В общем, я дочитал Танец с драконами.
Что тут можно сказать? Слава Молодому Грифу! Особо даже не знаю, что.

Забыл, оказывается, эпилог, про Кивана Ланнистера и Вариса, почему-то стерся из памяти.

Виден шов посередине последней книги: первая половина это скорее кусок из четвертой, вторая — новый том. Это, наверное, печально, т.к. может быть симптомом того, что автор уже прогибается под тяжестью созданной им огромной махины. Ну точнее, прогибался в 11 году, сейчас, не дай бог, придавило уже.

Мартин все-таки не Толстой, у которого Война и мир растет, как дерево, будто всегда тут была, и где невероятно странным кажется в конце прямое обращение автора. Автор? Тут еще и автор был? Это же просто кусок жизни, нет?

В лучших местах у Мартина тоже это есть, но иногда, особенно в последней книге, что-то царапает. То Серсея вдруг вспоминает предсказание, внезапно взявшееся из ниоткуда. То запутанная коллизия разрешается сама собой, то новый персонаж вдруг проваливается куда-то, оставляя только недоумение — а зачем он был вообще?

Остается только надеяться, что это все только показалось, из-за того, что очень уж устал читать — все пять книг за полтора месяца. (Я даже в душе читал!)

Сейчас лениво листаю книжку «Русскую культуру заговора» и еще закинул «Заххок», по рекомендациям Юзефович и др.

Подъехал первый российский Netflix Original! Это будет экранизация "Анны Карениной", а главную роль сыграет Светлана Ходченкова.

Когда ждать выхода и кто ещё в актёрском составе — пока неизвестно, но очень интересно!

Анна Каренина:
...как ни белы, как ни прекрасны ее обнаженные руки, как ни красив весь ее полный стан, ее разгоряченное лицо из‑за этих черных волос...
...Это была не картина, а живая прелестная женщина с черными вьющимися волосами, обнаженными плечами и руками и задумчивою полуулыбкой на покрытых нежным пушком губах...

Ну чет мискаст, не?

Прочитал Пищеблок Иванова. Очень классно, и сеттинг мне особенно близок.

Про Пищеблок. Иванов, как мне кажется, единственный, кто умеет сейчас в России писать интересно. Хотя я мало читаю русского современного: все какая-то дрянь попадается, вроде Петровых в гриппе, но поди если бы кто-то был вот интересный-интересный, я бы знал.

Раньше главным «увлекательным» бы Акунин, но давно уже растерял талант так писать. Помню, как я впервые его читал: взял в библиотеке (это раньше были такие учреждения по аренде бумажных книг), три черненьких книжки, открыл первую, помнится, Смерть Ахиллеса. В отзывах были выдержки из газет (такие одноразовые ньюсфиды на бумаге): «Не начинайте читать эту книгу, если вам завтра на работу, не сможете оторваться!» Я ухмыльнулся, посмотрел на часы, было 11 часов вечера. Закрыл книжку я в 10 утра, когда дочитал.

«Не обманули», — подумал я.

А сейчас даже вроде бы неплохой роман про Масу читается, как стрижка ногтей у Козьмы Пруткова, «чтобы доставить постоянное, но легкое занятие».

И так же, как Акунина тогда, я читал «Золото бунта» Иванова. Даже мой отец дал рецензию в духе «Вот это нормальная книжка, интересная. Как раньше книжки были». Это у него лучшая похвала.

«Сердце Пармы» поначалу оттолкнуло совсем уж забористым «рассупонилось солнышко, расталдыкнуло свои лучи по белу светушку», но потом вчитался. Это чуть ли не единственный роман про то, как именно Россия прирастала Сибирью (и куда делись те, кто там раньше жил).

«Бытовой» Иванов, «Общага на крови», «Блуда и МУДО», «Ненастье», не зашли вообще, хватило страниц на 30, хотя многие друзья читали и хвалили.

А вот «Географ» понравился, разве что, когда пытался через пару лет перечитать его в «авторской редакции», немножко оторопел. Редакторы первого издания, видимо, надавали тогда малоизвестному Иванову по сусалам, и сильно почистили роман от мусора.

Иванов, который как слон, никогда не забывает и никогда не прощает, ждал годами, чтобы отомстить, и когда вышла экранизация, продавил свой, «правильный» вариант.

Если меня не подвела память, то новая авторская редакция отличалась от первой только какими-то невероятно всратыми приговорками в стиле Круглого, которые через слово стал выдавать главный герой, и вся книжка стала какой-то мерзкой и кринжовой.

ту би континьед

Почему Иванов такой злой?

Иванов пламенно ненавидит критиков и своих собратьев по перу, и постоянно в них плюет. Они в ответ его не любят тоже, но в последние годы приходится утираться — все уже знают, что Иванов большой писатель.

