Иногда мне кажется, что я навсегда остался в этом дне вот на этом концерте (я тут прыгаю со сцены во второй половине, но меня, наверное, не узнать). Офигеть, это было 13,5 лет назад...

Друзья, простите за очередную паузу, очень важные посты, как обычно, лихорадочно последуют один за другим в самый последний момент. А сейчас вот такой анонс.

Мой друг и важный человек в моей эмигрантской жизни Никита Моисеенко вчера не склонив головы встретил свое 36-летие, возраст в той же мере пугающий, сколь и ободряющий, потому что в наше время любой 36-летний человек может радоваться тому, что ему не 37, не 38 и не 39, например. Должен признать, что дружба с ним и близость к его тоске — то, что часто удерживает меня на плаву в современности. Мы с ним ровесники, оба взрослые несостоявшиеся (так, как нам хотелось бы) дяденьки, жаждущие признания и любви и смотрящие на некоторые вещи так, что многие, ошарашенные, удалились бы прочь, не оставив нам ни единого шанса. Ну, или я утрирую и чересчур эмоционально об этом говорю, кто его знает…

Так или иначе, завтра, то есть уже сегодня, то есть 25-го, в честь дня рождения он даст концерт в Тбилиси в баре Revolution с новым расширенным составом своего детища под вызывающим насмешливую улыбку большинства, с кем я об этой группе говорю, названием Голландский штурвал. Я не смогу быть, потому что завтра и послезавтра еще работаю в Батуми, о чем очень жалею. Приходите, те, кто есть в городе, моему другу будет приятно. Полина, ты приходи обязательно!

Будет еще две группы, которые я пока не слышал — Сила Электроплиты и Смесь. Первую он описывает как смесь Slint и The Fall, вторую — как лоу-фай, в котором вас ждет смесь аналоговых синтезаторов и нежных, но эмоциональных гитарных линий (что бы это ни значило).

Концерт будет транслироваться на YouTube, если вдруг что. Вот ссылка.

В качестве музыкальной зарисовки для этого вечера предлагаю послушать одну из самых медленных песен в активе Никиты — «Литания» с альбома «Наше общение без твоего присутствия». Никита — один из пионеров жанра «сэдкор» среди российских музыкантов, и музыкально он всегда пытался выжать максимум красоты из этого жанра. Вы только послушайте эти скрипки. Ну и да, что-то очень горькое и на сто процентов понятное есть во фразе «Если бы я всё это тебе сказал, ты бы стала меня бояться».

Что касается концерта в Revolution, то подробности про него есть у Никиты в канале.

В конце каждого года десятки музыкальных каналов подводят итоги за итогами, публикуя списки с сотнями лучших альбомов, которые необходимо послушать вот сейчас, немедленно и бесповоротно. В конце каждого года находятся и те, кто ворчит по поводу таких списков — мол, камон, когда все это слушать то, что происходи вообще? Находятся те, кто говорит этим людям: “что ты докопался? не хочешь слушать — не слушай”. А также те, кто поддерживает ворчунов, подчеркивая: “избыток контента приводит к тому, что мы все тонем в бесконечной гонке за ним, как потребители и как производители, и вообще песня Slave to the Wage могла бы сейчас называться Slave to The Content”... Аххха, да.

Я обычно либо второй, либо четвертый в этом списке. Но при этом все равно почему-то подвожу итоги года хотя бы чуть чуть, считая это своим профессиональным долгом, если только ведение канала о музыке можно назвать профессией. Хех.

В этом году я решил провернуть кое-что новенькое. Для себя, конечно, не для вас, вы давно уже всякое такое видели. Разрешите представить: вашему вниманию первое видео на YouTube-канале Capybara Tapes. Видео кривенькое и скорее похоже на стрим, говорю я куце и невпопад, но есть ощущение, что его все равно нужно выпустить — ради того, чтобы хотя бы к пятому видео, уже что-то научившись делать ( а я в 35 лет чуть ли не впервые как-то осознанно что-то монтировал, ничего не зная о том, как все это работает и что в этом деле нелепо и кринжово, а что — знак качества), я мог бы посмотреть на эти ерундовые итоги и сказать: теперь я действительно что-то умею.

В ролике речь идет примерно о 5-7 моих любимых иностранных альбомах за этот год. Думаю, в начале января я выпущу и письменную версию, с более интересным текстом (до конца года надо еще поворчать на другие топы, сделать пост про лучшие песни и выложить 31 декабря интервью — вы наверное поняли, про кого, ). Гляньте его одним глазком хотя бы ради врезок с кусочками песен, которые лично мне кажутся довольно остроумными. Но, думаю, это просто потому что я никогда раньше ничего такого не делал. Это видео — рисунок трехлетнего ребенка. Повесьте его, пожалуйста, на холодильник от большой любви =)

Про российские альбомы я сделал отдельное видео (уже более уверенное и интересное, ну ничего себе!), но оно для Нормального огонька Никиты Моисеенко, который состоится 13 января. Делайте ставки на то, какие пять альбомов заняли там основные строчки. Небольшая подсказка: два из этих альбомов — одного исполнителя.

​​Итоги года. Что-то меня нервирует отсутствие оных, попробую сделать это в своем стиле. Практически ничего, отличного от других списков, вы тут, к сожалению, не встретите, я опять очень мало всего осознанно наслушал. Это первая часть итогов. Сколько их будет, не пойму пока.

Любимые зарубежные альбомы Capybara Tapes.

Эмо года. Los Campesinos! — All Hell!

«Весь ад» — идеальное название альбома для 2024 года, как, впрочем, и для любого другого. Главная (если не единственная известная существующая, написал я сначала, а потом вспомнил как минимум про Johny Foreigner) эмо-группа Британии под бодрую музыку, заставляющую вспомнить скорее о Краснознаменной дивизии, нежели о Jimmy Eat World, поет о психических травмах, которые невозможно скрыть, о том, что постоянные переработки - это казнь на гильотине, о политической неразберихе, о пьянстве... О вещах, из-за которых иногда хочется умереть, ребятки поют так, что хочется жить.

Los Campesinos! существуют более двадцати лет, все их альбомы — на вес золота, но я склонен называть All Hell! лучшим. Это оценили и музыкальные журнальчики, что не может не радовать — у Stereogum он, например, десятый в списке лучших альбомов года.

