Ну, а если говорить о каноническом исполнении The Mercy seat, больше всего люблю вот этот камерный, на первый взгляд, лайв 2001 года. Это единственная из запомнившихся мне версий, где Кейв прям визжит в конце, напряжение нарастает сильнее, чем в оригинале — это при том, что в оригинале от каждого нового повторения припева потихоньку сходишь с ума.

Плюс это золотой состав — Мик Харви с акустической гитаркой, живой Конвей Саваж, Уоррен Эллис еще без бороды и терзает в основном скрипку, ну, и Бликса еще в деле, хотя я так и не понял, что он там играет конкретно в этой песне.

https://www.youtube.com/watch?v=8RrS7P6UTKA

«Нет п*здецу, который мы делаем друг другу»

Kick Chill — панк-дуэт из Брянска, семейное предприятие Васи (вокал, шесть гитар в одной) и Нади (барабаны). Будучи незнакомым с ребятами лично, я очень их люблю за доброту и умение прислушиваться к людям, а Васю еще и за активизм (Вася — один из организаторов ежегодной акции «Не виновата» против домашнего насилия и в помощь пострадавшим от него).

Сегодня вышел их альбом с ироничным названием Super Punk, и мне посчастливилось послушать его чуть заранее. Ребята играют музыку, далекую от того, что я обычно слушаю, но я попробовал оценить ее объективно.

Из групп, на которые опираются Kick Chill, Вася назвал Hot Snakes, Meat Wave и Transistor Transistor. Я послушал их по верхам, услышал некоторые параллели с последней, но у Kick Chill все как будто прямолинейней и проще. Большинство песен — это панк в том смысле, в каком его любят ребята из Sadwave, с хардкорными риффами и соответствующим вокалом (слова выпрыгивают на тебя, как тела в мошпите).

Тексты песен максимально серьезные, но нет такого ощущения, как от группы На ножах, например (хотя песню «Прикосновения» психологически сложно дослушивать до конца, уж больно живая и пугающая до дрожи картина домашнего насилия рисуется). При том, что тут весь спектр страхов и тревог современного человека, пытающегося остаться на стороне добра в современном социально-политическом контексте и не умереть: насилие и прочий пиз*дец вокруг, полицейский произвол и безысходность обыденности, тотальная слежка и неспособность принять ни одну из своих сторон.

Я читал тексты до того, как послушал альбом, и, по-моему, Вася по уровню владения словом обходит многих. Но я, конечно, искал в этом всем чего-то другого… Текст песни «Грохот» я бы вообще, может быть, вытатуировал где-нибудь, но по музыке я представлял себе (зная, что Kick Chill про другое, но просто вот пофантазировал) под этот текст какой-нибудь нестройный эмо-хор, как у группы Маяк, или даже как рефрен песни He Films The Clouds Pt.2 группы Maybeshewill. Это слишком крутой текст, чтобы быть просто еще одной панк-песней.

Вася отмечал, что названием Super Punk они пытались снизить градус серьезности, и подчеркнул, что в целом альбом не столько про тех или иных героев/антигероев, сколько про рефлексию по поводу происходящего. Ну, то есть реакция на событие со стороны ведь не так страшна, как само событие… С другой стороны, практически после каждой песни есть ощущение, что это все где-то очень близко, и что мент, чоповец и насильник как идея ничуть не лучше мента, чоповца и насильника как материальная едини*а пиздеца.

Повторюсь, я не то чтобы любитель хардкор-панка, но на этом альбоме я много чего для себя накопал. На концертах Вася играет через три усилителя, и, если я правильно понял, гитарный звук — это то, как Вася играет здесь и сейчас. Для группы, в которой всего два человека, звучит все очень мощно, и я представляю, что под это дело можно вытворять на концертах.

Еще я выискивал отдельные фишки в песнях, за которые цеплялся слух — типа прикольного барабанного звука в песне «Дискомфорт», я так и не понял, что это — не то ковбелл, не то бочка по типу той, по которой в группе Slipknot дубиной фигачат. Ну, и я вычленял самые мелодичные куски для себя. Да, я понимаю, что требовать мелодичности от группы, играющей гаражный панк-рок, было бы не менее нелепо, чем попросить синти-поп-проект не использовать синтезаторы. Хорошо, что я не требую.

Думаю, лучшими песнями альбома для многих станут «Грохот» и «Прикосновения» — у них наиболее вязкие гитары и, кажется, под эти песни круче всего выплескивать энергию на живых концертах. Для меня же лучшей стала финальная «Мистер-Твистер», в ней самые мелодичные и трагичные гитарные партии на альбоме, а текст о стыде вообще за все свои действия придает сил.. то есть, тьфу ты, наоборот, вдавливает в стул и заставляет задуматься о том, нахрена вообще с него вставать, и не найти ответ.

Обложка очень милая и обманчивая =)

Ссылка на альбом:
https://open.spotify.com/album/6gWhM9IPB3Iy21MzR9NM3a

Осенью вышел эмо-маяк, а сейчас просто маяк. Очень ждал альбом, и потому, что какое-то время играл с ней (за что очень благодарен судьбе и всем причастным), и потому, что, играя с ней, поразился тому, насколько круто и легко у нее пишутся откровенно хитовые (главным образом мрачные) песни.

Ну, а еще я полтора года ждал студийки моей любимой песни «тебе моя любовь», очень питерской и очень близкой мне своей романтической безнадежностью (мне она по настроению чем-то напоминала «Если дышишь» Энимал Джаз, которую детишки, к сожалению, никогда не услышат, потому что ее нет на стримингах).

От акустической версии были мурашки, от студийной тоже есть. И круто, что там есть струнные, от них мурашек больше.

Очень надеюсь, что альбом подвзорвет, из всех трех девчонок, имена которых неразрывно связаны друг с другом (маяк, мусор, швец) всегда ставил на первое место по сонграйтингу именно маяк.

https://open.spotify.com/album/2wbVnaOkx8385dQEexyJyR?si=u7ImWPxmQN2ios6j-mfx5Q

2000-й год: отличные альбомы, забытые или незамеченные 

В этом году один за другим гремели двадцатилетние юбилеи множества великих альбомов, многие из которых действительно перевернули игру (Linkin Park и Radiohead, Deftones и At The Drive-In, GY!BE), а многие я просто всем сердцем люблю (Placebo, a-ha, Glassjaw, Limp Bizkit, которые, похоже, прошли проверку временем только для меня —  в 2020-м никто не пишет, что Chocolate Starfish —  великий альбом). А еще это начало карьеры Coldplay, главный альбом Эминема, сменившая вектор Пи Джей Харви и еще много чего.

