📃 «Я могу поставить лишь так, как сегодня чувствую сам».
К 100-летию со дня рождения А.В. Эфроса
Анатолий Васильевич Эфрос ‒ одна из знаковых фигур театрального искусства второй половины XX столетия. Его спектакли шли не только на сценах Центрального детского театра, Ленкома, МХАТа, Театра на Малой Бронной, Театра на Таганке, но и за рубежом: в театрах США, Польши, Финляндии, Франции, Югославии, Японии, – и всегда поражали психологической глубиной и самобытностью.
«Я могу поставить лишь так, как сегодня чувствую сам», – сформулировал мастер сцены свое театральное кредо в книге «Профессия: режиссер». Его спектакли всегда соотносились с современностью, даже если мастер брался за постановку Шекспира или Мольера, Гоголя или Тургенева, Толстого или Чехова. «Режиссер – это поэт, только он имеет дело не с пером и бумагой, а слагает стихи на площадке сцены, управляя при этом большой группой людей», – так определял Эфрос главную особенность своей профессии.
Анатолий Васильевич Эфрос (настоящее имя – Натан Исаакович, 3 июля 1925 – 13 января 1987) родился в семье служащих Харьковского авиационного завода ‒ инженера Исаака Вельковича (Вольфовича) и переводчицы Лидии Соломоновны Эфрос. В середине 1930-х годов семья переехала в Москву, а в годы Великой Отечественной войны – в Молотов (ныне Пермь), где Анатолий Васильевич начал свою трудовую деятельность слесарем на авиационном заводе. Одновременно, с 1943 г. он посещал занятия в студии Ю.А. Завадского при Театре им. Моссовета, который тоже находился в эвакуации в Молотове. В 1944 г. Эфрос поступил на режиссерский факультет ГИТИСа (мастерские Н.В. Петрова и М.О. Кнебель), который окончил в 1950 г., а позже и сам преподавал в родном институте.
Первые спектакли Эфрос поставил в Москве, затем два года работал в Рязанском областном драматическом театре (1951‒1953), а потом началась череда театральных подмостков: Центральный детский театр (1954‒1964), Театр им. Ленинского комсомола (1964‒1966), Драматический театр на Малой Бронной (1967‒1984), Театр на Таганке (1984‒1987). Ставил спектакли и в других московских театрах («Современнике», Театре им. Ермоловой, Театре-студии киноактера, во МХАТе, Театре им. Моссовета), а также за рубежом.
Среди самых известных его спектаклей: «Мой бедный Марат», «Сказки старого Арбата», «Счастливые дни несчастливого человека» (А. Арбузов); «Брат Алеша», «В добрый час», «В поисках радости», «Ситуация» (В. Розов); «Друг мой, Колька!» (А. Хмелик); «104 страницы про любовь» (Э. Радзинский); «Мольер» (М. Булгаков); «Женитьба» (Н. Гоголь); «Месяц в деревне» (И. Тургенев); «Три сестры» (А. Чехов); «Ромео и Джульетта», «Отелло» (У. Шекспир); «Дон Жуан», «Тартюф» (Ж.-Б. Мольер); «Лето и дым» (Т. Уильямс); «Дальше – тишина» (В. Дельмар) и многие, многие другие.
Помимо театра, Эфрос снял несколько телевизионных и художественных фильмов, в том числе «Високосный год», «Двое в степи», «В четверг и больше никогда», вошедшие в число лучших лент советского кинематографа. Режиссер неоднократно участвовал в международных театральных фестивалях и дважды получал Гран-при Белградского международного театрального фестиваля в Югославии за спектакли «Дон Жуан» и «Вишневый сад», там же – приз за лучшую режиссуру спектаклей «На дне» и «Вишневый сад».
В 1976 г. А.В. Эфросу было присвоено почетное звание заслуженного деятеля искусств РСФСР. В 1981 г. за заслуги в развитии советской культуры он был награжден орденом Дружбы народов, в 1985 г. – орденом Трудового Красного Знамени. Он не был обижен властью, но далеко не всегда его метод режиссуры находил понимание у коллег, особенно у актеров.
В своем творчестве Эфрос стремился к психологической правде, к непосредственности в изображении живого потока действительности – непроизвольной и стихийной, к свободе сценического поведения артистов. Именно поэтому режиссер нередко начинал репетиции не с «застольной читки» пьесы, а с импровизации – своего рода актерских зарисовок, с небольших этюдов на темы сюжета будущего спектакля. Актеры сразу выходили на сценическую площадку и без знания текста «искали» действие в живой...
К 100-летию со дня рождения А.В. Эфроса
Анатолий Васильевич Эфрос ‒ одна из знаковых фигур театрального искусства второй половины XX столетия. Его спектакли шли не только на сценах Центрального детского театра, Ленкома, МХАТа, Театра на Малой Бронной, Театра на Таганке, но и за рубежом: в театрах США, Польши, Финляндии, Франции, Югославии, Японии, – и всегда поражали психологической глубиной и самобытностью.
«Я могу поставить лишь так, как сегодня чувствую сам», – сформулировал мастер сцены свое театральное кредо в книге «Профессия: режиссер». Его спектакли всегда соотносились с современностью, даже если мастер брался за постановку Шекспира или Мольера, Гоголя или Тургенева, Толстого или Чехова. «Режиссер – это поэт, только он имеет дело не с пером и бумагой, а слагает стихи на площадке сцены, управляя при этом большой группой людей», – так определял Эфрос главную особенность своей профессии.
Анатолий Васильевич Эфрос (настоящее имя – Натан Исаакович, 3 июля 1925 – 13 января 1987) родился в семье служащих Харьковского авиационного завода ‒ инженера Исаака Вельковича (Вольфовича) и переводчицы Лидии Соломоновны Эфрос. В середине 1930-х годов семья переехала в Москву, а в годы Великой Отечественной войны – в Молотов (ныне Пермь), где Анатолий Васильевич начал свою трудовую деятельность слесарем на авиационном заводе. Одновременно, с 1943 г. он посещал занятия в студии Ю.А. Завадского при Театре им. Моссовета, который тоже находился в эвакуации в Молотове. В 1944 г. Эфрос поступил на режиссерский факультет ГИТИСа (мастерские Н.В. Петрова и М.О. Кнебель), который окончил в 1950 г., а позже и сам преподавал в родном институте.
Первые спектакли Эфрос поставил в Москве, затем два года работал в Рязанском областном драматическом театре (1951‒1953), а потом началась череда театральных подмостков: Центральный детский театр (1954‒1964), Театр им. Ленинского комсомола (1964‒1966), Драматический театр на Малой Бронной (1967‒1984), Театр на Таганке (1984‒1987). Ставил спектакли и в других московских театрах («Современнике», Театре им. Ермоловой, Театре-студии киноактера, во МХАТе, Театре им. Моссовета), а также за рубежом.
Среди самых известных его спектаклей: «Мой бедный Марат», «Сказки старого Арбата», «Счастливые дни несчастливого человека» (А. Арбузов); «Брат Алеша», «В добрый час», «В поисках радости», «Ситуация» (В. Розов); «Друг мой, Колька!» (А. Хмелик); «104 страницы про любовь» (Э. Радзинский); «Мольер» (М. Булгаков); «Женитьба» (Н. Гоголь); «Месяц в деревне» (И. Тургенев); «Три сестры» (А. Чехов); «Ромео и Джульетта», «Отелло» (У. Шекспир); «Дон Жуан», «Тартюф» (Ж.-Б. Мольер); «Лето и дым» (Т. Уильямс); «Дальше – тишина» (В. Дельмар) и многие, многие другие.
Помимо театра, Эфрос снял несколько телевизионных и художественных фильмов, в том числе «Високосный год», «Двое в степи», «В четверг и больше никогда», вошедшие в число лучших лент советского кинематографа. Режиссер неоднократно участвовал в международных театральных фестивалях и дважды получал Гран-при Белградского международного театрального фестиваля в Югославии за спектакли «Дон Жуан» и «Вишневый сад», там же – приз за лучшую режиссуру спектаклей «На дне» и «Вишневый сад».
В 1976 г. А.В. Эфросу было присвоено почетное звание заслуженного деятеля искусств РСФСР. В 1981 г. за заслуги в развитии советской культуры он был награжден орденом Дружбы народов, в 1985 г. – орденом Трудового Красного Знамени. Он не был обижен властью, но далеко не всегда его метод режиссуры находил понимание у коллег, особенно у актеров.
В своем творчестве Эфрос стремился к психологической правде, к непосредственности в изображении живого потока действительности – непроизвольной и стихийной, к свободе сценического поведения артистов. Именно поэтому режиссер нередко начинал репетиции не с «застольной читки» пьесы, а с импровизации – своего рода актерских зарисовок, с небольших этюдов на темы сюжета будущего спектакля. Актеры сразу выходили на сценическую площадку и без знания текста «искали» действие в живой...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌«Я могу поставить лишь так, как сегодня чувствую сам».
К 100-летию со дня рождения А.В. Эфроса ... Смотрите полностью ВКонтакте.
К 100-летию со дня рождения А.В. Эфроса ... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 235 лет со дня Выборгского морского сражения
22 июня (3 июля) 1790 г. в ограниченной акватории Выборгского залива произошло одно из крупнейших сражений эпохи парусного флота, разыгравшихся в водах Балтийского моря. Оно в значительной степени решило исход Русско-шведской войны 1788–1790 гг., однако, тихое эхо его отзывается до сих пор – и в новостях об очередных обследованных затонувших кораблях, и в полемике историков.
Инициатором войны стал шведский король Густав III, желавший реванша за поражения свой страны в войнах 1700–1721 и 1741–1743 гг. Он воспользовался моментом, когда основные силы армии России были связаны очередной войной с Турцией. Сильный шведский корабельный флот в 1788 г. вошел в Финский залив, армия при поддержке гребного («армейского») флота начала наступление с территории Финляндии на Петербург. Переломным событием той кампании стало сражение флотов у о. Гогланд 6 (17) июля, в ходе которого русский флот под флагом адмирала С.К. Грейга атаковал шведов и заставил их уйти в Свеаборг, где и заблокировал.
В кампанию 1789 г. русский корабельный флот вышел из Финского залива в Балтийское море. Морское сражение у о. Эланд 15 (26) июля прошло нерешительно, но шведы отступили, а русский флот смог соединиться с двумя эскадрами, находившимися в Копенгагене. В финских шхерах 13 (24) августа произошло сражение гребных флотов у Роченсальма, шведы потерпели сокрушительное поражение и понесли большие потери.
Таким образом, ни одна из сторон не смогла добиться решительного успеха. Шведы предприняли большие усилия, чтобы в кампанию 1790 г. повернуть удачу лицом к себе. В основе плана была идея по отдельности разгромить русские эскадры в Ревеле и Кронштадте, а затем под прикрытием корабельного флота высадить с гребного флота десант у Петербурга. Первоначально 2 (13) мая превосходящие силы шведов атаковали русскую эскадру В.Я. Чичагова на рейде Ревеля, но были отбиты. Шведский флот двинулся к Кронштадту, где 23–24 мая (3–4 июня) состоялось Красногорское сражение, в ходе которого русская эскадра вице-адмирала А.И. Круза отразила нападение шведов, а затем соединилась с подошедшей от Ревеля эскадрой В.Я. Чичагова. По приказу Густава III перед лицом превосходящих русских сил шведский корабельный флот вошел в Выборгский залив для поддержки гребного флота. Вскоре русский флот заблокировал выход из залива.
В результате на ограниченной и чрезвычайно сложной в навигационном отношении акватории собралось огромное количество кораблей. Со стороны шведов были 22 линейных корабля, 13 фрегатов, 366 иных кораблей (гемамов, турум, галер, канонерских лодок и др.). Русские силы составляли 30 линейных кораблей, 11 фрегатов, 8 парусно-гребных фрегатов, 72 галеры и канонерские лодки.
Противостояние длилось почти месяц. Шведская эскадра стояла восточнее мыса Крюйсерорт (ныне – м. Крестовый) за островками и отмелями. Командовавший флотом адмирал В.Я. Чичагов не выказал рвения, справедливо опасаясь не только шведских комендоров, но и многочисленных подводных камней. Внушали сомнения свои же пушки, иногда разрывавшиеся при стрельбе, профессионализм командиров кораблей, а также опытность матросов (до трети из них составляли вчерашние рекруты). Из Петербурга поступали распоряжения об активных действиях, но было ясно – в случае поражения под ударом окажется столица, и отвечать за это будет именно адмирал. В то же время В.Я. Чичагов, дожидаясь дополнительных сил гребного флота, сосредоточил усилия на шлюпочном промере окружающих вод, но не предпринял элементарных мер по установке береговых батарей на опасных с точки зрения возможности прорыва направлениях.
21 июня шведы провели активные демонстрации, а утром 22 числа с попутным восточным ветром двинулись на прорыв по фарватеру между м. Крюйсерорт и банкой Сальвор. Это направление прикрывали пять русских линейных кораблей и бомбардирский корабль под командованием контр-адмирала И.А. Повалишина, западнее них находились три фрегата контр-адмирала П.И. Ханыкова. В 7:30 они вступили в бой, но не смогли остановить противника. Шведы потеряли линейный корабль и фрегат от пожара, несколько...
22 июня (3 июля) 1790 г. в ограниченной акватории Выборгского залива произошло одно из крупнейших сражений эпохи парусного флота, разыгравшихся в водах Балтийского моря. Оно в значительной степени решило исход Русско-шведской войны 1788–1790 гг., однако, тихое эхо его отзывается до сих пор – и в новостях об очередных обследованных затонувших кораблях, и в полемике историков.
Инициатором войны стал шведский король Густав III, желавший реванша за поражения свой страны в войнах 1700–1721 и 1741–1743 гг. Он воспользовался моментом, когда основные силы армии России были связаны очередной войной с Турцией. Сильный шведский корабельный флот в 1788 г. вошел в Финский залив, армия при поддержке гребного («армейского») флота начала наступление с территории Финляндии на Петербург. Переломным событием той кампании стало сражение флотов у о. Гогланд 6 (17) июля, в ходе которого русский флот под флагом адмирала С.К. Грейга атаковал шведов и заставил их уйти в Свеаборг, где и заблокировал.
В кампанию 1789 г. русский корабельный флот вышел из Финского залива в Балтийское море. Морское сражение у о. Эланд 15 (26) июля прошло нерешительно, но шведы отступили, а русский флот смог соединиться с двумя эскадрами, находившимися в Копенгагене. В финских шхерах 13 (24) августа произошло сражение гребных флотов у Роченсальма, шведы потерпели сокрушительное поражение и понесли большие потери.
Таким образом, ни одна из сторон не смогла добиться решительного успеха. Шведы предприняли большие усилия, чтобы в кампанию 1790 г. повернуть удачу лицом к себе. В основе плана была идея по отдельности разгромить русские эскадры в Ревеле и Кронштадте, а затем под прикрытием корабельного флота высадить с гребного флота десант у Петербурга. Первоначально 2 (13) мая превосходящие силы шведов атаковали русскую эскадру В.Я. Чичагова на рейде Ревеля, но были отбиты. Шведский флот двинулся к Кронштадту, где 23–24 мая (3–4 июня) состоялось Красногорское сражение, в ходе которого русская эскадра вице-адмирала А.И. Круза отразила нападение шведов, а затем соединилась с подошедшей от Ревеля эскадрой В.Я. Чичагова. По приказу Густава III перед лицом превосходящих русских сил шведский корабельный флот вошел в Выборгский залив для поддержки гребного флота. Вскоре русский флот заблокировал выход из залива.
В результате на ограниченной и чрезвычайно сложной в навигационном отношении акватории собралось огромное количество кораблей. Со стороны шведов были 22 линейных корабля, 13 фрегатов, 366 иных кораблей (гемамов, турум, галер, канонерских лодок и др.). Русские силы составляли 30 линейных кораблей, 11 фрегатов, 8 парусно-гребных фрегатов, 72 галеры и канонерские лодки.
Противостояние длилось почти месяц. Шведская эскадра стояла восточнее мыса Крюйсерорт (ныне – м. Крестовый) за островками и отмелями. Командовавший флотом адмирал В.Я. Чичагов не выказал рвения, справедливо опасаясь не только шведских комендоров, но и многочисленных подводных камней. Внушали сомнения свои же пушки, иногда разрывавшиеся при стрельбе, профессионализм командиров кораблей, а также опытность матросов (до трети из них составляли вчерашние рекруты). Из Петербурга поступали распоряжения об активных действиях, но было ясно – в случае поражения под ударом окажется столица, и отвечать за это будет именно адмирал. В то же время В.Я. Чичагов, дожидаясь дополнительных сил гребного флота, сосредоточил усилия на шлюпочном промере окружающих вод, но не предпринял элементарных мер по установке береговых батарей на опасных с точки зрения возможности прорыва направлениях.
21 июня шведы провели активные демонстрации, а утром 22 числа с попутным восточным ветром двинулись на прорыв по фарватеру между м. Крюйсерорт и банкой Сальвор. Это направление прикрывали пять русских линейных кораблей и бомбардирский корабль под командованием контр-адмирала И.А. Повалишина, западнее них находились три фрегата контр-адмирала П.И. Ханыкова. В 7:30 они вступили в бой, но не смогли остановить противника. Шведы потеряли линейный корабль и фрегат от пожара, несколько...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌235 лет со дня Выборгского морского сражения
✅22 июня (3 июля) 1790 г. в ограниченной аква... Смотрите полностью ВКонтакте.
✅22 июня (3 июля) 1790 г. в ограниченной аква... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 Виталий Севастьянов: в жизни, космосе и ТВ-эфире
Летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза Виталий Иванович Севастьянов родился 8 июля 1935 г.
