Программный текст от Бори Клюшникова. Ставить Адорно и Лифшица рядом — смело, но обоснованно.

Почти девять лет прошло с этого выпуска "Вольности". Спустя год, мы с Ромой Гонзой в паре километров от этих дворов садились на автобусы в Ригу. Так вот всё в жизни закольцовывается!

P.S. Совершенно безумно осознавать, что на где-то на ютубе лежит видео, в котором одновременно есть ты и великий Константин Ступин.

Сегодня у нашего админа Дани открывается выставка в Риге. Приходите!

Всякая обязательная фигня:

Рига! Сегодня в Museum LV открывается персональная выставка Дани Берковского «Похождения святого Иля в стране детских снов».
 
Даня уже несколько лет живёт и работает в Марселе. С Ригой его связывают давние творческие отношения, он не раз выступал здесь с перфомансами и курировал выставки. Название его персональной выставки — одновременно иронично и тревожно. Слово «похождения» отсылает к плутовскому роману, к фаблио и авантюрным сюжетам европейской литературы, но рядом с этим неожиданно возникает и агиографическая интонация — жития святых, истории мучеников и чудес. В средневековой культуре святые являлись не только в храмах, но и на пыльных дорогах, в домах бедняков, среди одиноких и забытых людей. Милосердие существовало вне институции.
 
Таким святым в живописной метавселенной Берковского, наводнённой и другими персонажами, является Иль — существо, балансирующее между «il» французского языка и русским «он», между местоимением и личностью, между человеком, игрушкой и фантазией. Этот персонаж напоминает Лошарика — советскую игрушечную лошадку, собранную из деревянных шариков и резинок. Игрушку, которую можно было легко разрушить нажатием кнопки и столь же быстро вернуть в исходное состояние.
 
Однако Берковского интересует не механизм, а эмоциональная судьба этого существа. Иль существует в пространстве сна и утраты, где детские мечты соединяются с опытом взросления, миграции и внутреннего распада.
 
Нимбы, кресты и иные религиозные символы в работах художника не столько утверждают сакральность, сколько создают напряжение между уязвимостью и святостью, а Иль становится носителем хрупкой этики сострадания — качества, которое современный мир постепенно утрачивает.
 
Важным оказывается и биографический слой выставки — вторая линия работ художника. Географические координаты, напоминающие интернет-геолокации, фиксируют маршруты памяти художника: пространства детства, постсоветской культуры, эмиграции и новой жизни в Марселе. Эти работы напоминают своеобразные живописные Google Maps прошлого — мест, куда уже невозможно вернуться, но которые продолжают формировать идентичность.

Если вы сейчас в Риге, приходите!

Вернисаж: 24.09.2026, 16:30 — 19:00. Сама выставка продлится до конца ноября

Museum LV, Andreja Pumpura iela 2, Centra rajons, Rīga

4 года Маяковскому делу.

Я сейчас сюда зашёл с некоторым набором мыслей для шеринга, но увидел, как долго я ничего не писал, и задумался.

После этого я понял одну очень важную в экзистенциальном и концептуальном плане вещь. Мне реально тяжело вести телеграм-канал, потому что заводился он в иных условиях. 10 лет назад я основал его, чтобы ныть и триггерить всех вокруг своими сдвг-шными тейками. При этом мне было ну реально некруто. И я исправно ныл.

Сейчас, при наборе, в общем-то, обычных трудностей бюрократического характера ныть я не могу. У меня всё отлично, у меня огромная персональная выставка в Латвии, я живу в замечательной республике с возможностью хайкать у моря, пить лучшее в мире вино и есть лучшую в мире еду. В 7 часах от меня любимая Флоренция, где я могу ходить в лучшие в мире музеи и есть еду, которая на втором месте в мировом зачёте. У меня классные отношения и куча друзей во всех частях света. Я в лучшем возрасте и всё будет только круче. Все бабки заработаем, всех позеров могнем.

Чё рассказывать-то?

Но короче вас тут много, вы классные, и надо канал вести. Челлендж на этот, ТЕКУЩИЙ, год: научиться регулярно и классно постить в нормальном ментальном состоянии.