками и друзьями, Вера училась увлеченно. В ее детских письмах, которые писались как по-русски, так и на французском языке, чувствуется позитивный настрой, а также настойчивое стремление достичь большего, стать лучше и доказать свое превосходство. В одном из посланий родственнику она пишет: «У меня ...средний балл... Вокруг меня разверзся ад, и я в отчаянии упала на парту...». В следующем письме она убеждает себя: «Я должна знать все и отвечать блестяще!». Эти письма, полные искренности, свидетельствуют о формировании интересной, целеустремленной личности.

В 1907 г. Варсанофьева поступила на естественное отделение физико-математического факультета Московских высших женских курсов, на которых познакомилась с известным геологом А.А. Черновым, во многом определившим ее судьбу как ученого-геолога. В РГАЭ хранится их многолетняя переписка. В 1911 г. профессор А.А. Чернов организовал для студентов первую экспедицию на Северный Урал. Для студентки Варсанофьевой это стало событием, определившим ее будущую жизнь. Научная разработка глубинных недр Северного Урала неразрывно связана с ее именем.

Признанием профессионализма В.А. Варсанофьевой стало ее назначение в 1925 г. старшим геологом Геологического комитета ВСНХ СССР. Одновременно она преподавала в Тверском и Иваново-Вознесенском педагогическом и политехническом институтах; в Московском государственном педагогическом институте (ранее 2-й МГУ) была заведующей кафедрой геологии и исполняла обязанности профессора. Вера Александровна являлась вице-президентом Московского общества испытателей природы. В 1935 г. она удостоена ученой степени доктора геолого-минералогических наук.

Подробная биография, профессиональная и научная деятельность Веры Александровны освещаются во многих статьях сотрудников Института геологии Коми научного центра Уральского отделения РАН (Коми НЦ УрО РАН г. Сыктывкар), на виртуальной выставке РГАЭ, в виртуальном музее В.А. Варсанофьевой, экспозиция которого подготовлена на основе документов РГАЭ и Научного архива Коми НЦ УрО РАН.

Всего Вера Александровна подготовила более 150 научных трудов в области геологии, она автор книг «Жизнь гор» (1931), «Происхождение Урала и его горных богатств» (1934).

Малоизученной до недавних пор оставалась природоохранная деятельность и роль В.А. Варсанофьевой в сохранении системы заповедников, хотя этой теме автор посвятила многие годы работы. Так, в 1940 г. в «Трудах Печоро-Ылычского государственного заповедника» была опубликована работа В.А. Варсанофьевой «Геологическое строение территории Печорско-Ылычского государственного заповедника». Эта статья имела большое значение для последующей научно-исследовательской работы о заповеднике.

В РГАЭ хранится 4 тома труда В.А. Варсанофьевой «Печоро-Ылычский заповедник»,...

📃 «Архивная загадка»

Предлагаем вам ознакомиться с посвящением, за которым стоит большая любовь и непростые судьбы. Как вы думаете, кто автор посвящения, кому оно адресовано?

Пишите свои предположения в комментариях. Правильный ответ дадим завтра.

#Росархив #АрхивнаяЗагадка@rusarchives #Вопрос #Ответ #АрхивныеДокументы

📃 «Архивная загадка». Даем правильный ответ.

Это посвящение поэта, писателя и фронтового корреспондента Константина Михайловича Симонова жене, актрисе Валентине Васильевне Серовой на сборнике стихотворений «С тобой и без тебя».

Небольшая книжечка сделана самим Симоновым из переплетенных машинописных страниц. Дарственная надпись на ее авантитуле была написана автором 12 декабря 1941 г., спустя три дня после того, как по радио в прямом эфире впервые прозвучало в исполнении Симонова его знаменитое стихотворение «Жди меня», которое также посвящено Валентине Серовой.

Самодельный сборник «С тобой и без тебя» хранится в личном фонде К.М. Симонова в Российском государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ. Ф. 1814). Он поступил в архив от наследников поэта в 2015 г.

#Росархив #РГАЛИ #АрхивнаяЗагадка@rusarchives #СборникСтихотворений #С_Тобой_и_Без_Тебя #СимоновКонстантинМихайлович #Поэт_Писатель #ФронтовойКорреспондент #АрхивныеДокументы #История

📃 Всесоюзный фестиваль искусств «Золотое звено БАМа».
К 40-летию завершения строительства Байкало-Амурской железнодорожной магистрали

1 октября 1984 г. на станции Куанда Читинской области строители уложили последнее, так называемое «золотое» звено главного пути БАМа – Байкало-Амурской железнодорожной магистрали. Новый транспортный путь протяженностью более четырех тысяч километров пролег через Восточную Сибирь и Дальний Восток к побережью Тихого океана. На строительстве трудились до 130 тысяч человек в конце 1970-х – начале 1980-х гг.