Севастьянов, в первую очередь, многим поколениям запомнился как ведущий телепередачи «Человек. Земля. Вселенная». Виталий Иванович вел эту программу 20 лет. Позывные «севастьяновских» программ – столь же узнаваемые и значимые символы советской эпохи, как и выпуски программы «Время» или эфиры «Голубого огонька».
Замысел телевизионной научно-популярной программы «Человек. Земля. Вселенная» возник в отделе естественных наук Главной редакции учебных и научно-популярных программ Центрального телевидения СССР на волне впечатляющих успехов советской космонавтики и большого интереса к космической тематике. Для такой программы требовался особый ведущий: обаятельный, с хорошей дикцией, и при этом компетентный в теории и практике космонавтики. По всем перечисленным позициям космонавт В.И. Севастьянов подходил идеально.
В 1958 г. за работу «Возвращение крылатого аппарата с орбиты спутника на Землю» студент Московского авиационного института (МАИ) Виталий Севастьянов получил премию на Московском городском смотре научных работ и еще до защиты диплома был принят на работу в Особое конструкторское бюро № 1 (ОКБ-1) С.П. Королева, в отдел № 9, которым руководил М.К. Тихонравов. А на его дипломную работу «Возвращение многоразового пилотируемого космического корабля с орбиты спутника на Землю» были наложены сразу две «печати»: гриф «совершенно секретно» и резолюция Королева «хранить вечно». На заре практической космонавтики «вчерашний студент» вновь «досрочно» просчитывал и обдумывал то, что 30 лет спустя пригодится для конструкций космических кораблей многоразового использования: советского ракетоплана «Буран» и американских «Шаттлов».
Обучаясь в аспирантуре МАИ, тридцатилетний Севастьянов читал курс лекций по механике космического полета в Центре подготовки космонавтов своим ровесникам, среди которых был и Юрий Гагарин. В 1966 г. после получения степени кандидата технических наук молодой ученый сам стал космонавтом в составе первого гражданского набора из легендарного ОКБ-1.
Виталий Иванович навсегда сохранил верность Космосу и миссии его мирного освоения, верность раз и навсегда принятым идеалам социальной справедливости, большое уважение не только к лучшим представителям науки и техники из своей среды, но и ко всем современникам, с кем он ощущал общность в труде и в служении на благо Родины.
Российский государственный архив научно-технической документации (РГАНТД) хранит документы космической биографии В.И. Севастьянова: о его полетах с А.Г. Николаевым на «Союзе-9» и «Союзе-18» с П.И. Климуком из фондов Центра подготовки космонавтов имени Ю.А. Гагарина (Ф. 1), Федерации космонавтики СССР (Ф. 24) и личных фондов Н.А. Варварова (Ф. 31), Я.К. Голованова (Ф. 211), В.В. Бакуменко (Ф. 34), Е.Ф. Рязанова (Ф. 38).
В РГАНТД хранятся более двухсот кино- и видеодокументов, связанных с телепрограммой «Человек. Земля. Вселенная», в том числе сюжеты, снятые во время сеансов связи Центра управления полетами с космонавтами, беседы с конструкторами, телерепортажи.
Особый интерес представляет видеоматериал из Звездного городка. Сюжет был снят в 1973 г., когда все было впервые: и сама программа, и ее ведущий, и советская космонавтика, и ее звездные герои.
Архивные телепередачи в равной степени интересны с разных точек зрения: научно-технической, медийной, исторической. Опыт просмотра эфиров программы «Человек. Земля. Вселенная» из собрания РГАНТД за период от 1970-х до начала 1990-х гг. дает не только впечатляющий эффект «машины времени» и экскурсии по холодному космическому пространству, но и удивительно теплое ощущение от встреч с умными, хорошими, увлеченными настоящим делом людьми. Космос Виталия Севастьянова – это не только смелый Интеллект, но и Сердце, способное любить Человека, Землю и Вселенную.
С.С. Иванова,
Российский государственный архив научно-технической документации (РГАНТД)
Летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза Виталий Иванович Севастьянов родился 8 июля 1935 г.
Севастьянов, в первую очередь, многим поколениям запомнился как ведущий телепередачи «Человек. Земля. Вселенная». Виталий Иванович вел эту программу 20 лет. Позывные «севастьяновских» программ – столь же узнаваемые и значимые символы советской эпохи, как и выпуски программы «Время» или эфиры «Голубого огонька».
Замысел телевизионной научно-популярной программы «Человек. Земля. Вселенная» возник в отделе естественных наук Главной редакции учебных и научно-популярных программ Центрального телевидения СССР на волне впечатляющих успехов советской космонавтики и большого интереса к космической тематике. Для такой программы требовался особый ведущий: обаятельный, с хорошей дикцией, и при этом компетентный в теории и практике космонавтики. По всем перечисленным позициям космонавт В.И. Севастьянов подходил идеально.
В 1958 г. за работу «Возвращение крылатого аппарата с орбиты спутника на Землю» студент Московского авиационного института (МАИ) Виталий Севастьянов получил премию на Московском городском смотре научных работ и еще до защиты диплома был принят на работу в Особое конструкторское бюро № 1 (ОКБ-1) С.П. Королева, в отдел № 9, которым руководил М.К. Тихонравов. А на его дипломную работу «Возвращение многоразового пилотируемого космического корабля с орбиты спутника на Землю» были наложены сразу две «печати»: гриф «совершенно секретно» и резолюция Королева «хранить вечно». На заре практической космонавтики «вчерашний студент» вновь «досрочно» просчитывал и обдумывал то, что 30 лет спустя пригодится для конструкций космических кораблей многоразового использования: советского ракетоплана «Буран» и американских «Шаттлов».
Обучаясь в аспирантуре МАИ, тридцатилетний Севастьянов читал курс лекций по механике космического полета в Центре подготовки космонавтов своим ровесникам, среди которых был и Юрий Гагарин. В 1966 г. после получения степени кандидата технических наук молодой ученый сам стал космонавтом в составе первого гражданского набора из легендарного ОКБ-1.
Виталий Иванович навсегда сохранил верность Космосу и миссии его мирного освоения, верность раз и навсегда принятым идеалам социальной справедливости, большое уважение не только к лучшим представителям науки и техники из своей среды, но и ко всем современникам, с кем он ощущал общность в труде и в служении на благо Родины.
Российский государственный архив научно-технической документации (РГАНТД) хранит документы космической биографии В.И. Севастьянова: о его полетах с А.Г. Николаевым на «Союзе-9» и «Союзе-18» с П.И. Климуком из фондов Центра подготовки космонавтов имени Ю.А. Гагарина (Ф. 1), Федерации космонавтики СССР (Ф. 24) и личных фондов Н.А. Варварова (Ф. 31), Я.К. Голованова (Ф. 211), В.В. Бакуменко (Ф. 34), Е.Ф. Рязанова (Ф. 38).
В РГАНТД хранятся более двухсот кино- и видеодокументов, связанных с телепрограммой «Человек. Земля. Вселенная», в том числе сюжеты, снятые во время сеансов связи Центра управления полетами с космонавтами, беседы с конструкторами, телерепортажи.
Особый интерес представляет видеоматериал из Звездного городка. Сюжет был снят в 1973 г., когда все было впервые: и сама программа, и ее ведущий, и советская космонавтика, и ее звездные герои.
Архивные телепередачи в равной степени интересны с разных точек зрения: научно-технической, медийной, исторической. Опыт просмотра эфиров программы «Человек. Земля. Вселенная» из собрания РГАНТД за период от 1970-х до начала 1990-х гг. дает не только впечатляющий эффект «машины времени» и экскурсии по холодному космическому пространству, но и удивительно теплое ощущение от встреч с умными, хорошими, увлеченными настоящим делом людьми. Космос Виталия Севастьянова – это не только смелый Интеллект, но и Сердце, способное любить Человека, Землю и Вселенную.
С.С. Иванова,
Российский государственный архив научно-технической документации (РГАНТД)
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌Виталий Севастьянов: в жизни, космосе и ТВ-эфире
✍Летчик-космонавт СССР, дважды Герой Сове... Смотрите полностью ВКонтакте.
✍Летчик-космонавт СССР, дважды Герой Сове... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 Денацификация, демилитаризация, наказание военных преступников, взыскание репараций с нацистской Германии, послевоенный мировой порядок – главные вопросы, которые обсуждались на Крымской (Ялтинской) конференции 1945 г. стран-союзников антигитлеровской коалиции.
Уникальные архивные документы и музейные предметы, освещающие первую совместную встречу И.В. Сталина, У. Черчилля и Ф.Д. Рузвельта в Тегеране в 1943 г., а затем и «большой тройки» в Ялте, представлены на выставке «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы» в Государственном историческом музее (https://shm.ru/shows/42849/).
Несмотря на то, что в Ялте лидерам трех держав не удалось достичь согласия по всем аспектам, конференция, несомненно, явилась кульминацией сотрудничества стран антигитлеровской коалиции в годы Второй мировой войны. Именно в этот момент лидеры трех держав продемонстрировали всему миру максимальное единство ради достижения общей цели – победы над нацизмом. А кроме этого – готовность ради этой цели договариваться и достигать компромисса в главных вопросах, несмотря ни на что.
Комментарий дает начальник отдела Российского государственного архива социально-политической истории Н.А. Кириллова.
Уникальные архивные документы и музейные предметы, освещающие первую совместную встречу И.В. Сталина, У. Черчилля и Ф.Д. Рузвельта в Тегеране в 1943 г., а затем и «большой тройки» в Ялте, представлены на выставке «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы» в Государственном историческом музее (https://shm.ru/shows/42849/).
Несмотря на то, что в Ялте лидерам трех держав не удалось достичь согласия по всем аспектам, конференция, несомненно, явилась кульминацией сотрудничества стран антигитлеровской коалиции в годы Второй мировой войны. Именно в этот момент лидеры трех держав продемонстрировали всему миру максимальное единство ради достижения общей цели – победы над нацизмом. А кроме этого – готовность ради этой цели договариваться и достигать компромисса в главных вопросах, несмотря ни на что.
Комментарий дает начальник отдела Российского государственного архива социально-политической истории Н.А. Кириллова.
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌Денацификация, демилитаризация, наказание военных преступников, взыскание репараций с нацистской Ге... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 Противостояние мировому фашизму: помощь СССР республиканской Испании в 1936–1939 гг.
Антифашистская борьба республиканской Испании в 1936–1939 гг. не только определила судьбы самой страны, но и стала переломным событием в глобальном противостоянии фашистским диктатурам. Именно исход этой войны предопределил соотношение сил между фашистскими и антифашистскими блоками накануне Второй мировой войны: поражение республиканцев укрепило позиции авторитарных режимов, продемонстрировав их способность подавлять сопротивление при попустительстве западных демократий.
Исходной точкой гражданской войны в Испании считается мятеж правых сил против республиканского правительства, начавшийся 16 июля 1936 г. в Испанском Марокко и стремительно распространившийся на территорию самой Испании. Уже к 20 июля республиканской милиции удалось подавить основную часть мятежников контролировавших к тому моменту лишь два небольших очага мятежа. Фактически руководство мятежом все в большей степени переходило к командующему Африканской армией Ф. Франко, который сосредоточил в своих руках контакты с Германией и Италией.
Роль внешних союзников мятежа оказалась ключевой – война стала частью международной борьбы. Значительную роль в усилении испанских фашистов сыграли западные державы. Их политика нейтралитета, формально декларируемая как стремление избежать эскалации конфликта, фактически стала косвенной поддержкой франкистов, обеспечив им решающее преимущество. В то время как нацистская Германия и фашистская Италия открыто поставляли оружие, технику и советников, страны Запада, опасаясь распространения революционных идей, ограничили помощь республиканцам, ссылаясь на договоры о невмешательстве. В этих условиях лишь Советский Союз, последовательно проводивший линию политики коллективной безопасности и поддержки прогрессивных сил, встал на сторону республики.
Как отмечал доктор исторических наук А.В. Шубин: «...в начале конфликта около 30% сельскохозяйственной продукции приходилось на республиканскую зону, а 70% – на территорию националистов». Такое положение дел создавало угрозу голода в Испании. В этих условиях уже в конце июля под эгидой Всесоюзного центрального совета профессиональных союзов начался сбор средств в пользу испанских борцов за республику. Уже к 6 августа было собрано более 12 млн рублей, отправленных через Францию в Испанию. Уже в сентябре 1936 г. вопрос о гуманитарной помощи испанскому народу становится делом государственной важности и 11 сентября издается постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О помощи детям Испании». Как следует из записки 1-го заместителя народного комиссара внешней торговли СССР С.К. Судьина народному комиссару путей сообщения СССР Л.М. Кагановичу и председателю Совета народных комиссаров СССР В.М. Молотову от 21 сентября первая партия гуманитарной помощи ушла на пароходе «Нева» 19 сентября. С обострением войны такая практика станет регулярной.
6 августа 1936 года СССР дал официальное согласие на присоединение к соглашению о невмешательстве в испанский конфликт с двумя условиями: привлечение к нему Португалии и немедленное прекращение помощи мятежникам. Однако уже к концу сентября стало очевидно, что Германия и Италия грубо нарушают принятые обязательства, открыто поддерживая генерала Франко военной техникой, самолетами и добровольцами. Так, еще 28 июля транспортные самолеты стали перебрасывать мятежные войска в Испанию, благодаря чему фашистские силы Франко стремительно восстановились после июльского поражения. В целом, по данным А.В. Шубина, за 1936 г. Германия и Италия, помимо вооружения, поставили мятежникам около трехсот самолетов. В этих условиях помощь испанскому народу в антифашистской борьбе требовала более радикальных мер, чем гуманитарная помощь.
Советское руководство начало искать поставщиков вооружения для республиканских бойцов. Как следует из записки народного комиссара внутренних дел СССР Г.Г. Ягоды Л.М. Кагановичу и В.М. Молотову от 13 сентября 1936 г. советская сторона закупила в Швеции вооружения на 24,5 млн франков. Однако этого было недостаточно, особенно в сравнении с масштабами...
Антифашистская борьба республиканской Испании в 1936–1939 гг. не только определила судьбы самой страны, но и стала переломным событием в глобальном противостоянии фашистским диктатурам. Именно исход этой войны предопределил соотношение сил между фашистскими и антифашистскими блоками накануне Второй мировой войны: поражение республиканцев укрепило позиции авторитарных режимов, продемонстрировав их способность подавлять сопротивление при попустительстве западных демократий.
Исходной точкой гражданской войны в Испании считается мятеж правых сил против республиканского правительства, начавшийся 16 июля 1936 г. в Испанском Марокко и стремительно распространившийся на территорию самой Испании. Уже к 20 июля республиканской милиции удалось подавить основную часть мятежников контролировавших к тому моменту лишь два небольших очага мятежа. Фактически руководство мятежом все в большей степени переходило к командующему Африканской армией Ф. Франко, который сосредоточил в своих руках контакты с Германией и Италией.
Роль внешних союзников мятежа оказалась ключевой – война стала частью международной борьбы. Значительную роль в усилении испанских фашистов сыграли западные державы. Их политика нейтралитета, формально декларируемая как стремление избежать эскалации конфликта, фактически стала косвенной поддержкой франкистов, обеспечив им решающее преимущество. В то время как нацистская Германия и фашистская Италия открыто поставляли оружие, технику и советников, страны Запада, опасаясь распространения революционных идей, ограничили помощь республиканцам, ссылаясь на договоры о невмешательстве. В этих условиях лишь Советский Союз, последовательно проводивший линию политики коллективной безопасности и поддержки прогрессивных сил, встал на сторону республики.
Как отмечал доктор исторических наук А.В. Шубин: «...в начале конфликта около 30% сельскохозяйственной продукции приходилось на республиканскую зону, а 70% – на территорию националистов». Такое положение дел создавало угрозу голода в Испании. В этих условиях уже в конце июля под эгидой Всесоюзного центрального совета профессиональных союзов начался сбор средств в пользу испанских борцов за республику. Уже к 6 августа было собрано более 12 млн рублей, отправленных через Францию в Испанию. Уже в сентябре 1936 г. вопрос о гуманитарной помощи испанскому народу становится делом государственной важности и 11 сентября издается постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О помощи детям Испании». Как следует из записки 1-го заместителя народного комиссара внешней торговли СССР С.К. Судьина народному комиссару путей сообщения СССР Л.М. Кагановичу и председателю Совета народных комиссаров СССР В.М. Молотову от 21 сентября первая партия гуманитарной помощи ушла на пароходе «Нева» 19 сентября. С обострением войны такая практика станет регулярной.
6 августа 1936 года СССР дал официальное согласие на присоединение к соглашению о невмешательстве в испанский конфликт с двумя условиями: привлечение к нему Португалии и немедленное прекращение помощи мятежникам. Однако уже к концу сентября стало очевидно, что Германия и Италия грубо нарушают принятые обязательства, открыто поддерживая генерала Франко военной техникой, самолетами и добровольцами. Так, еще 28 июля транспортные самолеты стали перебрасывать мятежные войска в Испанию, благодаря чему фашистские силы Франко стремительно восстановились после июльского поражения. В целом, по данным А.В. Шубина, за 1936 г. Германия и Италия, помимо вооружения, поставили мятежникам около трехсот самолетов. В этих условиях помощь испанскому народу в антифашистской борьбе требовала более радикальных мер, чем гуманитарная помощь.
Советское руководство начало искать поставщиков вооружения для республиканских бойцов. Как следует из записки народного комиссара внутренних дел СССР Г.Г. Ягоды Л.М. Кагановичу и В.М. Молотову от 13 сентября 1936 г. советская сторона закупила в Швеции вооружения на 24,5 млн франков. Однако этого было недостаточно, особенно в сравнении с масштабами...
📃 В.А. Артемьев – конструктор ракетной техники:
к 140-летию со дня рождения
6 июля (24 июня) 1885 г. в Санкт-Петербурге родился создатель первой советской ракеты на бездымном порохе, разработчик реактивного снаряда Владимир Андреевич Артемьев.