Большой альбом года. Fontaines D.C. — Romance

Иногда приятно, когда удается полюбить группу, которую любят примерно все. Первый альбом Fontaines D.C. показался мне в свое время настолько дуболомным и неинтересным, что я пропустил их сет на фестивале «Боль». Сходить тогда на группу, которая через каких-то пять лет станет одной из самых масштабных в мире, и про которую Элтон Джон, общаясь с ее вокалистом Гриэном Чаттеном, скажет, что это самое крутое, что сейчас есть, было бы в 2019 году очень кстати…

Их предыдущий альбом Skinty Fia показал, что Fontaines D.C могут сделать свой собственный звук, который кто-то охарактеризовал как пост-панк ревайвл пост-панк ревайвла (но они не похожи на Interpol, конечно… впрочем, вы и сами знаете, на что они похожи, вы уже много раз их слышали), а четвертый альбом Romance показал, что они могут в своей музыке опираться на разные влияния, от Korn (любимая ню-метал группа Греннана) до (предположительно!) The Radio Dept., но оставаться при этом Fontaines D.C.

Добавлю, что наполненный тревожным речитативом, буквально написанный во время панической атаки хит Starburster, конечно, хорош, но мне куда больше по душе дримпоповая Favourite, в клипе на которую мы наблюдаем за фрагментами из детства участников группы.

Сам Греннан, кстати, удивительным образом напоминает мне сразу двух моих любимых артистов — Ру из Enter Shikari и Женю из Золотых зубов (а глаза у него как у Славы КПСС, заметил я чуть позже). От Жени у Греннана есть еще и удивительная смесь вовлеченности и отрешенности на концертах. Греннан всегда какой-то сонный, но энергичный. Как будто это побочка от каких-то препаратов. Он сейчас принимает что-то от СДВГ, уж не знаю, бывает ли от них такая побочка… Ладно, мы отвлеклись что-то, при чем тут СДВГ вообще…

Продолжение в следующем посте

Камбэк года. The Cure — Songs of a Lost World.

Я так и не разродился большим осознанным текстом про этот альбом, больно много и глубоко его анализировали. Хотелось зайти с другой стороны, но не сложилось. Те, кто хвалил альбом, подчеркивали, что все фишки группы на месте, от монументального, как бы командующего всей остальной музыкой баса Саймона Гэллапа до не постаревшего ни на минуту голоса Роберта Смита. Те, кто ругал, ругали отчасти за это же: сконструированные по правилам, выработанным к официально самому значительному альбому группы Disintegration (и с барабанами, навевающими воспоминания скорее о Pornography, который считается вторым по значительности), песни с четырехминутными интро якобы всухую проигрывали старым хитам именно как песни.

Так вот, как давний фанат The Cure хочу ответственно заявить, что некоторые песни с Songs of a Lost World получились круче, чем некоторые песни с Disintegration.

I Can Never Say Goodbye и Endsong, например, мне нравятся куда больше, чем Last Dance или Closedown. И мне кажется, что тем, кто никогда не слушал The Cure, эти песни зайдут тоже. Они послушают и поймут, что так, как они, все равно никто никогда не делал. Ну, и тематически этот альбом воспринимается куда острее, чем даже Pornography. Он был пропитан смертью и чернотой, Songs of a Lost World — ощущением неизбежности смерти и бескрайней грустью, и если в Pornography это было просто какой-то зловещей стадией, через которую нужно было пройти, то на этом альбоме понятно: ничего, кроме принятия, нам не остается. После этой стадии конец у всех только один.

А вообще он куда ближе к Bloodflowers, мне кажется. Беспощадно недооцененному.

Электронный поп-альбом года. Porter Robinson — Smile.

Давно одним глазом следил за этим британским продюсером. Мне нравилось, что он звучит как нечто среднее между витиеватым электронным проектом Baths и электронными вставками на альбомах The 1975, которых я очень люблю. А на альбоме Smile он так и вовсе зазвучал как поп-артист, и на этот раз акцент на вокале и мелодиях, а не на продюсерских фишках. Плюс здесь есть гитара, на которой он недавно научился играть.

Smile — альбом, в котором Робинсон не боится показаться глупым и прямолинейным. По словам самого артиста, это попытка создать «веселую, захватывающую костюмированную вечеринку с нотками бравады». При этом этом он не боится показывать свои уязвимости и говорить то, на что он сам, может, и не решился бы раньше. «Не убивай себя, идиот», — обращается к нему сгенерирванный нейросетью голос. Портер признает, что, как бы ты ни боялся быть непонятым, тебя все равно не поймут. Поэтому единственный выход — перестать бояться.

Пост-хардкор альбом года/эмо-альбом года два. Touché Amoré — Spiral in a Straight Line.

Подробнее, чем я писал об этом альбоме в момент его выхода, я все равно не расскажу. Просто образцовая запись от главной пост-хардкор группы из существующих. Touché Amoré пришли к идеальному для жанра звуку: он тяжелый, но, как ни странно, не перегруженный, не настолько дубовый, как у Knocked Loose, например, а вокалист Джереми Болм, который в большей части песен вроде бы не поет, а кричит (скорее не кричит, а эмоционально возмущается — как если вы в споре на кухне делитесь с друзьями своим негодованием по поводу какой-то вопиющей несправедливости, которая при этом много кому кажется чем-то естественным), но его вокал так встает в микс, что это почти всегда очень мелодично. Ну, и иногда он действительно прям поет. А Джульен Бэйкер, давняя подруга чуваков из Touché Amoré, скрасившая уже не одну их песню своим присутствием — дополнительный плюс к этой пятерке. Многие считают, что The Lament круче, многие выделяют Stage 4, а мне кажется, что Spiral in a Straight Line — идеальный.

Пока пусть будут эти пять, даже про них писалось как-то очень долго. На днях продолжу без всякой структуры и логики.

Давайте добьем лучшие альбомы по версии Capybara Tapes до двадцатки.

Так вот…

1. Los Campesinos! — All Hell
2. Fontaines D.C. — Romance
3. The Cure — Songs of a Lost World
4. Touché Amoré — Spiral in a Straight Line
5. Porter Robinson — Smile! :D


6. Foxing — Foxing
7. Glass Beach — Plastic Death

Foxing и Glass Beach — пост-эмо года. Обе группы начинали как важная часть эмо-тусовки, но и те и другие доказали, что можно делать что-то совсем другое, и это будет даже круче (но при этом все равно будет чем-то своим, а не заимствованным чужим, пусть даже и без сравнений тут довольно сложно обойтись).

