Уфф. Что-то давно не писал. Занимался котами в основном.

Прочитал Марка Твена, Простаки за границей или Путь новых паломников. Это довольно странная книжка. Марк Твен у нас проходит по разряду детских писателей, Том Сойер там, Принц и нищий. Веселый сказочник. Ну и немножко странно читать такое: Я жил с индейцами, выходил с ними на тропу войны, охотился с ними — на кузнечиков, помогал им красть скот; я скитался с ними, скальпировал их, ел их за завтраком. Я с наслаждением съел бы всю эту породу, будь у меня такая возможность.

Мягко говоря, это неполиткорректная книжка.

Молодой (32-летний) Марк Твен — восходящая газетная звезда. Он пишет юмористические рассказы сразу во все газеты Сан-Франциско, недавно съездил на Гавайи. Билет на его лекцию с рассказом о том, как он съездил, стоит доллар (тогда доллары были здоровенные, не то что сейчас, на доллар можно было шесть пар носков купить!)

Он придумывает бизнес-план — съездить еще куда-нибудь. Например, в Европу. Но кто захочет слушать про вонючую нищую Европу? Какая-то абсурдная мысль — просто ездить в другие страны и глазеть на всякие штуки? Зачем? (Туризм в 1866 году еще не изобрели). Поэтому поедем в Иерусалим поклониться Гробу Господню, а в Европу уже так, по пути заскочим.

Под это дело наняли целый отдельный корабль, набили его паломниками и отправились в путешествие.

Примерно все путешествие выглядит так: богатые американцы спускаются на берег. Видят вонючих нищих местных. Пытаются знаками объяснить местным, что их Париж/Рим/Венеция — говно, а они сами — вонючие дикари. Едут дальше.

Во французских гостиницах нет мыла, т.к. французы не моются. Итальянки: «чуточку усатые дамы прекрасно одеты, но некрасивы». Венеция — арканзасский городишко, затопленный весенним паводком.

А уж когда добираются до магометанских земель! Вонючие, облепленные мухами, навязчивые, орущие магометане окружают праведных американских христиан. Христиане бросают в магометан бакшиш, и их ненадолго оставляют в покое. Любой магометанин за бакшиш сделает что угодно — например, добежит с вершины одной пирамиды до другой за восемь минут. И еще раз! Смотри, получишь доллар! Сердце покалывает? Давай еще раз — бакшиш! Смотрите, побежал.

Примерно две трети книги — не Европа, а Египет, Палестина, Иерусалим. Вонючие нищие, держащие на руках нищих детей, настолько глупые, что не догадываются отогнать мух, облепивших детские глаза. Все, что им нужно — бакшиш, и они не отстанут. Они примерно такие же мерзкие, как индейцы. У этих людей есть и другие черты, которые я заме­чал у благородных краснокожих: на них кишат парази­ты, и тела их покрыты корой запекшейся грязи.

И эти человеческие отбросы, как мухи глаза, облепили святыни — Назарет, священное море Галилейское, Капернаум и Вифанию. Иерусалим облепили не менее гнусные католики.

Читать это довольно сложно — предполагается, что я должен не меньше автора разбираться в библейской географии, чтобы понять отсылки, юмор и возмущение.

⬇️⬇️⬇️

⬆️⬆️⬆️

Но! Есть одна страна, которая Марку Твену понравилась. Там живут нормальные люди, они моются, они заняты делом, разве что есть небольшие экзотические черты:

Сойдя на берег, я ступил на мостовые Одессы, и впервые после долгого-долгого перерыва наконец почувствовал себя совсем как дома. По виду Одесса точь-в-точь американский город: красивые широкие улицы, да к тому же прямые; невысокие дома (в два-три этажа) — просторные, опрятные, без всяких при­чудливых украшений; вдоль тротуаров наша белая акация; деловая суета на улицах и в лавках; тороп­ливые пешеходы; дома и все вокруг новенькое с иго­лочки, что так привычно нашему глазу; и даже густое облако пыли окутало нас словно привет с милой наше­му сердцу родины, — так что мы едва не пролили бла­годарную слезу, едва удержались от крепкого словца, как то освящено добрым американским обычаем. Куда ни погляди, вправо, влево, — везде перед нами Амери­ка! Ничто не напоминает нам, что мы в России. Мы прошлись немного, упиваясь знакомой картиной, — но вот перед нами выросла церковь, пролетка с кучером на козлах, — и баста! — иллюзии как не бывало. Купол церкви увенчан стройным шпилем и закругляется к ос­нованию, напоминая перевернутую репу, а на кучере надето что-то вроде длинной нижней юбки без об­ручей.