Но так было не всегда.

Началось все с «Сердца Пармы». Было это давно, в начале 2000-х. Иванов к тому времени уже написал «Общагу» и «Учителя», но еще толком нигде не печатался, в каких-то местных пермских журнальчиках разве что. Судя по всему, его и в родной Перми крепко не любили уже тогда. Очень уж неуживчивым оказался начинающий писатель — не хотел дружить с кем надо и уважать мэтров.

Иванов написал новый роман, исторический, с очень любопытным языком и масштабным сюжетом и стал носить по издательствам. Получилось напечатать сразу и в Перми, 500 экз., и в московском издательстве «Пальмира», 14 тыс. экз., что для книжки начинающего автора весьма неплохой тираж.

Это был разъёб. Все, кто читал, ходили, как ошалелые. Носили книжку в руках и всем показывали: «Читали?» «Сердце Пармы» сразу понравилось всем: читатели обыкновенные, обыватели, нахваливали увлекательность и классный сюжет. Читатели опытные оценили масштабное «рассупонилось солнце по косогорам», особенно когда выяснилось, что чуть ли не все эти «народные говоры» Иванов придумал сам. Роман читался как 100% исторический, хотя собирался, по большому счету, из обрывков — очень мало сохранилось достоверных данных о том, что там происходило в Сибири в XV веке.

В общем, это был хит, которому все прочили Букера, главную книжную премию нулевых. Но тут началось что-то странное. Букера не просто не дали, а даже не включили не то что в шорт-лист, а и в лонг-лист тоже. Причем с небывалой формулировкой: «отказано ввиду отсутствия признаков романа».

Иванов очень обиделся, жгуче, больно, на всю жизнь.

Скрежеща зубами, он тут же написал «Золото бунта» — еще интереснее, еще остросюжетнее, а еще и немножко упростил язык, который иногда действительно мешал читать первый роман. Яйцеголовые московские критики ходили и поплевывали: «Вот видите? Мы вам сразу сказали, что этот Иванов — плебей».

Но читатель ревел от счастья и просил еще. Издали Географа, издали ранние романы, все большими тиражами.

Писания яйцеголовых москвичей, как вы понимаете, на хрен никому не нужны, хоть им десять букеров дай, так что они ненавидели Иванова все больше. А уж он-то их и не переставал.

Потом были экранизации, телепроекты, сценарии к фильмам — Иванов уехал жить в Англию и нанял себе стилиста. А московские критики остались есть говно — Букер уже лет пять как почил в бозе, журналы их никто как не читал, так и не читает, разве что грант какой урвут от щедрот.

А Иванов в стильной кепочке рассказывает Дудю, поплевывая в волны речушки Эруэлл, что в Манчестере, мол, был такой эпизод в биографии, обидели меня.

ту би континьед

Ну и про Пищеблок, наконец.

Пройдя через горнило испытаний всем подряд, а в последнее время уже и медными трубами, Иванов решил, что пора «учительствовать». Если уж писать про Урал — то обязательно выводить особую «горнозаводскую цивилизацию», если про петровскую Сибирь — то с замахом на судьбы России, если про Разина — то про борьбу двух цивилизаций, «казацкой» и «земледельческой».

В общем, просто написать книжку — это уже не про Иванова, надо обязательно выводить на глубинные смыслы и если уж замахиваться, то сразу на «войну цивилизаций».

Пищеблок (дальше спойлеры) — про пионерский лагерь в 80-м году. По телевизору — Олимпиада, в корпусах рассказывают страшные истории, поют отрядные кричалки, воспитатели заводят романы и боятся гнева начальства. И пьют кровь. Вампиры, по ночам высасывающие пионеров, днем — идеал коммуниста: они всегда за, они активисты, покусанные ими пионеры подчиняются без раздумий.

Вампиров от солнца защищают амулеты: шейные повязки цвета крови и сатанинские пентаграммы. То есть пионерские галстуки и значки.

Но главные герои идут против системы, не хотят быть покусанными и вливаться в общий хор правоверных коммунистов вампиров.

Вот с таким замахом метафор и связана моя единственная претензия — аналогия с СССР очень уж на поверхности, и ей в угоду приносится в первую очередь детективная интрига. Мне все было понятно было уже странице на тридцатой, я разве что ждал одного — хватит ли автору духу вербализовать эту свою нехитрую аналогию?

Не хватило. Так и осталось фигой в кармане — вампиры это «метафора», СССР не был империей кровососов, это все такое «иносказание». А я уже рассчитывал на «вампирские кланы», или что Ленин не просто так в склепе лежит до сих пор. Ну нет так нет, а жаль.

Но зато все остальное — огонь. И пионеры классные, и комми-упыри, и хулиганы, и вообще пионерский лагерь.

