Такое живое и красноречивое фото, с душой. Жан-Поль на Пьяцца Колонна в Риме в 1960-е

Балет "Пламя Парижа" поставили в Ленинграде к пятнадцатой годовщине Октябрьской революции. Премьера прошла 7 ноября 1932 года в Театре оперы и балета имени Кирова, как тогда назывался Мариинский театр. Музыку написал Борис Асафьев, хореографию поставил Василий Вайнонен, авторами либретто были Николай Волков и художник Владимир Дмитриев. В основу сюжета лёг роман провансальского писателя Феликса Гра "Марсельцы". В романе батальон добровольцев из Марселя приходит в Париж и 10 августа 1792 года участвует в штурме дворца Тюильри, после которого пала монархия Людовика XVI.

Асафьев определил жанр балета как "музыкально-исторический роман" и ввёл в партитуру революционные песни "Са ира", "Марсельеза" и "Карманьола", которые исполняет хор, а также фрагменты музыки Люлли, Марена Маре, Мегюля и Бетховена. Спектакль был построен на массовых сценах и характерном танце, а точнее на сценической обработке народных плясок. Танец басков и па-де-де, дуэт главных героев из последнего акта стали самыми известными номерами балета. Па-де-де до сих пор часто исполняют на гала-концертах отдельно от спектакля.

Ольга Иордан, Наталья Дудинская, Нина Анисимова, Вахтанг Чабукиани и Константин Сергеев исполнили главные партии в первом составе. Большой театр показал балет 6 июля 1933 года. Авторы несколько раз переделывали спектакль, в том числе в 1936, 1947, 1950 и 1960 годы. Кировский театр сыграл его более 80 раз. После смерти Вайнонена в 1964 году балет постепенно исчез из репертуара, а Академия русского балета сохранила его лучшие фрагменты как учебный материал.

Большой театр 3 июля 2008 года выпустил новую версию балета. Хореограф Алексей Ратманский поставил его заново, но использовал сохранившуюся хореографию Вайнонена. Михайловский театр в Петербурге 22 июля 2013 года показал редакцию Михаила Мессерера, который восстановил спектакль Вайнонена

В музее Бернара д’Ажесси в Ньоре хранится терракотовая скульптура «Сена», созданная Пьером Мари Пуассоном в период с 1925 по 1927 год. Эта работа послужила моделью для создания монументальной статуи, которая впоследствии украсила большой салон знаменитого трансатлантического лайнера Иль де Франс. Скульптура представляет собой яркий образец стиля ар деко и символизирует эпоху роскошных океанских путешествий двадцатых годов прошлого века, когда лучшие французские художники привлекались к оформлению интерьеров плавучих дворцов

Незаконченный топор из оленьего рога, предположительно эпохи мезолита, который мог использоваться для выпрямления стрел.

Археологи исследовали пещеру Тина-Яма на известняковом плато Карст над северным побережьем Адриатического моря недалеко от Триеста и обнаружили стоянку охотников и собирателей эпохи мезолита прямо под слоями, которые оставили первые земледельцы эпохи неолита. По оценке исследователей, земледельцы пришли в этот регион около 7500 лет назад.

Охотники и собиратели устроили очаг в самой защищённой части пещеры, а вход перекрыли камнями и каменными блоками. Найдены каменные орудия и отщепы, а также костяные наконечники, украшения из раковин морских и пресноводных моллюсков, подвески из оленьих зубов, охра и клеящие вещества. Среди находок есть незаконченный топор из оленьего рога и фрагмент рога длиной около 10 сантиметров с двумя просверленными отверстиями, исследователи предполагают, что этим инструментом выпрямляли древки стрел.

Учёные проведут радиоуглеродный анализ, который определит возраст слоёв, и рассчитывают выяснить с его помощью, как охота и собирательство сменились здесь земледелием

Прочитал, как молодая британская авторша узнала себя в героине фильма "Амели"

Дескать ей поставили "аутизм" в 20 с небольшим, хотя родители подозревали его ещё в детстве, потому что у неё не было друзей и она не понимала, почему другие дети ведут себя так. Врачи искали типичные признаки аутизма, но она утверждает, что девочки чаще прибегают к маскировке, копируя поведение нейротипичных людей, поэтому их аутизм замечают позже.

Она узнавала себя и в других фильмах - какая новость! Например в Марго Тененбаум или в Сьюзи Бишоп из "Королевства полной луны" Уэса Андерсона. Возможно это просто желание быть героиней и притягивание небольших сходств за уши? Посмотрите-посмотрите, Гарри Поттер это же точно я!