Первыми работами в области ракетной техники он прославился еще во время службы в армии Российской империи. В.А. Артемьев участвовал в русско-японской войне 1904–1905 гг. По окончании Алексеевского военного училища в 1911 г. в звании подпоручика был направлен в артиллерийскую часть, дислоцированную на территории Брест-Литовской крепости, заведовать снаряжательной лабораторией. Там он усовершенствовал конструкцию осветительных ракет: установил в головную часть 3-дюймовой ракеты 7 парашютных факелов алюминиевого состава, увеличив время освещения до 1,5 мин.
C 1915 г. В.А. Артемьев работал в Главном артиллерийском управлении Военного министерства Российской империи. В 1920 г. стал помощником инженера-химика Н.И. Тихомирова. 1 марта 1921 г. в Москве начала работать «Лаборатория для разработки изобретений Н.И. Тихомирова» – первая советская государственная научно-исследовательская и опытно-конструкторская организация по разработке реактивных снарядов на бездымном порохе.
Конструкторская деятельность В.А. Артемьева в лаборатории Тихомирова была прервана арестом «за халатность и шпионаж» и ссылкой в Соловецкий лагерь особого назначения, где он пребывал с 1923 г. по 1924 г. Вернувшись из заключения, конструктор продолжил исследования нового оружия и предложил производить толстосводные пороховые шашки из бездымных порохов, изготовленных на нелетучем растворителе. В 1927 г. лаборатория Тихомирова переехала в Ленинград. Благодаря Главному артиллерийскому полигону и пороховой лаборатории Артиллерийской академии опыты с пороховыми шашками были поставлены более широко.
3 марта 1928 г. на полигоне под Ленинградом В.А. Артемьев осуществил первый пуск ракеты на бездымном порохе, что ознаменовало начало стремительного развития реактивной техники в СССР. «Это была первая ракета на бездымном порохе <...> приоритет принадлежит Советскому Союзу. Созданием этой пороховой ракеты на бездымном порохе был заложен фундамент для конструктивного оформления ракетных снарядов к «Катюше», оказавшей существенную помощь нашей Советской армии во время Великой Отечественной войны», – писал позже Владимир Андреевич. В 1928 г. лаборатория Н.И. Тихомирова была переименована в Газодинамическую лабораторию (ГДЛ).
Научная деятельность В.А. Артемьева в период его работы в ГДЛ нашла отражение в заявках на изобретения, находящихся на постоянном хранении в Российском государственном архиве в г. Самаре (РГА в г. Самаре): «Способ получения порохового зерна в металлической оболочке с изолирующей бумажной прокладкой» (1930 г.), «Пороховая ракета» (1933 г.) и других.
В 1933 г. был организован Реактивный научно-исследовательский институт (РНИИ, с 1937 г. – НИИ-3) путем слияния ГДЛ с Московской группой изучения реактивного движения. В институте под руководством главного конструктора А.В. Костикова группа инженеров (включая В.А. Артемьева, А.Н. Тихомирова, А.П. Павленко, Р.И. Попова, И.И. Гвая, В.Н. Галковского и других) создала многозарядную пусковую установку, установленную на грузовик. 21 июня 1941 г. бесствольные системы полевой реактивной артиллерии (БМ-13) были приняты на вооружение Красной Армии. Владимир Андреевич был одним из основных разработчиков реактивных снарядов.
В период работы в НИИ-3 Артемьев создал проект неуправляемых авиационных реактивных снарядов РС-82 и РС-132 с оперением, которые устанавливались на истребители И-15, И-16, И-153, использовались в боях с японскими войсками на реке Халхин-Гол в 1939 г. и во время Великой Отечественной войны. Работая над проектированием новой и усовершенствованием имеющейся военной техники, он внес огромный вклад в повышение обороноспособности страны. Так, в 1940 г. в соавторстве с Г.П. Клениным В.А. Артемьев предложил способ приготовления ракетных камер из цельнотянутых труб, признанный важным техническим усовершенствованием, в 1945 г. совместно с С.Я. Бодровым...
к 140-летию со дня рождения
6 июля (24 июня) 1885 г. в Санкт-Петербурге родился создатель первой советской ракеты на бездымном порохе, разработчик реактивного снаряда Владимир Андреевич Артемьев.
Первыми работами в области ракетной техники он прославился еще во время службы в армии Российской империи. В.А. Артемьев участвовал в русско-японской войне 1904–1905 гг. По окончании Алексеевского военного училища в 1911 г. в звании подпоручика был направлен в артиллерийскую часть, дислоцированную на территории Брест-Литовской крепости, заведовать снаряжательной лабораторией. Там он усовершенствовал конструкцию осветительных ракет: установил в головную часть 3-дюймовой ракеты 7 парашютных факелов алюминиевого состава, увеличив время освещения до 1,5 мин.
C 1915 г. В.А. Артемьев работал в Главном артиллерийском управлении Военного министерства Российской империи. В 1920 г. стал помощником инженера-химика Н.И. Тихомирова. 1 марта 1921 г. в Москве начала работать «Лаборатория для разработки изобретений Н.И. Тихомирова» – первая советская государственная научно-исследовательская и опытно-конструкторская организация по разработке реактивных снарядов на бездымном порохе.
Конструкторская деятельность В.А. Артемьева в лаборатории Тихомирова была прервана арестом «за халатность и шпионаж» и ссылкой в Соловецкий лагерь особого назначения, где он пребывал с 1923 г. по 1924 г. Вернувшись из заключения, конструктор продолжил исследования нового оружия и предложил производить толстосводные пороховые шашки из бездымных порохов, изготовленных на нелетучем растворителе. В 1927 г. лаборатория Тихомирова переехала в Ленинград. Благодаря Главному артиллерийскому полигону и пороховой лаборатории Артиллерийской академии опыты с пороховыми шашками были поставлены более широко.
3 марта 1928 г. на полигоне под Ленинградом В.А. Артемьев осуществил первый пуск ракеты на бездымном порохе, что ознаменовало начало стремительного развития реактивной техники в СССР. «Это была первая ракета на бездымном порохе <...> приоритет принадлежит Советскому Союзу. Созданием этой пороховой ракеты на бездымном порохе был заложен фундамент для конструктивного оформления ракетных снарядов к «Катюше», оказавшей существенную помощь нашей Советской армии во время Великой Отечественной войны», – писал позже Владимир Андреевич. В 1928 г. лаборатория Н.И. Тихомирова была переименована в Газодинамическую лабораторию (ГДЛ).
Научная деятельность В.А. Артемьева в период его работы в ГДЛ нашла отражение в заявках на изобретения, находящихся на постоянном хранении в Российском государственном архиве в г. Самаре (РГА в г. Самаре): «Способ получения порохового зерна в металлической оболочке с изолирующей бумажной прокладкой» (1930 г.), «Пороховая ракета» (1933 г.) и других.
В 1933 г. был организован Реактивный научно-исследовательский институт (РНИИ, с 1937 г. – НИИ-3) путем слияния ГДЛ с Московской группой изучения реактивного движения. В институте под руководством главного конструктора А.В. Костикова группа инженеров (включая В.А. Артемьева, А.Н. Тихомирова, А.П. Павленко, Р.И. Попова, И.И. Гвая, В.Н. Галковского и других) создала многозарядную пусковую установку, установленную на грузовик. 21 июня 1941 г. бесствольные системы полевой реактивной артиллерии (БМ-13) были приняты на вооружение Красной Армии. Владимир Андреевич был одним из основных разработчиков реактивных снарядов.
В период работы в НИИ-3 Артемьев создал проект неуправляемых авиационных реактивных снарядов РС-82 и РС-132 с оперением, которые устанавливались на истребители И-15, И-16, И-153, использовались в боях с японскими войсками на реке Халхин-Гол в 1939 г. и во время Великой Отечественной войны. Работая над проектированием новой и усовершенствованием имеющейся военной техники, он внес огромный вклад в повышение обороноспособности страны. Так, в 1940 г. в соавторстве с Г.П. Клениным В.А. Артемьев предложил способ приготовления ракетных камер из цельнотянутых труб, признанный важным техническим усовершенствованием, в 1945 г. совместно с С.Я. Бодровым...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌В.А. Артемьев – конструктор ракетной техники:
к 140-летию со дня рождения
✅6 июля (24 ... Смотрите полностью ВКонтакте.
к 140-летию со дня рождения
✅6 июля (24 ... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 255 лет победе русского флота в Чесменском сражении
Летом 1770 г. русским флотом была одержана выдающаяся победа над флотом Османской империи, во многом предопределившая успешное для России окончание русско-турецкой войны 1768–1774 гг. Она стала результатом масштабных преобразований, произошедших в России и, в частности, в русском флоте после восшествия в 1762 г. на престол императрицы Екатерины II, по праву заслужившей титул «Великой».
Среди замечательных достижений русских моряков этого времени особое место занимает 1-я архипелагская экспедиция (1769–1774 гг.), обеспечившая убедительную победу над Турцией и положившая начало регулярным дальним плаваниям Российского флота. Это грандиозное мероприятие стало возможным благодаря усилиям по возрождению флота, который до воцарения Екатерины II без малого 40 лет находился в упадке.
Осенью 1763 г. «для исправления дел на флоте» была учреждена Морская Российских флотов и Адмиралтейского правления комиссия. Возглавил новообразованный орган адмирал С.И. Мордвинов — профессиональный моряк и опытный администратор. Практически все предложения этой комиссии, направленные на усиление флота, незамедлительно получали одобрение императрицы и приводились в исполнение. Это способствовало возрождению и укреплению флота, а также поднятию морального и боевого духа русских моряков.
В 1765 г. Екатерина II лично присутствовала на маневрах Балтийского флота у Красной Горки, где вынуждена была с горечью констатировать, что пока «...корабли походили на флот, выходящий каждый год из Голландии для ловли сельдей, а не на военный». Но менее чем через пять лет этот же флот отправился в Средиземное море, где после продолжительного, полного лишений и невзгод плавания одержал блестящую победу над неприятельским турецким флотом.
Поводом для развязывания очередной русско-турецкой войны послужил незначительный инцидент, произошедший у местечка Балты. Турецкий султан Мустафа III, несмотря на предложение Екатерины II уладить пограничный конфликт мирным путем, подстрекаемый к тому же французским и австрийским правительствами, 14 октября 1768 г. объявил России войну. Боевые действия начались весной 1769 г. Крымский хан Керим Гирей с 60-тысячным войском вторгся на Украину, а главные силы турок направились к Днестру с целью форсировать реку и начать наступление на Киев и Смоленск. Кроме того, турки полагали высадить часть своих войск на побережье Азовского моря и предпринять поход на Астрахань.
Планы противника опрокинули блестящие действия русских войск. В 1769–1770 гг. в сражениях при Рябой Могиле, Ларге и Кагуле лучшие турецкие части были наголову разбиты. Русские взяли крепость Хотин, Яссы, Бухарест и вышли к Дунаю. На побережье Азовского моря наши войска овладели Азовом и Таганрогом.
Для действий на турецких коммуникациях в Средиземном и Эгейском морях, нанесения ударов по приморским гарнизонам и отвлечения сухопутных и морских сил противника с дунайского и крымского направлений было принято решение послать корабли Балтийского флота в Архипелаг. Россия рассчитывала также использовать против турок национально-освободительное движение балканских народов.
1-я эскадра под командованием адмирала Г.А. Спиридова, выйдя из Кронштадта в июле 1769 г., прибыла в Итилон (Витуло) 17 февраля 1770 г. и высадила десант. Греческое население города встретило русских моряков как освободителей. В Греции и Албании начались восстания против турок. Для занятия полуострова Морея из числа повстанцев и русских моряков было сформировано два легиона. Восточный легион капитана Г. Баркова разбил турецкие войска у крепости Мистрас (Мизитра) и занял ее. Западный легион майора П.П. Долгорукова, овладел Аркадией (южная Греция) и направился к крепости Наварин. Здесь 31 марта с кораблей был высажен десант под командованием бригадира морской артиллерии И.А. Ганнибала, осадивший крепость. После шестидневного артиллерийского обстрела Наварин капитулировал, и в середине апреля сюда перебазировались корабли эскадры под флагом А.Г. Орлова, командовавшего всеми русскими силами на Средиземном море.
Летом 1770 г. русским флотом была одержана выдающаяся победа над флотом Османской империи, во многом предопределившая успешное для России окончание русско-турецкой войны 1768–1774 гг. Она стала результатом масштабных преобразований, произошедших в России и, в частности, в русском флоте после восшествия в 1762 г. на престол императрицы Екатерины II, по праву заслужившей титул «Великой».
Среди замечательных достижений русских моряков этого времени особое место занимает 1-я архипелагская экспедиция (1769–1774 гг.), обеспечившая убедительную победу над Турцией и положившая начало регулярным дальним плаваниям Российского флота. Это грандиозное мероприятие стало возможным благодаря усилиям по возрождению флота, который до воцарения Екатерины II без малого 40 лет находился в упадке.
Осенью 1763 г. «для исправления дел на флоте» была учреждена Морская Российских флотов и Адмиралтейского правления комиссия. Возглавил новообразованный орган адмирал С.И. Мордвинов — профессиональный моряк и опытный администратор. Практически все предложения этой комиссии, направленные на усиление флота, незамедлительно получали одобрение императрицы и приводились в исполнение. Это способствовало возрождению и укреплению флота, а также поднятию морального и боевого духа русских моряков.
В 1765 г. Екатерина II лично присутствовала на маневрах Балтийского флота у Красной Горки, где вынуждена была с горечью констатировать, что пока «...корабли походили на флот, выходящий каждый год из Голландии для ловли сельдей, а не на военный». Но менее чем через пять лет этот же флот отправился в Средиземное море, где после продолжительного, полного лишений и невзгод плавания одержал блестящую победу над неприятельским турецким флотом.
Поводом для развязывания очередной русско-турецкой войны послужил незначительный инцидент, произошедший у местечка Балты. Турецкий султан Мустафа III, несмотря на предложение Екатерины II уладить пограничный конфликт мирным путем, подстрекаемый к тому же французским и австрийским правительствами, 14 октября 1768 г. объявил России войну. Боевые действия начались весной 1769 г. Крымский хан Керим Гирей с 60-тысячным войском вторгся на Украину, а главные силы турок направились к Днестру с целью форсировать реку и начать наступление на Киев и Смоленск. Кроме того, турки полагали высадить часть своих войск на побережье Азовского моря и предпринять поход на Астрахань.
Планы противника опрокинули блестящие действия русских войск. В 1769–1770 гг. в сражениях при Рябой Могиле, Ларге и Кагуле лучшие турецкие части были наголову разбиты. Русские взяли крепость Хотин, Яссы, Бухарест и вышли к Дунаю. На побережье Азовского моря наши войска овладели Азовом и Таганрогом.
Для действий на турецких коммуникациях в Средиземном и Эгейском морях, нанесения ударов по приморским гарнизонам и отвлечения сухопутных и морских сил противника с дунайского и крымского направлений было принято решение послать корабли Балтийского флота в Архипелаг. Россия рассчитывала также использовать против турок национально-освободительное движение балканских народов.
1-я эскадра под командованием адмирала Г.А. Спиридова, выйдя из Кронштадта в июле 1769 г., прибыла в Итилон (Витуло) 17 февраля 1770 г. и высадила десант. Греческое население города встретило русских моряков как освободителей. В Греции и Албании начались восстания против турок. Для занятия полуострова Морея из числа повстанцев и русских моряков было сформировано два легиона. Восточный легион капитана Г. Баркова разбил турецкие войска у крепости Мистрас (Мизитра) и занял ее. Западный легион майора П.П. Долгорукова, овладел Аркадией (южная Греция) и направился к крепости Наварин. Здесь 31 марта с кораблей был высажен десант под командованием бригадира морской артиллерии И.А. Ганнибала, осадивший крепость. После шестидневного артиллерийского обстрела Наварин капитулировал, и в середине апреля сюда перебазировались корабли эскадры под флагом А.Г. Орлова, командовавшего всеми русскими силами на Средиземном море.
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌255 лет победе русского флота в Чесменском сражении
🖋Летом 1770 г. русским флотом была оде... Смотрите полностью ВКонтакте.
🖋Летом 1770 г. русским флотом была оде... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 День семьи, любви и верности
День семьи, любви и верности – праздник для тех, кто по-настоящему любит, ценит и оберегает взаимные чувства. Это повод сказать теплые слова своим близким, подарить им нежность и внимание. Истинная любовь делает людей счастливыми, помогает им преодолеть любые трудности и пережить самые сложные времена.
В России праздник стал отмечаться с 2008 г., объявленного Годом семьи. Пример жития святого князя Петра и княгини Февронии стал символом счастливой семьи, истинных ценностей, любви и верности.
Предлагаем познакомиться с описанием «в лицах» свадьбы первого царя династии Романовых – Михаила Федоровича и Евдокии Лукьяновны Стрешневой.
Торжественное бракосочетание Михаила Федоровича и Евдокии Стрешневой состоялось 5 февраля 1626 г. Для царя это был второй брак. Первый, заключенный в 1624 г. с Марией Долгоруковой, продлился недолго: молодая супруга скончалась вскоре после свадьбы.
На новые смотрины царю привезли 60 красавиц из знатных семей, но приглянулась Михаилу Федоровичу представительница из провинциального дворянского рода Стрешневых – Евдокия Лукьяновна.
Новая царская избранница долгие девятнадцать лет была русской государыней и хранительницей семейного очага первых Романовых. У супружеской пары родились десять детей, но только четверо из них дожили до взрослого возраста. Их сын Алексей Михайлович стал наследником престола и продолжателем царской династии. Михаил Федорович скончался 13 июля 1645 г., его супруга пережила мужа всего на пять недель. Быть может, ее скоропостижная смерть была вызвана потрясением от тяжелой утраты. К сожалению, подробности взаимоотношений царя и царицы в письменных источниках не сохранились, но, вероятно, они были счастливы в браке.