Foxing, еще два альбома назад кардинально изменившие свое звучание, сделали DIY-запись, лучшие моменты которой похожи то на сырой хардкор старой закалки, то на Arcade Fire.

Максимально неровная и экспериментальная, она отлично передает нерв процесса записи, в ходе которого участники группы, по их словам, в какие-то моменты уже просто ненавидели друг друга.

Glass Beach так вообще как будто вернулись в момент, когда еще не записали первый альбом, и двинулись совсем в другом направлении: вычурный арт-кор, внезапный пост-хардкор с блэк-метал вокалом, прогрессивный дрим-поп с элементами Sunny Day Real Estate среднего периода, а все вместе — может быть, и вовсе пост-прогрессив-рок и то, как звучали бы сейчас Rush, выпусти они Moving Pictures в эпоху доминирования соцсетей. И Foxing, и Glass Beach внутри этих своих не очень легко распознаваемых образов и не самых очевидных парадигм делают песни одна лучше другой.

8. Овсянкин — Багчейзинг
9. Овсянкин — Бесконечный отельный отдых

Мало кто об этом писал и, кажется, мало кто это заметил, кроме Жекича “Холодный ты”, но вообще 2024 год — год Овсянкина.

В феврале он выпустил альбом «Багчейзинг», который сделал еще в 2022 году, но началась война, и стало не до того. Я подробно писал о нем тут, это максимально нервный, истошный альбом Кирилла, напряжение спадает только на одном — возможно, лучшем — треке «Миндальные круассаны», а так это максимально искренняя и болезненная фиксация переживаний от расставания, от собственных пороков, от потери контроля. Ощущения после «Багчейзинга» — что-то среднее между тем, что я испытывал после прослушивания «Пляжа» макулатуры и «Взгляда на 2000 ярдов» эхапрокуренныхподъездов.

После «Багчейзинга» необходимо сразу включать «Бесконечный отельный отдых». Я боялся слушать этот альбом, думая, что услышу на нем какой-нибудь развлекательный пляжный хип-хоп в самом худшем смысле: тусовочки, понты и ироничный кринж. Но вместо вечериночной суеты здесь — именно что отдых. Успокоение души, теплота, близость с возлюбленной, близость с друзьями, верлибры о том, что жизнь — это и есть бесконечный отельный отдых или его поиск, констатация факта, что «обниматься жарко, обниматься душно, но я считаю, что обниматься нужно», крафтовое пиво в первой половине дня, кифлички — это такие закарпатские рогалики — с сыром или джемом. У Кирилла как-то особенно успокоительно звучат именно описания еды: «я приду, принесу кифличек с сыром и джемом с айраном или чаем, такой завтрак бюджетный».

В «Миндальных круассанах» на «Багчейзинге» было что-то похожее: «Кто-то тихо принесет сладости и кофе в турке». Сладости на завтрак как способ спокойно начать день, как способ хорошо себя чувствовать — в этом смысле Овсянкин теперь бывает очень терапевтичным.

Отдельно хочется поблагодарить Кирилла именно за то, что он наполнил романтизмом и жизнью отдых в обычном ничем не примечательном курортном городе — таком, как Варна в Болгарии. Коллега, с которой мы работали в детском центре в Батуми, говорила, что там вообще ничего нет — что ж, в таком случае Батуми рай. И я слушал этот альбом Овсянкина, будучи в Батуми, и мне было как-то проще находиться в этом городе.

Забавно еще вот что: моя любимая песня с этого альбома, «Курортный город», звучит так, словно Кирилл сделал вариацию бита из песни макулатуры «лимб» и прочитал под нее вариацию текста песни макулатуры «пляж». Получилось очень трогательно.

10. Золотые зубы — Post-Hardcore
11. Byörndalen — Джамп-кат
12. Юнсн — Среди звезд упавших

Места с 10 по 12 — это главные для меня русскоязычные альбомы года на русском (плюс два альбома Овсянкина, итого пять). Подробнее про них я рассказываю в итогах, которые подведу 13 января на «Нормальном огоньке» Никиты Моисеенко. Плюс я писал о каждом из них очень подробно тут, тут и тут. Поэтому сейчас буду краток.

Золотые зубы — несомненно, группа года, и я рад, что теперь они популярны до уровня солдаутов и загадывания их песен на музыкальных квизах, на которых для многих даже Idles и Fontaines D.C — непопулярная музыка. Стало быть, Зубы теперь по-настоящему популярны. Весь март и апрель я слушал Post-Hardcore каждый день и добился того, что теперь под любую песню с него, я могу переместиться в любой момент конкретного куска недавнего прошлого — не самого лучшего, но достаточно ровного, плюс сам альбом так или иначе влиял на то, что я чувствовал себя получше. Все еще продолжаю мечтать когда-нибудь сыграть с Зубами на ударных, даже начал что-то репетировать.

Byörndalen записали эмо-альбом года, долго и старательно доводя его до ума, не довольствуясь простыми аранжировками, вокалистка Алиса щедро делилась сложными эмоциями в историях, вместивших в себя лет пять ее жизни. Вообще ее харизма деятельного, неугомонного, очень остро воспринимающего все человека мне очень по душе, в этом смысле Алиса — наш Мэтти Хилли практически (довольно странная ассоциация, но тем не менее...).

Юнсн записала альбом, который меня удивил. Никогда не думал, что акустическая гитара, ревер, какие-то стуки и звуки, шумы, все это не по науке, но по сердцу сведенное способны захватить мое внимание настолько. И песни, боже, я давно не слышал такой коллекции отменных мелодий. Я после Юнсн не могу слушать многих победителей популярных топов этого года, потому что песни там, откровенно говоря, гораздо хуже.

13. Little Jinder — romantik pa svenska

Я решил, что не включить в том ни одного альбома на языках, отличных от русского и английского — это какой-то совсем косяк для меня. Да, в этом году я почти ничего такого не слушал, но пошел я нахрен со своими дешевыми оправданиями. Little Jinder — клевая шведская поп-певица, записавшая десять лет назад великий одноименный альбом, один только хит Vita Bergens klockor чего стоит. А ее последний альбом с говорящим названием «романтично на шведском» — это тот уютный подвид современной скандинавской поп-музыки, который мне очень нравится. Это такой приятный, знакомый еще по поздним альбомам kent или моей любимой Вероники Маджио в хорошем смысле перепродюсированный саунд, какой-то очень теплый и холодный одновременно. Очень синтезаторный, немножко слишком электронный — кстати, вот The 1975 снова в тему вспомнить, у них есть похожие нотки (неспроста шведская певица Молли Санден стырила у него мелодию). И очень особенный, надо будет обязательно написать про целую плеяду замечательных шведских современных певиц с Вероникой Маджио и Мириам Бриант во главе. Я, разумеется, про тех, кто поет на шведском.

