Однажды в 1974ом году психолог Деннис Аппер отправил в научный журнал статью. Она называлась «Неудачная попытка самостоятельно преодолеть творческий кризис» и состояла из титульного листа с названием, контактами автора и восьми чистых страниц.

До этого ему с другими статьями, кстати, было отказано дважды. А эту (вот создали прецедент!) — опубликовали. Да ещё и с положительной рецензией:

Я очень внимательно исследовал рукопись с помощью лимонного сока и рентгеновских лучей и не нашёл ни единого недостатка как в оформлении статьи, так и в стиле автора. Я предлагаю опубликовать статью без изменений. Очевидно, это наиболее краткая работа из всех, что я когда-либо видел — и тем не менее она содержит достаточно информации для того, чтобы другие исследователи могли повторить неудачу доктора Аппера. По сравнению с другими рукописями, которые мне присылают, полными всяких мудрёных подробностей, чтение этой было сплошным удовольствием. Безусловно, мы можем найти место для неё в журнале — возможно, на краешке пустой страницы.

Автор позже вспоминал, что за последующие годы он получил больше сотни запросов на репринт статьи от коллег. Терапевтичное дело оказалось!

Андрей Арсеньевич Тарковский (1932–1986) — великий советский режиссёр и сценарист. В 15 лет он заболел туберкулёзом. Это был послевоенный период: даже и в Москве болезнь оставалась распространённой и коварной, особенно у подростков. Вакцина и антибиотики уже существовали, но ещё не были широко доступны.

Лечение в то время во многом сводилось к усиленному питанию и так называемому «поддуванию» — применению искусственного пневмоторакса, когда в плевральную полость вводят воздух, чтобы обеспечить покой поражённому лёгкому и способствовать его заживлению.

Тарковский провёл в больнице около года. Можно предположить, что так начали раскрываться его творческие и режиссёрские способности: здесь он поставил свой первый спектакль для детей-пациентов. Это был «Кошкин дом». Целый год в больнице, подумать только!

После выздоровления он долго искал себя, и в итоге посвятил жизнь кинематографу.

Туберкулёз, кстати, больше не возвращался. Режиссер умер в 1986 году от онкологического процесса в лёгком.

И правда, почему нет ни одного фильма про чахотку? Про ВИЧ-инфекцию, вот целая когорта. А туберкулёз если только боком. Несправедливо🧐!

Самое милое время узнать, что жена иногда называла Льва Толстого «пупок», на что он жаловался свояченице в письме:

1863 г. Мая 8... 10. Я. П.
Таня!

Знаешь что, Соня в минуты дружбы называет меня пупок. Не вели ей называть меня «пупок», это обидно.

Пупок😆!

Могли бы и да

К вопросу о наших детских травмах: воспринимать всё можно с разных сторон. Это «Зелёнчатые леопарды» Драгунского из серии рассказов о Денисе Кораблёве (так вы узнаете, что я читаю сейчас🤗):

…

А вот когда корь, все равно ничего особенного не дарят, потому что потом все игрушки надо сжигать. Плохая болезнь корь, никуда не годится.
 
Костик спросил:
— А разве бывают хорошие болезни?
— Ого, — сказал я, — сколько хочешь! Ветрянка, например. Очень хорошая, интересная болезнь. Я когда болел, мне все тело, каждую болячку отдельно зеленкой мазали. Я был похож на леопарда. Что, плохо разве?
— Конечно, хорошо, — сказал Костик.
 
Аленка посмотрела на меня и сказала:
— Когда лишаи, тоже очень красивая болезнь.
 
Но Мишка только засмеялся:
— Сказала тоже — «красивая»! Намажут два-три пятнышка, вот и вся красота. Нет, лишаи — это мелочь. Я лучше всего люблю грипп. Когда грипп, чаю дают с малиновым вареньем. Ешь сколько хочешь, просто не верится. Один раз я, больной, целую банку съел. Мама даже удивилась: «Смотрите, говорит, у мальчика грипп, температура тридцать восемь, а такой аппетит». А бабушка сказала: «Грипп разный бывает, это у него такая новая форма, дайте ему еще, это у него организм требует». И мне дали еще, но я больше не смог есть, такая жалость... Это грипп, наверно, на меня так плохо действовал.
 
Тут Мишка подперся кулаком и задумался, а я сказал:
— Грипп, конечно, хорошая болезнь, но с гландами не сравнить, куда там!
— А что? — сказал Костик.
— А то, — сказал я, — что, когда гланды вырезают, мороженого дают потом, для заморозки. Это почище твоего варенья!