Непосредственные работы на БАМе вело Министерство транспортного строительства СССР. Однако основные стройматериалы поставляла местная промышленность РСФСР – тех регионов Сибири и Дальнего Востока, через которые и прокладывалась магистраль. Одновременно необходимый быт строителей – жилищно-коммунальное, медицинское и культурное обслуживание – обеспечивался усилиями республиканских министерств и ведомств. Завершение строительства БАМа должно было стать знаменательным событием как самих строителей, так и для жителей населенных пунктов в зоне прохождения магистрали. Процесс подготовки праздничных мероприятий раскрывают документы Министерства культуры РСФСР и других ведомств, хранящиеся в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ).

28 июня 1984 г. коллегия Министерства культуры РСФСР «в связи с досрочным завершением укладки главного пути БАМа» приняла постановления об организации в октябре двух крупных выставок. Музейная выставка «БАМ – магистраль века» была создана Государственным историческим музеем в г. Тынде Амурской области, в дальнейшем стала основой Центрального музея БАМа. Усилиями Союза художников РСФСР в Чите открылась выставка «Художники Советской России – БАМу». Одновременно под руководством Государственного комитета РСФСР по кинематографии на месте завершения укладки железнодорожного пути Дальневосточной киностудией снимался документальный фильм «Первый сквозной» о начале движения по магистрали.

Центральным событием, приуроченным к завершению строительства, стал всесоюзный фестиваль искусств «Золотое звено БАМа», прошедший с 29 сентября по 7 октября 1984 г. Ранее в зоне строительства ежегодно проходили фестивали искусств под названием «Огни магистрали». В рамках каждого из них устраивалось более тысячи концертов, собиравших не менее 700 тысяч зрителей. В фестивалях ежегодно участвовали около 500 исполнителей, как из регионов прохождения магистрали, так и со всей страны. Среди них были такие известные артисты, как Лев Лещенко, Алла Пугачева, Ренат Ибрагимов, Людмила Сенчина, Евгений Петросян, Полад Бюльбюль оглы, Анне Вески, Нани Брегвадзе и многие другие.

6 августа 1984 г., в разгар фестиваля «Огни магистрали – 84», Министерство культуры РСФСР издало приказ «О проведении Всесоюзного фестиваля искусств "Золотое звено БАМа"» (Ф. А-501. Оп. 3. Д. 463. Л. 168–169). Подчиненным ведомствам была поставлена задача «обеспечить участие в фестивале ведущих исполнителей..., обратив особое внимание на подготовку высокохудожественного репертуара, содержащего произведения советских авторов, прославляющие героический труд советских строителей, роль КПСС в великих свершениях нашего народа». Зона прохождения магистрали была разделена между крупнейшими концертными бюро РСФСР: «Росконцерт» обслуживал Читинскую и Амурскую области, «Москонцерт» – Иркутскую область и Бурятскую АССР, «Ленконцерт» – Якутскую АССР и Хабаровский край.

Первоначально приказ содержал разрешение коллективам и исполнителям, участвовавшим в фестивале, получить среднемесячный заработок свыше двух тарифных окладов. Впоследствии эта часть текста приказа была вымарана. Тем не менее, позднее Министерство культуры РСФСР просило союзное Министерство культуры, «учитывая важность задачи культурного обслуживания трудящихся Дальнего Востока и Сибири», разрешить превышение двух тарифных окладов ряду исполнителей.

Невозможно перечислить всех участников фестиваля: Эдуард Хиль, Ксения Георгиади, артисты эстрады Владимир Винокур и Геннадий Хазанов. К названным именам следует добавить ансамбль «Песняры», Вахтанга Кикабидз...

📃 Кругобайкальская железная дорога. К 120-летию начала рабочего движения (1904 г.)

Кругобайкальская железная дорога (КБЖД), поэтически называемая «золотой пряжкой стального пояса России», – часть Великой Сибирской магистрали, огибающая южную оконечность озера от станции Байкал до станции Мысовая. Строительство дороги, первый путь которой был проложен в немыслимо короткие сроки – всего за два с половиной года, потребовало колоссальных финансовых затрат и применения нетривиальных инженерных решений.

Впервые вопрос о необходимости строительства пути вокруг Байкала был поставлен еще в июне 1887 г. В связи с горным рельефом местности инженерами были рассмотрены разные варианты обхода озера, в конечном итоге избрано южное направление, т.к. расчеты показали его бóльшую экономическую целесообразность. Окончательные изыскания трассы были выполнены в течение 1899–1900 гг. под руководством инженера Б.У. Савримовича; геологическими исследованиями руководил профессор И.В. Мушкетов. Руководство строительством КБЖД было возложено на Б.У. Савримовича, после его смерти в 1905 г. этот пост занял инженер К.Н. Симберг.

