Я, конечно, молодец, уважаю себя за достижение )

Но не об этом сегодня. А о "Мастере и Маргарите", которых смотрим 3 ноября.

Мы с режиссёром и ведущей киноклуба Наташей Алексеевой хотим запустить серию просмотров экранизаций книг. Хороших, очень хороших экранизаций.

Понятно, что книгу экранизировать полностью очень сложно, в тексте всегда очень много смыслов и уровней, все их не отразить.

И где-то я видела тезис, что режиссёр акцентируется на одном из смыслов, одной из идей художественного произведения, убирая то, что к ней не относится. И таким образом усиливает и передаёт кинематографическими средствами замысел писателя.

Вот мы начнём 3 ноября с "Мастера и Маргариты" Михаила Локшина, я перед просмотром расскажу, какие акценты есть в фильме, на чём концентрировался режиссёр, потом мы обсудим.

А дальше у нас с Наташей есть уже целый список отличных экранизаций отличных книг.

Мест осталось мало на воскресенье, но пока ещё можно записаться.

Напомню, оргсбор 500 рублей.
Начало в 17.00, закончим ближе к 21.00, я думаю.
Встречаемся в нашей студии на Пятницкого.
Записаться можно у меня в личных сообщениях @petrova_reads

"Франкенштейн", "Собачье сердце" и "Колыбель для кошки".

Во всех этих книгах говорится о гениальных творцах, чьё творение ведёт к разрушению. Интересно, как по-разному писатели исследуют эти темы, как по-разному заканчиваются эти истории.

Но общее есть, оно заключено в названии романа Мэри Шелли. Полностью оно звучит так: "Франкенштейн, или современный Прометей".

Мы хорошо знаем ту часть истории Прометея, в которой он крадёт для людей огонь, а потом злой Зевс его наказывает при помощи скалы и орла. Но ведь именно Прометей этих людей и сотворил, вылепив из глины. А уже потом терпит муки из-за них.

У Шелли есть такой тезис:

"Труд гениев, даже ложно направленный, почти всегда в конечном итоге служит на благо».

Во-первых, тут у переводчика плеоназм, извините: не "в конечном итоге", а в "конечном счёте" или просто "в итоге".

Во-вторых, этот тезис звучит в начале романа и потом разрушается и самой Шелли, и Булгаковым, и Воннегутом.

-------

На прошлых выходных я участвовала в художественном интенсиве. Там я дело до конца не довела, но какая-то художественная чакра, тем не менее, открылась, и я придумала, как о романе о Франкенштейне рассказать ребятам моего детского клуба.

Дело в том, что у романа затейливая структура: сперва автор рассказывает нам о романе, потом один герой начинает повествование о своей истории, внутри неё Франкенштейн излагает свою историю, а в ней творение Франкенштейна говорит о себе.

Хочу изобразить это в коробках: открываешь первую — видишь портрет Мэри Шелли, дождь и вторую коробку, открываешь её — видишь корабль, льды и третью коробку. Открываешь третью — видишь семейный портрет на фоне Альп, хирургические инструменты, белые простыни и четвёртую коробку, открываешь её — видишь сердце в черноте.

Как вам? Достаточно наглядно? А есть ощущение жути? А то у нас будет день страшилок

Что было на нашем канале в октябре:

Я выступила на фестивале "Разворот", за что мне прилетело от одной слушательницы.

В октябре книга месяца — "Колыбель для кошки" Курта Воннегута. Тут его правила жизни, а тут — правила смерти.

Картина "Старая кокетка перед зеркалом" и "Пиковая дама" Пушкина.

В октябре прошёл мой курс по книге "Апокалипсис". И оставил свои следы:
— Параллель между "Откровением Иоанна Богослова" и "Обломовым" Гончарова.
— Почему "Ревизор" Гоголя — это Апокалипсис?

"Обломов" тоже наследил (его готовила для "Школьной классики"): вот тут про то, какой сюжет по Борхесу лежит в основе романа Гончарова. А ещё о том, что сам Борхес похож на фронтмена группы Rammstein.

Мы с Наташей Алексеевой выступили с большой интересной лекцией о теме дороги в литературе и кинематографе. Вот тут — о подвиге путешественника, о разных темпераментах странников, о дорожной лирике Пушкина, мем по заявкам о туристах прошлого.

Для детского клуба я читала Толкиена (ну простите, это дань моему счастливому книжному детству, я его так буду называть) и выбирала перевод, пыталась заставить себя его читать, дочитала, но..., находила параллели с Гоголем.

Забавы ради сделала подборки книг по содержанию холодильника. Можно поискать себя, можно найти друга и отправить ему с подписью: "Мы или не мы?"

Рассказала немного о своём увлечении настенными надписями. Кстати, это не просто фотографирование. Мы с моим коллегой Димой Нестеровым рассортировали его огромную коллекцию таких надписей, классифицировали и три, кажется, раза выступили с лекциями на тему граффити и стрит-арта.

Побывала в Москве в восхитительном музее криптографии.

Устала перечислять, а всего только полмесяца прошло.

Окей, выпила чаю, продолжаем.

Распаковка новой книги. Купила вот по рекомендации — в очередь отправила ( Там все, конечно, только спросить стоят, но их уже на отдельную жизнь набралось.

Шан-Гирей написал "Воспоминания о Лермонтове", и я пытаюсь понять, делить их на два или на четыре?

Сходила на прекрасную постановку "Старухи" Хармса в центре "Маршак" у нас в Воронеже. Рекомендую!

И сравнила "Франкенштейна", "Собачье сердце" и "Колыбель для кошки".

———

У меня спрашивают, сколько я за месяц читаю. Ну вот давайте считать: все книги, упомянутые в этом посте (кроме "Собачьего сердца"), плюс книга про туризм к лекции, плюс "Петербургские повести" Гоголя, "Маленькие трагедии" Пушкина, "Ромео и Джульетта" Шекспира. Итого 13 книг. Ну почти половину я перечитывала. Остальные — впервые.

#дайджест

Если вы понимаете, о чём я )

Вопрос, на который у меня, конечно, есть свой ответ:

Из-за чего погибли Ромео и Джульетта?

В этот раз, перечитывая "Ромео и Джульетту", я обратила внимание на вот эти слова брата Лоренцо:

Ну, вставай!
Мужчиной будь! Жива твоя Джульетта,
Из-за кого хотел ты умереть, —
Ведь это счастие! Тибальт тебя
Хотел убить, а ты убил его, —
И это счастие! Закон, что смертью
Грозил тебе, как друг к тебе отнесся
И смерть тебе изгнаньем заменил, —
И это счастие! Ты взыскан небом,
И счастие ласкать тебя готово;
Ты ж дуешься на жизнь и на любовь,
Как глупая, капризная девчонка!
Смотри, таким грозит плохой конец.

Он говорит это Ромео, когда тот прибегает к нему после суда за убийство Тибальта. Жизнь окончена, хоть в петлю.

А брат Лоренцо пытается уберечь его от уныния, показывая, сколько хороших сторон есть в его, казалось бы, безвыходном положении. И предостерегает от опасности такого уныния.

Сегодня психологи такое упражнение предлагают: в любой непонятной ситуации ищите "зато". Сослан, зато не казнён. Тибальт хотел убить, зато сам умер. Ну и так далее.

Если бы Ромео воспользовался этим упражнением в склепе, он, наверно, долго бы искал "зато", но хотя бы задержался с ядом. А там и Джульетта очнулась бы.