Сначала я хотел проанализировать 2000-й год в одном посте, с краткими описаниями и плейлистом. Потом я понял, что букв слишком много, и мне захотелось сделать постов пять-шесть по категориям (масс-маркет, эмо и пост-хардкор, инди и пред-пост-панк-ревайвл и так далее), потом я вспомнил про свои возможности силы и впервые трезво их оценил.

И решил, что если и делать пост про 2000-й год, то пусть он состоит из не самых очевидных альбомов. Причем из этого небольшого списка процентов 70 я впервые услышал только сейчас —  когда начал к этому списку активно «‎готовиться».

***

Sunny Day Real Estate —  The Rising Tide


Как-то так получилось, что это мой любимый альбом  SDRE. Я читал, что была цель сделать большую рок-запись («эмо-ответ U2»), но не вышло, к тому же лейбл накосячил с финансированием: группе пришлось отказаться от части американского тура и от европейского тура полностью, после чего они распались окончательно, став чуть ли не единственной эмо-группой первого эшелона, которая с тех пор так и не записала ничего интересного.

На самом деле это действительно очень эпичный рок-альбом, вообще не похожий на то, что SDRE делали раньше. Фанатов альбома Diary это наверняка отпугивало, да и вообще это уже как-то совсем не похоже на эмо (до коммерциализации жанра оставалось несколько лет).

Мне кажется, именно на этом альбоме Джереми Энигк раскрылся как вокалист (тут очень много высоких чистых красивых нот —  не в духе Мэттью Беллами, к счастью, но вполне в его диапазоне). Вокальные мелодии отлично вписывались в объемный гитарный звук с запоминающимися риффами и немного пафосными струнными в некоторыз треках. Иногда мне кажется, что, выйди этот альбом немного в другое время на другом лейбле, он вполне мог бы стать чем-то таким, чем через год станет Bleed American для Jimmy Eat World. Не факт, что это было бы хорошо, конечно, зато великие ребята наконец-то заработали бы деньжат (Нэйт Мендел, впрочем, их и так заработает).

Чтобы понять всю суть альбома, достаточно послушать One или Killed By An Angel (мой любимый американский эмо-журналист Йэн Коэн до сих пор в гитарных магазинах разыгрывается под начальный рифф этой песни), но мне больше всего нравится медитативная Ocean и проникновенно грустная Tearing in my heart, возможно, самая недооцененная песня SDRE вообще. 

Ссылка на альбом.

The Weakerthans — Left and Leaving

Кажется, главное для меня открытие среди тех, кого я до составления этого топа не слышал. Канадская группа, основанная басистом Propagandhi Джоном К.Сэмсоном, передает из 2000 пламенный привет группе Modern Baseball из 2015-го. Песня Aside уж точно могла бы занять достойное место на альбоме Holy Ghost.

Помимо гитарного звучания, которое я считаю идеальным (практически все лучшие гитарные группы нулевых, кроме, может быть, The Afghan Whigs, ну, и еще парочки, имеют отношение к эмо), тут еще и тексты отличные — Сэмсон использует очень интересные образы для описания простых вещей.

«В субботу гаражная распродажа, мне нужны деньги на неоплаченные счета моего сердца» — с этих строчек начинается альбом. Дальше — десятки удачных и вдумчивых метафор про расставание, нелюбимый родной город (Виннипег), бессмысленность всего сущего.. ну, и всё, в общем-то. На эти темы можно говорить и петь бесконечно.

«Панегирик The Weakerthans, группе, которая превратила в панк наличие чувств» — писали про них в Noisey после того, как в 2015 году группа распалась, и я соглашусь как минимум отчасти: может, и не они это придумали, но такой вот канадской зимней тоски в гитарной музыке с вокалом (в пост-роке-то ее полно) в панк-роке на тот момент еще не было. Хотя эмо-ревайвл все равно все по местам расставил в итоге.

Ссылка на альбом.


The Cure — Bloodflowers

В 2002 году группа The Cure блестяще исполнила в Берлине трилогию альбомов, по словам Роберта Смита, неразделимо связанных. Слушая Pornography, Disintegration и Bloodflowers друг за другом, проделываешь довольно занятный путь из черного депрессивного ада в какую-то взрослую, монументальную и оправданную тоску со знаком плюс (или скорее со знаком бесконечность).

Тем обиднее, что первые два альбома из этих трех попали во всевозможные списки лучшего (естественно, совершенно заслуженно), а Bloodflowers по достоинству оценен так и не был (яркий пример — моя подруга, которая прям фанатеет от The Cure, на концерте в 2019 году приняла 39 за какую-то новую песню). Спасибо хоть за то, что одна песня с этого альбома обязательно взлетает по прослушиваниям в последний день лета.

А ведь в какой-то степени Bloodflowers — это доведение до совершенства звуковых и музыкальных идей Disintegration (но без хитов типа Lovesong или Lullaby, только с эпичными вещами, с воздухом и ночной чернотой). Альбом, который много у кого мог бы быть лучшим, но у The Cure, у которых совсем слабых альбомов было от силы два (я вот совсем не люблю Seventeen Seconds, а Wild Mood Swings вот не любят примерно все).

2000-е вообще очень многим группам, сложившимся в 70-е и 80-е, дали возможность попробовать себя в новом интересном звуке. В десятые годы некоторые из них фактически родились заново (Ник Кейв, Swans, Blondie), ну, в двадцатые годы нас ждет новый шедевр от The Cure (будем надеяться, что уж в 2021 году он уже точно выйдет).

Ссылка на альбом(в России почему-то недоступна Watching Me Fall, горяченная песня про безумный секс в Токио).

Grandaddy —  The Sophtware Slump

«Я буду спать там беспробудно, пока мне не разрешат снова встать и быть счастливым»

Альбом, который я бы хотел называть лучшим альбомом 2000-го года, окажись я в компании музыкальных снобов, утверждающих, что лучший альбом года —  Kid A. Переснобить их, стало быть =)

Серьезно, абсолютно потрясающая концептуальная, вымощенная алкоголизмом и одиночеством научно-фантастическая работа о том, что технологический прогресс наступит, а старые проблемы останемся.