Пока велись работы на берегу Байкала, соединить «разрыв» на Сибирской магистрали между строившимися Среднесибирской и Забайкальской железными дорогами была призвана паромная переправа, для которой в Великобритании были закуплены два парома-ледокола «Байкал» (перевозил за рейс 25 груженых вагонов и до 200 пассажиров) и «Ангара» (до 10 вагонов груза и 160 пассажиров). В январе 1901 г., когда навигация уже стала невозможна, начала действовать железная дорога, проложенная прямо по льду.

Строительством самого сложного 16-верстного западного участка дороги руководил инженер А.В. Ливеровский (будущий министр путей сообщения Временного правительства). На коротком отрезке пути было сооружено 12 тоннелей, рассчитанных на двухколейный путь, и 4 защитных галереи. Здесь впервые в железнодорожном строительстве в России была осуществлена сплошная электрификация целого строительного участка. Длина главного пути КБЖД составила почти 260 км, на которых было установлено 12 станций.

В сентябре 1904 г. на Байкал с инспекцией приехал министр путей сообщения М.И. Хилков. Он совершил поездку от станции Култук до станции Байкал. На станции Маритуй состоялась торжественная стыковка уложенных рельсов, министр забил символический «золотой костыль».

Рабочее движение поездов по дороге началось 18 сентября (1 октября) 1904 г., а через год 16 октября 1905 г. западный участок Байкал–Слюдянка был передан в постоянную эксплуатацию. Первоначально дорога была однопутной, строительство второго пути началось в апреле 1911 г. под началом инженера Ф.И. Кнорринга, затем с 1914 г. – Н.С. Зурабова. Второй путь был сдан в эксплуатацию 9 октября 1915 г.

У истории строительства КБЖД была и обратная, весьма неприглядная сторона, связанная с многочисленными трудностями, нарушениями и противозаконными действиями, сопутствующими воплощению столь масштабного проекта. Именно эти аспекты освещены в документах, хранящихся в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ), в частности, в фонде Штаба Отдельного корпуса жандармов (Ф. 110) и фонде Уголовных отделений Первого департамента Министерства юстиции (Ф. 124).

Проведение магистрали по скалистому берегу Байкала потребовало привлечения значительных человеческих ресурсов. Спешка и суровый климат создавали крайне тяжелые условия труда и стоили здоровья, а часто и жизни, многим рабочим. За время строительства было зафиксировано около 1200 несчастных случаев. Пестрый социальный и этнический состав строителей магистрали вкупе с их пагубным пристрастием к пьянству и удаленностью стройки от административных центров представлял собой весьма взрывоопасное сочетание. Миссия поддержания порядка в полосе отчуждения на строящейся линии традиционно была возложена на жандармов, в частности, на чинов Забайкальского жандармско-полицейского управления Сибирской железной дороги (далее – ЖПУжд), численность которых по сравнению с количеством рабочих была просто ничтожна. Так, по приблизительным подсчетам начальника Управлени...

📃 В Комплекс оцифрованных архивных документов, кино- и фотоматериалов, посвященных Второй мировой войне, на сайте Президентской библиотеки (https://www.prlib.ru/collections/1298142) добавлены более 700 постановлений Государственного комитета обороны (ГКО) СССР № 2528–3234 за период 20 ноября 1942 г. – 22 апреля 1943 г., находящиеся на постоянном хранении в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ).

В ноябре 1942 г., кроме привычных постановлений о строительстве электростанций, производстве танков, самоходных установок и мерах по обеспечению производства необходимых материалов, были приняты постановления об обеспечении коммуникаций г. Ленинграда и Ленинградского фронта в зиму 1942–1943 гг. (№ 2531), о создании Южного и Литовского штабов партизанского движения (№ 2541), о добыче урана (№ 2542).

В декабре 1942 г. продолжилось увеличение производства вооружения, были приняты постановления о планах производства пулеметов-пистолетов Шпагина (№ 2576), минометов (№ 2578), боеприпасов (№ 2580), танков (№ 2598, 2661), снарядов М-31 (№ 2628), о постройке кораблей Балтийского флота (№ 2631), выпуске самолетов Пе-2 (№ 2654), истребителей Як (№ 2657).

Кроме того, в декабре 1942 г. начинается реэвакуации отдельных работников и служащих. Так, 4 декабря принято распоряжение о возвращении из Казахской ССР в Москву эвакуированной части студентов, профессоров и преподавателей Московского ордена Ленина энергетического института им. В.М. Молотова (№ 2563 г.), 25 декабря – о возвращении в Москву эвакуированной части научных работников, рабочих и служащих Всесоюзного научно-исследовательского теплотехнического института им. Дзержинского (№ 2658)

В январе 1943 г. главным для ГКО СССР стало решение задач материально-технического обеспечения промышленности, в транспортной сфере – строительства необходимых железнодорожных линий.