Но Амели для неё стала первой персонажиней, которая находится в центре истории. Она любит звук, с которым ложечка разбивает корочку крем-брюле, любит запускать руку в мешок с зерном и оборачиваться в кинозале, чтобы смотреть на лица зрителей. Боже, какая редкость! Мадам замечает, что тоже любит запах книг и кино - сколь неожиданно, ведь обычные, заурядные, дурацкие здоровые люди запах книг и кино не любят. А ещё она не выносит, когда в кинозале жуют попкорн - вот так нейроотличие!

В начальных титрах маленькая Амели хлопает ладонями по ушам, крутит монету и водит пальцем по краю бокала. Наша авторка распознала в этом стимминг, повторяющиеся движения, которые помогают справиться с потоком ощущений и эмоций. Якобы перегрузку взрослой Амели передаёт и операторская работа, когда в метро широкоугольный объектив и усиленный звук создают ощущение сенсорного давления.

При этом она впервые посмотрела "Амели" десять лет назад, я сначала удивился, но потом посмотрел, что у неё 1998 год рождения, так что в принципе нормально. На втором курсе - внимание - Кембриджа она смотрела диск, прокрутила его за вечер дважды, а потом решила извлечь из этого творческий импульс, стала устраивать кинопоказы для нейроотличных зрителей и наконец написала книгу про свой аутизм. Ей хотелось бы сказать себе в 19 лет то же, что Стеклянный человек говорит Амели: твои кости не из стекла, и ты выдержишь удары жизни. А мне хочется сказать ей: спокойствие, если девочка в 19 лет не сравнивала себя с Амели, у неё просто нет сердца.

И кстати иногда неплохо провериться на синдром эсс-бургера, как у Картмана, потому что всё это может выглядеть как приписывание модных расстройств, чтобы получить не то что льготы - мы всё-таки не в некоторых регионах, где процветает повальная мнимая инвалидность для получения соцвыплат, а взгромоздить на себя ореол эдакого особенного человека, которому позволено или открыто несколько иное, вспомните как в какой-то момент появилось много этого "я аутист, у меня сдвг" в соцсетях, почти как за десять лет до того "асцендента во льве" или типизации по Майерс-Бриггс во вконтактике. Ведь это с одной стороны может объяснить некую неловкость, а с другой - даже намекнуть на скрытую гениальность, чуть ли не в духе "Человека дождя" или Шерлока из бибисишного сериала. Но он к слову называл себя высокофункциональным социопатом - сразу вспоминаю десятки персон, которые говорили, что они социопаты, даже не зная лексического значения этого слова. Или как один журналист-двоечник, называвший себя дислексиком, пытался так объяснить неграмотность и глупые ошибки, а я убеждал его, что в таком случае, если хочешь скрыть банальную педагогическую запущенность, лучше ссылайся на дисграфию.

Так вот, ирония в том, что выявление и опубличивание диагноза в данном случае внезапно идёт в комплекте с маркетинговой упаковкой авторессы, помните, как в серии Симпосонов, где издательство сначала собирает автора из данных опросов, и из Лизы, Барта, директора Скиннера и даже преподобного Лавджоя получается один успешный писатель, правда книгу потом всё равно украдёт Нил Гейман. Так и тут, персональная травма, непонятость, хрупкая идентичность, голос поколения, трогательные эссе - как всё грамотно сошлось! А ведь зумерша только Амели открыла, что будет когда она откопает касету "Двое, я и моя тень", "Бойцовский клуб", "Реквием по мечте" или фильм "Весна" в конце концов?

Подводные археологи подняли со дна Восточной гавани Александрии бронзовый перстень-печатку с изображением Александрийского маяка. Его нашли на месте затонувшего острова Антиродос. Владелец перстня оттискивал изображение на воске или мягкой глине, когда запечатывал письма и амфоры или заверял документы. Специалисты отмечают, что маяк на перстне похож на его изображения на монетах II века нашей эры

Картина Эдварда Мунка Летняя ночь на пляже, написанная в 1902 году, представляет собой глубокое погружение в атмосферу скандинавской меланхолии. На полотне изображен пустынный берег Осгорстранна, места, где художник проводил летние месяцы и находил вдохновение для своих самых эмоциональных работ. Вместо традиционного пейзажа Мунк создает психологическое пространство, где неподвижная гладь воды, бледный свет незаходящего северного солнца и характерная лунная дорожка в форме колонны передают ощущение абсолютного одиночества и тишины. Эта работа относится к зрелому периоду творчества мастера, когда он отходил от резкого экспрессионизма в сторону более символичных и созерцательных образов природы, отражающих внутреннее состояние человека

Эндоканнибализм - так по-научному называется поедание останков умерших членов собственной социальной группы или семьи. Индейцы яномами в Амазонии добавляют пепел костей умершего родственника в банановую похлёбку и съедают её, чтобы дух покойного остался в семье. Народ форе на Новой Гвинее поедал своих умерших до середины XX века и платил за это эпидемией куру, смертельной болезни мозга, которой сейчас, по слухам, болеют некоторые американские знаменитости. В Европе XVI–XVIII веков аптеки продавали "мумию", то есть порошок из человеческих останков, как лекарство. А в 2007 году Кит Ричардс заявил, что вынюхал часть праха своего отца вместе с запрещённым веществом, а потом назвал это шуткой.