The Sophtware Slump звучит, с одной стороны, вполне в духе лучших представителей американского инди девяностых (типа Pavement, но не только, скорее как нечто среднее между многими), с другой —  очень футуристично, в отрыве от реальности, по замыслу ближе к Pink Floyd или даже к Rush. Вокал мне немного напомнил Марка Линкуса, который тоже скоро выпустит свой великий альбом, а песни типа Jed the Humanoid и The Crystal Lake звучат грустнее и мелодичнее всего Kid A (второе, впрочем, неудивительно, потому что Тому Йорку нужен был только ритм, а Джейсон Литл охотно искал и находил выдающиеся мелодии).


Ссылка на альбом. 


А еще Литл в этом году целиком сыграл этот альбом на большом деревянном красном пианино, и это тоже круто, я об этом, наверное, еще напишу.


Death Cab For Cutie —  We Have the Facts and We're Voting Yes


Мои любимые из американских лиричных инди-героев (до сих пор временами в шоке от того, насколько сильные эмоции встречаются в каждой второй строчке Бена Гиббарда и насколько флегматичный он человек по жизни) за четыре года до записи, позволившей им больше ничем кроме музыки не заниматься. А пока —  подработки, переезды, нервы, Гиббард еще бухает и не бегает, группа все еще звучит как Built to Spill, но именно за это полуинди-полуэмо звучание многие и возносят этот альбом на пьедестал.

Мелодический гений Гиббарда еще не реализован в полной мере, но записывать и продюсировать инди-записи, которые не затеряются в истории, Крис Уолла уже умеет. Песня For What Reason  —  самая эмо-песня в бэк-каталоге DCFC.

Ссылка на альбом. 

Idaho —  Hearts of Palm 

Калифорнийцы Idaho в начале девяностых стояли у истоков сэдкора наравне с Red House Painters, Low и Codeine, а на альбоме 2000-го года звучат так, как (примерно) спустя много лет будут звучать Cigarettes After Sex, но последние будут гораздо пошлее и приторнее, да и вообще после Idaho складывается впечатление, что Грег Гонсалез из Cigarettes просто примеряет на себя чужие чувства.

Hearts of Palm —  это грустная запись с улыбкой на лице, тоска, в которой пока еще находится место теплым солнечным лучам. Не драма, не смерть, не то, что можно накопать в лучших песнях Carissa’s Wierd. Это самый популярный альбом Idaho и, наверное, самый незаслуженно недооцененный в этом списке (у остальных работ как-то побольше признательности, пусть даже и в узких кругах).

Ссылка на альбом. 


Duster —  Contemporary Movement

Группа «Тряпка для вытирания пыли» (ну а чего нет-то!) —  достаточно культовая для того, чтобы, когда у них в 2019 вышел первый за 19 лет альбом, об этом написали как о каком-то значительном событии.

Альбому 2000-го года, впрочем, далеко по популярности до дебютного Stratosphere, но он тоже очень хорош. Я его послушал сразу после Hearts of Palm, и мне показалось, что это примерно та же история, только с чуть более перегруженными гитарами и с чуть более упадническими настроениями. Idaho —  все-таки солнечная музыка, а Duster требует грязного снега (такого, на который пылесос вытряхнули, ну, знаете, если вам лет 30 и больше, вы что-то такое наверняка в детстве видели). Но при этом все равно красиво очень, временами прям засасывает. Как… ну, как пыль в пылесос… Хихи…


Ссылка на альбом. 

Songs: Ohia —  Lioness

После Idaho и Duster по нисходящей мы доберемся до Songs: Ohia. Эллиот Смит в 2000-м году запишет свой последний прижизненный альбом и будет звучать на нем, как какой-нибудь Father John Misty в далеком будущем: хорошо, но выхолощено. И знамя ломающего собственную жизнь каждой пропетой нотой сонграйтера подберет Джейсон Молина —  гений и алкаш, который умрет задолго до того, как смерть его заслужит, но, к счастью, спустя 13 лет после этого альбома.

Lioness —  самый популярный альбом проекта Songs: Ohia (хотя я больше люблю Didn’t It Rain 2002 года), и в нем столько боли, что непонятно, как у живого человека ее может хватать на столько песен.”Я становлюсь слабее! Я становлюсь слабее”, —  причитает Молина, и ему настолько веришь, что хочется вызвать этому человеку скорую. 

Молина как будто протаскивает через альбом одну и ту же тему, немножко ее меняя,  в контексте альбома это решение кажется гениальным. К последней песне, правда, становится совсем тяжело. Чтобы понять, выдержите ли вы все это, послушайте хотя бы заглавную Lioness. Или песню про бесконечную депрессию  Blue Chicago Moon со следующего альбома. 

Ссылка на альбом. 


The Anniversary —  Designing a Nervous Breakdown

Эмо-дэнс-панк с мальчиком, девочкой и синтезаторным звуком, который потом перекочует в большую часть эмо-диско-панк групп, предтеча таких великих групп, как Los Campesinos! и I Love Your Lifestyle.

Для своего времени вообще великая работа: ребятам удалось соединить в одном альбоме атмосферу беззаботных летних студенческих дней с нервяками, страданиями и неловкими смешками после долгого молчания. Не только для своего времени, на самом деле: на месте Йэна Коэна я бы в честь двадцатилетия этого альбома что-нибудь написал. Годовщина лучшего альбома группы «Годовщина», вахахаха.


Ссылка на альбом. 

Кстати, пока писал это все, начал слушать их второй и последний альбом (2002 года, ребята протянули недолго), который уже совсем не эмо, а скорее пауэр-поп с влияниями мэйнстримовых штук всяких, и он мне нравится пока чуть ли не больше, что весьма странно.

New Pornographers — Mass Romantic

Дебютный альбом канадской инди-супергруппы — правда, супергруппы, в котором на момент появления не было таких уж прям популярных участников. Нико Кейс, вроде бы, более менее знали… Лидера группы Карла Ньюмана в итоге именно по New Pornographers и запомнят. Ну, а то, что в этой группе, оказывается, с момента создания и до 2017 года играл Дан Бежар, которого все знают по проекту Destroyer, меня приятно удивило — по сути, он и есть самый звездный участник. Но не в 2000-м году, конечно.