Бонус: можно двумя способами читать — как роман про вампиров, с экшоном и крипотой, и, небольшим усилием переключая оптику, — как роман про поздний СССР, про конформистов, «систему» и борцов с ней — свободных людей, которые не хотят умирать в духоте.

Два в одном!

Вернул 2010: читаю Пробуждение Левиафана и смотрю Грань

Кстати, Пространство отлично заходит. Это циикл из девяти книжек (и сериал еще есть), сейчас вот выходит девятая, я на середине второй.

Бесят сильно клиффхэнгеры: главки коротенькие, и только что-то начинает двигаться, автор тут же переключается на другого персонажа.

Мартин вот как раз мастерски с этим работает: вроде и интересно, че дальше будет, и не чувствуешь, что тебя наебывают.

Самое крутое там, конечно, футуризм: будущее, на Земле живет 20 миллиардов, на Марсе — четыре, на поясе астероидов еще меньше. Марс независимый, Пояс — непонятно, формально просто коммерческая недвижимость земных/марсианских корпораций, но люди там четко знают, что они — астеры, не чета этим коротышкам из гравитационного колодца.

Астеры родились и выросли в невесомости/при пониженной гравитации, очень высокие и с тонкими костями, с особым жаргоном, собранным чуть ли не из всех земных языков. Земляне — бездельники, жирующие на базовый доход, марсиане — воинственные первопроходцы, жертвующие всем ради терраформирования Марса.

Один из двух героев первой книжки — Миллер, коп с Пояса, очень пьющий и в шляпе. Формально он не из полиции, а из службы охраны, проблемы юрисдикции там очень запутанные. На 100% уверен, что Гарри Дюбуа из Диско Элизиум — его дальний родственник.

Дальше там инопланетные всякие штуки, не буду уж пересказывать сюжет, и тоже вполне неплохие. В сериале, по-моему, весь этот космо-расизм выкинули, а это примерно половина всего, что там интересно.

https://zen.yandex.ru/media/galina_yuzefovich/chto-ne-tak-s-russkimi-perevodami-stivena-kinga-6124aad301871c067c6a6b3e

Раздался пронзительный крик со стороны переводческого сообщества!

писал про это вот, от этого поста и ниже

Я дочитал восьмую (!) книжку цикла Пространство Джеймса Кори. Девятая и последняя выходит в США через пару недель, и этот космический долгострой наконец-то закончится.

Кори — это на самом деле два мужика, один биолог, другой писал средненькое фентези. Первую книжку Пространства они написали в далеком 2011 году, по пути появился еще и сериал, говорят, неплохой, но скучноватый.

Сериал шел на SyFy, и его собирались закрывать за низкие рейтинги, но тут вышел Джеймс Безос из Амазона, тот самый, который недавно сжег несколько тонн невосполнимых углеводородов, чтобы скатать свою жопу орбиту, и сказал, мол, АЛЁ ЭТО МОЙ ЛЮБИМЫЙ СЕРИАЛ. Теперь выходит на Амазоне, видимо (на торрентах они все одинаковые, лол).

Стоит вам читать эти книжки? Не знаю. Я под конец уже домучивал, ну дрянь же, дрянь, зачем вы это пишете? Это точно та же книжка, где Миллер шел по захваченному протомолекулой Эросу в поисках Джульетты Мао? Это точно та книжка, где огромный корабль, построенный мормонами для тысячелетнего пути среди звезд, летит уничтожить тысячи людей — но людей ли? Это точно та же книжка… Ну, впрочем, спойлерить не буду, вдруг кто-то все-таки решит читать.

В общем, книжки скатываются (кто бы мог подумать!) В первых двух-трех-четырех место действия — коридоры станций, где растут дети, никогда не видевшие неба, а если бы и увидели, то пришли бы в ужас, атмосферу ничего не держит, АААА! Место действия — рубка боевого марсианского корабля, захваченная оборванцами с водовоза, которым так понравилось иметь свой боевой марсианский корабль, что теперь за ними охотится вся система Сол. Место действия — непостижимая (богохульная!) пустота врат, ведущих в иные миры. Да блин, даже неведомые планеты со странными зверьками с непостижимой (богохульной!) биохимией были норм — можно было вывернуть из космооперы «вакуумной» в «планетарную», вроде как у Стругацких.

Но знаете, где происходит действие восьмой книжки? Во дворце, блядь! Натурально, дворец. В нем сидит злой царь. У царя дочь. Да, окей, это генерал Дуарте, глава Лаконии, планеты, поставившей Вселенную на колени. Да, окей, он бахается протомолекулой и поэтому теперь не вполне человек. Но это сраный дворец! Это комнаты, по которым ходят люди и болтают. Это скучно! Это какая-то дрянь, я не подписывался читать про людей, которые ходят по комнатам! Я хотел читать про Миллера, которых ходит по коридорам Эроса, оплетенными перерожденными трупами, выхватывая взглядом то грудную клетку, то искаженное в крике лицо!