День семьи, любви и верности – праздник для тех, кто по-настоящему любит, ценит и оберегает взаимные чувства. Это повод сказать теплые слова своим близким, подарить им нежность и внимание. Истинная любовь делает людей счастливыми, помогает им преодолеть любые трудности и пережить самые сложные времена.
В России праздник стал отмечаться с 2008 г., объявленного Годом семьи. Пример жития святого князя Петра и княгини Февронии стал символом счастливой семьи, истинных ценностей, любви и верности.
Предлагаем познакомиться с описанием «в лицах» свадьбы первого царя династии Романовых – Михаила Федоровича и Евдокии Лукьяновны Стрешневой.
Торжественное бракосочетание Михаила Федоровича и Евдокии Стрешневой состоялось 5 февраля 1626 г. Для царя это был второй брак. Первый, заключенный в 1624 г. с Марией Долгоруковой, продлился недолго: молодая супруга скончалась вскоре после свадьбы.
На новые смотрины царю привезли 60 красавиц из знатных семей, но приглянулась Михаилу Федоровичу представительница из провинциального дворянского рода Стрешневых – Евдокия Лукьяновна.
Новая царская избранница долгие девятнадцать лет была русской государыней и хранительницей семейного очага первых Романовых. У супружеской пары родились десять детей, но только четверо из них дожили до взрослого возраста. Их сын Алексей Михайлович стал наследником престола и продолжателем царской династии. Михаил Федорович скончался 13 июля 1645 г., его супруга пережила мужа всего на пять недель. Быть может, ее скоропостижная смерть была вызвана потрясением от тяжелой утраты. К сожалению, подробности взаимоотношений царя и царицы в письменных источниках не сохранились, но, вероятно, они были счастливы в браке.
📃 275 лет со дня основания Ф.Г. Волковым первого русского театра в Ярославле
Принято считать, что история первого русского театра началась 10 июля 1750 г., когда в кожевенном амбаре было поставлено первое театральное представление – “Эсфирь” Жана Расина.
Говоря о первом русском театре, невозможно умолчать о его основателе – Федоре Григорьевиче Волкове, которого современники, в их числе просветители Д.И. Фонвизин и И.И. Новиков, характеризовали как человека «наполненного достоинствами», обладающего «великим умом и проницательным разумом».
Федор Григорьевич Волков (1728–1763) жил в середине XVIII в. В эту пору активно развивались наука, русское искусство, литература, открылся первый в стране университет. Как правило, просвещение в этом столетии было связано или с государственной деятельностью, или с инициативой лиц благородного сословия. Тем удивительнее пример Федора Григорьевича, происходившего из состоятельной, но незнатной семьи. Отец Федора, костромской купец, умер во время его малолетства. Мать в 1735 г. вторично вышла замуж за купца Федора Полушкина и переехала к нему с детьми в Ярославль. Отчим Волкова был человек состоятельный и предприимчивый. Он вместе с другим ярославским купцом Т. Шабуниным решил организовать серные и купоросные заводы. Пасынки фактически работали на этих предприятиях с 1743 г.
Документы Российского государственного архива древних актов (РГАДА) демонстрируют, что Федор Волков вел за отчима заводскую отчетность и подписывался за него. В 1744 г., по ходатайству Полушкина, пасынки стали его компаньонами, а в 1745 г. перешли из костромского купечества в ярославское.
Участие в заводском деле имело большое значение для Федора: оно обеспечило ему материальную возможность для получения образования и организации театра. Кроме того, участие в управлении заводами было хорошей административной школой.
Первые документальные сведения о спектаклях в Ярославле относятся к 1750 г. Из челобитной ярославского купца Холщевникова известно, что в Ярославле в 1750 г. уже давались спектакли в купеческих домах. Так, сохранились сведения о спектакле в доме у купца Григория Серова, шедшем 8 января 1750 г. В Петербурге знали о Волковых, что они «в Ярославле содержат театр и играют комедии». Можно предположить, что театр изначально действовал в любительском формате, а затем преобразовался в профессиональный, когда был создан публичный постоянный театр. Первые спектакли Волковых происходили, по словам биографов, в доме отчима Федора.
По сведениям П.И. Сумарокова, сведения о театре Волкова были доставлены в Петербург сенатским экзекутором Игнатьевым 16 декабря 1750 г. Указ, разрешавший устройство частных театров, относится к 21 декабря 1750 г. Смерть отчима, последовавшая в 1748 г., и указ 1750 г. могли содействовать перестройке волковского театра в постоянно действующий «регулярный театр». Этим косвенно устанавливается и возможная дата открытия профессионального театра – декабрь 1750 г.
Из репертуара волковского театра ярославского периода документально известна лишь одна пьеса: «О покаянии грешного человека» («Кающийся грешник») Димитрия Ростовского. Это была церковная пьеса с обычными атрибутами таких представлений: аллегориями (Совесть, Надежда, Правосудие), ангелом, дьяволом и чертями, со спускающимися с неба облаками и адом, с хоровым пением и музыкальным сопровождением. Если все указанное было действительно воспроизведено на сцене ярославского театра Волкова, то можно сделать вывод о сравнительно высокой технике сцены этого театра.
Отношение ярославского населения к театру было далеко не одинаковым. Несомненно, у этого заведения были друзья и покровители (среди них предание называет местного жителя, отца поэта В.И. Майкова). Но имеется ряд свидетельств и о резко отрицательном отношении к театру, которое поддерживалось главой епархии, митрополитом Ростовским и Ярославским Арсением Мацеевичем. Несомненно, Волкову приходилось отстаивать свой театр, бороться за него.
Существует несколько старых планов г. Ярославля, снятых до пожара 1764 г. и тотчас после него, а также при перепланировке города в...
Принято считать, что история первого русского театра началась 10 июля 1750 г., когда в кожевенном амбаре было поставлено первое театральное представление – “Эсфирь” Жана Расина.
Говоря о первом русском театре, невозможно умолчать о его основателе – Федоре Григорьевиче Волкове, которого современники, в их числе просветители Д.И. Фонвизин и И.И. Новиков, характеризовали как человека «наполненного достоинствами», обладающего «великим умом и проницательным разумом».
Федор Григорьевич Волков (1728–1763) жил в середине XVIII в. В эту пору активно развивались наука, русское искусство, литература, открылся первый в стране университет. Как правило, просвещение в этом столетии было связано или с государственной деятельностью, или с инициативой лиц благородного сословия. Тем удивительнее пример Федора Григорьевича, происходившего из состоятельной, но незнатной семьи. Отец Федора, костромской купец, умер во время его малолетства. Мать в 1735 г. вторично вышла замуж за купца Федора Полушкина и переехала к нему с детьми в Ярославль. Отчим Волкова был человек состоятельный и предприимчивый. Он вместе с другим ярославским купцом Т. Шабуниным решил организовать серные и купоросные заводы. Пасынки фактически работали на этих предприятиях с 1743 г.
Документы Российского государственного архива древних актов (РГАДА) демонстрируют, что Федор Волков вел за отчима заводскую отчетность и подписывался за него. В 1744 г., по ходатайству Полушкина, пасынки стали его компаньонами, а в 1745 г. перешли из костромского купечества в ярославское.
Участие в заводском деле имело большое значение для Федора: оно обеспечило ему материальную возможность для получения образования и организации театра. Кроме того, участие в управлении заводами было хорошей административной школой.
Первые документальные сведения о спектаклях в Ярославле относятся к 1750 г. Из челобитной ярославского купца Холщевникова известно, что в Ярославле в 1750 г. уже давались спектакли в купеческих домах. Так, сохранились сведения о спектакле в доме у купца Григория Серова, шедшем 8 января 1750 г. В Петербурге знали о Волковых, что они «в Ярославле содержат театр и играют комедии». Можно предположить, что театр изначально действовал в любительском формате, а затем преобразовался в профессиональный, когда был создан публичный постоянный театр. Первые спектакли Волковых происходили, по словам биографов, в доме отчима Федора.
По сведениям П.И. Сумарокова, сведения о театре Волкова были доставлены в Петербург сенатским экзекутором Игнатьевым 16 декабря 1750 г. Указ, разрешавший устройство частных театров, относится к 21 декабря 1750 г. Смерть отчима, последовавшая в 1748 г., и указ 1750 г. могли содействовать перестройке волковского театра в постоянно действующий «регулярный театр». Этим косвенно устанавливается и возможная дата открытия профессионального театра – декабрь 1750 г.
Из репертуара волковского театра ярославского периода документально известна лишь одна пьеса: «О покаянии грешного человека» («Кающийся грешник») Димитрия Ростовского. Это была церковная пьеса с обычными атрибутами таких представлений: аллегориями (Совесть, Надежда, Правосудие), ангелом, дьяволом и чертями, со спускающимися с неба облаками и адом, с хоровым пением и музыкальным сопровождением. Если все указанное было действительно воспроизведено на сцене ярославского театра Волкова, то можно сделать вывод о сравнительно высокой технике сцены этого театра.
Отношение ярославского населения к театру было далеко не одинаковым. Несомненно, у этого заведения были друзья и покровители (среди них предание называет местного жителя, отца поэта В.И. Майкова). Но имеется ряд свидетельств и о резко отрицательном отношении к театру, которое поддерживалось главой епархии, митрополитом Ростовским и Ярославским Арсением Мацеевичем. Несомненно, Волкову приходилось отстаивать свой театр, бороться за него.
Существует несколько старых планов г. Ярославля, снятых до пожара 1764 г. и тотчас после него, а также при перепланировке города в...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌275 лет со дня основания Ф.Г. Волковым первого русского театра в Ярославле
🖋Принято считат... Смотрите полностью ВКонтакте.
🖋Принято считат... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 К 260-летию со дня рождения русского военачальника, героя Отечественной войны 1812 года П.И. Багратиона
Родился Петр Иванович Багратион предположительно 10 июля (29 июня) 1765 г. в дагестанском городе Кизляре, где служил в ту пору его отец, Иван Александрович. Семья будущего полководца, традицией которой стала служба в русской армии, вела свою родословную от Картлийской ветви грузинского правящего дома.
Военную службу молодой человек начал в раннем возрасте, поступив в 1782 г. в школу для обер- и унтер-офицерских детей, а на следующий год рядовым в Астраханский пехотный полк. С этого времени жизнь Петра Ивановича была накрепко связана с армией. Достаточно быстро продвигаясь по карьерной лестнице, Багратион большей частью участвовал в боевых действиях, а не проводил время на дворцовых паркетах. Будучи от природы одаренным человеком, наделенным острым умом, Петр Иванович компенсировал определенный недостаток образования необыкновенным трудолюбием и обретением большого практического опыта в руководстве войсками в боевой обстановке.
В 1786 г. молодого воина перевели в Кавказский пехотный полк, где он стал офицером, получив чин прапорщика. Вскоре Багратион отличился в русско-турецкой войне (1787–1891), проявив отвагу и воинское мастерство при взятии Очакова, за что заслужил свою первую воинскую награду — золотой офицерский крест «За взятие Очакова», и был произведен в очередной офицерский чин, став поручиком, а затем и капитаном.
Довелось князю принять участие и в Польской компании (1793–1794), а в 1798 г. его назначили командиром 6-го егерского полка. Как зрелый и опытный военачальник, Петр Иванович Багратион проявил себя под знаменами великого А.В. Суворова, приняв в 1799 г. участие в Итальянском и Швейцарском походах. В чине генерал-майора он успешно командовал авангардом союзной русско-австрийской армии, показав себя мастером ведения боев в условиях горной местности. Суворов высоко ценил своего командира, поручая ему самые непростые и ответственные задачи.
Несмотря на известность, князь не был счастлив в личной жизни. Целиком посвятив себя военной службе, он не имел времени на устройство своих матримониальных дел. Помочь ему в этом решил император Павел I, который слыл любителем экспромтов и сюрпризов. В сентябре 1800 г. состоялось бракосочетание. Супругой П.И. Багратиона стала юная графиня Екатерина Павловна Скавронская, славившаяся своей привлекательностью. Этот брак стал неожиданностью, как для невесты, так и для жениха и, по мнению современников, был с самого начала обречен на неудачу. Уж больно разными людьми оказались новобрачные. Она – хрупкая, нежная и избалованная благосклонным вниманием окружающих. Он – суровый малопривлекательный солдат, отдающий военной службе практически всю свою жизнь без остатка. Совместная жизнь четы продлилась до 1805 г. Как только Багратион отправился на очередную войну, его жена поспешила уехать за границу, сказавшись нездоровой. В Европе Екатерина Павловна жила в свое удовольствие, заводя многочисленные романы и знакомства. В Россию, несмотря на настоятельные просьбы мужа, она так и не вернулась. Тем не менее, тот продолжал любить свою ветреную супругу.
Позже молва приписывала Багратиону роман с любимой сестрой императора Александра I, великой княжной Екатериной Павловной. Это даже стало причиной опалы талантливого военачальника, которая, по счастью, не имела для России роковых последствий.
В кампании 1805 г., когда русская армия под командованием М.И. Кутузова совершала свой знаменитый Ульмско-Ольмюцкий марш-маневр, генерал Багратион возглавлял ее арьергард. Он сумел отбить все попытки французов организовать преследование русских войск и, несмотря на ощутимые потери, добился успеха в нескольких упорных боях.
Особенно отличились войска под его командованием в сражении при Шенграбене, где 7 тыс. русских сумели сдержать наступление 20 тыс. французов, не дав им нанести удар по нашим отступающим войскам, предотвратив тем самым неминуемое окружение. За проявленную доблесть Багратион был удостоен высокой полководческой награды – ордена Св. Георгия 2-й степени.
В...
Родился Петр Иванович Багратион предположительно 10 июля (29 июня) 1765 г. в дагестанском городе Кизляре, где служил в ту пору его отец, Иван Александрович. Семья будущего полководца, традицией которой стала служба в русской армии, вела свою родословную от Картлийской ветви грузинского правящего дома.
Военную службу молодой человек начал в раннем возрасте, поступив в 1782 г. в школу для обер- и унтер-офицерских детей, а на следующий год рядовым в Астраханский пехотный полк. С этого времени жизнь Петра Ивановича была накрепко связана с армией. Достаточно быстро продвигаясь по карьерной лестнице, Багратион большей частью участвовал в боевых действиях, а не проводил время на дворцовых паркетах. Будучи от природы одаренным человеком, наделенным острым умом, Петр Иванович компенсировал определенный недостаток образования необыкновенным трудолюбием и обретением большого практического опыта в руководстве войсками в боевой обстановке.
В 1786 г. молодого воина перевели в Кавказский пехотный полк, где он стал офицером, получив чин прапорщика. Вскоре Багратион отличился в русско-турецкой войне (1787–1891), проявив отвагу и воинское мастерство при взятии Очакова, за что заслужил свою первую воинскую награду — золотой офицерский крест «За взятие Очакова», и был произведен в очередной офицерский чин, став поручиком, а затем и капитаном.
Довелось князю принять участие и в Польской компании (1793–1794), а в 1798 г. его назначили командиром 6-го егерского полка. Как зрелый и опытный военачальник, Петр Иванович Багратион проявил себя под знаменами великого А.В. Суворова, приняв в 1799 г. участие в Итальянском и Швейцарском походах. В чине генерал-майора он успешно командовал авангардом союзной русско-австрийской армии, показав себя мастером ведения боев в условиях горной местности. Суворов высоко ценил своего командира, поручая ему самые непростые и ответственные задачи.
Несмотря на известность, князь не был счастлив в личной жизни. Целиком посвятив себя военной службе, он не имел времени на устройство своих матримониальных дел. Помочь ему в этом решил император Павел I, который слыл любителем экспромтов и сюрпризов. В сентябре 1800 г. состоялось бракосочетание. Супругой П.И. Багратиона стала юная графиня Екатерина Павловна Скавронская, славившаяся своей привлекательностью. Этот брак стал неожиданностью, как для невесты, так и для жениха и, по мнению современников, был с самого начала обречен на неудачу. Уж больно разными людьми оказались новобрачные. Она – хрупкая, нежная и избалованная благосклонным вниманием окружающих. Он – суровый малопривлекательный солдат, отдающий военной службе практически всю свою жизнь без остатка. Совместная жизнь четы продлилась до 1805 г. Как только Багратион отправился на очередную войну, его жена поспешила уехать за границу, сказавшись нездоровой. В Европе Екатерина Павловна жила в свое удовольствие, заводя многочисленные романы и знакомства. В Россию, несмотря на настоятельные просьбы мужа, она так и не вернулась. Тем не менее, тот продолжал любить свою ветреную супругу.
Позже молва приписывала Багратиону роман с любимой сестрой императора Александра I, великой княжной Екатериной Павловной. Это даже стало причиной опалы талантливого военачальника, которая, по счастью, не имела для России роковых последствий.
В кампании 1805 г., когда русская армия под командованием М.И. Кутузова совершала свой знаменитый Ульмско-Ольмюцкий марш-маневр, генерал Багратион возглавлял ее арьергард. Он сумел отбить все попытки французов организовать преследование русских войск и, несмотря на ощутимые потери, добился успеха в нескольких упорных боях.
Особенно отличились войска под его командованием в сражении при Шенграбене, где 7 тыс. русских сумели сдержать наступление 20 тыс. французов, не дав им нанести удар по нашим отступающим войскам, предотвратив тем самым неминуемое окружение. За проявленную доблесть Багратион был удостоен высокой полководческой награды – ордена Св. Георгия 2-й степени.