Группа как-то сразу очень ярко выстрелила: Mass Romantic — это коллекция отменных пауэр-поп песен, которые в контексте названия группы и альбома как-то особенно жизнеутверждающе звучат. Словно новое порно — это что-то не агрессивное, а жизнерадостное и повсеместное, и массовая романтика — неотъемлемая часть этой волны.

Я вот озаглавил этот список как что-то забытое или незамеченное, хотя многие альбомы явно любимы и уважаемы, и этот не исключение: он попал на 91-е место в топ-200 лучших альбомов 2000-х по версии Pitchfork, Blender поставил его на 24-е место в списке лучших инди-альбомов всех времен. Ну, и в целом это, похоже, второй по крутости альбом во всей дискографии New Pornograpers после великого Twin Cinema.

Ссылка на альбом.


Porcupine Tree — Lightbulb Sun

Долгое время In Absentia (2002) был самым ранним альбомом Porcupine Tree из прослушанных мной, а тут я впервые послушал Lightbulb Sun и без удивления, в общем-то обнаружил, что у Стивена Уилсона было все в порядке и тогда — его группа уже звучала как единственная достойная наследница Pink Floyd и как единственная прог-группа, которую я осмелился бы советовать широкому кругу слушателей.

В Lightbulb Sun есть все, за что мы любим Уилсона (космос, тоска, оркестровые синты, альт-рок-гитары и ощущение черноты и монументальности одновременно, в том числе в песнях на такие тяжелые житейские темы, как развод), плюс немало интересных моментов, ради которых хочется слушать этот альбом на виниле (например, очень низко настроенные гитары в одном из соло Hatesong).

Песен уровня Lazarus, Anesthetize и Sound of Muzak тут, правда, нет, но ничего страшного.
Стивен Уилсон, конечно, гений в своем роде, особенно если говорить об альбоме Fear of a blank planet. Надеюсь, он еще получит свой лонгрид в каком-нибудь непрофильном издании. Очень жду новый альбом, который должен был выйти в июне, но выпуск в итоге сдвинулся на январь 2021 из-за ковида.

Ссылка на альбом.

Carissa's Wierd — Ugly But Honest: 1996-1999

Возможно, включить в этот топ альбом, в котором собраны песни прошлых лет, не совсем честно, но, во-первых, ни в каком другом виде они до двухтысячного года не выпускались, а во-вторых, это же Carissa's Wierd: идеальная сэдкор-группа (хотя, по мне, это просто очень грустное и тихое гитарное инди с истерикой в каждой строчке, но такой, когда уже нет сил, чтобы кричать, а можно только сидеть, уткнувшись в одну точку и шептать что-то, как после припадка), которая через пару лет выпустит идеальный альбом Songs About Leaving и вскоре распадется.

Если вы уже слышали Songs About Leaving, а сейчас послушаете Ugly But Honest, вам будет удивительно приятно, что плохих песен и Джен и Мэта, оказывается, просто не было. В реюнион шоу 2019 года, кстати, больше всего песен в сет-листах было именно из этого альбома.

Ссылка на альбом.


The Twilight Singers — Twilight as Played by the Twilight Singers

Дебютный альбом сайд-проекта Грега Дулли из The Afghan Whigs, на какой-то период ставшего основным. Он похож на The Afghan Whigs, точнее, на наиболее спокойные песни типа Step Into The Light или 66 — романтичный, но порочный инди-рок от чуваков, которые как будто возвращаются в шесть утра с вечеринки, влюбленные до одури или влюбленные совсем чуть-чуть, допивают виски из бутылки и втыкают на весенний город.

Очень много крутых вокальных
хуков от Далли — типа фальцетных распевов в Clyde, хотя, конечно, первый же трек,Twilight Kid — самый репрезентативный, причем как за творчество The Twilight Singers, так и за творчество Грега Дулли в целом (если вдруг вы не в курсе, на мой взгляд Дулли — в тройке самых гениальных американских рок-чуваков из тех, чей карьерный пик пришелся на девяностые).

Ссылка на альбом.

Подводить музыкальные итоги 2020 хочется и не хочется. Да я и не то чтобы следил там особо… Так, просто перечислю, что вспомню. Лучшим российским альбомом я называл Комсомольск, потому что мелодизм и мрачняк, но песни сложнее и интереснее, чем обычно. Любимый российский альбом — Найк Борзов, даже не знаю, почему такой восторг, если честно, после такого альбома сразу хочется музыку играть.

Еще — зарница (из-за двух песен, по сути) kick chill (из-за одной), джарс (хотя я бы вокал все-таки подвывел). Дивизию слушаю реже, чем хотелось бы, но тоже шикарный альбом (кроме заглавной песни, ну, и Сашина песня все еще немного особняком).

Лучший эмо-альбом — Touché Amoré (Dogleg хороши, но что-то быстро мне надоели), лучший электронный мрачняк — Eartheater. Группа года — Porridge Radio (я мало ее слушал, но у меня есть стойкое ощущение, что это группа года).

Лучший альбом года — beabadoobee, и это очень воодушевляющий релиз: оказывается, приемы и формы из конца девяностых могут отлично работать в 2020-м (но только если вкладываться в эти песни на всю катушку).

Еще два великих альбома — Фиби Бриджерс и Тэйлор Свифт (последний), причем у второй это первый альбом, который мне понравился сразу и почти целиком (и вообще в целом оба альбома кажутся двумя разными сторонами одной потрепанной жизнью медали, их приятно и полезно слушать друг за другом).

Лучший панк-альбом — Die Ärzte (Вася, прости), и для меня в некотором роде это камбэк, потому что это первый их действительно сильный, почти без филлеров, альбом с 2007 года (впрочем в этот период у них выходил только один альбом, и он был не очень).

Шугейз-эмо года (а почти весь шугейз-молодняк сейчас в более-менее тех же плейлистах, что и эмо) — Nothing. Еще классный альбом в этом жанре у группы Narrow Head, хотя тут надо еще послушать.

Самый недооцененный классный альбом года — акустика IAMX, о которой я хочу написать с марта, но не написал и не факт, что уже напишу. Концертный альбом года — Ник Кейв, сыгравший кучу разных песен за роялем в большом пустом концертном зале.