Делегацию американцев принял Александр II, который как раз был в своем летнем дворце в Ливадии — и тоже оказался прекрасный человек!

Здравствуй, любимый дневничок. Книжек я особо никаких не читал (хотя перечитал Артемиду Уира, который Марсианин — а она не так плоха, как показалось в первый раз). Зато смотрел ютуб. В последние пару недель каналы, на которые я подписан, как сговорились и почему-то все говорили про сон. И еще про Пруста, хоть начинай читать, в самом деле. Я посмотрел лекцию сомнолога, мозговеда, потом еще одного сомнолога. Естественно, в голове у меня все перепуталось (типикал научпоп) и я породил свою собственную, особенную теорию сна.

Итак, дальше вы познакомитесь с ничем не подтвержденной теорией сна от рандомного чувака из интернетов, космического масштаба и космической же глупости. В свое оправдание скажу, что предположения ученых примерно такие же — мож так, а мож и не так, дело темное. Например, ученый дид в Куджи излагает такую теорию: если ты зверушка когда-нибудь в девоне, и ты постоянно бегаешь, круглосуточно, шансы, что тебя сожрут, довольно высокие. А если на треть суток ты куда-нибудь затихаришься, шансы быть сожранным снизятся соответственно, на ⅓. А чтобы было не скучно, покажут мультики.

Это был обзор научных подходов к проблеме.

Но это такая, экстравагантная теория, общее мнение примерно такое: во время сна мозг делает что-то непонятное. Нейроны занимаются своими делами, вероятно важными, устаканивают и перепаковывают свое нейронное хозяйство. В общем, делают уборку. По методу Мари Кондо, да, вы правильно поняли (на самом деле все посты в этом канале связаны в один большой метатекст, ключ к которому пока скрыт).

Так вот, моя теория в том, что в процессе этой уборки постоянно что-нибудь выбрасывают. Если вы что-нибудь забыли, никто не скажет, что это было. Ваше воспоминание исчезло, нейрон вытащил его с антресолей, взвесил, измерил и нашел легким — и вы забыли его навсегда.

Сон — это навсегда умершее воспоминание.

На днях нейроны мне показали сон — мечту 14-летнего мальчика.

Лежишь в больнице (или где-то еще, в кампусе колледжа, в пионерском лагере — в общем где-то, где подростки собираются и вместе живут). Внезапно великолепная «интересная» девочка, которая смотрит кино на большой кровати и ест чипсы, говорит тебе, сидящему на полу: «Давай сюда». И закидывает на тебя ноги, вы вместе смотрите кино, хохочете, толкаетесь. Входит ее приятель, из очень крутых парней: ого, так вот на кого ты меня променяла! «Да, променяла!» Ты начинаешь с ним весело пикироваться, но постепенно градус конфликта повышается.

Дальше, как обычно во сне, пропуск скучного развития сюжета — и вот ты уже прикручиваешь его проволокой за кольцо в носу к трамвайному рельсу. Как тебе такое? Трамваи скоро пойдут, скоро пять утра! Готов вырвать кольцо? Испуганный взгляд сменяется на спокойный, он дергает головой — и кольцо вылетает из носа.

Тебя окатывает волной сделанной ошибки — да зачем, я бы обязательно отвязал, это же шутка, шутка была! Тут внезапно из-за угла выворачивает трамвай — и вы оба понимаете, что ты бы не успел. Благородный хулиган смотрит на тебя и достает большой рыболовный крючок — а теперь ты мне должен. Справедливо. Проколю тебе ухо — показывает на свое с серьгой. — Блин, ухо? Нуу да, справедливо. Пойдем обработаем крючок спиртом хотя бы (кажется, это была все-таки больница). Возвращаетесь, вместе с уже настоящим другом, туда, где ждет теперь уже точно твоя девочка.