Если вам лень слушать весь последний альбом Little Jinder, зацените хотя бы är du galen — вам наверняка понравится мелодия припева и эти прекрасные скачки между регистрами.

Места с 14 по 20-е — просто списком, простите, как-то очень мало есть сказать про все эти альбомы, кроме Кейва (но уже сказано) и группы Привет (только сейчас расслушал, возможно, еще скажу). Но все они очень крутые.

14. Hehehe — Паника
15. DIIV — Frog In Boiling Water
16. Nick Cave and The Bad Seeds — Wild God
17. Xiu Xiu — 13" Frank Beltrame <...>
18. Johny Foreigner — How To Be Hopeful
19. Wunderhorse — Midas
20. Привет — Мы не знаем, что это такое

​​Любимые песни Capybara Tapes за 2024 год

В этом году песен довольно много, потому что альбомы Золотых зубов, Юнсн и Byörndalen я залил туда целиком.

Шучу! Но по три песни некоторых ребят, включая вышеназванных, в плейлисте есть.

Юнсн — Про звезды

Песня-волшебство, сразу приглашающая в пропущенный через ревер мир анти-фолка/инди-фолка Юнсн. Заклинание, после которого вы альбом уже не выключите.

Автоспорт — В никуда

Андрей Ванюков чудом успел выбраться из страны и теперь записывает вот такие тяжелые шугейз-красоты с каким-то очень нетипичными синтезаторами, как будто они из других песен, а в середине вообще наэлектризует трек другим битом. Тяжелейший текст о судьбе изгнанника с надеждой на возвращение, в которую не очень то веришь.

Byörndalen — Маленькие движущиеся части

Самый эмо-трек на лучшем российском эмо-альбоме года, в котором соседствуют три непохожие друг на друга части — вполне себе маленькие и, судя по тому, что все, кому я ставил этот трек, начинали бегать по комнате и приплясывать, вполне себе движущиеся.

Los Campesinos! — A Psychic Wound

Остроумная, горькая, ироничная, энергичная песня про психическую травму, которая никогда никуда не уйдет, потому что это как бросать палку в море — ее снова и снова будет прибивать к берегу. Ты привязан к пульсу моря.

glass beach — motions

Прогрессивный пост-эмо рок-трек, по дерганности и красоте которого можно в целом сложить представления о потрясающем альбоме этой группы. Еще эта песня похожа на то, как проходят мои дни — вот прям саундтрек к рутине.

Fontaines D.C. — Starburster

Главная песня Fontaines D.C, речитатив о панической атаке, написанный почему-то под впечатлением от Korn, с красивой интерлюдей, вносящей чуточку разнообразия в творчество второй после Placebo группы, которая настолько хорошо умеет не выходить за рамки двух аккордов и при этом не казаться скучной.

Wussy — The Great Divide

Это какая-то группа из Цинциннати с более чем двадцатилетней историей, их последний альбом я нашел на 50-м месте в парочке итогов года, и они звучат так, как будто у группы Wye Oak есть больше одной великой песни. Такая стремительная духоподъемная инди-американа.

Cloud Nothings — Final Summer

Одна из главных панк-групп 2010-х в этом году выпустила вообще-то шикарный альбом, но его как будто все пропустили… Песня шикарная, очень оптимистичная и летняя, что, кстати, не то чтобы прям очень типично для Cloud Nothings.

Diiv — Brown Paper Bag

Самая запоминающая — возможно, в своей хрупкости — песня с камбэк-релиза Diiv.

hehehe — Очень-очень

Любимая песня с, несомненно, очень славного альбома в прошлом скорее простой пост-панк группы, а нынче более сложной и разноплановой инди-группы из Владивостока, которая для меня в этом году все-таки немношк победила Деревянных китов. В строчке «Ничего не бойся, ты съешь себя быстрее, чем они» — суть всего альбома, а может, и всей жизни.

Charlie XCX — 360

Ничего не понял про триумф Чарли и Опизд-невших (кредитсы Васе Огонечку), не врубился в брат саммер, но помню, что эта песня понравилась. Похожа чем-то на шведскую попсу, которую я очень люблю.

Огонек — Северное сияние

Группа, которая звучит как более тяжелая, альт-роковая и шальная версия Хадн Дадн. Курируема Соней Широковой, а еще там играет знаменитая барабанщица Маха, причем не на барабанах, если я все правильно понял.

Макет — Арнольд

Не пропустите, пожалуйста, эту эмо-панк-песню Веталя Зимина с Алисой из Byörndalen на бэках про то, что ты попробовал все, но ничего не сработало, и сил на новые попытки уже просто не остается.

Thursday — Application for Release From the Dream

В первой новой песне одной из самых знаковых эмо-групп в мире столько энтузиазма и надежды, что очень хочется надеяться на новый альбом. Тем более что у них потом вышла еще одна песня, она тоже есть в этом плейлисте, а еще с ними теперь официально играет Норман Брэннон из Texas is The Reason

Про остальные песни из этого списка обещаю постараться попробовать написать в январе. Все, до конца года остался один пост, часов через 16 он будет.

​​Два года назад Андрея Грицкова, известного по проекту Эхопрокуренныхподъездов, нашли мертвым в его квартире.

Невозможно выразить словами, насколько это немыслимая потеря как для российского андреграунда и абстрактного хип-хопа, так и для десятков людей, для которых Андрей был близким другом и очень важным человеком.

Я решил, что каждый год буду стараться публиковать что-нибудь в память об Андрее, музыка которого, так уж получилось, открылась для меня ровно в тот день, когда стало известно о его смерти. С тех пор его песни всегда со мной, они возвращают с небес на землю, заставляют через драматизм и околосуицидальную откровенность почувствовать себя живым. В этом году его песня "Берлин" у меня на шестом месте по прослушиваниям.

Год назад я выпустил большое интервью с Артемом Моргуновым, близким другом Андрея. В этом году я поговорил с его лучшей подругой Женей Росляковой. К сожалению, сделать текст к этой дате я не успел, его опубликую уже после праздников. Пока же, с разрешения Жени, выкладываю небольшой сниппет.