Гилти-плежа-альбом года — Travis. Хотя почему гилти-плежа, и правда ведь крутой альбом у мужиков вышел!

Тяжеляк года — Phoxjaw, Hum и Thou с Эммой Рут Рундл. А Deftones у меня так и не пошел =(

Альбом, который всем понравился, а мне совсем нет — Bicycles for Afghanistan. Рэп года — блин, ну Каспер студийников не выпускал же новых… Если серьезно, то, кажется, я так и не могу относиться к 90% рэпа всерьез, слушать чуваков типа Bad Bunny или ЛСП мне совсем не хочется и не можется. Кстати, отчасти об этом же: второй такой альбом, который зашел всем, а я не осилил и трех песен — от группы Источник. Смарт-поп, исполненный как будто роботом, а не человеком — ну блин, считайте меня стариком.

Наконец, лучший альбом года из не самых обычных жанров — Mary Lattimore (эмбиент на арфе).

Еще один абсолютный прекрасный внежанровый альбом записал 86-летний Пьер Ришар, похожий на то, что Бликса Баргельд делает последние лет десять.

Как-то так. Но слушал я, повторюсь, сильно меньше, чем на то хватает сил, а запомнил и того меньше. В плейлисте — все, что я лайкал из вышедшего в этом году в спотифая и дизере. Наслаждайтесь, если получится.

Плейлист не окончательный, наверняка буду что-то добавлять в него вдогонку.

https://open.spotify.com/playlist/7gpvUJb3zt9bG3eBWvHVAf

В твиттере сейчас вспоминают альбомы, которые свернули крышу в средней школе, а я вот отчетливо помню, что моя меломания началась в семь лет, причем началась с очень странной для первого раза кассеты —  сплиновской «Пыльной были», найденной на столе среди кассет старшего брата. Он, надо сказать, не то чтобы прям особый ценитель музыки был —  спустя год или около того главной песней для него стала «‎Зима» Андрея Губина (с другой стороны, действительно прилипчивая поп-песня, уж точно не хуже того, с чем в итоге по какой-то причине прославится Тима Белорусских), но несколько сильных увлечений для меня начались именно с его кассет.


Годам к 8-9 в российской музыке у меня было три кумира: Сплин, Агата Кристи, Мумий Тролль. Забавно, что сейчас, спустя более чем двадцать лет я частенько обращаюсь к их творчеству и по сей день считаю Александра Васильева, Глеба Самойлова и Илью Лагутенко выдающимися авторами, у каждого минимум по десятку шедевров на счету. 


Самойлову сейчас 50, Васильеву 51, Лагутенко 52. Все они, в общем-то, остаются творчески активны. Не у всех это получается красиво.


С Васильевым история такая, что он в какой-то момент как бы выбрал для себя нишу с двумя отсеками: либо околоэкспериментальные психоделические песни без особого намека на хоть какое-то развитие, либо баллады с одной мелодией на все песни, обычно в тональности ре-минор. Тексты, некогда глубокие и остроумные, превратились в упражнения —  так, вот есть тема «‎шпионы», напишу-ка я что-нибудь, или вот про воздушный шар тоже можно, что там еще? И в целом он как будто максимально отстранен от мира, что выглядит как-то очень печально —  я помню, например, квартирник на О2ТВ 2007 года, когда только-только родился сын, и Васильев источал энергию и жизнелюбие (а еще и «Спи в заброшенном доме спел», просто потому что зрители уговорили). А сейчас это как будто какой-то конвейер —  альбом-концерты, альбом-концерты, обязательно альбом-концерты. Многие поставили крест на Васильеве после того, как он сыграл на Шашлык-фесте, лихорадочно организованный московскими властями в разгар протестов. Но я бы не стал его ни в чем винить, он как будто и правда вне какой-то политической парадигмы существует. Альбом-концерт, альбом-концерт… Сейчас вот еще альбом вышел, я начал слушать, а там все то же самое. Может быть, внезапно чуть позубастей…


С Самойловым, на мой взгляд, похожая история —  не в политическом плане, а в творческом. Песни, которые он писал для The Matrixx, были очень даже ничего, временами даже на уровне Агаты Кристи. Одно время, на фоне разборок с братом, который пел на своих концертах его песни, будучи хорошим продюсером, гитаристом, вокалистом —  кем угодно, только не автором, Глеб часто говорил о том, что на их концертах большая часть песен —  The Matrixx. В какой-то момент это изменилось в пользу Агаты Кристи, и, судя по последним концертам, Глеб так устал, что уже никаких эмоций по поводу этих песен не испытывает (максимальное разочарование в этом смысле я испытал, когда посмотрел выступление с симфоническим оркестром на Нашествии, и на кульминации песни «‎Ураган» у Глеба как будто ничего не дрогнуло). Причем The Matrixx из тех групп, что могут дать один за другим концерты в Зеленограде, Москве, Лыткарино, Обнинске (ну или типа того), то есть такой прям конкретный чес (а на странице в ВК сладенькие посты с кучей эмодзи). Антон Чернин тут писал, что новый альбом Глеба прям хорош, но я не понял, про какой он альбом.

Лучше всего дела обстоят у Ильи Лагутенко — он действительно красиво, а-ля Бретт Андерсон, стареет, да даже не стареет, просто чувствует мудрость возраста, ни капли не убавляя в энергетике. На карантине я прошелся по всей дискографии Мумий Тролля и не без удовольствия послушал последние на тот момент альбомы «‎Пиратские копии» и «‎ВОСТОК Х СЕВЕРОЗАПАД», далеко не идеальные, но с песнями, про которые совсем не хочется говорить, что это попытка играть в те же игры, что и в лучшие годы. Песня «‎Планы» вообще стала для меня главным треком осени, в контексте ковида это прям горькая и тягостная ода безвременью и неизвестности. «‎В наши планы не входило умирать», «‎Только рано было строить планы, надо было по чуть-чуть, мало-помалу». А начинается трек вообще так, как будто в комнату на тридцать секунд ворвался Трент Резнор и кнопки понажимал.