Постановлениями ГКО СССР были введены персональные воинские звания военно-медицинскому и военно-ветеринарному составу Красной Армии (№ 2685), сформированы гвардейские минометные дивизии (№ 2748) и десять танковых армий (№ 2791)

2 февраля 1943 г. полной победой советских войск завершилась Сталинградская битва. В этот же день ГКО СССР принял постановление о восстановлении Сталинградского узла и железнодорожных линий Сталинград – Тихорецкая, Сталинград – Лихая (№ 2815).

В этом же месяце были введены персональные воинские звания инженерно-техническому, юридическому и административному составу Красной Армии (№ 2822), для интендантского, медицинского, ветеринарного, административного и юридического состава военно-морского флота (№ 2890). Принято постановление о мерах по ускорению работ по урану (№ 2872), о формировании тяжелых самоходных артиллерийских полков РГК (№ 2889), организации ремонта танков в районах Сталинграда, Воронежа и Дона (№ 2926), об изготовлении опытных образцов танков ИС (№ 2943), восстановлении Волжского и Каспийского флотов (№ 2950).

В марте 1943 г. ГКО СССР утвердило планы перевозок и распределения народнохозяйственных грузов, угля, химикатов, артиллерийского и стрелкового вооружения, нефтепродуктов.

В связи с освобождением временно оккупированной нацистами территории Советского Союза принимались постановления о восстановлении сооружений и предприятий связи на территории, освобождаемой от противника (№ 2990), о расформировании Центрального штаба партизанского движения (№ 3000), восстановлении электростанций, сетей и подстанций в гг. Грозном, Орджоникидзе, Сталинграде и Воронеже (№ 3014).

Рассматривались вопросы об увеличении дальности полета самолетов Пе-2 (№ 2997) и Ил-2 (№ 2998), переделке трофейных вагонов с западноевропейской колеи на широкую колею советских железных дорог (№ 3029), перевооружении бронепоездов (№ 3045).

В апреле 1943 г. среди постановлений ГКО СССР о планах производства и улучшении боеспособности военной техники особо выделяются постановление о создании трофейного комитета, который отвечал за вывоз трофейного имущества (№ 3123) и постановление «О военнопленных», в котором подробно прописывались нормы продовольственного пайка для пл...

📃 Год семьи – 2024.
Русский цесаревич и датская принцесса. 160-летие помолвки цесаревича Николая Александровича с принцессой Дагмар

Первый состоявшийся русско-датский династический брак был заключен в 1866 г. между цесаревичем Александром Александровичем (будущим Александром III) и принцессой Марией Софией Фредерикой Дагмар (будущей императрицей Марией Федоровной). Между тем, этому союзу предшествовала помолвка датской принцессы со старшим братом Александра Александровича — цесаревичем Николаем Александровичем (1843–1865). О том, как Никса (домашнее имя Николая Александровича) и Минни (так звали родные принцессу) полюбили друг друга и почему их помолвка расстроилась, рассказывают документы, хранящиеся в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ).

В 1863 г. Николай Александрович отправился в путешествие по Российской империи и 25 июня посетил ярославское училище девиц духовного звания. Внимание юных девушек воодушевило 19-летнего цесаревича, который не без иронии признался 29 июня в письме к матери, императрице Марии Александровне, что обычно терял «присутствие духа в дамском и особенно школьно-институтско-приютском дамском обществе». «Скажу, но под великим секретом, на ухо, что девицы были мною очень довольны, — делился молодой человек впечатлениями с матерью. — Только, пожалуйста, держи это великое открытие в секрете» (ГА РФ. Ф. 641. Оп. 1. Д. 33. Л. 41).

Императрица оценила откровенность сына, но выразила опасение, что тот может слишком увлечься провинциальными девицами. Поэтому он решил успокоить мать. «Насчет дам, Ты знаешь, милая Мама, что я давно ни в кого не влюблялся; хорошо ли это, дурно ли — предоставляю судить другим, но это истинная правда», — писал цесаревич 3 августа. По его словам, «главная тому причина — это Dagmar», в которую наследник престола «давно заочно влюбился». Николай Александрович боялся, что Мария Александровна решит, будто чувства сына несерьезны и еще несколько раз могут измениться, поэтому он риторически спрашивал ее: «Отчего же это продолжается уже три года, отчего это не только не уменьшается, а, напротив, усиливается?» (Там же. Л. 86 об., 87 об.). Таким образом, наследник престола влюбился в датскую принцессу по фотографии не позднее 1861 г., когда той было всего 14 лет.