Короче, мне приснился фанфик. Какое воспоминание умерло? Какой-нибудь дурацкий фильм про колледж? Какая-то деталь, ощущение, мимолетная мысль, промелькнувшая в краевой больнице в 1996 году, когда я на меня закинула ноги «интересная» девочка и мы хохотали и толкались? Бог весть.

Проверяю тут текст один, полез что-то в Академосе посмотреть. Это такая Библия для корректоров, как там написано, так они и будут исправлять. Что? Фэшн-индустрия? Фешен, ФЕШЕН, дубина. В Академосе написано.

Наткнулся там на чудесный раздел — СЛОВА-ФАНТОМЫ: https://orfo.ruslang.ru/index1

Оказалось, это такие слова, которые раньше были настоящие слова, а потом вернулся из командировки профессор Титанушкин приехала комиссия и выкинула их к черту. Много чести!

Например, выкинули гоа-музыку. Ну правильно, я считаю. Грех это.

Поганой метлой вымели маркет. Тоже правильно. Правда, мини-маркет почему-то не вымели, только дефис убрали. Готовься, мол, шпанюк, ты следующий.

Вычистили петербургера и секс-бизнесмена. И давно пора было. Еще бы за ними хорошие, ценные слова пересчитать — не пропало ли чего?

Загадочную цуг-машину, кряхтя, выносили четверо грузчиков — здоровенная, собака.

Официально запретили волтузить, водянеть и носить шеклтоны вполикры.

Дважды бороздчато-зубчатый шел на эшафот с достоинством. Когда вызывали с вещами, он вздохнул, пожал руки соседям, гумикопалу и маршаллу, собрал в корф свой нехитрый скарб: суппер, телеком и фанбокс, и пошел в услужливо открытую надзирателем дверь.

По шансон-радио играло хип-хоп-техно.

Бабий век — сорок лет

Хотел пост подгадать к 8 Марта, но не успел. Поэтому держите рецензию на настоящий женский роман, впервые на нашем канале! И не говорите потом, что про вас помнят только 8 Марта — иногда к восьмому мы не успеваем.

Но зато написал большой пост, в телеграме читать будет неудобно, держите ссылку: https://telegra.ph/Babij-vek--sorok-let-03-16

Отдельно вот вам кусочек:

Тетка в янтарях

Тут подробнее, типаж этот, насколько мне известно, нигде не описан, но я уверен, что сейчас у вас в голове щелкнет: «Черт, да, я таких знаю!» (уникальный контент только на нашем канале).

Как правило, это тетки. Но вовсе не обязательно, хотя если дядьки, это немножко другая история, о которой позже. Лет им может быть сколько угодно — от 20 до 60 примерно. Они обычно довольно корпулентные, почему так — не знаю. Они «интересные» — их побаиваются другие тетки, признавая за ними многие волшебные свойства. Из украшений они предпочитают какую-то такую дичь, которую и украшениями сложно назвать — крупные браслеты из каменюк, янтарь, какие-нибудь этнические подвески. Уверены, что «там что-то есть», благосклонны к картам таро, гороскопам, нумерологии и гадании на птичьих внутренностях. Глупы как пробка, но зато очень внимательны к тому, что происходит внутри их объемистого тела — какие там промелькивают чувства, желания, мысли? Кажется, это называется «эмоциональный интеллект», но не уверен.

Раньше таких теток было очень много, естественно, с раннего детства я их пламенно ненавидел. Потом как-то они потускнели, поистерлись и почти пропали — но вдруг я с оторопью начал снова их замечать. Да что там, я начал их замечать среди своих сверстниц! Загадочны женские превращения — ведь и нынешние бабки (ну это очевидный типаж, думаю, не надо объяснять) всего лет 20 назад были еще совсем другими. Кто им рассказал, где купить тележку, какое пальто надеть летом, как стачать странную шапку — знак их цехового товарищества. Какая-то рассылка может есть, или из собеса приносят памятку, не знаю.