«Он был супер искренним человеком. Мне кажется, он вообще никогда не скрывал, что думает. Была куча раз, когда Андрей просто напрямую говорил какую-то херню и мы всегда ждали чего-то неприятного. У него был смешной твит, когда в бар Bazin пришел чувак в блестках, и Андрей ему что-то смешное сказал, и это было прям вот идеальное описание этой ситуации (твит с ситуацией я прикреплю в первом комментарии — примечание Бо).

Иногда Андрей мог быть резким. Но это тоже с искренностью связано. Он никогда не выбирал выражения. Я помню на мой двадцатый день рождения, это было в Мурманске, мы праздновали в беседках. Там это популярная тема — такая, знаешь, мини-турбаза, где просто домики на улице стоят. И вы там шашлыки жарите, алкоголь приносите.

Мы с ним пошли поговорить, у меня были какие-то душевные страдания из-за парня. Помню, мы сидим на улице, курим. А я его самая близкая подруга была, он меня очень любил, берег меня, все такое. И тут он как ебнет мне по голове! Я такая: “Вау, круто”! (смеется) Просто по приколу, знаешь, типа: “Женя, алло, ты что говоришь такое”!

При этом мы с ним никогда не ссорились. Вот один раз я обиделась, когда он мне дал по башке, но это было, мне кажется, помутнение какое-то.

И еще один раз был, когда он рассказал секрет, о котором знал только он. Андрей сделал это неосознанно, а я думала, что осознанно! Я тогда сильно разозлилась и заблокировала везде. Все, думаю, Андрей в бане в моей жизни! А потом мы приезжаем в “Пивную диету”, стоим, и как раз приезжает Андрей с Егором из Шумных и угрожающих выходок. Они выходят из такси, и Андрей сразу ко мне радостный подходит: блин, Рослякова, привет! Короче, он даже не заметил, что я его забанила! (смеется) Мы быстро все уладили, я его сразу разблокировала. Оказалось, что он вообще ничего никому не рассказывал. Он пробыл в бане часов пять!

Андрей не был конфликтным. Он не говорил какие-то штуки специально, чтобы с кем-то поругаться.

Он был моим самым близким другом. Не скажу, что он всегда был готов оказаться рядом именно в плане “помочь”, он скорее всегда был готов обсудить. Но такого, чтобы я, например, умирала в три часа ночи где-то и нужно было приехать, не было — скорее всего, ему было бы просто лень! (смеется) Не скорее всего, а точно! Он бы три часа торчал в ванной, опоздал бы, все такое.

Он всегда очень честное мнение давал. Без какой-то эмоциональной оценки. И он никогда не играл за мою сторону. Не говорил мне, что я всегда права. Наоборот, он тысячу раз мне говорил, мол, Женя, это какой-то бред, что ты вообще придумала! И это тоже супер ценно и важно было.

У Андрея был особый талант, он умел находить общий язык со всеми людьми. Думаю, из-за того, что он очень умный. У него был очень прикольный слог, он очень интересно и аргументированно доносил свои мысли. Он мог нормально пообщаться с самыми разными людьми. Я не помню ситуаций, чтобы он с кем-то подрался. Конечно, я не обо всех ситуациях знаю, но при мне он никогда ни в какие конфликты не вступал».

Вообще, пока начало года и время новогодних резолюций и прочих праздничных письменных практик еще не прошло, решил попробовать поменять некоторые свои привычки. Шутка ли — я открыл с десяток вкладок со статьями типа «учебник по продуктивности», в котором, кстати, цитируют «Бредовую работу» Гребера, то есть все не так уж и плохо, и на полном серьезе читаю все это дело. И практики прослушивания музыки это тоже касается.

«Настала пора вернуться к большей основательности, к меньшей СДВГшности», — решил было я, выбирая альбом на начало своего привычного пути в маршрутке из Еревана в Тбилиси. Я вспомнил про свой плейлист с электронной музыкой, и выбор пал на Caribou. Было важно отслушать целиком альбом Suddenly, ни на что не отвлекаясь, затем так же поступить с альбомом Swim. Оба альбома я уже слушал, в их значительности не сомневаюсь, однако не помню толком ни тот ни другой.

На практическом уровне мне удалось претворить план в жизнь. Но я все равно ничего не помню. Если Джон Хопкинс со своей футуристичной электроникой идеально скрасил цветом космического пейзажа мой путь из Батуми в Тбилиси некоторое время назад, то более замысловатый подход северного оленя Дэна Снейта просто не попал в контекст.

Зато потом я перешел на группу, которую еще года четыре назад боготворили до уровня культа многие мои коллеги, считая их лоу-фай-поп-музыку неким недостижимым эталоном. Это группа Тальник, и сейчас, в полуболезненном, полусонном состоянии, переслушивая альбомы «Сипс» и Cyou, наблюдая ясное-ясное небо в сумерках под трек «Давай прервемся» и думая о том, всегда ли там были такие психоделические вставки с голосовым ассистентом или же я схожу с ума, я наконец-то это все оценил.

Настолько, что тут же добавил «Сипс» в свой плейлист «100 моих любимых альбомов», в котором их, кстати, уже сто три.
Начало года — время отказываться от дурных привычек, но одной из них я не стал изменять. Как в 2016 году я начал утро первого января с трека «Вальтер» с еше не вышедшего альбома макулатуры «Пляж», который разделит и для них, и для меня мир на до и после, так и сейчас я попробовал послушать несколько песен с живого альбома «Концерт в Москве». Я игнорировал всякие легкомысленные приколы типа «Толстяк страдает» или песни с последних полноценных альбомов, сосредоточившись на живой классике, от «Вместе» до «Жизнь продолжается», и надо признать, живые аранжировки с профессиональными барабанами и остроумной перекличкой гитар Миши из ЦЦ и Оскара Юнусова, звучат прям мощно. Больше того, даже сами Женя и Костя практически не сбиваются, и некоторые места, где они вытягивают припевы вдвоем, звучат как услада для ушей – зацените первый припев «В огне» например.

Но портят все они же, начиная ерничать или издевательско выть почти в каждой песне (из тех шести, что я пока послушал). Я этого в упор не могу понять. Ладно, есть желание абстрагироваться от старых песен про пиздострадания, поэтому они и поются в такой манере, предположим. Но вот трек «Жизнь продолжается», относительно свежий (по меркам макулатуры староватый, конечно, учитывая количество релизов, но так то он вышел всего полтора года назад), про наблюдения за новоиспеченной эмигрантской жизнью, которая вовсе не то, чем кажется — то, насколько некомфортно было Алехину в чужой хате в Тбилиси (или эта строчка про Кобулети?), то, как остроумно Сперанский противопоставляет Новокузнецк и Кремниевую долину. Я не понимаю, почему чуваки не хотят отнестись к собственному творчеству серьезно. Я читал книги Алехина, и он там везде старалася сделать как надо, так почему сейчас хуже — это лучше?