В 1864 г. Николай Александрович отправился в заграничное путешествие, одной из целей которого был поиск невесты. Однако Дания не входила в маршрут, так как шла австро-датско-прусская война. Поэтому Николай Александрович путешествовал по немецким княжествам и Голландии. Но 4 (16) июля между воюющими сторонами было подписано перемирие, узнав о котором из газет, цесаревич телеграфировал отцу, Александру II, с просьбой разрешить поездку в Данию. Как вспоминал секретарь наследника Ф.А. Оом, через два дня после получения разрешения Николай Александрович уже направлялся в Копенгаген (ГА РФ. Ф. 678. Оп. 1. Д. 619. Л. 116–116 об.).

Во время первого посещения цесаревичем Дании, которое длилось с 20 августа (1 сентября) по 26 августа (7 сентября) 1864 г., Николай Александрович уверился в своих чувствах. «Если бы Ты знала, как я счастлив: я влюбился в Dagmar», — писал он матери 24 августа (5 сентября), подчеркнув слово «влюбился». «Она так симпатична, проста, умна, весела и вместе застенчива, — описывал 16-летнюю принцессу великий князь. — Она гораздо лучше портретов, которые мы видели до сих пор. Глаза ее говорят за нее: такие добрые, умные, бойкие глаза» (ГА РФ. Ф. 641. Оп. 1. Д. 33. Л. 140–140 об.). Теперь цесаревич должен был получить благословение родителей перед тем, как сделать Дагмар предложение.

Второе посещение Дании цесаревичем состоялось 14 (26) сентября — 30 сентября (12 октября) 1864 г. И уже 16 (28) сентября произошло решительное объяснение. «Я хотел, кажется, скорее провалиться сквозь землю, — вспоминал Николай Александрович в письме к матери спустя три дня. — Слово за словом я признался в моей вине: “люблю” было сказано обиняком, но так ясно, что она поняла. Сердечное “да” было наконец проговорено, и мы поцеловались, крепко пожавши друг другу руки» (Там же. Л. 147).

Радости цесаревича не б...

📃 Документы РГВА о Красной Армии в Прибалтике в октябре 1939 г.

К началу Второй мировой войны 1939–1945 гг. международные связи между СССР и государствами Балтии были оформлены системой договоров 1920–1930 гг., которые способствовали поддержанию мира и стабильности в данном регионе. События 1939 г. вызывали в прибалтийских государствах страх утраты независимости, стремление избежать втягивания в войну и как результат принятие законов о нейтралитете, что позитивно оценивалось руководством СССР.

В результате переговоров между прибалтийскими государствами и СССР были заключены: пакт о взаимопомощи между СССР и Эстонской Республикой с конфиденциальным протоколом к нему (28 сентября 1939 г.), 5 октября 1939 г. был подписан аналогичный пакт между СССР и Латвией. 10 октября 1939 г. – Договор о передаче Литовской Республике г. Вильно и Виленской области и о взаимоотношениях между Советским Союзом и Литвой. В результате Литва получила от СССР свою историческую столицу – г. Вильнюс с прилегающими территориями, которая с 1920 г. находилась во власти Польши.

На основании вышеуказанных пактов (договоров, соглашений) в октябре–ноябре 1939 г. в страны Балтии были введены особые стрелковые корпуса (ОСК) и части Военно-воздушных сил (ВВС) и Военно-Морского флота (ВМФ) СССР. Ввод советских войск не встретил сопротивления, им был оказан торжественный прием, а лидеры прибалтийских стран убеждали население в правильности подобного решения.

Требования к поведению советских военнослужащих – моряков Краснознаменного Балтийского флота в Прибалтике впервые определил 14 октября 1939 г. нарком ВМФ СССР Н.Г. Кузнецов в директиве № 3208. 25 октября 1939 г. нарком обороны СССР К.Е. Ворошилов издал приказы о поведении личного состава воинских частей РККА.

В Эстонии были размещены: управление 65 особого стрелкового корпуса (командир корпуса – комдив А.А. Тюрин, комиссар – бригадный комиссар Н.М. Жмакин), 16 стрелковая дивизия, 18 танковая бригада, управление 55 авиабригады, 25 и 38 истребительные авиаполки, 35 и 44 скоростные бомбардировочные авиаполки и другие части. Для перевозки войск привлекался 549 отдельный автомобильный батальон, который затем возвратился на территорию СССР.

В Латвии находились: управление 2 особого стрелкового корпуса (командир корпуса – комдив, с 4 ноября 1939 г. комкор В.И. Морозов, комиссар – бригадный комиссар М.П. Мареев), 67 стрелковая дивизия, 6 отдельная легкая танковая бригада, 10 танковый полк, управление 18 авиабригады, 31 и 15 истребительные авиаполки, 39 скоростной бомбардировочный авиаполк и другие части.

В Литве располагались: управление 16 особого стрелкового корпуса (командир корпуса – комдив А.А. Коробков, комиссар – бригадный комиссар А.Я. Лыков), 5 стрелковая дивизия, 2 танковая бригада, 10 истребительный авиаполк, 31 скоростной бомбардировочный авиаполк и другие части.