После прошлого поста от канала отписались четыре человека. Ну да Бог им судья.

А меня он натолкнул на размышления от тяжелой женской доле (тут надо душераздирающим дактилем:
ВСЕВЫНОСЯЩЕГО РУССКОГО ПЛЕМЕНИ
МНОГОСТРАДАЛЬНАЯ МАТЬ!)

Вспомнил про, как мне кажется, незаслуженно малоизвестную сейчас Евгению Гинзбург и ее Крутой маршрут.

Как-то она выпала из современного круга чтения, нет? Солженицына и Шаламова все если не читали, то знают, а ее почти не вспоминают. Хотя модная несколько лет назад Зулейха открывает глаза Яхиной просто берет и передирает чуть ли не половину книжки, и все равно в редкой рецензии на Зулейху вспоминают Гинзбург. Загадка.

А книжка мощщная! Биографическое повествование — с 37 года до 53-го. Ну я думаю вы уже поняли, про что — КАЛЫМА! (Не узнавшие цитату могут ознакомиться с первоисточником в комментариях).

Лагерная проза, женская лагерная проза, если быть точным. Толстенная книга в 880 страниц. Всё начинается в Казани, где жену председателя горсовета Аксёнова вызывают на Черное Озеро, в областное управление НКВД, «прояснить вопросик». Вопросик оказывается десяткой с конфискацией.

Дальше — сам крутой маршрут, и он действительно крутой, не поспоришь. Бутырка, Ярославка, этап, Колыма, Эльген (по-якутски «мёртвый»), Таскан, Магадан. Страшные для русского уха слова!

Если вы читали Солженицына и Шаламова, вряд ли что-то вас удивит: ад, кошмар и безумие. Но когда видишь это с неожиданной стороны — со стороны «женской зоны», понимаешь что-то еще.

Деткомбинат — это тоже зона. С вахтой, с воротами, с бараками и колючей проволокой. Но на дверях обычных лагерных бараков неожиданные надписи. «Грудниковая группа». «Ползунковая». «Старшая».

Плакать придется больше, мне кажется.

Как-то она провалилась между Солженицыным и Шаламовым. Шаламов страшнее, Солженицын более обстоятельный и энциклопедический. А тут частная история, плюс, как я понимаю, сами репрессированные книжку не очень любили — коммунистка рассказывает, как ее мучали коммунисты, ну и поделом. Она была популярна в сам- тамиздате, конечно, но все равно как-то не так. Нечестно, мне кажется, для меня они втроем составляют цельную картину эпохи, которая без Гинзбург будет неполной.

P.S. Когда в первый раз читал, ну Аксёнов и Аксёнов, Вася-сынок, приехал в Магадан в каком-то хипповском пиджаке. И как-то не сложилось вместе, хотя она там даже про его писательство что-то говорила. А потом читаю — мать Василия Аксенова, того самого, который Остров Крым. Бывает же.

P.P.S. Следующий пост про Бронепароходы Иванова, читаю сейчас, пока Акунин-Акуниным, но хороший.

В комментариях к предыдущему посту автор прекрасного канала Yashernet (откуда ко мне пришла треть подписчиков, по-моему), оставила ссылку на свой пост про Крутой маршрут: https://t.me/yashernet/745

Подписывайтесь на нее, хороший канал. Это Жанна Пояркова, как меня уверили, очень уважаемый человек в определенных кругах (сам я, к сожалению, всегда сидел в других инфопузырях). Вот тут можно почитать о ее заслугах и преисполниться: https://heresyhub.com/zhanna_poyarkova/

Ну и последний пост про Крутой маршрут: она там много пишет про мезальянсы, неравные браки, которые заключали только что выпущенные из лагеря женщины. Она — профессор германской филологии, он — шофер, с нее домашнее хозяйство и половые услуги, с него — «сахар-масло-белый хлеб». Иногда это даже любовь — живые люди же, и шофера бывают нормальные, душа в душу потом живут.