В...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌К 260-летию со дня рождения русского военачальника, героя Отечественной войны 1812 года П.И. Баграт... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 260 лет со дня рождения генерала от инфантерии П.И. Багратиона
Петр Иванович Багратион принадлежал к царской династии Багратидов, правившей в Грузии с IX до начала XIX в. Его дед в елизаветинское время перешел в русское подданство и перебрался в Россию. Спустя несколько лет в Россию прибыл его взрослый сын Иван, поступивший на службу офицером в комендантскую команду Кизлярской крепости. Там, видимо, и родился Петр Багратион. Нет ясности с датой его появления на свет (в разных источниках она колеблется от 1764 г. до 1769 г.), поэтому 10 июля (29 июня) 1765 г. можно считать предположительной.
Детство будущего полководца прошло в Кизляре, где с 1782 г. по 1783 г. он обучался в училище для штаб- и обер-офицерских детей. На этом его образование и закончилось. Настоящей школой для Багратиона стала армия, а свои знания он приобретал на полях сражений. Первый боевой опыт юный Петр получил на Кавказе, где не раз участвовал в стычках с горцами. В формулярном списке, составленном в 1811 г., указано, что с 1782 г. по 1892 г. он прошел путь от сержанта до капитана сначала в Астраханском, затем в Кавказском мушкетерском полку, участвуя «1783-го [года] – на Кавказской линии при разбитии чеченцев и черкесов; 1784-го – при покорении кабардинцев; 1785-го – в горах против Шаха Монсуры...». Затем была война с Турцией 1787–1791 гг. За штурм Очакова Багратион был награжден офицерским крестом «За взятие Очакова».
В июне 1792 г. (согласно формуляру) Багратиона производят в секунд-майоры с переводом в Киевский конно-егерский полк. Через два года в чине премьер-майора его переводят в Софийский карабинерный полк командиром эскадрона, с которым он участвует в польской кампании. За отличие при штурме Праги (укрепленного предместья Варшавы) Багратион, накануне произведенный в подполковники, получил орден Св. Владимира 4-й степени с бантом. В июне 1795 г. его назначают командиром 1-го батальона Лифляндского егерского корпуса.
В 1798 г. Петр Иванович был пожалован в полковники и назначен командиром 7-го егерского полка. С этим полком он отправляется в поход в Австрию, а оттуда уже в чине генерал-майора – в знаменитый Итальянский поход А.В. Суворова, где командует авангардом русской армии. Багратион участвует во взятии крепости Брешии, при сдаче которой было захвачено 1800 пленных французов и 42 пушки, за что ему пожаловали орден Св. Анны 1-й степени. В бою под городом Лекко полководец был ранен пулей в правую ногу выше колена, но остался в строю. В мае 1799 г. за отличие в бою при Маренго (не путать со сражением при Маренго 1800 г. с участием Наполеона) его награждают орденом Св. Александра Невского. В сражении при Треббии Багратион успешно командовал правым флангом русских войск. После сражения при Нови Суворов в реляции Павлу I хвалил своего генерала, который «атаковал неприятеля... с неустрашимою храбростию». Наградой ему стали алмазные знаки ордена Св. Александра Невского.
Из Италии, преодолев Альпы, армия Суворова перешла в Швейцарию. Ее авангардом по-прежнему командовал Багратион. 13 сентября 1799 г. русские войска поднялись на перевал Сен-Готард, который охраняли две французские бригады. Несколько атак французы отбили. Тогда в обход им был направлен отряд Багратиона. По горным тропам он вышел в тыл противнику и заставил его отступить. Петр Иванович участвовал в знаменитом бою у Чертова моста. В сражении под Гларусом он был контужен картечной пулей. За кампанию 1799 г. Багратион был также пожалован алмазными знаками ордена Св. Иоанна Иерусалимского, австрийским Военным орденом Марии Терезии 2-й степени и сардинским орденом Св. Маврикия и Лазаря.
В июне 1800 г. по возвращении в Санкт-Петербург Багратион был назначен шефом лейб-гвардии Егерского батальона, спустя пять лет переформированного в полк. С этого момента начинается его возвышение при дворе. Никто из кадровых военных, за исключением генерал-адъютантов, не сиживал так часто за царским столом, как князь Багратион. Благо он был блестящим рассказчиком и отличным собеседником.
В 1805 г. разразилась русско-австро-французская война (война третьей антифранцузской коалиции)....
Петр Иванович Багратион принадлежал к царской династии Багратидов, правившей в Грузии с IX до начала XIX в. Его дед в елизаветинское время перешел в русское подданство и перебрался в Россию. Спустя несколько лет в Россию прибыл его взрослый сын Иван, поступивший на службу офицером в комендантскую команду Кизлярской крепости. Там, видимо, и родился Петр Багратион. Нет ясности с датой его появления на свет (в разных источниках она колеблется от 1764 г. до 1769 г.), поэтому 10 июля (29 июня) 1765 г. можно считать предположительной.
Детство будущего полководца прошло в Кизляре, где с 1782 г. по 1783 г. он обучался в училище для штаб- и обер-офицерских детей. На этом его образование и закончилось. Настоящей школой для Багратиона стала армия, а свои знания он приобретал на полях сражений. Первый боевой опыт юный Петр получил на Кавказе, где не раз участвовал в стычках с горцами. В формулярном списке, составленном в 1811 г., указано, что с 1782 г. по 1892 г. он прошел путь от сержанта до капитана сначала в Астраханском, затем в Кавказском мушкетерском полку, участвуя «1783-го [года] – на Кавказской линии при разбитии чеченцев и черкесов; 1784-го – при покорении кабардинцев; 1785-го – в горах против Шаха Монсуры...». Затем была война с Турцией 1787–1791 гг. За штурм Очакова Багратион был награжден офицерским крестом «За взятие Очакова».
В июне 1792 г. (согласно формуляру) Багратиона производят в секунд-майоры с переводом в Киевский конно-егерский полк. Через два года в чине премьер-майора его переводят в Софийский карабинерный полк командиром эскадрона, с которым он участвует в польской кампании. За отличие при штурме Праги (укрепленного предместья Варшавы) Багратион, накануне произведенный в подполковники, получил орден Св. Владимира 4-й степени с бантом. В июне 1795 г. его назначают командиром 1-го батальона Лифляндского егерского корпуса.
В 1798 г. Петр Иванович был пожалован в полковники и назначен командиром 7-го егерского полка. С этим полком он отправляется в поход в Австрию, а оттуда уже в чине генерал-майора – в знаменитый Итальянский поход А.В. Суворова, где командует авангардом русской армии. Багратион участвует во взятии крепости Брешии, при сдаче которой было захвачено 1800 пленных французов и 42 пушки, за что ему пожаловали орден Св. Анны 1-й степени. В бою под городом Лекко полководец был ранен пулей в правую ногу выше колена, но остался в строю. В мае 1799 г. за отличие в бою при Маренго (не путать со сражением при Маренго 1800 г. с участием Наполеона) его награждают орденом Св. Александра Невского. В сражении при Треббии Багратион успешно командовал правым флангом русских войск. После сражения при Нови Суворов в реляции Павлу I хвалил своего генерала, который «атаковал неприятеля... с неустрашимою храбростию». Наградой ему стали алмазные знаки ордена Св. Александра Невского.
Из Италии, преодолев Альпы, армия Суворова перешла в Швейцарию. Ее авангардом по-прежнему командовал Багратион. 13 сентября 1799 г. русские войска поднялись на перевал Сен-Готард, который охраняли две французские бригады. Несколько атак французы отбили. Тогда в обход им был направлен отряд Багратиона. По горным тропам он вышел в тыл противнику и заставил его отступить. Петр Иванович участвовал в знаменитом бою у Чертова моста. В сражении под Гларусом он был контужен картечной пулей. За кампанию 1799 г. Багратион был также пожалован алмазными знаками ордена Св. Иоанна Иерусалимского, австрийским Военным орденом Марии Терезии 2-й степени и сардинским орденом Св. Маврикия и Лазаря.
В июне 1800 г. по возвращении в Санкт-Петербург Багратион был назначен шефом лейб-гвардии Егерского батальона, спустя пять лет переформированного в полк. С этого момента начинается его возвышение при дворе. Никто из кадровых военных, за исключением генерал-адъютантов, не сиживал так часто за царским столом, как князь Багратион. Благо он был блестящим рассказчиком и отличным собеседником.
В 1805 г. разразилась русско-австро-французская война (война третьей антифранцузской коалиции)....
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌260 лет со дня рождения генерала от инфантерии П.И. Багратиона
✍Петр Иванович Багратион пр... Смотрите полностью ВКонтакте.
✍Петр Иванович Багратион пр... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 «Новые проспекты, прекрасные улицы, площади, изумительные здания превратят нашу Москву в город сказочной красоты!».
К 90-летию утверждения Генерального плана реконструкции Москвы
10 июля 1935 г. было принято постановление ЦК ВКП(б) и Совета народных комиссаров СССР «О Генеральном плане реконструкции города Москвы» (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 968 Л. 44–54). План был утвержден спустя четыре года разработки, начатой по решению июньского пленума ЦК ВКП(б) 1931 г., на котором 15 июня была принята резолюция «О московском городском хозяйстве и о развитии городского хозяйства СССР».
Первые планы реконструкции Москвы стали разрабатываться вскоре после Октябрьской революции. Так в 1918–1925 гг. группой архитекторов под руководством А.В. Щусева и И.В. Жолтовского был предложен план под названием «Новая Москва», в 1921–1925 гг. – план «Большая Москва», созданный под руководством С.С. Шестакова. Но все они в конце 1920-х гг. были отвергнуты.
Однако сама жизнь вскоре заставила советских руководителей вернуться к этому вопросу: 6 января 1931 г. в Москве произошел транспортный коллапс, парализовавший не только московские дороги, но и всю московскую экономику. Он наглядно показал руководству страны, что медлить с планами преобразования столицы больше нельзя.
Коллапс был во многом вызван тем, что к 1931 г. население Москвы выросло по сравнению с 1912 г. на 73%. Только с 1928 по 1931 гг. оно выросло на 654 тыс. человек и составило 2 781 340 человек. Имевшийся тогда жилищный фонд не справлялся с таким стремительным приростом населения. Людям приходилось жить в тесных бараках и коммуналках, большая часть которых не имела канализации, электричества и водопровода.
Значительно возросла нагрузка и на дорожно-транспортную инфраструктуру Москвы. Узкие московские улицы были перегружены пешеходами, извозчиками и переполненными трамваями. Совершенно неготовыми они оказались и к стремительно растущему числу автомобилей. Так, в 1914 г. их число составляло 2,2 тыс., а к 1930 г. оно выросло в два раза.
Первые масштабные работы по преобразованию Москвы, инициированные июньским пленумом 1931 г., проводились еще на самом раннем этапе разработки генерального плана реконструкции столицы. Были начаты строительство метрополитена, асфальтирование улиц, прокладка «Канала имени Москвы», расширение сети трамвайных и железнодорожных путей. Все это воплощалось под личным контролем первого секретаря Московского горкома ВКП(б) Лазаря Моисеевича Кагановича.
До перевода в Москву Л.М. Каганович с 7 апреля 1925 г. по 14 июля 1928 г. был первым секретарем ЦК КП(б) Украины. За это время на территории республики было построено большое количество сложных и крупных объектов, таких как Дом Государственной промышленности (Госпром) в Харькове и ДнепроГЭС. Л.М. Каганович получил колоссальный опыт организации масштабных проектных и строительных работ, так необходимый для руководства процессом реконструкции столицы СССР.
«...Вы должны превратить Москву из большой деревни городского типа в европейский город. Мы не можем оставить Москву в таком состоянии, в каком она была до сих пор. <...> Москва строилась так. Построил хатку, потом пристройку, потом сарайчик, потом еще что-то достроил, и так постепенно строилась Москва в течение сотен лет», – заявил он на совещании работников участковых бюро райсоветов в 1932 г. (РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 181. Л. 110).
Первоначально Моссоветом в 1932 г. был организован закрытый конкурс планов реконструкции города, в котором приняли участие ведущие архитекторы того времени: Э. Май, Х. Майер, Н.А. Ладовский и Ле Корбюзье. Но их предложения были отклонены, некоторые из них были слишком радикальны даже для большевистского руководства СССР.
Так, план Н.А. Ладовского предполагал расширение города вдоль Тверской улицы, Ленинградского шоссе и далее (Москва бы приняла форму «параболы» и должна была в перспективе соединиться с Ленинградом), а план Ле Корбюзье – практически полный снос старой Москвы (за исключением особо ценных памятников архитектуры) с постройкой на ее месте фактически нового города с устройством в виде прямоугольной...
К 90-летию утверждения Генерального плана реконструкции Москвы
10 июля 1935 г. было принято постановление ЦК ВКП(б) и Совета народных комиссаров СССР «О Генеральном плане реконструкции города Москвы» (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 968 Л. 44–54). План был утвержден спустя четыре года разработки, начатой по решению июньского пленума ЦК ВКП(б) 1931 г., на котором 15 июня была принята резолюция «О московском городском хозяйстве и о развитии городского хозяйства СССР».
Первые планы реконструкции Москвы стали разрабатываться вскоре после Октябрьской революции. Так в 1918–1925 гг. группой архитекторов под руководством А.В. Щусева и И.В. Жолтовского был предложен план под названием «Новая Москва», в 1921–1925 гг. – план «Большая Москва», созданный под руководством С.С. Шестакова. Но все они в конце 1920-х гг. были отвергнуты.
Однако сама жизнь вскоре заставила советских руководителей вернуться к этому вопросу: 6 января 1931 г. в Москве произошел транспортный коллапс, парализовавший не только московские дороги, но и всю московскую экономику. Он наглядно показал руководству страны, что медлить с планами преобразования столицы больше нельзя.
Коллапс был во многом вызван тем, что к 1931 г. население Москвы выросло по сравнению с 1912 г. на 73%. Только с 1928 по 1931 гг. оно выросло на 654 тыс. человек и составило 2 781 340 человек. Имевшийся тогда жилищный фонд не справлялся с таким стремительным приростом населения. Людям приходилось жить в тесных бараках и коммуналках, большая часть которых не имела канализации, электричества и водопровода.
Значительно возросла нагрузка и на дорожно-транспортную инфраструктуру Москвы. Узкие московские улицы были перегружены пешеходами, извозчиками и переполненными трамваями. Совершенно неготовыми они оказались и к стремительно растущему числу автомобилей. Так, в 1914 г. их число составляло 2,2 тыс., а к 1930 г. оно выросло в два раза.
Первые масштабные работы по преобразованию Москвы, инициированные июньским пленумом 1931 г., проводились еще на самом раннем этапе разработки генерального плана реконструкции столицы. Были начаты строительство метрополитена, асфальтирование улиц, прокладка «Канала имени Москвы», расширение сети трамвайных и железнодорожных путей. Все это воплощалось под личным контролем первого секретаря Московского горкома ВКП(б) Лазаря Моисеевича Кагановича.
До перевода в Москву Л.М. Каганович с 7 апреля 1925 г. по 14 июля 1928 г. был первым секретарем ЦК КП(б) Украины. За это время на территории республики было построено большое количество сложных и крупных объектов, таких как Дом Государственной промышленности (Госпром) в Харькове и ДнепроГЭС. Л.М. Каганович получил колоссальный опыт организации масштабных проектных и строительных работ, так необходимый для руководства процессом реконструкции столицы СССР.
«...Вы должны превратить Москву из большой деревни городского типа в европейский город. Мы не можем оставить Москву в таком состоянии, в каком она была до сих пор. <...> Москва строилась так. Построил хатку, потом пристройку, потом сарайчик, потом еще что-то достроил, и так постепенно строилась Москва в течение сотен лет», – заявил он на совещании работников участковых бюро райсоветов в 1932 г. (РГАСПИ. Ф. 81. Оп. 3. Д. 181. Л. 110).
Первоначально Моссоветом в 1932 г. был организован закрытый конкурс планов реконструкции города, в котором приняли участие ведущие архитекторы того времени: Э. Май, Х. Майер, Н.А. Ладовский и Ле Корбюзье. Но их предложения были отклонены, некоторые из них были слишком радикальны даже для большевистского руководства СССР.
Так, план Н.А. Ладовского предполагал расширение города вдоль Тверской улицы, Ленинградского шоссе и далее (Москва бы приняла форму «параболы» и должна была в перспективе соединиться с Ленинградом), а план Ле Корбюзье – практически полный снос старой Москвы (за исключением особо ценных памятников архитектуры) с постройкой на ее месте фактически нового города с устройством в виде прямоугольной...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌«Новые проспекты, прекрасные улицы, площади, изумительные здания превратят нашу Москву в город сказ... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 Собрали для вас видеозаписи лекций, которые прошли в рамках историко-документальной выставки «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы» в мае – июле 2025 г.
«План "Барбаросса" и нападение на Советский Союз»
КУДРЯШОВ Сергей Валерьевич, к.и.н., руководитель Центра по изучению истории Великой Отечественной войны ИРИ РАН
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-plan-barbarossa..
«Исторический музей в годы Великой Отечественной войны»
ДЕМИРОВА Наталья Ильинична, к.и.н., Государственный исторический музей (ГИМ)
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-istoricheskiy-m..
«Государственный комитет обороны СССР»
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич, д.и.н., профессор ВШЭ (НИИ «Высшая школа экономики»)
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-gosudarstvennyy..
«Молодые писатели и поэты на фронтах Великой Отечественной войны»
ЯКОВЛЕВА Ксения Викторовна, начальник отдела информации и использования документов Российского государственного архива литературы и искусства (РГАЛИ)
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-molodye-pisatel..
«Операция "Багратион": крупнейшее поражение германской армии за всю ее историю»
ИСАЕВ Алексей Валерьевич, к.и.н., директор Центра истории военной экономики Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-operaciya-bagra..