Тот же Леха Никонов, например, ввел в свой обиход мем «обхуяривайтесь», но на концертах он все также глубоко погружается в свои песни, он никогда не будет ерничать на текстах про «Дворы», «Дорогу в никуда», «Плачь над любовью». Это все серьезное дерьмо, которое на момент написания этого всего здорово пронимало и которое продолжает пронимать сейчас. А у Алехина «раз два три жопа» — это уже как часть абсолютно всего, без этого ни одна песня, ни один публичный шаг не может существовать.

Друзья, завтра стараниями Никиты Моисеенко и ряда прекрасных музыкантов состоится вот такое вот музыкальное действо с онлайн-трансляцией. Я там буду не только рассказывать про альбомы, но и исполню со своей группой Апартаменты первой линии три или четыре песни. Подключайтесь обязательно!

Тизер "Нормального огонька" Ютуб и ВК

Посмотрите что там по акциям из напитков, возьмите выходной на вторник, соберитесь с друзьями и включайте трансляцию в 21:00 (по московскому).

ССЫЛКА НА ТРАНСЛЯЦИЮ ВКОНТАКТЕ

ССЫЛКА НА ТРАНСЛЯЦИЮ В YOUTUBE

Лиз Шерман, Byörndalen, Голландский Штурвал, ЮНСН, Горечь, Мокрица, Душь, Меня зовут Маша, Синее Sobranie, Аппартаменты первой линии, Ghost And Berry, Slow Shutter, Жора Хочет Хора, Кролик Кэррол, Буква Ф, Princess Diana, Киллеркит, Слоник Ёж, Носок игривой псины, Нина Фариш, rapira, Театр слэма...

Про лучшие альбомы года расскажут: Иван Бортников (Хрущёвка), Алексей Нимандов (Унылый рок), Борис Стародубцев (CAPYBARA TAPES) и Полина Ольхова (Look at That!)

Так, ребята, трансляция очень большого онлайн-концерта, способного свести с ума любого, кто затеял что-то настолько масштабное, но только не неустанного Никиту Моисеенко, начнется в 21:00 по Москве, то бишь минут через 40.

Подключайтесь, пожалуйста. Среди ребят, которые будут подводить итоги — я, Леша Нимандов из «Унылого рока», Полина, делающая лейбл Look At That! (она менеджерит мою любимую эмо-группу прошлого года, между прочим!), среди тех, кто выступит вживую — собственно, Никитин Голландский штурвал, а еще Slow Shutter, Ghost And Berry, Синее Sobranie, Меня Зовут Маша и моя эмо-группа Апартаменты первой линии (мы начнем в 23:20 по Москве, сыграем четыре песни).

Среди тех, кто предоставил Никите видео-записи своих выступлений, которые вы увидите в качестве перебивок между живыми включениями из студии — моя любимая певица и и гитаристка прошлого года ЮНСН, группа Byörndalen, о которой я теперь пишу, наверное, даже чаще, чем про Золотые зубы, проект Вовы Седых «Горечь» (очень много слушал песню «Русский святой» в свое время) и еще много чего.

«Небо не упадет нам на головы. Мы скоро встретимся снова».

Сегодня ночью выйдет новый, третий по счету альбома дрим-поп-группы Космос на потолке, которая уже полтора года живет в Японии, где и продолжает свою активность в наполовину обновленном составе.

Альбом называется «И здесь, и с собой» и содержит, наверное, самые жизнелюбивые и энергичные песни, которые группа с Викой Фроловой во главе когда-либо писала. На первом альбоме «Ледяные лимонады», который Вика фактически выпускала сольно, базовым чувством была хрупкость, на альбоме «Маленькая луна» саунд был немножко ближе к поп-року, чем дрим-попу, но хрупкость все равно ощущалась.

А здесь все сразу немного переворачивается — все начинается со строчки «Мы до сих пор пьем пиво». Как будто Космос уже не на потолке, а где-то тут, ходит с нами в магазин за пивом. Подобно тому, как это делал гитарист группы Илья во время нашего второго интервью, которое я брал примерно год назад, но с тех пор так его и не доделал. Чтобы оно сохранило актуальность, мне нужно было успеть до выхода альбома — я не успел. Не жалуюсь и не оправдываюсь, но иногда просто поразительно, на что в течение года может не хватить времени. С разрешения Вики и ребят я все равно опубликую интервью, когда его доделаю, с огромным дисклеймером, мол, архив из прошлого. Или уточню про какие-то моменты заново, можно и так, наверное.

Мы созванивались в зуме, Илья принес пиво с оленем на этикетке, которое, кажется, называлось Млечный путь. Илья и Вика рассказывали про то, насколько сложными были первые месяцы в эмиграции.

Вика говорила о том, что в первый же день поняла, насколько сильно изменилась ее жизнь. И это несмотря на то, что они полгода готовились к этой поездке. Басист Максим, давний друг Ильи и его коллега по проекту Mari!Mari!, уже давно жил в Японии, отлично знал язык, и помог ему с работой. Вика рассказывала, например, про местные сэконды и культуру вокруг них, про сложности с выносом мусора (по понедельникам бумага, по вторникам пластик) и про общение через гугл-переводчик на детской площадке, на которой она гуляла с дочкой.

«Должна сказать, что не ожидала, насколько сильным может быть стресс от эмиграции. Я читала все эти статьи про эмиграцию, и там везде было про первую стадию, когда тебе все нравится, потому что все вокруг новое и прекрасное. Так вот, у меня этой стадии не было», — рассказывала Вика.

«Есть идея, что от себя не убежишь, но ты — это не только ты как человек, это еще и то, что тебя окружает. Это еще и места, в которых ты был, друзья, которых ты видишь каждый день, звуки, которые ты слышишь, — продолжает она. — Я проснулась в первый же день в квартире у Макса и Насти, которых тогда еще совсем не знала, пошла на кухню, и поняла, что я изменилась настолько, что я теперь совсем другой человек».