В журнале «Нива» за 1885 год можно найти любопытный фрагмент о том, как профессия влияет на долголетие.

Продолжительность жизни зависит от условий труда и образа жизни, а потому одни занятия считались «здоровыми», а другие — почти губительными.

Самым полезным для здоровья занятием заметка называет садоводство. Среди людей умственного труда дольше всего живут духовные лица, а врачи — наоборот, наименее долго. Отмечается, что из них едва ли одна треть доживает до 60 лет.

В мире ученых картина выглядит утешительно: естествоиспытатели в среднем жили 75 лет, философы — 70, юристы — 69, педагоги — 66.

Актеры и виртуозы, по наблюдениям автора, «не достигают глубокой старости», потому что музыка якобы действует через ухо на мозг и вызывает нервное расстройство.

И, наконец, бедные пивовары и хлебопёки!.. Берём на заметку и хором переползаем в садоводы, короче говоря.

Карл Вениг «Кормилица пришла навестить своего больного ребенка», 1886 год

Я понимаю общий трагизм ситуации и не хочу его нагнетать. Основное вы видите сами. И лакея этого, который следит, чтобы свидание матери с младенцем не длилось больше положенного, и интерес старшей девочки к бедности быта и петуху-хозяину. Но мне кажется, что художник всё же даёт надежду на то, что всё будет хорошо. Она во взгляде матери, и неком лекарстве, которое наливает старшая женщина. Пусть бы выздоровление пришло!

Принесла вам первопомощную сказку!

Жил-был петушок и курочка. Петушок всё торопился, всё торопился, а курочка знай себе приговаривает:
– Петя, не торопись, Петя, не торопись.

Курочка права, да и не врут все, кто нам приговаривают «когда я ем, я глух и нем». Потому что есть надо аккуратно и не спеша. Другое дело, что кашлевой рефлекс счастливо спасает наши дыхательные пути и жизни.

Клевал как-то петушок бобовые зёрнышки, да второпях и подавился. Подавился, не дышит, не слышит, словно мёртвый лежит.

Эта ситуация требует немедленных действий — дыхательные пути петушка перекрыты полностью. Он не говорит, не кашляет, не смеется. Скорее до пяти хлопков между петушиными лопатками, абдоминальный куриный толчок, да, дорогая курочка, да?

Перепугалась курочка, бросилась к хозяйке, кричит:
– Ох, хозяюшка, дай скорей маслица петушку горлышко смазать: подавился петушок бобовым зёрнышком.
Хозяйка говорит:
– Беги скорей к коровушке, проси у неё молока, а я уж собью маслица.
Бросилась курочка к корове:
– Коровушка, голубушка, дай скорее молока, из молока хозяюшка собьёт маслица, маслицем смажу петушку горлышко: подавился петушок бобовым зёрнышком.

– Ступай скорей к хозяину, пусть он принесёт мне свежей травы.
Бежит курочка к хозяину:
– Хозяин! Хозяин! Дай скорей коровушке свежей травы, коровушка даст молочка, из молочка хозяюшка собьёт маслица, маслицем я смажу петушку горлышко: подавился петушок бобовым зёрнышком.
– Беги скорей к кузнецу за косой.

Со всех ног бросилась курочка к кузнецу:
– Кузнец, кузнец, дай скорей хозяину хорошую косу. Хозяин даст коровушке травы, коровушка даст молока, хозяюшка даст мне маслица, я смажу петушку горлышко: подавился петушок бобовым зёрнышком.

Опуская подозрительное бескорыстие кузнеца, активность курочки очень велика и совершенно не помогает петушку. Ему бы уже СЛР… 30 кукарекомпрессий и 2 клювовдувания.

Кузнец дал хозяину новую косу, хозяин дал коровушке свежей травы, коровушка дала молока, хозяюшка сбила масла, дала маслица курочке.

Смазала курочка петушку горлышко. Бобовое зёрнышко проскочило.

Вообще я читала один учебник по первой помощи, примерно 1972го, где была рекомендация лезть рукой доставать инородное тело. Но и там не было смазывания трахеи маслицем. Пёрышко для проверки дыхания было, это верно. Маслица не было.

Петушок вскочил и во всё горло закричал:
– Ку-ка-ре-ку!

Хороший конец, и здорово, что это просто сказка. Что думаете? Куда бы ещё сходила курочка, если бы не кузнец?

Геннадий Мызников (1933 - 2018)
«В новом квартале», 1962 год