«Жизнь блокадного Ленинграда»
БОЛДОВСКИЙ Кирилл Анатольевич, к.и.н., старший научный сотрудник, заведующий Лабораторией «История блокады Ленинграда» Санкт-Петербургского института истории РАН
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-zhizn-blokadnog..
«Архивы в годы войны»
КОПЫЛОВА Ольга Николаевна, к.и.н., начальник отдела информационно-поисковых систем Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ)
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-arkhivy-v-gody-..
«Особенности оккупационной политики на территории СССР в годы Великой Отечественной войны»
СУРЖИК Дмитрий Викторович, к.и.н., главный специалист Национального центра исторической памяти при Президенте Российской Федерации
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-osobennosti-okk..
«Курская дуга: вопреки законам стратегии»
ИСАЕВ Алексей Валерьевич, к.и.н., директор Центра истории военной экономики Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-kurskaya-duga-v..
«Испанцы в Великой Отечественной войне как пример интернациональной борьбы с нацизмом»
АРУТЮНОВ Артем Артурович, к.и.н., заведующий отделом образовательных проектов и мероприятий Государственного исторического музея
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-ispancy-v-velik..
Экспозиция работает в Выставочном комплексе Исторического музея – в Музее Отечественной войны 1812 года (Москва, площадь Революции, 2/3) до 25 августа 2025 г. (https://shm.ru/shows/42849/).
Создан специальный сайт – виртуальная версия выставки «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы» (https://pobeda.rusarchives.ru/), где размещены цифровые копии архивных документов, в том числе фотографии, кинохроника, фонозаписи, военные карты, листовки, а также художественные произведения, мемориальные вещи – всего около тысячи экспонатов.
@rusarchive
«План "Барбаросса" и нападение на Советский Союз»
КУДРЯШОВ Сергей Валерьевич, к.и.н., руководитель Центра по изучению истории Великой Отечественной войны ИРИ РАН
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-plan-barbarossa..
«Исторический музей в годы Великой Отечественной войны»
ДЕМИРОВА Наталья Ильинична, к.и.н., Государственный исторический музей (ГИМ)
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-istoricheskiy-m..
«Государственный комитет обороны СССР»
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич, д.и.н., профессор ВШЭ (НИИ «Высшая школа экономики»)
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-gosudarstvennyy..
«Молодые писатели и поэты на фронтах Великой Отечественной войны»
ЯКОВЛЕВА Ксения Викторовна, начальник отдела информации и использования документов Российского государственного архива литературы и искусства (РГАЛИ)
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-molodye-pisatel..
«Операция "Багратион": крупнейшее поражение германской армии за всю ее историю»
ИСАЕВ Алексей Валерьевич, к.и.н., директор Центра истории военной экономики Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-operaciya-bagra..
«Жизнь блокадного Ленинграда»
БОЛДОВСКИЙ Кирилл Анатольевич, к.и.н., старший научный сотрудник, заведующий Лабораторией «История блокады Ленинграда» Санкт-Петербургского института истории РАН
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-zhizn-blokadnog..
«Архивы в годы войны»
КОПЫЛОВА Ольга Николаевна, к.и.н., начальник отдела информационно-поисковых систем Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ)
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-arkhivy-v-gody-..
«Особенности оккупационной политики на территории СССР в годы Великой Отечественной войны»
СУРЖИК Дмитрий Викторович, к.и.н., главный специалист Национального центра исторической памяти при Президенте Российской Федерации
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-osobennosti-okk..
«Курская дуга: вопреки законам стратегии»
ИСАЕВ Алексей Валерьевич, к.и.н., директор Центра истории военной экономики Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-kurskaya-duga-v..
«Испанцы в Великой Отечественной войне как пример интернациональной борьбы с нацизмом»
АРУТЮНОВ Артем Артурович, к.и.н., заведующий отделом образовательных проектов и мероприятий Государственного исторического музея
https://pobeda.rusarchives.ru/lekciya-ispancy-v-velik..
Экспозиция работает в Выставочном комплексе Исторического музея – в Музее Отечественной войны 1812 года (Москва, площадь Революции, 2/3) до 25 августа 2025 г. (https://shm.ru/shows/42849/).
Создан специальный сайт – виртуальная версия выставки «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы» (https://pobeda.rusarchives.ru/), где размещены цифровые копии архивных документов, в том числе фотографии, кинохроника, фонозаписи, военные карты, листовки, а также художественные произведения, мемориальные вещи – всего около тысячи экспонатов.
@rusarchive
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌Собрали для вас видеозаписи лекций, которые прошли в рамках историко-документальной выставки «Без п... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 «Окна ТАСС» – оружие Победы.
К 100-летию ТАСС
22 июня 1941 г., через три часа после сообщения В.М. Молотова о начале войны, в художественном салоне в доме № 11 на Кузнецком мосту встретились четверо хорошо знакомых друг с другом московских художников – П.П. Соколов-Скаля, В.А. Масленников, М.М. Черемных, Н.М. Денисовский. На этой встрече они приняли решение продолжить традицию легендарных «Окон РОСТА» периода Гражданской войны и начать выпуск военно-оборонных плакатов. Их решили назвать «Окна ТАСС». Основные принципы все поняли и приняли: выпускать многокрасочный современный «лубок» на острополитические и военные темы. Для реализации проекта нужно было решить несколько задач: подобрать кадры, найти финансирование и производственные помещения, а также обзавестись необходимым оборудованием.
Уже на следующий день, 23 июня 1941 г., художники попросили помощи у председателя оргкомитета Союза художников СССР А.М. Герасимова. Тот сразу позвонил К.Е. Ворошилову, курирующему сферу культуры в стране, и сообщил, что московские художники хотят начать борьбу с врагом оружием искусства – приступают к выпуску военно-оборонного плаката, в связи с чем им нужна поддержка. Климент Ефремович одобрил идею, а для практической реализации попросил время – до 11:00 следующих суток. (Дюнин В., Максимова Л. ТАСС: фронтовое поколение. Документальное повествование об участниках Великой Отечественной войны 1941–1945 годов. М., 2015. С. 81–82.)
По воспоминаниям В.А. Масленникова, собравшись на следующий день в кабинете А.М. Герасимова, они ждали с трепетом ответа К.Е. Ворошилова. Ровно в 11 часов утра от имени маршала позвонил генерал-лейтенант Р.П. Хмельницкий и попросил инициативную группу художников немедленно явиться в ТАСС. Совнарком СССР на тот момент уже дал указание руководителю ТАСС Я.С. Хавинсону создать в составе центрального аппарата редакцию военно-оборонного плаката «Окно ТАСС».
Были подключены все заинтересованные инстанции. Оперативно под редакцию и мастерскую были отданы художественные салоны на Кузнецком мосту в домах № 11 и № 20, куда завезли рабочие столы, краски, кисти, растворители, бумагу – все, что требовалось для изготовления плакатов. В тот же день в здании Московского союза художников вывесили объявление о наборе добровольцев разных специальностей для работы в мастерской «Окон ТАСС».
25 июня в салон на Кузнецком мосту пришли художники, а также специалисты по технологическим операциям. К 12 часам дня отряд добровольцев состоял уже из 92 человек – 75 женщин и 17 мужчин. 26 июня 1941 г. в системе ТАСС была создана редакция «Окон ТАСС».
Ответственным редактором назначили Е.С. Меликадзе, руководителем мастерской – Д.Е. Ляшкевича, художественным руководителем – Н.Ф. Денисовского, художественным редактором – П.П. Соколова-Скаля. Под началом известных художников были созданы бригады резчиков рисуночных трафаретов. При комплектовании этих бригад шел строгий отбор: учитывались профессионализм, моральные качества, личный авторитет в творческой среде.
Первое «Окно» появилось в Москве 27 июня 1941 г. В начале войны плакаты создавались в единственном экземпляре, но через какое-то время их стали тиражировать с помощью трафаретов. Над плакатами работали художники М.М. Черемных, Г.К. Савицкий, П.В. Мальков, Н.Ф. Денисовский, П.П. Соколов-Скаля, Кукрыниксы (М.В. Куприянов, П.Н. Крылов и Н.А. Соколов), А.П. Бубнов и другие.
Оригиналы выполнялись маслом, акварелью и темперой. При тиражировании использовались клеевые краски. К созданию «Окон» приложили творческие усилия графики и скульпторы, художники театра, искусствоведы и художники по тканям. Каждый художник вносил в плакат свою уникальную манеру, обогащая плакатное искусство всеми достижениями станковой живописи.
К авторскому отряду художников присоединились поэты В.И. Лебедев-Кумач, С.Я. Маршак, Д. Бедный, Н.С. Тихонов, С.В. Михалков, В.М. Гусев, С.И. Кирсанов, К.М. Симонов, М. Исаковский. В московской редакции над «Окнами ТАСС» к концу войны работало 125 художников и 83 литератора.
Тиражи плакатов изготовлялись быстро и точно по графику – в три смены за два...
К 100-летию ТАСС
22 июня 1941 г., через три часа после сообщения В.М. Молотова о начале войны, в художественном салоне в доме № 11 на Кузнецком мосту встретились четверо хорошо знакомых друг с другом московских художников – П.П. Соколов-Скаля, В.А. Масленников, М.М. Черемных, Н.М. Денисовский. На этой встрече они приняли решение продолжить традицию легендарных «Окон РОСТА» периода Гражданской войны и начать выпуск военно-оборонных плакатов. Их решили назвать «Окна ТАСС». Основные принципы все поняли и приняли: выпускать многокрасочный современный «лубок» на острополитические и военные темы. Для реализации проекта нужно было решить несколько задач: подобрать кадры, найти финансирование и производственные помещения, а также обзавестись необходимым оборудованием.
Уже на следующий день, 23 июня 1941 г., художники попросили помощи у председателя оргкомитета Союза художников СССР А.М. Герасимова. Тот сразу позвонил К.Е. Ворошилову, курирующему сферу культуры в стране, и сообщил, что московские художники хотят начать борьбу с врагом оружием искусства – приступают к выпуску военно-оборонного плаката, в связи с чем им нужна поддержка. Климент Ефремович одобрил идею, а для практической реализации попросил время – до 11:00 следующих суток. (Дюнин В., Максимова Л. ТАСС: фронтовое поколение. Документальное повествование об участниках Великой Отечественной войны 1941–1945 годов. М., 2015. С. 81–82.)
По воспоминаниям В.А. Масленникова, собравшись на следующий день в кабинете А.М. Герасимова, они ждали с трепетом ответа К.Е. Ворошилова. Ровно в 11 часов утра от имени маршала позвонил генерал-лейтенант Р.П. Хмельницкий и попросил инициативную группу художников немедленно явиться в ТАСС. Совнарком СССР на тот момент уже дал указание руководителю ТАСС Я.С. Хавинсону создать в составе центрального аппарата редакцию военно-оборонного плаката «Окно ТАСС».
Были подключены все заинтересованные инстанции. Оперативно под редакцию и мастерскую были отданы художественные салоны на Кузнецком мосту в домах № 11 и № 20, куда завезли рабочие столы, краски, кисти, растворители, бумагу – все, что требовалось для изготовления плакатов. В тот же день в здании Московского союза художников вывесили объявление о наборе добровольцев разных специальностей для работы в мастерской «Окон ТАСС».
25 июня в салон на Кузнецком мосту пришли художники, а также специалисты по технологическим операциям. К 12 часам дня отряд добровольцев состоял уже из 92 человек – 75 женщин и 17 мужчин. 26 июня 1941 г. в системе ТАСС была создана редакция «Окон ТАСС».
Ответственным редактором назначили Е.С. Меликадзе, руководителем мастерской – Д.Е. Ляшкевича, художественным руководителем – Н.Ф. Денисовского, художественным редактором – П.П. Соколова-Скаля. Под началом известных художников были созданы бригады резчиков рисуночных трафаретов. При комплектовании этих бригад шел строгий отбор: учитывались профессионализм, моральные качества, личный авторитет в творческой среде.
Первое «Окно» появилось в Москве 27 июня 1941 г. В начале войны плакаты создавались в единственном экземпляре, но через какое-то время их стали тиражировать с помощью трафаретов. Над плакатами работали художники М.М. Черемных, Г.К. Савицкий, П.В. Мальков, Н.Ф. Денисовский, П.П. Соколов-Скаля, Кукрыниксы (М.В. Куприянов, П.Н. Крылов и Н.А. Соколов), А.П. Бубнов и другие.
Оригиналы выполнялись маслом, акварелью и темперой. При тиражировании использовались клеевые краски. К созданию «Окон» приложили творческие усилия графики и скульпторы, художники театра, искусствоведы и художники по тканям. Каждый художник вносил в плакат свою уникальную манеру, обогащая плакатное искусство всеми достижениями станковой живописи.
К авторскому отряду художников присоединились поэты В.И. Лебедев-Кумач, С.Я. Маршак, Д. Бедный, Н.С. Тихонов, С.В. Михалков, В.М. Гусев, С.И. Кирсанов, К.М. Симонов, М. Исаковский. В московской редакции над «Окнами ТАСС» к концу войны работало 125 художников и 83 литератора.
Тиражи плакатов изготовлялись быстро и точно по графику – в три смены за два...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌«Окна ТАСС» – оружие Победы.
К 100-летию ТАСС
🖋22 июня 1941 г., через три часа после с... Смотрите полностью ВКонтакте.
К 100-летию ТАСС
🖋22 июня 1941 г., через три часа после с... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 НЮРНБЕРГ–1945.
На ранних этапах подготовки Международного военного трибунала над нацистскими преступниками
Дискуссия между союзниками по антигитлеровской коалиции о наказании нацистских преступников началась осенью 1942 г.
7 октября 1942 г. Великобритания после согласования с США заявила о своем намерении создать комиссию по расследованию военных преступлений нацистов и их союзников (Комиссия объединенных наций по военным преступлениям (КОНВП)), причем без согласования с Москвой. Это привело к довольно резкой реакции советского руководства, которое выступило с рядом заявлений, в том числе довольно жесткого характера.
14 октября 1942 г. СССР выступил с «Заявлением советского правительства об ответственности гитлеровских захватчиков и их сообщников за злодеяния, совершенные ими в оккупированных странах Европы», врученным заместителем наркома иностранных дел С.А. Лозовским посланнику Чехословакии З. Фирлингеру и представителю Национального комитета Сражающейся Франции Р. Шмитлейну [1], принятым как решение Политбюро ВКП(б) [2] и опубликованным в газете «Правде».
Причем, обращено оно было именно к оккупированным нацистами странам, а не к основным союзникам по антигитлеровской коалиции. 19 октября 1942 г. «Правда» опубликовала статью, посвященную наказанию нацистских преступников, и, прежде всего, спровоцированную историей с Р. Гессом – заместитель Гитлера по партийным делам, 10 мая 1941 г. улетел в Великобританию, попытавшись склонить ее к мирному соглашению и союзу с Германией; в Великобритании находился на положении «почетного военнопленного». О содержании общения с Гессом представителей британских элит Советскому Союзу не сообщалось, что вызывало у Сталина подозрения в том, что Германия и Великобритания с помощью Гесса за спиной СССР могут договориться о сепаратном мире.
В статье «Правды» говорилось: «Признать, что Гесс не подлежит суду до окончания войны, что он избавлен от суда международного трибунала на все время войны, – значит, закрыть глаза на преступления одного из самых кровавых гитлеровских преступников и рассматривать Гесса не как преступника, а как представителя другого государства, как посланца Гитлера. Как это можно понять иначе?» (Правда. – 19 октября 1942 г. – № 292 (9063)).
Именно в связи с этой полемикой следует рассматривать создание Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причиненного ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР (ЧГК), образованной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 ноября 1942 г. [3], которая в действительности полноценно начала свою работу только в марте 1943 г. после принятия Устава ЧГК. Сама идея создания такой комиссии была высказана известнейшим ученым-физиком П.Л. Капицей еще в сентябре 1941 г., а в более конкретном виде такое предложение направил И.В. Сталину С.А. Лозовский 17 октября 1942 г. [4] именно в связи с разгоравшейся дискуссией с союзниками.
3 ноября 1942 г. СССР направил ответ на ноты МИД Великобритании от 3 и 29 октября, в котором настаивал на необходимости не откладывать создание Международного трибунала до окончания войны [5] и повторил эту позицию в ответе на ноту правительства Великобритании от 5 ноября 1942 г. [6], который был одобрен Сталиным 9 ноября. Особенно примечательна правка Сталина на проекте этой ноты [7]: Сталин, с одной стороны, смягчил резкий упрек в адрес правительства Черчилля, с другой, еще раз акцентировал внимание на том, что Гесс должен рассматриваться прежде всего не просто как военнопленный (о чем писал в своей ноте Форин-офис), а как военный преступник.
Конечно, история с Р. Гессом, которая вызывала у Сталина серьезные подозрения в нечистой игре англичан по отношению к СССР вплоть до Ялтинской конференции, была далеко не единственной причиной проведения Советским Союзом самостоятельной политики по наказанию нацистских преступников. И английское правительство (и лично У. Черчилль), и США (и лично Ф.Д. Рузвельт) не считали нужным брать на себя обязательства по...
На ранних этапах подготовки Международного военного трибунала над нацистскими преступниками
Дискуссия между союзниками по антигитлеровской коалиции о наказании нацистских преступников началась осенью 1942 г.
7 октября 1942 г. Великобритания после согласования с США заявила о своем намерении создать комиссию по расследованию военных преступлений нацистов и их союзников (Комиссия объединенных наций по военным преступлениям (КОНВП)), причем без согласования с Москвой. Это привело к довольно резкой реакции советского руководства, которое выступило с рядом заявлений, в том числе довольно жесткого характера.
