Тот случай, когда искусство простое, а рассказать всё равно хочется многое.

Телефон-звонилка сейчас иногда является привилегией: ты настолько богат, что тебе не надо прокачивать своё паблисити в соцсетях, ты настолько успешна, что тебе не надо кому-то что-то доказывать фотографиями с пляжей. Или же в условиях диктатур, где интернет блокируется, простая телефонная трубка без приложений — становится логичным решением. А двадцать лет назад этот кусок пластика был простым средством коммуникации без излишнего символизма.

А вот язык — наоборот.

Мы стоим на пороге времен, когда моментальный перевод будет реальностью. Скорее всего в перспективе 5 лет не сильно дорогие наушники позволят нам с минимальной задержкой слушать перевод речи собеседника, на каком бы языке он не говорил. Это будет революцией. Из маркера идентичности язык снова превратится в инструмент коммуникации, как это было десятки тысяч лет назад, при наших предках, говоривших на одном пра-языке.

Мы достраиваем Вавилон.

То, что язык — прежде всего инструмент, я начал подозревать, активно используя в начале нулевых транслит русского языка. На многих старых мобильных телефонах не предполагалось кириллических символов для sms. Оказалось, что можно в обход правил, без официальной кириллицы, продолжать пользоваться языком. И русскоязычные юзеры придумывали свои системы транслитерации. Я был скучным нормисом, использовал банальные буквенные сочетания, а мои друзья соравновались в креативности: заменяли некоторые буквы и звуки цифрами, знаками пунктуации. Все друг друга понимали.

А потом кириллицу в телефоны завезли, но все равно латиницей умещалось больше знаков и было дешевле.

А потом — вы все знаете, что произошло, и вот, Вавилон почти достроен. Последует ли божья кара после того, как мы его торжественно откроем?

Даня Берковский — VAVILON (2026). Акрил, виниловая эмульсия.

Распятие на алтаре в церкви Матисса это фактически вольная интерпретация меноры с Христом по центру.

Тут настолько красиво, что делиться не хочется, приезжайте, смотрите вживую.

Матисс тусовался в Париже, изучал Нотр-Дам, и решил, что его церковь — это цветок. И эта идея лежит в основе витражей и убранства. Кстати, помимо самого Анри, над церковью работали художники разных конфессий (😏).

Невероятно заряжающее место, хочется сюда на воскресную мессу.

Я недавно писал большой текст-описание работы о транслите и его важном месте в русскоязычной (и даже больше — кириллической) культуре начала нулевых годов.

Этот текст вдохновил меня на серию графики с узнаваемыми мобильными телефонами. А какой был у вас?

Графика продается и доставляется п практически по всему миру, по поводу цены пишите @dannyberkovskii.

«Ты живёшь фаст лайф», — сказал мне друг и сосед по ателье Антуан, и он был прав.

Ровно неделю назад я пил биодинамический оранж на берегу в Каннах, напротив того острова, куда селебрети плавают на спор после красной дорожки. Доехав туда, кстати, зайцем.

А потом я помог перевезти работы из нашего ателье в армянский центр, и уехал на пару дней в Белград по делам. Уже в четверг я с соучастниками и соучастницами нашей огромной и крутой выставки стоял на баре на вернисаже, получал поздравления по поводу выставки и комплименты по поводу пиджака армани из винтажки с порванным карманом. Вчера с моим парижско-марсельским другом мы рубились в бильярд и курили лаки страйк, а сегодня я возвращаюсь из Ниццы.

В маленькой церкви у основания Кап Феррат я пожелал стать её постоянным прихожанином, потому что местные пейзажи того стоят.

Но это все неважно. О чем я хотел сказать-то? А! Вот я у могилы великого Марка Шагала неделю назад.

Кто там в сохраненки добавлял Тарантино с Пастернаком, можете обновляться ✡️