Антон Павлович пришёл вам сказать, что у вас вся спина белая.

А ещё принёс ссылки на первоапрельские посты своих любимых пабликов: опа, опа и опа. Там, конечно, про литературу. И про день рождения Гоголя, который тоже сегодня)

А вы разыгрываете кого-то в этот день? Шутите? Как у вас с юмором?

Ситуация: ваш близкий друг очень болен и просит вас уничтожить все его тетради и письма после его смерти. Однако вы понимаете, что друг очень талантлив, что если его записи опубликовать, это окажет огромное влияние на литературу.

На одной чаше весов воля и доверие друга. На другой — судьба литературы.

Ваши действия?

В общем, мы сейчас с вами прикинули на себя ситуацию упомянутого в комментариях Антоном лица — Макса Брода. А его друг, оставивший такое завещание — Франц Кафка.

При жизни Кафки было опубликовано несколько рассказов, но ни один из его романов ("Замок", "Америка", "Процесс", который мы читаем в апреле), ни новеллы, ни письма (среди них "Письмо отцу", по мотивам которого поставлен спектакль в Никитинском театре) не появились бы в печати, если бы Макс Брод не нарушил воли своего покойного друга.

Брод не только издал всё это наследие, но и написал несколько книг о самом Кафке, которого очень хорошо знал и понимал его литературный талант.

Мне было очень интересно, как Брод решил этот вопрос с публикацией, почему он всё же не послушался. Ответ есть в одной из его книг — "Узник абсолюта". Там много нюансов, я обязательно расскажу всё на курсе.

Но если коротко — Брод обладал достаточным мужеством, чтобы взять на себя такую ответственность, и сильной любовью, чтобы понять состояние друга. А также, конечно, несокрушимой верой в его талант.

Одна из самых прекрасных историй дружбы, не закончившейся со смертью.

Кстати, в той же книге Брод довольно смело сравнивает себя и Кафку в этой ситуации с Платоном и Сократом. Мол, кто узнал бы об идеях Сократа, если бы не Платон?

Есть и ещё такие товарищи в истории мировой мысли и литературы )

А я тут всерьёз готовлюсь ко дню рождения клуба)

Ваши варианты, что за фото будет на рулете и что за надпись на бенто-тортике?

В своём детском клубе предложила повспоминать. Но давайте и здесь тоже поностальгируем )

А я напоминаю, что сегодня обсуждаем книгу Франзена "Поправки".

Эта иллюстрация — из книги комиксов Тома Голда "Готовим с Кафкой".

И знаете что? Я же сейчас готовлю курс по Кафке (с Кафкой, да) и именно через его творчество до меня дошёл замысел "Поправок"! Вот так всё не просто так )

Записаться ещё на сегодняшнюю встречу можно вот в этом голосовании )

Обсуждали общество потребления.

Виктор Иванович: "Они там все вкалывают и вкалывают. Когда потребляют, не понятно"
)

Ребята, спасибо! Было очень хорошо!

#спасибо_посмеялась

Джонатан Франзен и Кафка

Книга марта у нас — "Поправки" Франзена. Толстееенный том одного из 10 топовых писателей Америки.

И вот я прочитала (если бы не клуб, я бы бросила, откровенно говоря). И вот я в растерянности от финала, от сюжета. Вопрос: зачем это написано? Как будто нет ничего оригинального, но как будто есть много цепляющих широкую аудиторию тем.

А вчера, ровно накануне нашего обсуждения, я перечитала "Превращение" Кафки.

И, с одной стороны, у меня прояснилось, что Франзен просто скопировал сюжет, чуть изменив расстановку героев и событий.
А с другой стороны, роман окончательно рассыпался.

Сравним. Внимание, спойлеры.
Кафка: Грегор Замза, коммивояжёр, чьими трудами и заработками живёт его семья, однажды утром превращается в жука. Работать он теперь не может, он даже не может выйти из своей комнаты. Да и не хочет выходить. Еду ему приносит туда сестра, она же за ним убирает нечистоты. Коммуникации нет. Точнее, Грегор и рад бы поговорить, он-то всё понимает, но никто не понимает его жучиного языка и не пытается понять. Семья разочарована, что теперь Грегор не может зарабатывать, семья с отвращением относится к его новому облику, новой его жизни. А Грегор чувствует облегчение, что ему уже не надо на работу.
А когда он понимает, что стал семье в тягость (после попытки установить какой-то контакт), он уползает обратно в свою комнату и к утру умирает.
Финал: семья испытывает огромное облегчение, освободившись от такой горестной тяжести. Все едут на пикник, наслаждаются силами, здоровьем, свободой, перспективами на будущее.

Франзен: Отец большого семейства Альфред Ламберт, чуть-чуть не дотянув до официального пенсионного возраста, уходит на покой. Семья в ужасе от того, что пенсия будет теперь гораздо меньше, чем могла бы быть. Он замыкается в себе, усаживается в кресло в подвале дома и не выходит оттуда (вчера участница встречи очень точно назвала это: не выползает оттуда) даже в туалет. Постепенно у него развивается болезнь Паркинсона, потом довольно резко добавляется деменция. Он существует теперь в какой-то другой реальности. Франзен описывает распад его личности, с физическими проявлениями. Читатель чувствует брезгливость, как к какому-то насекомому.
После последнего Рождества в доме с тремя их взрослыми детьми, которые стремятся изо всех сил этот дом покинуть как можно быстрее (сравним с тремя квартирантами у Кафки), Альфреда кладут в больницу, где он умирает.
Финал: семья испытывает огромное облегчение, освободившись от такой горестной тяжести. У всех налаживается жизнь, все наслаждаются силами, здоровьем, свободой, перспективами на будущее.

Ну понятно, что абсурд Кафки переведён в реальность.
Понятно, что добавлены темы общества потребления, гендерной повестки, неумения любить и огромной нужды в этой самой любви.
Очень тщательно прописаны персонажи, со всей психологией, со всеми деталями. Чрезвычайно тщательно прописаны сексуальные сцены.

Не хватило какой-то укромности. Как будто мощным прожектором осветили комнату, и не осталось ни малейшей тени, ни малейшей надежды на тень.

Или, как точно тоже вчера выразилась участница, автор действовал как патологоанатом, расчленяя безжизненное тело и выставляя напоказ абсолютно все его детали.

Охотно переходим теперь к Кафке, его роману "Процесс". Я рекомендую также прочитать "Письмо отцу". Это потрясающее многоуровневое произведение. Ну и, конечно, "Превращение", если раньше не читали.