14 октября 1942 г. СССР выступил с «Заявлением советского правительства об ответственности гитлеровских захватчиков и их сообщников за злодеяния, совершенные ими в оккупированных странах Европы», врученным заместителем наркома иностранных дел С.А. Лозовским посланнику Чехословакии З. Фирлингеру и представителю Национального комитета Сражающейся Франции Р. Шмитлейну [1], принятым как решение Политбюро ВКП(б) [2] и опубликованным в газете «Правде».
Причем, обращено оно было именно к оккупированным нацистами странам, а не к основным союзникам по антигитлеровской коалиции. 19 октября 1942 г. «Правда» опубликовала статью, посвященную наказанию нацистских преступников, и, прежде всего, спровоцированную историей с Р. Гессом – заместитель Гитлера по партийным делам, 10 мая 1941 г. улетел в Великобританию, попытавшись склонить ее к мирному соглашению и союзу с Германией; в Великобритании находился на положении «почетного военнопленного». О содержании общения с Гессом представителей британских элит Советскому Союзу не сообщалось, что вызывало у Сталина подозрения в том, что Германия и Великобритания с помощью Гесса за спиной СССР могут договориться о сепаратном мире.
В статье «Правды» говорилось: «Признать, что Гесс не подлежит суду до окончания войны, что он избавлен от суда международного трибунала на все время войны, – значит, закрыть глаза на преступления одного из самых кровавых гитлеровских преступников и рассматривать Гесса не как преступника, а как представителя другого государства, как посланца Гитлера. Как это можно понять иначе?» (Правда. – 19 октября 1942 г. – № 292 (9063)).
Именно в связи с этой полемикой следует рассматривать создание Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причиненного ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР (ЧГК), образованной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 ноября 1942 г. [3], которая в действительности полноценно начала свою работу только в марте 1943 г. после принятия Устава ЧГК. Сама идея создания такой комиссии была высказана известнейшим ученым-физиком П.Л. Капицей еще в сентябре 1941 г., а в более конкретном виде такое предложение направил И.В. Сталину С.А. Лозовский 17 октября 1942 г. [4] именно в связи с разгоравшейся дискуссией с союзниками.
3 ноября 1942 г. СССР направил ответ на ноты МИД Великобритании от 3 и 29 октября, в котором настаивал на необходимости не откладывать создание Международного трибунала до окончания войны [5] и повторил эту позицию в ответе на ноту правительства Великобритании от 5 ноября 1942 г. [6], который был одобрен Сталиным 9 ноября. Особенно примечательна правка Сталина на проекте этой ноты [7]: Сталин, с одной стороны, смягчил резкий упрек в адрес правительства Черчилля, с другой, еще раз акцентировал внимание на том, что Гесс должен рассматриваться прежде всего не просто как военнопленный (о чем писал в своей ноте Форин-офис), а как военный преступник.
Конечно, история с Р. Гессом, которая вызывала у Сталина серьезные подозрения в нечистой игре англичан по отношению к СССР вплоть до Ялтинской конференции, была далеко не единственной причиной проведения Советским Союзом самостоятельной политики по наказанию нацистских преступников. И английское правительство (и лично У. Черчилль), и США (и лично Ф.Д. Рузвельт) не считали нужным брать на себя обязательства по...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌НЮРНБЕРГ–1945.
На ранних этапах подготовки Международного военного трибунала над нацистскими пр... Смотрите полностью ВКонтакте.
На ранних этапах подготовки Международного военного трибунала над нацистскими пр... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 В Хабаровске открыта памятная доска на здании Дома офицеров, где проходил в 1949 г. судебный процесс над бывшими японскими военнослужащими
В Хабаровске на здании Дома офицеров Восточного военного округа (ОДОРА, ул. Шевченко, д. 16) открыта памятная доска, где 25–30 декабря 1949 г. проходили заседания Военного трибунала Приморского военного округа по обвинению бывших военнослужащих Квантунской армии – сотрудников отряда № 731 и других японских санитарно-эпидемиологических отрядов – в разработке и применении бактериологического оружия, в том числе против СССР.
Хабаровский процесс 1949 г. называют «Дальневосточным Нюрнбергом», он стал продолжением Международного военного трибунала в Токио (1946–1948) и по своему политико-правовому значению может быть поставлен в один ряд с этими судебными процессами.
Среди 12 подсудимых – бывших военнослужащих японской императорской армии, принимавших участие в производстве и испытании бактериологического оружия, был и главнокомандующий Квантунской армии генерал Ямада Отодзо, которому непосредственно подчинялись специальные санитарно-эпидемические подразделения.
Собранные следствием материалы, показания свидетелей позволили военному трибуналу установить, что «японские империалисты готовились к тому, чтобы, развязав агрессивную войну против СССР и других государств, широко применить в ней бактериологическое оружие и этим ввергнуть цивилизацию в пучину новых бедствий. Осуществляя подготовку к бактериологической войне, они не останавливались ни перед какими злодеяниями, умерщвляя во время своих преступных опытов по применению бактериологического оружия тысячи китайских и советских граждан и распространяя эпидемии тяжелых заболеваний среди мирного населения Китая» (Из приговора Военного трибунала Приморского военного округа. 30 декабря 1949 г.).
Хабаровский процесс поставил точку во Второй мировой войне, японские военные преступники, непосредственно участвовавшие в разработке, испытаниях и применении бактериологического оружия, были осуждены и приговорены к различным срокам заключения.
Открытый Росархивом в 2022 г. интернет-проект «Хабаровский процесс над японскими военными преступниками 1949 г.» (https://khabarovsk1949.rusarchives.ru/) освещает подготовку, ход и итоги процесса, а также попытки СССР на протяжении последующих нескольких лет привлечь к судебной ответственности лиц, изобличенных материалами Хабаровского процесса в производстве и применении бактериологического оружия, выдать Советскому Союзу японского императора Хирохито и ряд генералов японской армии.
Памятная доска на здании Дома офицеров была установлена по инициативе Хабаровского краевого отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ХКО ВООПИиК) при поддержке правительства Хабаровского края, администрации г. Хабаровска, регионального отделения Российского военно-исторического общества.
Текст памятной доски гласит: «В этом здании с 25 по 30 декабря 1949 года проходил Хабаровский судебный процесс над японскими военными преступниками Квантунской армии, виновными в создании и применении бактериологического оружия в период Второй мировой войны».
Хабаровский процесс, как и многие послевоенные процессы над нацистскими преступниками, проводимые в СССР, был открытым, для его заседаний выбрали самое большое помещение в городе в Доме офицеров, куда вмещалось более 700 зрителей.
Новость об открытии мемориальной доски размещена на сайте интернет-проекта «Хабаровский процесс над японскими военными преступниками 1949 г.» (https://khabarovsk1949.rusarchives.ru/), текст на доске воспроизведен на русском, английском, китайском и японском языках.
В Хабаровске на здании Дома офицеров Восточного военного округа (ОДОРА, ул. Шевченко, д. 16) открыта памятная доска, где 25–30 декабря 1949 г. проходили заседания Военного трибунала Приморского военного округа по обвинению бывших военнослужащих Квантунской армии – сотрудников отряда № 731 и других японских санитарно-эпидемиологических отрядов – в разработке и применении бактериологического оружия, в том числе против СССР.
Хабаровский процесс 1949 г. называют «Дальневосточным Нюрнбергом», он стал продолжением Международного военного трибунала в Токио (1946–1948) и по своему политико-правовому значению может быть поставлен в один ряд с этими судебными процессами.
Среди 12 подсудимых – бывших военнослужащих японской императорской армии, принимавших участие в производстве и испытании бактериологического оружия, был и главнокомандующий Квантунской армии генерал Ямада Отодзо, которому непосредственно подчинялись специальные санитарно-эпидемические подразделения.
Собранные следствием материалы, показания свидетелей позволили военному трибуналу установить, что «японские империалисты готовились к тому, чтобы, развязав агрессивную войну против СССР и других государств, широко применить в ней бактериологическое оружие и этим ввергнуть цивилизацию в пучину новых бедствий. Осуществляя подготовку к бактериологической войне, они не останавливались ни перед какими злодеяниями, умерщвляя во время своих преступных опытов по применению бактериологического оружия тысячи китайских и советских граждан и распространяя эпидемии тяжелых заболеваний среди мирного населения Китая» (Из приговора Военного трибунала Приморского военного округа. 30 декабря 1949 г.).
Хабаровский процесс поставил точку во Второй мировой войне, японские военные преступники, непосредственно участвовавшие в разработке, испытаниях и применении бактериологического оружия, были осуждены и приговорены к различным срокам заключения.
Открытый Росархивом в 2022 г. интернет-проект «Хабаровский процесс над японскими военными преступниками 1949 г.» (https://khabarovsk1949.rusarchives.ru/) освещает подготовку, ход и итоги процесса, а также попытки СССР на протяжении последующих нескольких лет привлечь к судебной ответственности лиц, изобличенных материалами Хабаровского процесса в производстве и применении бактериологического оружия, выдать Советскому Союзу японского императора Хирохито и ряд генералов японской армии.
Памятная доска на здании Дома офицеров была установлена по инициативе Хабаровского краевого отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ХКО ВООПИиК) при поддержке правительства Хабаровского края, администрации г. Хабаровска, регионального отделения Российского военно-исторического общества.
Текст памятной доски гласит: «В этом здании с 25 по 30 декабря 1949 года проходил Хабаровский судебный процесс над японскими военными преступниками Квантунской армии, виновными в создании и применении бактериологического оружия в период Второй мировой войны».
Хабаровский процесс, как и многие послевоенные процессы над нацистскими преступниками, проводимые в СССР, был открытым, для его заседаний выбрали самое большое помещение в городе в Доме офицеров, куда вмещалось более 700 зрителей.
Новость об открытии мемориальной доски размещена на сайте интернет-проекта «Хабаровский процесс над японскими военными преступниками 1949 г.» (https://khabarovsk1949.rusarchives.ru/), текст на доске воспроизведен на русском, английском, китайском и японском языках.
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌В Хабаровске открыта памятная доска на здании Дома офицеров, где проходил в 1949 г. судебный процес... Смотрите полностью ВКонтакте.
Forwarded from Государство в Telegram
✅ Подборка интересных каналов
🚇 @mosmetroru Московский метрополитен
🚘 @lada_news АвтоВАЗ
🛒 @roszakupki Новости госзакупок
🏠 @fondgkh Фонд ЖКХ
💰@pensionfondrf Пенсионный Фонд РФ
🧑💻 @smz422 Самозанятость
🏛 @vsrf_ru Новости Верховного суда РФ
⚖️ @garantrss ГАРАНТ.РУ
💼 @kadroviku Новости для кадровика
👷 @hr_lenta HR-новости
🎀 @culturerus Новости культуры
📺 @sovtv Советское ТВ
💎 @myaforizm Мудрость веков
💄@magnit_cosmetic Магнит Косметик
🏢 @GovInfo Государство в Telegram
Выбирайте, что Вам по душе и подписывайтесь!
🚇 @mosmetroru Московский метрополитен
🚘 @lada_news АвтоВАЗ
🛒 @roszakupki Новости госзакупок
🏠 @fondgkh Фонд ЖКХ
💰@pensionfondrf Пенсионный Фонд РФ
🧑💻 @smz422 Самозанятость
🏛 @vsrf_ru Новости Верховного суда РФ
⚖️ @garantrss ГАРАНТ.РУ
💼 @kadroviku Новости для кадровика
👷 @hr_lenta HR-новости
🎀 @culturerus Новости культуры
📺 @sovtv Советское ТВ
💎 @myaforizm Мудрость веков
💄@magnit_cosmetic Магнит Косметик
🏢 @GovInfo Государство в Telegram
Выбирайте, что Вам по душе и подписывайтесь!
📃 14 июля 1943 г. в Краснодаре открылся первый судебный процесс по делу о преступлениях нацистов и их пособников.
Архивные документы, фотографии, кинохроника о первых открытых советских судах представлены в экспозиции зала «Обыкновенный нацизм» на выставке «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы», которая открыта для посещений в Историческом музее в Москве до 25 августа 2025 г. (https://shm.ru/shows/42849/).
Военный трибунал Северо-Кавказского фронта в течение 14–17 июля 1943 г. в открытом судебном заседании рассмотрел дело по обвинению пособников нацистов, предателей и изменников Родине, участвовавших в массовом истреблении советских граждан в Краснодаре, и приговорил: В.П. Тищенко, И.А. Речкалова, М.П. Ластовина, Н.С. Пушкарева, Г.Н. Мисана, Ю.М. Напцока, И.Ф. Котомцева, И.Ф. Кладова – к смертной казни через повешение; Г.П. Тучкова, В.С. Павлова и И.И. Парамонова, как менее активных пособников – к ссылке на каторжные работы сроком на 25 лет каждого.
В ходе судебного процесса были обнародованы факты зверских издевательств и умерщвления нацистами свыше 7 000 человек советских граждан, в том числе женщин, стариков и детей, посредством отравления угарным газом в специально оборудованных машинах-«душегубках» (газенвагенах).
15 декабря 1943 г. в Харькове открылся второй судебный процесс над нацистскими преступниками. Впервые на скамье подсудимых оказались бывшие немецкие военнослужащие: офицер военной контрразведки германской армии, капитан Вильгельм Лангхельд, заместитель командира роты СС, унтерштурмфюрер СС Ганс Риц и чиновник германской тайной полевой полиции г. Харькова, старший ефрейтор Рейнгард Рецлав, обвиняемые по делу о зверствах в г. Харькове и Харьковской области. Вместе с ними привлечен к судебной ответственности пособник нацистов М.П. Буланов, служивший шофером в харьковской «зондеркоманде СД» и лично принимавший участие в убийстве детей из Ейского детского дома.
Все четверо обвиняемых были приговорены к смертной казни через повешение и 19 декабря 1943 г. публично казнены – в Харькове, в том же месте, где нацисты совершали свои казни.
В период временной оккупации Харькова и области немецко-фашистскими захватчиками расстреляно и повешено, заживо сожжено и удушено посредством окиси углерода в «душегубках» свыше 30 000 мирных советских граждан, среди них женщины, дети, старики.
Историческая правда о преступлениях нацистов и их пособников сохраняется в архивных документах: актах ЧГК, свидетельствах очевидцев, протоколах допросов, материалах судебно-следственных дел на преступников, фотографиях, кинохронике – эти уникальные архивные документы представлены в экспозиции «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы».
Для выставки были отобраны документальные свидетельства о преступлениях в отношении мирного населения, находившегося в оккупации, и советских военнопленных: издевательства, расстрелы, повешения, массовые казни, уничтожение людей в «душегубках», создание невыносимых условий жизни, сожжение населенных пунктов, грабежи, насильственный угон молодежи на работы в Германию.
О жизни населения при «новом порядке» рассказывают: нарукавные повязки, бирки – атрибуты советского жителя в нацистской оккупации, рабочие карточки, пропуска, а также вещи жителей, найденные поисковиками в местах расстрелов.
Также в экспозиции представлены документы и вещи узников концлагерей: Майданека, Собибора (вещи А.А. Печерского), Освенцима, регистрационная книга крематория концлагеря Маутхаузен-Гузен, в которой списки узников с пометками «R» (русский).
Краснодарский и Харьковский процессы стали первыми в череде публичных судебных процессов, организованных в Советском Союзе и продемонстрировавших мировой общественности еще задолго до Нюрнбергского международного трибунала чудовищные последствия нацистской оккупационной политики, жестокие преступления против мирных граждан и советских военнопленных, пример осуждения и неотвратимость наказания.
Всего в военный и послевоенный период состоялось 20 открытых процессов по осуждению нацистов и их пособников, совершивших преступления на территории...
Архивные документы, фотографии, кинохроника о первых открытых советских судах представлены в экспозиции зала «Обыкновенный нацизм» на выставке «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы», которая открыта для посещений в Историческом музее в Москве до 25 августа 2025 г. (https://shm.ru/shows/42849/).
Военный трибунал Северо-Кавказского фронта в течение 14–17 июля 1943 г. в открытом судебном заседании рассмотрел дело по обвинению пособников нацистов, предателей и изменников Родине, участвовавших в массовом истреблении советских граждан в Краснодаре, и приговорил: В.П. Тищенко, И.А. Речкалова, М.П. Ластовина, Н.С. Пушкарева, Г.Н. Мисана, Ю.М. Напцока, И.Ф. Котомцева, И.Ф. Кладова – к смертной казни через повешение; Г.П. Тучкова, В.С. Павлова и И.И. Парамонова, как менее активных пособников – к ссылке на каторжные работы сроком на 25 лет каждого.
В ходе судебного процесса были обнародованы факты зверских издевательств и умерщвления нацистами свыше 7 000 человек советских граждан, в том числе женщин, стариков и детей, посредством отравления угарным газом в специально оборудованных машинах-«душегубках» (газенвагенах).
15 декабря 1943 г. в Харькове открылся второй судебный процесс над нацистскими преступниками. Впервые на скамье подсудимых оказались бывшие немецкие военнослужащие: офицер военной контрразведки германской армии, капитан Вильгельм Лангхельд, заместитель командира роты СС, унтерштурмфюрер СС Ганс Риц и чиновник германской тайной полевой полиции г. Харькова, старший ефрейтор Рейнгард Рецлав, обвиняемые по делу о зверствах в г. Харькове и Харьковской области. Вместе с ними привлечен к судебной ответственности пособник нацистов М.П. Буланов, служивший шофером в харьковской «зондеркоманде СД» и лично принимавший участие в убийстве детей из Ейского детского дома.
Все четверо обвиняемых были приговорены к смертной казни через повешение и 19 декабря 1943 г. публично казнены – в Харькове, в том же месте, где нацисты совершали свои казни.
В период временной оккупации Харькова и области немецко-фашистскими захватчиками расстреляно и повешено, заживо сожжено и удушено посредством окиси углерода в «душегубках» свыше 30 000 мирных советских граждан, среди них женщины, дети, старики.