А еще Мумий Тролль записывали во время карантина совершенно выдающиеся живые версии песен прямо из дома. Те же «‎Планы», например, где Лагутенко лежит на диване и светит шикарными ботинками, или «‎Медведица», которую я терпеть не могу, но тут ему трогательно подпели обе его дочки. Но больше всего мне понравилась новая версия старой-старой песни «‎Так страшно», стараниями Лагутенко и его коллег по группе превратилась в истеричный пост-панк-боевик.

Собственно, ради этого я затеял пост: очень рекомендую видосы Мумий Тролля на карантине. А новый альбом я пока не слушал.

«‎Так, а Glasvegas вообще еще существуют?», — задался я вопросом на днях, проверил — а они выпустили новый сингл (причем второй за год) и в 2021 выпускают новый альбом. Красота!

Эти шотландцы всегда как-то выделялись на фоне всего остального пост-панка, причем я толком не понимаю, чем именно — вроде музыкальные ходы плюс-минус те же, минималистичные барабаны с интенсивной бочкой, гитары с простыми партиями и кучей ревера… Может быть, дело в каком-то особом надрыве вокалиста Джеймса Аллана, практически эмо-надрыва, надо сказать, Джеймс Аллан — это Джефф Рикли пост-панка, на самом деле. Он поет так, словно весь мир трещит по швам, и с каждой строчкой трещины все шире.

Их одноименный дебютный альбом в свое время не то чтобы произвел фурор, но сделал их весьма значимой творческой единицей среди любителей пост-панк-ревайвла, жаждущих услышать что-то, отличное от групп-последователей Joy Division. Особенно удались синглы про отца, которого никогда не было рядом (Daddy’s Gone), песня о соцработнице, которая сначала воспринимается как песня о любви, но в общем-то это одно и то же (Geraldine), и песня об отвращении к себе на фоне совершенной измены (It's My Own Cheating Heart That Makes Me Cry). Все эти песни звучат в сто раз сильнее, чем у меня получается о них рассказать.

Второй и третий альбомы Glasvegas оказались приняты далеко не так тепло (хотя российский RS довольно активно продвигал Euphoric Heartbreak, за что ему спасибо — собственно, оттуда я про эту группу и узнал) — на мой взгляд, зря, хорошие альбомы получились, пусть и группа в основном ту же колею протаптывала, что и на первом альбоме. Но в данном случае эта та колея, которую хочется сохранить, потому что никто другой по ней не идет.

После альбома 2013 года группа куда-то пропала. В 2018 году Glasvegas несколькими концертами отметили десятилетие дебютного альбома, но новых песен не выпускали. До июня 2020 года, когда вышла Keep Me A Space, про которую я знать не знал. А в начале декабря — My Body Is A Glasshouse (A Thousand Stones Ago). Обе звучат очень в духе Glasvegas: первая — более помпезно и возвышенно, в духе первого альбома, вторая — интимно и ранимо, в духе второго. Обе мне очень нравятся.

В недавнем интервью Джеймс и его брат Рэб рассказали, зачем такой перерыв. Причина проста — Джеймс учился записывать и сводить все сам, ему хотелось сделать альбом самому.

«‎Джеймсу пришлось учиться присоединять всякие штуки и отсоединять всякие штуки и передвигать их, а на это нужно время». — заявил Рэб. «Я не хотел подорвать себя», — добавил Джеймс.

Что ж, это отличные новости. Альбом теперь один из самых ожидаемых. А летом, если вдруг будут фестивали или типа того… Хотя ладно, какой там.
Вот ссылка на My Body Is A Glasshouse, мне она больше понравилась, даже закину ее в плейлист лучших треков 2020.

https://open.spotify.com/track/0iHrZzefLf3aDkLz0XOX1L?si=kZe06KTpSrqWCVoSWVOEvw

(пост почти не про музыку, больше про воспоминания о школе, даже почти совсем про личное, можно не читать тем, кому интересно только про музыку)

Недавно несколько музыкальных каналов, на которые я подписан, обратили мое внимание на рэп-коллектив Бонч Бру Бонч, чей единственный альбом 2005 года попал на стриминги и мол это круто.

Я решил его послушать из любопытства. Ссылку давать не буду, потому что не готов его советовать особо никому —  он интересен только как артефакт из прошлого для любителей русскоязычного рэпа или тех, кто изучает его историю, например (попозже в этом посте я еще порассуждаю о содержании этого альбома). 

Забавно другое: я узнал песню «НВДП». Я ее слышал полжизни назад, летом, получается, 2005 года. Ее с телефона ставил не то мой одноклассник, не то парень из класса помладше. Дело было в питерских дворах, куда пацаны 15-16 лет отправились пить пиво, и я увязался с ними, несмотря на то, что тогда еще не пил, не очень хотел идти с ними и в целом был пугливым и неинтересным подростком.

Это была поездка в Питер на пять, что ль, дней. С классом, с учителями, заранее оплаченные экскурсии, вот эта вот веселуха классическая школьная.

У меня тогда были жесткие проблемы с социализацией, не было друзей, некоторое время назад я вообще год проучился на домашнем обучении. В начале десятого класса я еще как-то пытался влиться и встроиться, но в итоге ничего не получилось (сейчас и не упомню, почему). Не помню,  был ли у меня какой-то план растопить лёд, наладить контакт, или, может, я собирался и дальше вариться в собственном соку, но рассчитывал хотя бы стать частью чего-то на какое-то время. Короче, чем бы это ни было первоначально, в итоге это было очень тяжело и как-то тупо.

Я тогда слушал группу Пилот, причем наивно верил в то, что поклонники группы Пилот —  светлые и ищущие люди. Конечно, эта вера меня очень подпитывала в тот период —  мне казалось, что есть где-то люди, которые мыслят так же как я, просто я их еще не нашел. В итоге ни фига я никого не нашел, на самом деле, до сих пор. Но тогда в этом что-то было.

В какой-то день я даже ушел без спроса, договорившись с ребятами (которые, кстати, в итоге меня сдали, но у них вроде бы не было выбора, я отсутствовал долго), потому что мне нужно было найти на Лиговском магазин Castle Rock, о котором я читал в купленных на Олимпийском номерах журнала Fuzz, и чего-нибудь там прикупить. Включая, собственно, еще парочку номеров этого журнала, который я, кстати, считаю для своего времени (точнее, для того своего периода —   примерно с 2001 до 2005 где-то года) не менее важным музыкальным СМИ, чем Play и RS. 