Илья рассказал, например, как перевозил оборудование в Японию. Например, он разобрал гитары и грифы от них положил в ручную кладь. Очень волновался, потому что раньше так никогда не делал. Но, прилетев на место, собрал — все отлично работает.

Перед этим мы впервые за полтора часа интервью перешли на русский. До этого мы говорили по-английски, чтобы нас понимал Джоуи, новый барабанщик Космоса на потолке, американец. А тут он ушел, и стало чуть проще. Все-таки когда английский не родной, трудно говорить на сто процентов естественно.

«Мы сейчас доделываем наш альбом, который мы еще два года назад придумали и записали. Была куча событий в нашей жизни, не было особенно времени на то, чтобы заняться его сведением и доделыванием. Надеюсь, в ближайшее время выпустим», — говорил Илья как раз про то, что в итоге стало альбомом «И здесь, и с собой».

(продолжение в следующем посте)

Учитывая опыт Космоса на потолке, трудно уйти от соблазна не оценивать «И здесь, и с собой» как некий эмигрантский релиз, дающий надежду (предсказываю, что кое-кто от него так и не уйдет). Но факт остается фактом: 90 процентов альбома было готово на момент отъезда ребят из России. Есть песни, которые были написаны весной 2022: «Коллаж», «Целую», «Санденс» (но основную музыку Илья придумал больше 10 лет назад, предполагалось, что это будет песня Mari! Mari!), «Привет» (но вокальная мелодия и текст припева — из 2015 года), «Ключи». Что-то дописывалось уже в Японии — например, красивейшее шугейз-пост-рок месиво в «Ключах», супер-концовка, возвращающая нас к хрупкости (то, что в этой песне вообще нет барабанов, ей исключительно на пользу) и шепоту.

Еще тут есть дуэт с Ваней из проекта «Жарок», который очень любят и Вика и Илья (и я, если на то пошло, не могу себе представить более запоминающегося голоса в современной российской арт-поп-музыке) — трек вырос из старой Ваниной демки, при этом свой вокал и дополнительные гитары он прислал уже в 2024 году. Очень хорошо слышно, что это его мелодия, кстати — вот эти его аукцыоно-образные вокальные скачки тут сразу бросаются в уши.

Песни типа «Холодно» напоминают нам о том, что Космос на потолке — это все-таки рок-группа в первую очередь. Вот эти куплеты с ритмом на томах, и дерзкий припев — мне кажется, «дерзость» как новое качество атмосферы звука Космоса на потолке вошло в дом именно на этом альбоме.

При этом песня «Холодно» создана на основе демки 2018 года. Этот альбом — эдакая перекличка между прошлым и настоящим. Он дает надежду, но не на будущее, а скорее на то, что красота никуда не денется. В каждодневности ли, либо наоборот в каком-то контрасте рутине, либо в каких-то неожиданных внутренних изменениях — не так важно, в сущности.

«И здесь, и с собой» звучит так, словно Космос на потолке стали моложе и почувствовали почву под ногами. И голос Вики тут раскрылся на сто процентов — я толком не могу описать, почему. Дело может быть в чем угодно — от вокального микрофона до манеры пения, а то и навыка владения голосом, он же точно с каждым годом только растет. Голос Вики на «Здесь и с собой» какой-то особенно обаятельный и милый — я о том, как поются, например, припев песни «Привет», финал песни «Коллаж», из которого, кстати, как раз взято название альбома, или первый куплет песни «Целую». Понимаете же, да, о чем я?

«И здесь, и с собой» — несомненно, лучший альбом Космоса на потолке, песня «Ключи» — первая, которую я добавлю в этом году в плейлист «Лучшие песни 2025» (хотя, по-моему, альбом вообще без слабых песен). Для меня он — прыжок в 2019 год, самый лучший и стабильный в моей жизни, редкий промежуток, в котором мне было до мечтаний и надежд, и дрим-поп Космоса на потолке для меня — не музыка, а способ смотреть на жизнь и чувствовать себя немного лучше в моменте.

Ну, и ждем четвертый альбом, который будет создаваться (и, возможно, даже создается) в Японии, в нынешнем составе, на нынешнем опыте. Но, скорее всего, все равно на русском языке. Что не может не радовать, потому что в Японии группа прекрасно себя чувствует на концертах, даже несмотря на то, что их песен многие могут не понять. Можете прочитать об этом подробнее в первой части моего интервью с Космосом на потолке, которое я, к счастью, все-таки успел сделать относительно вовремя.

Умер Дэвид Линч. Для меня он был величиной уровня Ника Кейва и Дэвида Боуи. Я написал близким друзьям о его смерти, и они плачут.

Подумать только, но я только недели три назад нормально послушал его великолепный альбом Crazy Clown Time, в котором отстранённый индастриал-хоп с вокалом Карен О и добрый синти-поп про хороший день соседствовал с харизматичными безумствами в его фирменном стиле, напоминающими о группе Swans. Не только великий режиссёр, но и отличный музыкант. Очень грустно.

Не следует забывать не только о музыке самого Линча, но и о музыке, которой без Линча бы просто не было.

Пост-рок в последние годы стал каким-то чересчур мемным, почти постыдным жанром — над ним принято стебаться и улюлюкать, хотя я хоть убей не понимаю, почему. Слишком клишированная музыка, набор стандартных приемов? Ну фиг знает.

В этом смысле я предпочел бы стебать какой-нибудь нойз-рок, который обычно даже не стесняется того, что кто-то у кого-то подрезает, ну, и тот факт, что эту музыку можно играть, вообще не заморачиваясь о мелодиях, лично для меня перекрывает отсутствие слов у большинства пост-рок-групп. Честно, из-за того, что орать все горазды, мы в Батуми или в Ереване не могли найти группу, с который сыграть концерт, потому что все играют какой-нибудь хардкор-панк или дэдкор. Лучше бы они все играли пост-рок.

Мне кажется, новых видных пост-рок групп за последние лет десять не появляется как раз вот из-за этой маргинализации жанра, хотя маргинализировать пост-рок — это все равно что маргинализировать Роберта Смита и The Cure с их простыми мелодиями и соло на одной струне. Я был бы только рад, если бы начинающие гитаристы играли бы два аккорда на ритм-гитаре, простые мелодии на второй гитаре, нажимали белые клавиши на синтезаторе, расфигачивали бы барабанную установку под это дело и не стеснялись бы выходить с этим в люди и что-то выпускать. Собственно, группы, играющие нойз-рок, ровно так и делают — пробуют выпускать хоть что-то, и почему-то это воспринимают всерьез.