Отбитые водовозы, подонки системы Сол, к восьмой книжке стали какими-то девочками, которые хорошо дружат и вместе пьют чай. Эй, в начале они пили кофе, я хорошо помню! А теперь аниме, в конце все садятся в кружок, протягивая друг другу «груши» (перегрузки же) с чаем и такие, ах, это было приключение, но все-таки мы вместе!

В общем, первые одна-две-три книги хороши, на сколько вас хватит. Если вдруг зайдет, очень понравятся персонажи или захватит главная интрига — в принципе дочитать до конца можно, я дочитал. Но в целом того не стоит.

Если хочется вам почитать космооперу, почитайте лучше вот это: https://fantlab.ru/work24138
Три книжки (не девять!), у кораблей релятивистские скорости+порталы, как и в Пространстве, охереннейшие просто гоночки на этих кораблях, с такими-то вычислениями парабол полета и превозмоганием.

В общем, если вы прочитаете эти три книжки И Ложную слепоту, получите в десять раз больше того, что размазано тонким слоем по восьми (скоро будет девяти!) книжкам Кори.

Чет я уже два раза сходил и наполовину перечитал, а про Дюну не пишу.
Вот вам табличка с именами в русских переводах:

Несколько наблюдений:
А. Новый единственный сообразил, что Елена Моахим — она не «Гаюс», а Гай, как Gaius Julius Caesar, видимо, латынь не прогуливал, в отличие от остальных.

Но зато у него и самый смешной доктор Уй Уйе — Юх.
Эй, дубинущька, юхнем! Эй, зеленая сама пойдет!

На голову больной Вязников перевел имена почти нормально, но зато главного героя назвал ПАУЛЬ. Еще и эссе написал, «Его звали Пауль»: «...холодноватое «Пауль» — имя куда как подходящее для этого персонажа! И всё, возражения не принимаются.» Лучше бы он что-нибудь холодноватое к голове своей приложил. Там же и Оранжевая Католическая Библия, которую он решил не переводить как католическую. Ведь это ж неважно, что через 20 тыщ лет остались какие-то оранжевые католики. Зато если перевести «католический» буквально, будет чето там, поэтому он «католическая библия» перевел как «эйкуменическая». Ну больной человек, я же говорю. Вот, сами почитайте: https://thedune.ru/stati/mneniya-o-dyune/ego-zvali-paul-zametki-perevodchika/

«Системный» и «малиновая» — это любительские переводы, сделанные отчасти, как говорят, и тогдашними автоматическими переводчиками (на перфокартах что ли? Где такие кривые перфокарты взяли тогда, вопрос) в Ереване (!). Я про такое писал где-то выше, про переводы Кинга, реально подвал, а там армяне в нарды играют Дюну переводят.

У меня как раз такой перевод в детстве был, раза три читал. Немножко обескураживало, что страницы связного текста перемежаются какой-то ахинеей, просто набором бессвязных слов, но я списывал это на злоупотребление персонажей спайсом.

Ну и после кино на английском могу вас заверить — этот вот системный хотя бы по именам/терминам самый адекватный. Если там сардукары, то они сардукары, а не сардаУкары, если там kris knife, то и будет крис-нож, а не «нож крис» (крис это такой малазийский нож кривой).

В кино, кстати, ориентируются при дубляже на перевод Соколова, было переиздание в 19 году, и вроде как должны были перевод потянуть. Оттуда и и «хедераХ» и мерзейшая «специя».

Это все ерунда, скажете вы, ну сколько там эти имена занимают в тексте? Ну да, вы правы, но...

Но это раздражает невероятно! Ну очевидно же, больная ты глухая свинья, ну какой Пауль? Ну какой хедераЧ? Ну ты погугли что ли, сволочь, ну везде он хедераХ, и слово это из иврита, и там это хедераХ, и по-русски это ублюдочно звучит, рогач, секач и хедерач. Ну пожалуйста, ты же тоже человек? Или нет?

Вот поэтому такой подрыв: переводчик и так странная фигура, промежуточная, и читатель полностью в его власти. Захочет — будет хедераЧ, захочет — напорет отсебятины, вставит приколы и приветы родным. Ладно автору это можно простить, но ты-то кто? Мы тебе доверяем вообще-то.

ПС А если в «Малиновой» и «Системной» Дюне нормальные имена, как там De Vries превратился в де Гриза?

Это шутка такая от подвальных армян — гы гы, де Вриз, ну типа как Джеймс Боливар ди Гриз, Стальная крыса.