Пацаны, с которыми я тогда поехал в Питер, разделяли совсем другие интересы. Это были активные участники уличной культуры, со всеми вытекающими: баскет, стрелки, рэпчик, пьянки, девчонки, гомофобия, сравнительная оценка крутости яиц, гонор, спесь и похуизм. Это была нормальная подростковая реальность середины нулевых, я же не был к ней готов, совсем ее не хотел и очень ее боялся.

Ребята хотели попить пиво в номерах и договорились с каким-то мужиком, дали ему денег, чтобы он купил нам пиво и пронес в комнаты какой-то общаги на Днепропетровской, что ль, улице. Помню, Самир (имена я зачем-то изменил, мало ли что), главный чувак во всей этой школьной тусовке, сказал: «Короче, если он нас кидает, мы его махаем». Ему еще показалось, что он как-то не так на наших девчонок смотрел. К счастью, мужик принес пива и не мешал нам, обошлось без группового избиения подростками незнакомого взрослого дяденьки.

Самир был интересным чуваком. Наполовину дагестанец, он мог в ответ на любую мелкую придирку или на раздражительность в его адрес ответить что-то типа «Ты что, хочешь в канавке валяться после уроков?». Тогда я думал, что он действительно имел это в виду. Сейчас, спустя полжизни, я тоже так думаю. 

От него перла какая-то необоснованная жестокость в самые неожиданные моменты по совершенно неожиданным поводам по отношению к совершенно неожиданным людям.

При этом он был превосходный оратор, хорошо учился, если был заинтересован, и учителя его, как мне кажется, скорее ценили, чем нет. 

Судя по тому, как он описывал свою жизнь, с ним происходило множество вещей, к которым я точно был не готов —  например, он как-то дрался топором с несколькими противниками, напавшими на него, видимо, в окрестностях частного дома, в котором он жил. Мне казалось, что он очень опасен. В ответ на мое недовольство чем-то во время той поездки он сказал мне «Заткнись, сейчас ты так со мной не поговоришь». Интересная фраза, я даже в паре конфликтов в институтские годы ее использовал, если мне не изменяет память.

Еще один пацан —  Арсений —  я думаю, из более благополучной семьи —  был чемпионом по легкой атлетике, обожал американский рэп и, кажется, немного менее соответствовал ситуации, но при этом был со всеми на одной волне.

Парни из класса помладше —  Леша и Дима —  были из каких-то спортивных кругов. Лешу я еще в гитарном кружке видел. Он был довольно высоким и красивым, одна из наших девочек даже была влюблена в него, о чем сообщила мне чуть ли не в единственный дружеский и чуткий момент за всю поездку.

Про девочек я, если честно, даже не помню, что написать. Среди них были те, кто в обычной жизни был более домашним, но в такой вот тусовой выездной обстановке мог позволить себе расслабиться и достаточно хорошо чувствовать себя в компании. Ну, или, может, не очень хорошо, но достаточно хорошо маскировался.

Музыка, которая чаще всего звучала у ребят с телефонов —  Фактор-2. Спустя годы я переосмыслил много разной попсы и научился кайфовать даже с некоторых песен Акулы, но до сих пор убежден, что Фактор-2 —  это долбанный мусор, самый стремный фон для уличной подростковой культуры из всех возможных.

Еще было примерно по одной песне 50 cent, Chemical Brothers и Gorillaz. Ну, и да —  теперь я понял, что та песня, про которую я тогда думал, что это какая-то более рэперская хрень от того же Фактора-2, была песней дуэта Бонч Бру Бонч.

«‎Законы просты, нам все до пизды», —  господи иисусе, еще бы им не понравился такой припев. На куплеты, я думаю, им было пофиг, ну, может, кроме пассажа про «‎намутил себе суку». Я понимаю, что это пародия на гэнгста-рэп, но они точно не понимали.

Я вычитал на Flow, что именно эта песня, попав в 2005 году (или чуть раньше) на какие-то сборники, стала мегапопулярной. Мне кажется, тут сработал эффект Михалка или, если хотите, эффект Летова: песню стали слушать те, над кем в ее тексте насмехались, не замечая стеба и двойного дна. Нарочито гомофобные и женоненавистнические куплеты соответствовали мировоззренческим установкам обычного подростка, проводящего много времени на улицах и имеющего в контексте двора/района/школы значительный вес (уважение пацанов, внимание девчонок). 

Если послушать «‎Жрите бонч» целиком, то ощущения странные: альбом кажется обаятельным и тошнотворным одновременно, зачастую в одних и тех же местах. Биты и правда интересные, под Эминема и прочих поп-рэперов конца девяностых-начала нулевых. Правда, я не понимаю, почему это подается как что-то офигеть насколько значимое, ну зашибись, рэперы сами забили себе партии, ну какие молодцы!

Если говорить о текстах в целом, а также о припевах и подаче, то, несмотря на некоторые удачные строчки и на мое стремление удержать в уме то, что это типа стеб и пародия на гэнста, это кошмар какой-то. Особенно песня «‎Жопы», я как будто фильм «‎Муравьи в штанах» пересмотрел, ничего хуже я даже у групп Смех и Пляж не слышал, серьезно.

Иногда это и правда смешно (типа концовки первого трека или скита перед главным хитом), но почти весь альбом на самом деле утопает в тех же клише, на котрых потом сотни рэперов будут строить свою карьеру всерьез — это те же понты о собственной крутости по сравнению с некрутостью остальных, рифма ради рифмы, активно копание ладошками в трусах спереди и сзади.

До сих пор понять не могу, почему это обязательно должно быть в рэпе. Почему нельзя быть серьезным, но читать при этом не про рэп-игру и не про собственный тернистый путь. И не про то, про что читали гоп-хип-хоп группы, главный объект насмешек Озяба и Тарантула.

Я все жду, когда в российском рэпе появится кто-то типа Каспера, потому что до того, как он появился, весь германский рэп тоже состоял главным образом из артистов, восхваляющих себя любимых. На днях переслушивал XOXO, лучший рэп-альбом из услышанных мной, и он очень помог мне прийти в себя после «‎Жрите бонч».

Чтобы это был не просто текст, а пост с какой-то музыкой, дам ссылку на XOXO, вдруг вы еще его не слушали. Хотя я, если честно, когда начинал этот пост, понятия не имел, что он закончится Каспером. Я даже немного из-за этого растерян.