Опять же, говоря о клишированности пост-рока, некоторые описывают приемы — например, пропущенные через дилей трели под несложную гармонию — и, кажется, сами не замечают, что описывают ровно одну группу: Explosions In The Sky. Ну, и некоторых их менее именитых последователей. И то в отдельно взятый период (мы к этому еще вернемся). Если вы возьмете несколько знаковых пост-рок-альбомов нулевых — например, The Fall of Math, The Earth is Not A Cold Dead Place, All Is Violent All Is Bright и River Arms (менее обязательный альбом Balmorhea, чем All Is Wild, All Is Silent, но мне нравится куда больше), вы увидите четыре совершенно разных подхода к гармонии, к звуку, к заполнению пространства, вообще ко всему.

При этом есть некоторые элитарные группы девяностых, которые как раз принято любить и считать чем-то более трушным и интересным — типа Slint, поздних Talk Talk, Tortoise и Bark Psychosis, которые и дали имя целому жанру случайным образом. Очень люблю все эти группы, но сравнивать эту волну пост-рока и то, чем он стал в нулевые — это как сравнивать эмо конца 80-х типа Rites of Spring и вторую волну, возглавляемую Sunny Day Real Estate. Есть те, кто будет говорить, что одна волна интереснее другой, но нафига так говорить?

(Забавно, кстати, что эмо как раз избегает подобной участи — при том, что ценностно этот жанр роднит с пост-роком очень многое, и он тоже очень хорошо узнается, несмотря на разницу внутри подстилей. Над эмо сейчас смеются только те, для кого оно началось на My Chemical Romance и Fall Out Boy — и, в общем-то, на них и закончилось).

Группа Mogwai, под новый альбом которой, если вы не поняли по долгой-долгой преамбуле, все это и пишется, занимала, по-моему, промежуточную нишу между элитарным пост-роком девяностых и простецким пост-роком нулевых (так же, как группа Thursday зависла между двух волн эмо, звуча громче и резче, чем группы второй волны, но при этом так и не стала кем-то вроде Silverstein или Alexisonfire).

Кстати, возвращаясь к The Cure: Mogwai — одна из любимых, если не любимая группа Роберта Смита. К вопросу о влиянии The Cure на пост-рок и влиянии пост-рока на The Cure.

<продолжение в следующеи посте>

Mogwai — отнюдь не группа былых побед: их предыдущий альбом As the Love Continues стал первым релизом в их истории, который сразу же возглавил британский чарт, к удивлению самих участников группы. Еще этот альбом настолько впечатлил музыкального обозревателя Сергея Степанова, что в своем топе альбомов Mogwai от худшего к лучшему он поместил его не на какое-нибудь там, а сразу на первое место!

Это и не группа одинакового звучания: за свою историю они сформировали примерно три паттерна, в каждом из которых освоились довольно быстро. Во-первых, это гитарный пост-рок разной степени тяжести и динамики и с разным настроением. Во-вторых, это синтезаторный пост-синт-вейв, который то вплетается в гитарные текстуры, то существует как будто в отдельности.

В-третьих, это песни с вокалом — не только роботизированным отдаленным, как в классической Hunted By A Freak, а именно что полноценные песни, которые с пост-роком вроде бы никак не увяжешь. Такие песни были у них всегда: на первом альбоме, например, совершенно замечательный сэдкор-молебен R U Still In 2 It с куплетами от шотландского кореша Mogwai Эйдана Моффата из Arab Strap, на втором великая песня Cody, звучащая как замедленная самых мелодичных песен Bloc Party, которые выйдет только через шесть лет. На Mr.Beast 2006 года это душераздирающий триольный альт-рок Travel Is Dangerous — предположительно песня про гибель подводной лодки «Курск».

Другое дело, что лет десять назад Mogwai неожиданно всерьез увлеклись бодреньким поп-шугейзом и время от времени стали выдавать мелодические шедевры в этом жанре. Пока их можно пересчитать по пальцам, но все как на подбор — Teenage Exorcist (2014), Party In The Dark (2017), We’re Not Done Yet (2018) и Ritchie Sacramento (2021). Последние две так вообще шедевры, которые затмевают для меня даже мои любимые песни группы Nothing, а я очень люблю группу Nothing.

На новом альбоме, который называется The Bad Fire (шотландское сленговое слово, означающее ад, и я не могу не передать воображаемый привет группе Los Campesinos!), роль такой песни играет 18 Volcanoes — но она куда трепетнее и ранимей, чем вышеназванные шедевры, напоминающая скорее The Radio Dept. вперемешку со Slowdive. Песня отличная — собственно, как и почти всегда в последнее время, лучший трек на альбоме Mogwai — трек с вокалом, и The Bad Fire — не исключение, но все равно я не могу не представлять себе ее ускоренную и с дуболомными барабанами. Она и так звучала бы отлично, стала бы пятой в этом удивительно красивом ряду.

Главная проблема нового альбома Mogwai, по-моему, заключается в том, что я слушал его раз 12 весь день по кругу с колонки друга, когда сидел у него дома и работал, и никак не мог понять, слышал я уже такой-то трек сегодня или нет. Но точно не понятно, чья это проблема — группы Mogwai, которая не смогла сделать достаточно запоминающиеся вещи, или моя, потому что мой мозг еле усваивает новую информацию.

Если мы допустим первый вариант, это объяснит рецензии в духе «группа Mogwai выпустила еще один альбом, который такой же, как предыдущие» — настолько уважаемую и достаточно скромную при этом группу трудно ругать, а похвалить как будто и толком не за что.

Если мы предположим второй вариант, и я как следует напрягусь, в любимые треки непременно отправится задумчивый прогулочный пост-рок Pale Vegan Hip Pain, гитарная мелодия в котором говорит с тобой, заменяя вокальную партию, и восторженно-дикий всплеск непонятных эмоций на треке Lion Rumpus, и другая точка зрения на это же состояние в еще одном сингле с удивительно трогательным, как и всегда у Mogwai, названием Fanzine Made of Flesh (в последних двух присутствиует роботизированный голос Барри Бернса).

Не знаю, как это работает у вас, но мне иногда нужно напрячься, чтобы что-то оценить. В этом смысле ума не приложу, как вы обозреваете по столько альбомов так часто. На то, чтобы как следует врубиться в один, уходит столько сил, что просто караул. Серьезно, раскройте свой секрет, уважаемые коллеги!

<окончание в следующем посте>