Историческая правда о преступлениях нацистов и их пособников сохраняется в архивных документах: актах ЧГК, свидетельствах очевидцев, протоколах допросов, материалах судебно-следственных дел на преступников, фотографиях, кинохронике – эти уникальные архивные документы представлены в экспозиции «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы».
Для выставки были отобраны документальные свидетельства о преступлениях в отношении мирного населения, находившегося в оккупации, и советских военнопленных: издевательства, расстрелы, повешения, массовые казни, уничтожение людей в «душегубках», создание невыносимых условий жизни, сожжение населенных пунктов, грабежи, насильственный угон молодежи на работы в Германию.
О жизни населения при «новом порядке» рассказывают: нарукавные повязки, бирки – атрибуты советского жителя в нацистской оккупации, рабочие карточки, пропуска, а также вещи жителей, найденные поисковиками в местах расстрелов.
Также в экспозиции представлены документы и вещи узников концлагерей: Майданека, Собибора (вещи А.А. Печерского), Освенцима, регистрационная книга крематория концлагеря Маутхаузен-Гузен, в которой списки узников с пометками «R» (русский).
Краснодарский и Харьковский процессы стали первыми в череде публичных судебных процессов, организованных в Советском Союзе и продемонстрировавших мировой общественности еще задолго до Нюрнбергского международного трибунала чудовищные последствия нацистской оккупационной политики, жестокие преступления против мирных граждан и советских военнопленных, пример осуждения и неотвратимость наказания.
Всего в военный и послевоенный период состоялось 20 открытых процессов по осуждению нацистов и их пособников, совершивших преступления на территории...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌14 июля 1943 г. в Краснодаре открылся первый судебный процесс по делу о преступлениях нацистов и их... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 Лагерь смерти Малый Тростенец:
по документам Государственного архива Российской Федерации
Белорусской деревне Малый Тростенец уготовано было сыграть трагическую роль в истории Великой Отечественной войны.
Тростенецкий лагерь являлся одним из крупнейших немецких лагерей смерти на оккупированной территории СССР, наряду с Освенцимом, Майданеком и Треблинкой, главным предназначением которых являлось уничтожение неугодных гитлеровскому режиму людей.
Концлагерь располагался в 10 километрах к юго-востоку от города Минска, около деревни Малый Тростенец. В систему данного концлагеря также входили специально оборудованная для сжигания трупов печь в урочище Шашковка и место массовых захоронений в урочище Благовщина.
14 июля 1944 г. спустя примерно две недели после освобождения Красной Армией в Малый Тростенец прибыли члены Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков (ЧГК).
В хранящихся в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ) документах ЧГК, в числе документальных свидетельств о злодеяниях нацистов по г. Минску и Минскому району есть материалы и по Тростенецкому концлагерю, собранные Минской областной комиссией содействия в работе ЧГК под председательством Героя Советского Союза Василия Ивановича Козлова.
Основу данного комплекса документов составляют многочисленные заявления и протоколы опроса свидетелей, в том числе жителей д. Малый Тростенец и немногих уцелевших узников самого концлагеря. Кроме того, в составе данных материалов хранятся также судебно-медицинские акты и протоколы осмотра мест совершенных злодеяний, акты Минской областной комиссии и планы расположения концлагеря.
Непосредственное участие в расследовании преступлений нацистов в Тростенецком лагере принимал один из членов ЧГК академик Николай Нилович Бурденко, в частности, в материалах по Тростенцу хранятся протоколы допросов свидетелей Ланского Левы Шаевича и Зарецкой Меры Марковны, которых опрашивал сам Николай Нилович.
Уничтожение людей в концлагере осуществлялось различными способами, в основном путем удушения в газовых камерах, массовых расстрелов, а также сжигания заживо. Из Минска, в том числе еврейского гетто и концлагеря на улице Широкой, регулярно курсировали в Шашковку и Благовщину машины-«душегубки», представлявшие собой передвижные газовые камеры, прозванные местными жителями «черными воронами». Жительница д. Малый Тростенец Валентина Васильевна Будай так описывает «душегубку»: «Машину «Черный ворон» я видала каждый раз, когда на ней привозили людей для сжигания. Вид «Черного ворона» как обыкновенного большого пассажирского автобуса, только его кузов со всех сторон наглухо крытый, покрашен черной краской. Сзади двери тоже наглухо закрываются и имеют замочную скважину...» (ГА РФ. Ф. Р-7021. Оп. 87. Д. 124. Л. 33). Тела умерщвленных таким способом людей закапывались в Благовщине либо сжигались в «печи» урочища Шашковка.
Переживший ужасы концлагеря Ана Аманов рассказывал о крематории в Тростенце, который нацисты использовали, чтобы замести следы своих преступлений. По его словам, советских граждан, убитых оккупантами, сжигали в печи, специально построенной для этой цели: «Яму для устройства этой печи вырыли наши арестованные лагеря. По рассказам арестованных, которые делали эту печь, то устройство было ее следующее: была вырыта большая яма, в которой было положено через некоторое расстояние 5 мет. рельс (так в документе). На эти рельсы были положены железные сетки для того, чтобы не проваливались в топку трупы замученных, расстрелянных мирных советских граждан. Сами трупы обливались смолой, а также обливались смолой дрова и клали в топку» (ГА РФ. Ф. Р-7021. Оп. 87. Д. 124. Л. 2–2об.).
Массовые расстрелы, проводимые немецкими оккупантами в урочище Благовщина, подтверждаются многочисленными свидетельствами. Одним из очевидцев этих страшных событий был Петр Никифорович Головач, житель деревни Большой Тростенец, чьи воспоминания проливают свет на масштаб трагедии: «Я лично видел очень часто непосредственные расстрелы, стоны и крики людей. Я лично видел, как...
по документам Государственного архива Российской Федерации
Белорусской деревне Малый Тростенец уготовано было сыграть трагическую роль в истории Великой Отечественной войны.
Тростенецкий лагерь являлся одним из крупнейших немецких лагерей смерти на оккупированной территории СССР, наряду с Освенцимом, Майданеком и Треблинкой, главным предназначением которых являлось уничтожение неугодных гитлеровскому режиму людей.
Концлагерь располагался в 10 километрах к юго-востоку от города Минска, около деревни Малый Тростенец. В систему данного концлагеря также входили специально оборудованная для сжигания трупов печь в урочище Шашковка и место массовых захоронений в урочище Благовщина.
14 июля 1944 г. спустя примерно две недели после освобождения Красной Армией в Малый Тростенец прибыли члены Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков (ЧГК).
В хранящихся в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ) документах ЧГК, в числе документальных свидетельств о злодеяниях нацистов по г. Минску и Минскому району есть материалы и по Тростенецкому концлагерю, собранные Минской областной комиссией содействия в работе ЧГК под председательством Героя Советского Союза Василия Ивановича Козлова.
Основу данного комплекса документов составляют многочисленные заявления и протоколы опроса свидетелей, в том числе жителей д. Малый Тростенец и немногих уцелевших узников самого концлагеря. Кроме того, в составе данных материалов хранятся также судебно-медицинские акты и протоколы осмотра мест совершенных злодеяний, акты Минской областной комиссии и планы расположения концлагеря.
Непосредственное участие в расследовании преступлений нацистов в Тростенецком лагере принимал один из членов ЧГК академик Николай Нилович Бурденко, в частности, в материалах по Тростенцу хранятся протоколы допросов свидетелей Ланского Левы Шаевича и Зарецкой Меры Марковны, которых опрашивал сам Николай Нилович.
Уничтожение людей в концлагере осуществлялось различными способами, в основном путем удушения в газовых камерах, массовых расстрелов, а также сжигания заживо. Из Минска, в том числе еврейского гетто и концлагеря на улице Широкой, регулярно курсировали в Шашковку и Благовщину машины-«душегубки», представлявшие собой передвижные газовые камеры, прозванные местными жителями «черными воронами». Жительница д. Малый Тростенец Валентина Васильевна Будай так описывает «душегубку»: «Машину «Черный ворон» я видала каждый раз, когда на ней привозили людей для сжигания. Вид «Черного ворона» как обыкновенного большого пассажирского автобуса, только его кузов со всех сторон наглухо крытый, покрашен черной краской. Сзади двери тоже наглухо закрываются и имеют замочную скважину...» (ГА РФ. Ф. Р-7021. Оп. 87. Д. 124. Л. 33). Тела умерщвленных таким способом людей закапывались в Благовщине либо сжигались в «печи» урочища Шашковка.
Переживший ужасы концлагеря Ана Аманов рассказывал о крематории в Тростенце, который нацисты использовали, чтобы замести следы своих преступлений. По его словам, советских граждан, убитых оккупантами, сжигали в печи, специально построенной для этой цели: «Яму для устройства этой печи вырыли наши арестованные лагеря. По рассказам арестованных, которые делали эту печь, то устройство было ее следующее: была вырыта большая яма, в которой было положено через некоторое расстояние 5 мет. рельс (так в документе). На эти рельсы были положены железные сетки для того, чтобы не проваливались в топку трупы замученных, расстрелянных мирных советских граждан. Сами трупы обливались смолой, а также обливались смолой дрова и клали в топку» (ГА РФ. Ф. Р-7021. Оп. 87. Д. 124. Л. 2–2об.).
Массовые расстрелы, проводимые немецкими оккупантами в урочище Благовщина, подтверждаются многочисленными свидетельствами. Одним из очевидцев этих страшных событий был Петр Никифорович Головач, житель деревни Большой Тростенец, чьи воспоминания проливают свет на масштаб трагедии: «Я лично видел очень часто непосредственные расстрелы, стоны и крики людей. Я лично видел, как...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌Лагерь смерти Малый Тростенец:
по документам Государственного архива Российской Федерации
... Смотрите полностью ВКонтакте.
по документам Государственного архива Российской Федерации
... Смотрите полностью ВКонтакте.
📃 Рукопожатие в космосе:
полувековой юбилей первого в истории международного космического полета
50 лет назад, 15 июля 1975 г., в 15.20 по московскому времени с космодрома Байконур стартовал советский космический корабль «Союз-19», а ровно через семь с половиной часов с мыса Канаверал в космос ушел американский «Аполлон».
Первая международная стыковка на орбите произошла через два дня, 17 июля, над рекой Эльбой, где 30 лет назад встретились войска союзников. Журналисты окрестили это событие «Второй встречей над Эльбой» или «Рукопожатием в космосе»: после открытия стыковочного люка командиры советского и американского кораблей пожали друг другу руки.
На русском языке официальное название программы – «Экспериментальный полет ‟Союза” и ‟Аполлона”» (ЭПАС), по-английски – «Apollo–Soyuz Test Project» (ASTP).
Работы над ЭПАС официально начались 24 мая 1972 г. после подписания соглашения о сотрудничестве в космосе между СССР и США. Кроме экспериментального полета сотрудничество подразумевало совместное изучение космической биологии и медицины, Земли, околоземного пространства, Луны и планет, обмен научными данными.
Важным принципом взаимодействия СССР и США в проекте ЭПАС стало соблюдение паритета − равенства и равновесия во всем. Паритет проявлялся в равной материальной ответственности за свои участки работ, в равной степени участия ученых и специалистов в разработках и испытаниях, в одинаковом вовлечении в подготовку основных и дублирующих экипажей и т.д. Ни на одном этапе не допускалась зависимость одной стороны от другой − это условие было важным для обеих стран, ведь и СССР, и США были космическими державами, соперниками друг другу.
Главная цель ЭПАС – сконструировать совместимые системы сближения и стыковки для космических кораблей и станций. Унификация стыковочных механизмов, наконец, давала возможность при авариях спасения космонавтов одной страны силами другой. Поэтому миссия ЭПАС заключалась не только в политическом сближении, но и в развитии возможностей человека в космосе.
Документы и фотографии, хранящиеся в фондах Российского государственного архива научно-технической документации (РГАНТД), иллюстрируют, какой путь прошли специалисты Советского Союза и Соединенных Штатов Америки при подготовке полета «Союза» и «Аполлона». Трудностей было немало: все началось с преодоления языкового барьера, осложненного специфическими техническими терминами, и систематизации документации и встреч рабочих групп. Космические корабли «Союз» и «Аполлон» изначально были полностью несовместимы – разная атмосфера и воздух внутри, разные принципы связи, сближения, даже разное время в полете: космонавты ориентировались на московское время, а астронавты – на время от начала полета.
В январе 1973 г. в США объявили состав своих экипажей. В основной состав вошли астронавты Томас Стаффорд, Вэнс Бранд и Дональд Слейтон; дублирующий представляли Алан Бин, Рональд Эванс и Джек Лаусма.
В мае 1973 г. в СССР официально объявили список экипажей по программе ЭПАС: основной – Алексей Архипович Леонов и Валерий Николаевич Кубасов, и три дублирующих из космонавтов Анатолия Васильевича Филипченко, Николая Николаевича Рукавишникова, Владимира Александровича Джанибекова, Бориса Дмитриевича Андреева, Юрия Викторовича Романенко и Александра Сергеевича Иванченкова.
Основные и дублирующие экипажи в равном объеме осваивали всю программу подготовки. Увеличенное число экипажей с советской стороны объяснялось тем, что к советско-американскому полету в СССР готовили два летных космических корабля «Союз», поэтому и подготовку проходили по два экипажа к каждому кораблю.
И вот важнейшее событие мировой космической истории – стыковка советского и американского кораблей – состоялось. Двое суток, до 19 июля, космолеты находились в стыкованном состоянии, космонавты переходили с борта на борт, осуществляли совместные эксперименты, вместе ели, фотографировались, снимали телерепортажи и даже провели первую международную пресс-конференцию из космоса. Всего за время полета было две стыковки, в которых каждый корабль выполнял активную и пассивную роль –...
полувековой юбилей первого в истории международного космического полета
50 лет назад, 15 июля 1975 г., в 15.20 по московскому времени с космодрома Байконур стартовал советский космический корабль «Союз-19», а ровно через семь с половиной часов с мыса Канаверал в космос ушел американский «Аполлон».
Первая международная стыковка на орбите произошла через два дня, 17 июля, над рекой Эльбой, где 30 лет назад встретились войска союзников. Журналисты окрестили это событие «Второй встречей над Эльбой» или «Рукопожатием в космосе»: после открытия стыковочного люка командиры советского и американского кораблей пожали друг другу руки.
На русском языке официальное название программы – «Экспериментальный полет ‟Союза” и ‟Аполлона”» (ЭПАС), по-английски – «Apollo–Soyuz Test Project» (ASTP).
Работы над ЭПАС официально начались 24 мая 1972 г. после подписания соглашения о сотрудничестве в космосе между СССР и США. Кроме экспериментального полета сотрудничество подразумевало совместное изучение космической биологии и медицины, Земли, околоземного пространства, Луны и планет, обмен научными данными.
Важным принципом взаимодействия СССР и США в проекте ЭПАС стало соблюдение паритета − равенства и равновесия во всем. Паритет проявлялся в равной материальной ответственности за свои участки работ, в равной степени участия ученых и специалистов в разработках и испытаниях, в одинаковом вовлечении в подготовку основных и дублирующих экипажей и т.д. Ни на одном этапе не допускалась зависимость одной стороны от другой − это условие было важным для обеих стран, ведь и СССР, и США были космическими державами, соперниками друг другу.
Главная цель ЭПАС – сконструировать совместимые системы сближения и стыковки для космических кораблей и станций. Унификация стыковочных механизмов, наконец, давала возможность при авариях спасения космонавтов одной страны силами другой. Поэтому миссия ЭПАС заключалась не только в политическом сближении, но и в развитии возможностей человека в космосе.
Документы и фотографии, хранящиеся в фондах Российского государственного архива научно-технической документации (РГАНТД), иллюстрируют, какой путь прошли специалисты Советского Союза и Соединенных Штатов Америки при подготовке полета «Союза» и «Аполлона». Трудностей было немало: все началось с преодоления языкового барьера, осложненного специфическими техническими терминами, и систематизации документации и встреч рабочих групп. Космические корабли «Союз» и «Аполлон» изначально были полностью несовместимы – разная атмосфера и воздух внутри, разные принципы связи, сближения, даже разное время в полете: космонавты ориентировались на московское время, а астронавты – на время от начала полета.
В январе 1973 г. в США объявили состав своих экипажей. В основной состав вошли астронавты Томас Стаффорд, Вэнс Бранд и Дональд Слейтон; дублирующий представляли Алан Бин, Рональд Эванс и Джек Лаусма.
В мае 1973 г. в СССР официально объявили список экипажей по программе ЭПАС: основной – Алексей Архипович Леонов и Валерий Николаевич Кубасов, и три дублирующих из космонавтов Анатолия Васильевича Филипченко, Николая Николаевича Рукавишникова, Владимира Александровича Джанибекова, Бориса Дмитриевича Андреева, Юрия Викторовича Романенко и Александра Сергеевича Иванченкова.
Основные и дублирующие экипажи в равном объеме осваивали всю программу подготовки. Увеличенное число экипажей с советской стороны объяснялось тем, что к советско-американскому полету в СССР готовили два летных космических корабля «Союз», поэтому и подготовку проходили по два экипажа к каждому кораблю.
И вот важнейшее событие мировой космической истории – стыковка советского и американского кораблей – состоялось. Двое суток, до 19 июля, космолеты находились в стыкованном состоянии, космонавты переходили с борта на борт, осуществляли совместные эксперименты, вместе ели, фотографировались, снимали телерепортажи и даже провели первую международную пресс-конференцию из космоса. Всего за время полета было две стыковки, в которых каждый корабль выполнял активную и пассивную роль –...
VK
Федеральное архивное агентство (Росархив). Пост со стены.
📌Рукопожатие в космосе:
полувековой юбилей первого в истории международного космического полета ... Смотрите полностью ВКонтакте.
полувековой юбилей первого в истории международного космического полета ... Смотрите полностью ВКонтакте.