Актриса Рейчел Стерлинг, дочь Оленны Тирелл, также известной как британская актриса, дама-командор Диана Ригг, написала в Guardian, что перед каждой премьерой съедает несколько крупинок праха своей матери. Ригг умерла в 2020 году. Её прах развеяли над полями Англии, в саду во Франции и у актёрской церкви в Ковент-Гардене, а остаток в маленьком тубусе дочь носит с собой. На первой премьере после смерти матери Стерлинг случайно просыпала прах на гримёрный стол, облизала палец, собрала крупинки и положила их на язык. С тех пор она повторяет это перед каждым спектаклем, от "Частных жизней" Ноэла Кауарда до Бродвея, и называет свой ритуал причастием. Свою книгу о матери она назвала All About My Mother, как фильм Альмодовара "Всё о моей матери", где мать оплакивает ребёнка и уходит в театр.

Не буду ставить диагноз по интернет-новостям, тем более что я не психиатр, но маячащий между такими состояниями и девиациями, как влечение есть несъедобное, каннибализм, пролонгированное расстройство горя и прибегание к магии там, где люди не могут управлять исходом, описанный актрисой ритуал выглядит как что-то не просто очень нездоровое, но и жуткое.

Со скорбью всё более-менее понятно, но откровение о дикой привычке поглощать прах утраченного близкого это уже что-то уровня фрейдовского "Тотема и табу", где сыновья съедали отца, чтобы присвоить его силу. Но самое главное и глупое во всей этой истории, что ведь совсем не помогает. Вы вообще когда-нибудь слышали о такой актрисе? И услышали бы, если б не скабрезная пакость в новостях? Где её гениальные роли или пока не наела?

Конечно, мы помним, как царица Карии Артемисия II смешала прах мужа Мавсола с вином и выпила его, а затем построила одно из семи чудес света, названное Мавзолей, но в данном случае легенда скатывается до какого-то анекдота из пионерлагеря. Какие времена, как говорится...

Если продукты горения человека английская актриса принимает как успокоительное, то продукты горения берёзовой коры, как выяснили учёные, неандертальцы могли использовать как антибиотик. Исследователи из Кёльнского, Оксфордского и Льежского и канадского университета Кейп-Бретона выяснили, что берёзовый дёготь неандертальцев мог служить не только клеем, но и лекарством.

Археологи находили следы берёзового дёгтя на многих неандертальских стоянках по всей Европе, чаще всего на каменных орудиях. Обычно его считали клеем, которым неандертальцы крепили каменные наконечники к деревянным рукоятям.

Исследователи получили дёготь древними способами из коры деревьев тех видов, которые росли в эпоху неандертальцев. В одном случае они применили сухую перегонку: кору нагревали в закрытой подземной яме почти без доступа кислорода, и она разлагалась с выделением дёгтя. В другом случае они использовали упрощённый способ: кору жгли рядом с камнем, и пары дёгтя оседали на холодной поверхности липким слоем.

В лаборатории все образцы подавили рост золотистого стафилококка. Эта бактерия часто вызывает опасные инфекции ран, а её устойчивые к антибиотикам штаммы трудно лечить в больницах. Способ получения дёгтя на результат не повлиял. По всей видимости, антимикробные свойства берёзового дёгтя могли иметь значение уже во времена ранних неандертальцев. Это утверждение заставляет внимательнее изучить природные антибиотики, известные из этнографии и археологии. Авторы подчёркивают, что их опыты не доказывают, что неандертальцы действительно лечили дёгтем раны

Созданная в 1795 году гравюра известного английского художника и скульптора Джона Флаксмана иллюстрирует одну из самых драматичных сцен Илиады Гомера.

Перед нами момент, когда богиня Фетида приносит своему сыну Ахиллесу новые доспехи, выкованные богом Гефестом. Мать застает героя в глубоком отчаянии, он оплакивает тело ближайшего друга Патрокла, погибшего в бою от руки Гектора.

Строгий линейный стиль Флаксмана напоминает античную вазопись и помогает передать спектр скорби и трагизма древнегреческого эпоса