А иногда, конечно, трагедия: https://youtu.be/PhtyhuzW_RE
(страшная песня, аккуратно)

Отложил пока Иванова, там что-то опять сюжет не завезли, как в Тоболе.

Давно вспоминал Шолохова, Тихий Дон меня ПЕРЕПАХАЛ несколько лет назад, а Поднятую целину я читал в школе и забыл всё, кроме деда Щукаря и какой-то бабы, у которой грудь торчала в разные стороны, как у козы (в школе меня этот образ поразил до глубины души).

Начал перечитывать, и пока как-то я обескуражен. Сейчас на Арзамасе есть прекрасный курс «Новая литература в новой стране: о чем писали в раннем СССР». Платный, но на Арзамас надо подписываться, он один поддержка и опора в наши тревожные времена. В курсе много и хорошо рассказывают про Платонова, Зощенко, Пильняка, Вагинова — странная литература странного времени.

И вот я не пойму — это Целина просто дрянь или это какие-то языковые искания? Глубокий смысл? Казаки Тихого Дона говорят, как в зощенковской коммуналке, все до ужаса фальшивые и корявые. Это такой формалистский трюк? Мол, с трудом и потом осваивают своими мозолистыми языками новые слова, слова светлого колхозного будущего?

Разрешите вас по-простому, по-пролетарски это самое

Я дочитал Поднятую целину. В каком еще канале вы прочитаете отзыв о Поднятой целине, м?

Это было сложно, и в целом впечатления остались какие-то тоже сложные.

Несколько заметок на полях:

Она интересная! В комментах меня попрекнули, мол, в Тоболе есть сюжет. Ну нет, в Тоболе происходят какие-то малосвязанные друг с другом события, все действующие лица — второго и третьего плана, прочитал — про что книжка? А черт его знает, про Тобол, получается. А тут хотя бы есть сюжет (правда, разваливающийся к концу): в хутор Гремячий приезжает товарищ Давыдов, балтийский матрос с щербиной в передних зубах (щербина это вроде просто щель, но там по тексту у него передних зубов вообще нет). Этот социалистический Горшок — председатель будущего колхоза, в который надо собрать гремячских казаков-поселян. И это увлекательно: как ему не верят крестьяне, но постепенно он делает всякие штуки, завоевывая их доверие, сволочи-кулаки под личиной завхозов плетут свои гнусные сети, укрывая белое офицерье в сараях. Читаешь и действительно хочешь, чтобы этот сраный колхоз уже построили, получили от него всякие профиты, а офицерье расстреляли. Есть какая-то общая линия движения, история, за которой интересно следовать.

Она на удивление мерзкая. Про качество текста вы сами все можете понять по скрину выше. Я уже не буду говорить про филеры пульчинеллы Щукаря — якобы комический дед, выливающий десятки (!) страниц какого-то полусвязного бреда. Охуительные истории в чистом виде. Дед Щукарь, видимо, отвечает за карнавализацию невеселой колхозной жизни.

Есть какая-то непонятная для меня система образов, связанных с жертвоприношениями. У деда Щукаря есть пет — комический козел. Чтобы вы уже наверняка считали отсылку — у козла «дремучие глаза старого сатира». Козел тонет в колодце, и в этот же день погибает важный персонаж от рук белого офицерья. Козел отпущения, взявший на себя грехи народа Израиля, большевицкий Иисус, павший от руки римлян-белогвардейцев. Нормальный замах на отсылки, да?

Там постоянно убивают животных. Это тоже комично — про гуся есть в комментах к предыдущему посту, в другом месте большевик внезапно начинает слушать пение петухов по ночам («прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня. И выйдя вон, плакал горько», ой, даже лезть не буду). Чтобы сохранить жизнь особо голосистому петуху, он убивает еще четверых. Другой большевик вдруг видит у себя на дворе пару голубей (всё, всё, хватит библейских отсылок!) и чтобы их не съели, убивает всех кошек в хуторе. И это якобы комично — бабки сначала кричат, мол, убил кошку любимую, а потом вместе хохочут, весело же, кошку убить, ха ха. Обоссака.

