Под этой горой когда-то скрывалось 53 километра тоннелей, а внутри до сих пор стоят старые вагонетки на рельсах. И все это всего в часе езды от Самары.

Я приезжаю на гору Тип-Тяв каждый раз, когда город начинает давить, а мыслям нужен простор. Сейчас мы успели тут застать последние теплые деньки.

Подъем сюда непростой: каменистые колеи, крутые уклоны и скальные обломки. Но мой Прадик с таким рельефом справляется отлично. Очень часто можно встретить и пеших туристов.

Стоишь на высшей точке Сокольих гор, смотришь на широкое русло Волги с видом на Жигулевские горы и знаешь, что под ногами дремлет огромный подземный город.

После ночевки на горе с шикарным видом мы позавтракали спустились на дно Сокского карьера, к чернеющим входам в штольни. Оттуда ощутимо тянет сыростью и холодом.

Их рубили вручную с конца 1930-х годов, а в начале 1960-х закрыли как нерентабельные, перейдя на открытый карьерный способ. Когда-то общая длина штреков достигала 53 километров, уступая в стране только крымским каменоломням.

Взрывы на карьере разрушили часть тоннелей, но 27 километров лабиринта выстояли. В глубине до сих пор стоят старые вагонетки, на которых вывозили камень.

Редкое сочетание: пикник и ночевка на вершине, вечер у гриля и ледяное дыхание недр под ногами. Это мое самое любимое место в Самаре!

А где вы остаетесь наедине с собой недалеко от дома?

Золотая осень в Самаре — это отдельный вид магии.

Мы решили не прятаться в уютных кафе, а поймать эту красоту на скорости: поехали по самым атмосферным местам.

Ветер, запах опавшей листвы, солнце, которое уже не обжигает, а мягко греет… И вокруг — всё в золоте!

Амур поднимался на 4 метра. Берега, где можно было поставить палатку, уходили под воду. А на сапборде негде переждать паводок - река начинает решать за тебя.

С этим столкнулся Юрий Скоробогатов после 3 месяцев одиночного сплава по Ингоде, Шилке и Амуру.

Гигантские речные воронки, шквальные ветры, грозы, холода, встречи с медведями. Приходилось рассчитывать скудные запасы, искать место для ночёвки. А на Верхнем Амуре местами вообще нельзя было пристать к берегу из-за паводка.

За 90 дней Юра прошёл на сапборде 3105 километров, превысив прежний мировой рекорд дальности такого путешествия, зарегистрированный Книгой рекордов Гиннесса.

Но у Комсомольска-на-Амуре пришлось остановить сплав на веслах. Амур продолжал подниматься, течение усиливалось. Юрий принял решение не рисковать. До Николаевска-на-Амуре оставалось около 500 километров. Этот участок Юрий прошёл уже на моторе.

А теперь о том, почему эта история для нас личная.

Год назад нашей команде понадобилась помощь в Чите. Знакомые дали контакт Юры как человека, на которого можно положиться. Он нас выручил, мы подписались друг на друга и оставались на связи.

Однажды Юра рассказал, что собирается пройти Амур на сапборде. Тогда это звучало как невероятно смелая затея. Мы следили за его походом со стороны, а после экспедиции встретились на Восточном экономическом форуме во Владивостоке и наконец пожали друг другу руки.

Год назад мы узнали Юру как человека, который не отказал в помощи. Теперь за тем разговором стоят тысячи километров диких рек и результат, превысивший прежний рекорд Гиннесса.

В экстремальном спорте часто восхищаются теми, кто идет напролом. Но настоящий класс - это умение вовремя остановиться, когда риск перестает быть оправданным.

Как считаете, что требует большего характера: идти до конца любой ценой или поменять тактику, когда риск становится неоправданным?