Уже 20 декабря 1939 г. министр внутренних дел К. Вейтман (Корнелийс Вейдниекс) подчеркивал, что пакт Латвии с СССР «обеими сторонами исполняется лояльно в дружественной атмосфере ... советские гарнизоны на побережье Балтийского моря являются таким фактором, который обеспечивает мир в этой части Европы и отдаляет от нашей страны опасность войны...». В таком же тоне высказывались и представители официальных кругов Эстонии и Литвы.

Значительная часть населения прибалтийских стран также разделяла это мнение. Однако у националистов-радикалов и части бюргерства этих стран осталось, часто не прикрытое, враждебное отношение к пребыванию войск Красной Армии. Характерным может считаться сообщение полпредства СССР в Литве (г. Вильнюс) от 30 ноября 1939 г.: «Литовская буржуазия... смотрит на наличие частей Красной Армии в Литве как на явление, которое им нежелательно, но против которого они ничего сделать не могут».

В РГВА в фонде № 33988 (заместителя наркома обороны СССР) сохранилась переписка с военными атташе. Процитируем слова военного атташе Эстонии в СССР Арнольда Синка, сказанные им в беседе со своим коллегой – военным атташе СССР в Эстонии полковником Е.Е. Цукановым, которая состоялась 20 марта 1940 г., после окончания совет...

📃 «Платформа четырех»

1 октября 1925 г. Л.Б. Каменев, Г.Е. Зиновьев, Г.Я. Сокольников и Н.К. Крупская написали в Политбюро ЦК ВКП(б) «Секретную докладную записку», ставшую известной как «Платформа четырех».

Записка стала следствием противостояния некогда ближайших соратников: И.В. Сталина, Л.Б. Каменева и Г.Е. Зиновьева. Конфликт, начавшийся летом 1924 г. и вылившийся в известное всем заявление Сталина с просьбой об отставке и отправке его «хоть в Туруханский край, хоть в Якутию на невидную работу», в 1925 г. дал новый виток. И касался он как будто разногласий в отношении развития новой экономической политики, но на деле перешел в борьбу за лидерство в партии.

14 апреля 1925 г. в газете «Комсомольская правда» была опубликована статья Н.И. Бухарина со знаменитым обращением к крестьянам «Обогащайтесь!». Г.Е. Зиновьев и Л.Б. Каменев встретили этот лозунг в штыки. Они считали его горькой насмешкой над бедняками в деревне, которые еле сводили концы с концами. Тогда Н.И. Бухарин входил в «команду» Сталина, поэтому тот встал на его защиту. Хотя сам И.В. Сталин считал этот лозунг глупостью. 2 июня 1925 г. он направил письмо в газету «Комсомольская правда», указав, что «этот лозунг не наш, он неправилен и вызывает целый ряд сомнений и недоразумений... Наш лозунг – социалистическое накопление». Казалось, инцидент был исчерпан, но И.В. Сталин не простил Л.Б. Каменеву нападок на своих сторонников.

4 сентября 1925 г. Л.Б. Каменев выступал с докладом на пленуме Московского обкома. Сталин указал, что в этом докладе Каменев «в замаскированной форме» повторил ошибку заместителя председателя сельскохозяйственной секции Госплана СССР М.С. Голендо по вопросу «о хлебных излишках и удельном весе середняцких хозяйств». Об этом он не замедлил сообщить от имени так называемой «семерки» (сторонники Сталина в Политбюро). Кроме того, он упомянул, что в «Правде» еще до доклада Каменева была опубликована статья Алексея Стецкого с «правильными» данными, подготовленная «по просьбе» Сталина. Каменев не мог молча снести такого «укола». Он подготовил новую статью «Об урожае», используя в этот раз наверняка точные цифры о хлебных излишках из Центрального статистического управления СССР, и прошелся по статье А. Стецкого. Каменев обвинял его в попытке спрятать неоспоримые факты: «Три пятых всего крестьянского хлеба, который будет выброшен на рынок, действительно находится в руках 12 процентов крестьянских дворов, причем 37 процентов крестьянства не имеют хлеба для продажи и принуждены будут его покупать». Каменев, не называя фамилий, указывал: «Некоторые товарищи с перепугу, и, конечно, из самых лучших намерений, бросаются в сторону замазывания идущего в деревне расслоения, в сторону прикрашивания действительности».

Однако эту статью не опубликовали. «Семерка» пришла к выводу, что печатать статью Каменева можно только вместе с ответом редакции насчет его ошибки в первой статье, но это «означало бы открытие дискуссии между членами Политбюро». А накануне пленума она была нежелательна. Каменева при этом еще и обвинили в попытке «теоретически оправдать уже исправленную семеркой ошибку».