Тут есть фэтфобия. Тоже очевидно в комическом ключе — есть очень толстые люди, почему-то всегда бабы (это цитата! не надо от меня отписываться!) Это должно быть смешно — хаха, толстая баба, щас будет три страницы про то, какая она толстая. Повариха вашей бригады такая толстая, что ее на Таганрогском металлургическом заводе по особому заказу делали! Повариха вашей бригады такая толстая, что это не баба, а трактор «Фордзон»! Потом с ней Щукарь меняется обувью по недоразумению (карнавализация, нижний мир, переодевание). Толстой становится и хуторская фем-фаталь Лушка, изгнанная за грехи из хутора и нашедшая себе нового ухажера-инженера в городе.

Еще одно небольшое наблюдение: в эпилоге сбежавшего белого офицера ловят под Ташкентом, где он устраивается счетоводом. Интересно, это тут Ильф и Петров подсмотрели Среднюю Азию для Корейко, или это из какого-то третьего источника, каких-нибудь газетных историй?
⬇️

⬆️
К концу она становится еще хуже. Щукариные охуительные истории уже идут подряд по 10 страниц, сюжетные линии проваливаются в какие-то дырки, история строительства колхоза заканчивается ничем, линия белого офицерья оканчивается пшиком и ожидаемой шаблонной смертью героя за грехи наши. Ну и ничему в ней не веришь — да, можно как-то настроить взгляд, как в 3D-картинках, и увидеть за этим историю отношений, строительства. Но для этого нужно постоянное усилие, и тебя постоянно сбивают то мерзкий слог, то гнусные убийства кошек, то еще какая-нибудь дрянь.

Я, если вы заметили, очень редко что-нибудь советую. Вкусы мои специфичны, и то, что читаю сам, я редко могу кому-то посоветовать. К тому же это большая ответственность — советовать книги. Это же надолго, читать многим сложно, нет времени и так далее. И что, я вот посоветую что-нибудь, человек это прочитает, а мог вместо этого прочитать что-нибудь другое, лучше.

Но сейчас я хочу отступить от этого правила и не то что посоветовать, а настойчиво рекомендовать все бросить и начать читать (выпучив глаза). Хотя, я думаю, многие и так ее знают, она довольно известная, но я как-то пропустил.

О всех созданиях, больших и малых, Джеймс Хэрриот. Это какое-то счастье. Пишут, многие ее читали в детстве и захотели стать ветеринарами — ну я бы тоже захотел, наверное. И понятно, почему ее детям дают, она действительно какая-то вот настолько хорошая без каких-либо «но», что ее очень просто посоветовать любому. И она совсем не скучная — как может быть скучной книжка, которая начинается с рассказа человека, чья рука в чьей-то жопе по плечо.

Впрочем, один спорный момент там есть — главный герой постоянно ездит пьяный за рулем, но это Йоркшир, там это можно.

Убирался на кухне, вспомнил про старый пост:

Про жуков

Несколько недель назад я заметил, что по окну на кухне ползают какие-то жуки. Маленькие, коричневые, а если их пошевелить — немного летающие, но в целом какие-то ленивые и скучные невзрачные жуки.

Сначала я думал, что они каким-то образом заползли снаружи, с улицы, но окно почти герметичное, как бы они пролезли через него. Опять же, они, по всем признакам, хотели выползти наружу, а не жить со мной.

Примерно неделю я каждый вечер приходил домой, заходил на кухню, с ворчанием собирал их с подоконника и выбрасывал в окно: «Да откуда вы взялись-то, проклятые жуки!»

Наконец я дошел до мысли, что стоит изучить шкаф под окном. Там есть такой шкаф, в нем лежат пакеты, фольга и прочее кухонное оборудование.

Нашел я там, как уже догадались опытные домохозяйки, пакет с фасолью. В нем уже почти не было фасоли, ее место занял огромный жучиный мегаполис. Под лабиринтами туннелей едва угадывались очертания бывших фасолин. В архитектуре они дошли примерно до модерна, с небольшим уклоном в биодизайн — неудивительно, ведь они строили всё из фасоли.