Что касается Viagra Boys, то имею сказать вот что… Ладно, шучу, нечего мне сказать) Не очень люблю всю эту волну, о которой идет речь, и Viagra Boys мне совсем не интересны.

Но вот есть, к примеру, классная шведская эмо-пауэр-поп-группа I Love Your Lifestyle, которая в прошлом году замечательный альбом выпустила, у меня он в топе эмо-релизов за год на втором месте (обогнав Dogleg). Если вам хочется интересной и нескучной шведской гитарной музыки, послушайте лучше их.

https://open.spotify.com/album/7nWOIJtPFYFxVVPpSXzRQk

Январь 2021 у нас справедливо отдан в распоряжение Дэвида Боуи. Пять лет назад его не стало, и принято считать, что после этого все пошло по пизде во всем мире. В некотором роде, конечно, все всегда шло по пизде, но в целом да, именно его смерть как будто спровоцировала коренной разлом в реальности и разделила все на «до» и «после».

Я так и не стал поклонником творчества Боуи, даже шутил на эту тему до его смерти — например, говорил о том, что альбом Heroes бы неплохо смотрелся в дискографии Юрия Антонова. Но, когда его не стало, шутить перестал.

Сейчас я потихоньку открываю для себя Боуи заново — переслушиваю то, что слушал, но не понял, слушаю впервые альбомы, до которых не доходили руки. Целиком я пока люблю только альбом Earthling, как очень экспериментальный и шальной, очень девяностнический по звуку (в некотором роде все альбомы Боуи — эксперименты, но этот мне ближе всего и по звуку, и по вайбу).

В этот период Боуи подружился с Трентом Резнором, и можно только догадываться о том, что чувствовал Трент, общаясь вот так вот просто со своим кумиром, да еще и сотрудничая с ним. Самый яркий момент для меня в этом смысле — это вот этот лайв песни Hurt. Голос Боуи привносит какой-то потусторонней мудрости, более зловещей как раз потому, что вроде бы это тинейдж ангст, а с годами понимаешь, что нет, это ни фига не тинейдж ангст, с этим в любом возрасте можно столкнуться. И то, как эти двое гармонизируют: в комментариях очень удачно сравнили голос Резнора с куском разбитого стекла, а голос Боуи — с хрустальным шаром.

Еще Резнор тут за несколько минут выдает, наверное, свою годовую норму по улыбке. Еще бы — представляю, что у него было в голове в этот момент: «Боже, Дэвид Боуи, сам, мать его, Дэвид Боуи, самый важный человек в моей жизни вообще, стоит вот тут рядом и поет со мной мою долбанную песню, это как вообще, аааа»!

Среди всех ярких моментов, связанных с Боуи, мои любимые именно эти: как человек, оказавший, возможно, наибольшее влияние на всю современную музыку (ну, может, на пару с Робертом Смитом и еще двумя-тремя ребятами), общается с молодыми музыкантами на равных, просто потому что ему нравится то, что они делают.

Из любимого — вот эта репетиция Without You I’m Nothing в гримерке какого-то ДК под прямую бочку выступающей в это время на сцене группы (Молко тут тоже явно на седьмом небе), и одно из последних выступлений Боуи вообще — на котором он поет Wake Up дебютантов года Arcade Fire, вместе с ними, разумеется.

Вот что мы написали про смерть Боуи пять лет назад (негусто, но искренне).

Артем Макарский, очень достойно пишущий о музыке профессиональный слушатель (термин взял у него, и что-то в нем есть, хотя звучит еще более по-снобски, чем все, что было раньше), написал интересную колонку про музжур. Круто то, что он ее дополнил ссылками на разную музыку, которая всплывает в тексте, да и в целом написано так, что это может быть интересно не только условным пятнадцати людям (а условным тридцати, хех).

Ключевая, на мой взгляд, фраза колонки —  «Нам стоит чаще рассказывать о музыке не на английском и не на русском языках — как старой, так и новой». Наконец-то, блин! Глядишь, в 2021 году в «Афише», наконец, появятся статьи про европейскую поп-музыку (про блистательный прошлогодний дебютник Алоиз Саваж, про немку Mine, про целый пласт талантливых польских поп-певиц типа Джулии Марсел, Бродки, Мелы Котелюк), а на Flow —  про немецкий рэп (Casper, Alligatoah, Marteria, Sookee, Dendemann —  и это я назвал только то, что вспомнил и что сам люблю и переслушиваю).

Еще, конечно, хотелось бы поговорить о многом из того, о чем Артем пишет. Но я никогда не был профессиональным слушателем и, кажется, не буду, да и, чего уж там, меня до сих пор поражает, что кто-то получает за это деньги (хотя я сам получал, но меньше, чем нижняя планка Артема). Ну, и я все-таки отношусь к тем, кому кажется, что обсуждать на серьезных щах состояние музыкальной журналистики (как бы сильно она меня не интересовала) —  это пустая трата времени и завышенное ЧСВ.  

Но все-таки не удержусь и отмечу несколько моментов. Во-первых, Артем опять говорит о своей профессии как о просветительской в первую очередь (открывать новую музыку), а я продолжаю свято верить, что она о другом (самые простые примеры других возможных углов —  статьи-профайлы и анализ с социологической и культурологической точек зрения). Во-вторых, описывается в целом какая-то очень сложная система. Я правда сомневаюсь, что последовательная похвала и даже взаимоуважение нужны как нечто само собой разумеющееся. Если честно, мне гораздо интереснее, когда человек отстаивает свою точку зрения эмоционально (но убедительно, конечно, не просто кричит с пеной у рта). Я вообще считаю, что никакого профессионального сообщества в этой сфере быть не должно. Ну, можно что-то обсуждать, чем-то делиться, на что-то ссылаться, поддерживать на фоне политического беспредела, но делать что-то типа ИМИ, только не для музыкантов, а для музжурналистов —  ну такое.

И последнее — мне понравилось, что Артем написал про психиатрию и антидепрессанты, хотя я так и не понял, при чем тут Фишер и капитализм. Я считаю, что личное должно быть практически в любом тексте. По крайней мере, когда я пишу в контексте музыки о личном, именно такие тексты нравятся наибольшему количеству людей (десяти вместо двух, хихи).