Каменев и Зиновьев не смогли с этим примириться. Они входили в Политбюро, но их мнение просто игнорировали, а статьи не печатали. Поэтому, посовещавшись, Каменев и Зиновьев вместе с разделяющими их взгляды наркомом финансов СССР Г.Я. Сокольниковым и Н.К. Крупской приняли решение 1 октября 1925 г. написать в Политбюро «секретную докладную записку».

Многое из неопубликованной статьи Каменева вошло в нее. Говоря о промышленном подъеме и благоприятном урожае, четверка настаивала, что в крестьянской среде происходит усиление классовой дифференциации, которое дает возможность укрепляться кулаку. А из-за недостаточной разъяснительной работы парторганизаций и статей, подобных бухаринской статье о НЭПе, многие прослойки крестьян думают, что партия делает «ставку на кулака». Для реализации решений XIV партконференции они предлагали провести дополнительные меры по оказанию реальной экономической помощи бедняку и середняку:
«Нельзя плодотворно бороться с губительной для рев...

📃 Поздравляем с Днем учителя!

Представляем фрагмент документального киножурнала «Пионерия» № 10 за 1979 г. из собрания Российского государственного архива кинофотофонодоументов (РГАКФФД) с сюжетом, снятым в московской школе № 171.

#Росархив #РГАКФФД #ЗнаменательнаяДата #ДеньУчителя #Киножурнал #Пионерия #АрхивныеДокументы #История

📃 «Модные линии» советского трикотажа: Всесоюзный Дом моделей трикотажных изделий Минлегпрома СССР (1956–1991 гг.)

Всесоюзный Дом моделей трикотажных изделий (ВДМТИ) ведет свое начало с создания в апреле–мае 1956 г. Московского Дома моделей трикотажных изделий (МДМТИ) на базе Московского трикотажного ателье №2 Росглавтрикотажа. Торжественное открытие МДМТИ состоялось в феврале–марте 1958 г. в доме № 22 на Сретенке. Первым директором Дома моделей стала Т.П. Кременецкая, главным художественным руководителем – И.И. Вольман, штат сотрудников насчитывал около 170 человек.

В 1958–1963 гг. МДМТИ, находившийся в ведении Мосгорсовнархоза, занимался разработкой новых фасонов трикотажных изделий для массового и индивидуального пошива; внедрением в массовое производство фасонов, разработанных и утвержденных Худсоветом МДМТИ; изготовлением и передачей предприятиям зарисовок и комплектов лекал для моделей, принятых к внедрению в производство; организацией выставок, общественных просмотров моделей, лекций и творческих дискуссий по моделированию одежды; выпуском обзоров по иностранным журналам мод, а также принимал участие во всесоюзных и международных выставках и конгрессах моды.

МДМТИ функционировал на хозрасчетных началах на основе плановых заданий, при этом неуклонно перевыполнялись установленные показатели разработки новых моделей и внедрения их в производство, увеличивалась база предприятий-заказчиков, наращивалось методическое руководство предприятиями отрасли, укреплялись международные связи. Если в 1958 г. МДМТИ было разработано более 800 первичных моделей трикотажных изделий, то к 1963 г. их число увеличилось до 2500. При этом количество творческих моделей, созданных для показов на выставках и ярмарках, к концу 1960-х гг. составило более 300.

В СССР крупнейшие показы моделей МДМТИ (на стендах и подиумах) регулярно проводились на ВДНХ и в Манеже. Высоких оценок дизайнерские решения специалистов Дома моделей удостоились на Международных конгрессах моды в Москве (1957 г.), Праге (1959 г.) и Будапеште (1962 г.), весенних и осенних ярмарках в Лейпциге, выставках моды в ряде европейских и латиноамериканских стран. За участие в Международной выставке в Брюсселе (Экспо’58) Дом моделей был удостоен серебряной медали.

В 1960 г. МДМТИ был объединен с Московскими трикотажными ателье №1 и №2, и получил новое название – Московский Дом моделей трикотажных изделий с филиалами ателье №1 и №2, а в 1965 г. был передан в ведение Минлегпрома СССР. В этот период деятельность ВДМТИ была сосредоточена на разработках новых модных направлений по всем видам ассортимента трикотажных изделий, совершенствовании методик конструирования трикотажных изделий для внедрения в массовое производство, пропаганде моды и культуры трикотажной одежды. В производственной деятельности основное внимание уделялось созданию и внедрению в производство новых рисунков и переплетений полотен, разработке моделей из массового сырья и облагораживанию внешнего вида изделий из дешевой хлопчатобумажной и полушерстяной пряжи. Внимание также уделялось экономичности моделей с учетом модных силуэтов и переплетений, а также колористическому оформлению изделий. К концу 1970-х гг. МДМТИ выпускал ежегодно более 1200 моделей направляющей базовой коллекции трикотажных изделий и около 200 творческих моделей по заданиям Минлегпрома СССР для выставочно-ярмарочной деятельности, размещения в журналах мод и телерекламе.

После получения в марте 1966 г. всесоюзного статуса и нового названия – Всесоюзный Дом моделей трикотажных изделий Минлегпрома СССР (ВДМТИ) с филиалами ателье №1 и №2 – существенно возрос объем экспериментально-методической работы Дома моделей как главного методического центра в области моделирования и конструирования изделий верхнего и бельевого трикотажа: модельеры и художники ВДМТИ принимали участие во всех отраслевых методических совещаниях и худсоветах, а также межреспубликанских и союзных оптовых ярмарках, проводившихся Мострикотажем и Рострикотажем; под эгидой ВДМТИ проходили семинары по конструированию для модельеров и технологов трикотажных предприятий СССР.

📃 Всемирный день архитектуры

Во все времена профессия архитектора являлась одной из самых значимых и востребованных. Благодаря таланту и труду архитекторов вырастают города, реставрируются объекты культурно-исторического наследия.

В Российском государственном архиве экономики (РГАЭ) хранится немало фондов известных архитекторов и инженеров-конструкторов: Н.Я. Колли (Ф. 379), П.И. Гольденберга (Ф. 185), Л.М. Судиловского (Ф. 489), Д.К. Навалихина (Ф. 1124).

Большую ценность представляют личные фонды Петра Исааковича Гольденберга (1902–1971) и Льва Михайловича Судиловского (1899–1992). В этих фондах сохранились не только документы профессиональной деятельности, но и богатое мемуарное наследие, отражающее взгляды авторов на события в научной и культурной жизни страны.

В фонд П.И. Гольденберга включено большое количество документов, свидетельствующих о значительной роли, которую он сыграл в формировании внешнего вида советских городов. Будучи еще молодым специалистом, П.И. Гольденберг уже являлся не только главным экспертом конкурсных проектов по планировке г. Москвы 1932 г., но и был автором их схематических изображений. В послевоенные годы П.И. Гольденберг много занимался вопросами застройки, расселения, реконструкции Москвы. В его трудах этого периода поднимаются проблемы заселения жилых кварталов, озеленения городских территорий, охраны памятников архитектуры. П.И. Гольденберг занимался также изучением истории древнерусского зодчества и дореволюционного градостроительства. Многие его статьи посвящены теме московских строений XI–XIX вв. и дореволюционной картографии.

начительный пласт документов П.И. Гольденберга составляет его переписка с видными советскими архитекторами. Среди его адресатов народный архитектор СССР Н.Н. Уллас, член-корреспондент Академии архитектуры и племянник художника-баталиста Н.Н. Бунина – А.В. Бунин и др. Отдельного внимания заслуживают мемуары П.И. Гольденберга, содержащие свидетельства о его выдающихся современниках – архитекторах А.В. Щусеве, В.И. Долганове, поэте В.В. Маяковском. Из воспоминаний П.И. Гольденберга известно, что А.В. Щусев, составляя генеральный план «Новая Москва» (1918–1922 гг.), выдвигал смелое для того времени предложение о сохранении всех монастырей и церквей.

Весьма интересны воспоминания Л.М. Судиловского. В мемуарах он пишет об истории своего рода, семье, годах, проведенных в стенах Московского института инженеров транспорта, дает яркие характеристики преподавателям. На страницах его воспоминаний оживают такие известные ученые, как профессор мостостроения П.Я. Каменцев, крупнейший специалист в области транспорта, академик АН СССР В.Н. Образцов, профессор теоретической механики И.П. Прокофьев.

Л.М. Судиловский стал достойным преемником своих прославленных учителей. Уже в начале 1930-х гг. двадцатипятилетний архитектор принимает участие в проектировании металлургических комбинатов «Азовсталь», «Магнитка» и нового флигеля Третьяковской галереи. В последующие годы Л.М. Судиловский занимался разработкой передовых методов конструирования сооружений с металлическим каркасом и металлического эллинга для сферических аэростатов. Во время Великой Отечественной войны Л.М. Судиловский участвовал в работе по расширению и укреплению электростанций оборонного значения, проектировал металлоконструкции восстанавливаемой Брянской ГРЭС.

В послевоенное время Л.М. Судиловский блестяще проявил себя на педагогическом поприще: подготовил ряд учебных пособий, воспитал новое поколение талантливых архитекторов. Не прекращал Л.М. Судиловский и свою литературную деятельность. В 1960-е гг. им был написан очерк «За рулем», в котором он делится своими впечатлениями от путешествий по России и Европе. В последующих эссе Л.М. Судиловский нередко будет затрагивать исторические темы, рассуждая о судьбе России и ее духовной миссии в мировой цивилизации.

Н.Н. Кузнецова, А.М. Стольникова,
Российский государственный архив экономики (РГАЭ)

#Росархив ...