Теперь я думаю — кто были эти задумчивые жуки, покинувшие свою фасолевую столицу? Зачем им нужно было ползти сотни их жучиных миль, а потом терпеливо ждать у прозрачной стены? Каждый вечер приходил огромный демон, отворял в стене проход и под грохот заклинаний на неведомых языках бросал жуков в пропасть.

Кто они были? Разведчики? Изгои? Жрецы неведомых богов?

Город пал. Они прогневали демона, и он схватил Город и унес его за край мира. Кем их считали на родине? Безумцами? Героями?

Нет ответа.

Читаю сейчас какие-то глупости, в частности, Метро 2033. Хотел ознакомиться, книжка известная, но какая же удивительная дрянь! Физически не могу дочитать, хотя интересно, чем кончится.

Поэтому давайте не про текущее, а про что-нибудь хорошее. Про Льва Толстого, например, про Анну Каренину.

Татьяна Толстая как-то рассказывала, что однажды к ней подошел студент американского колледжа, который у нее «брал» русскую литературу, и попросил понятно объяснить, за каким чертом ему нужно читать Войну и мир? Она сначала растерялась, но потом все-таки нашла подход к сердцу американского студента.

Смотри, мол, сюда. Книжка стоит 10 баксов, окей? Это большая книжка, 1000 страниц. Каждая страница стоит всего цент! И по этой головокружительно низкой цене ты получаешь: а) войну, б) мир. В два раза выгодней! Потом, написано и на русском, и на французском — снова выгода. Информация о наполеоновских войнах — пожалуйста. Отдельная книжка про них будет стоит баксов 8, не меньше. Масса информации о темной и загадочной Russia, включая сведения об армии, жизни аристократов и крестьян, о русской душе — в огромных количествах. Любовный роман — бесплатно, в подарок. И все эти профиты — всего по центу за страницу! Вам удобно будет наличными или чеком?

Поэтому свой рассказ тоже буду обращать к некоему гипотетическому малообразованному противнику, профану, которому (как ни странно), вовсе не очевидно, что Толстого надо читать и получать от этого огромное удовольствие.

Продолжаем про Анну Каренину. Начать нужно, как ни странно, со зловонной парижской подворотни. Как во всех старых городах, зловонных подворотен в Париже было предостаточно. Это было не очень удобно: там воняло, к тому же парижская чернь очень любила в них строить баррикады и требовать всяких глупостей. В конце концов, в 1850-х годах за дело взялся барон Осман и снес всё к чертовой бабушке, проложив вместо подворотен удобные и красивые бульвары (которые совершенно случайно отлично простреливались артиллерией из конца в конец). Эти les transformations haussmanniennes так всем понравились, что и во многих других городах тоже стали делать такие реновации со сносом половины города, в Москве в 30-е, например.

На вновь появившихся бульварах стали гулять граждане. Они ходили туда-сюда и читали книжечки под дырявой тенью каштанов или что там в Париже растет. Это были легкомысленные граждане. Их мало заботили всякие философские штуки, им бы пошляться по бульвару да выпить винца в кабачке. И книжки они читали соответствующие — бульварные. Чтобы про жизнь, чтобы интересно, и чтобы не тоненькая какая-нибудь книжка, а нормальная, толстая.

Появился рынок таких специально бульварных книг, со своими бестселлерами и хитами, например, Наштукатуренные девки, Сыщик-убийца, Месть Шивы. Офигенно же!

Естественно, довольно быстро бизнес-план «написать бесконечную писанину с приключениями и продать» переняли и в России. Тут произошло то, что всегда происходит со всеми новыми штуками: а) развлечение для плебеев становится настоящим искусством и б) русские передирают идею и делают ее Х10.

У нас за дело сразу взялся не кто-нибудь, а самый настоящий граф, причем удивительно в написании романов талантливый.

У Толстого, как известно, есть какая-то своя философия, которую он через книжки тоже немножко излагал, пока она его не сожрала и не сделала яснополянским Богом Кузей. Но мне кажется, что сейчас до нее дела никому нет и говорить о ней не стоит. Как точно подметил Чуковский, когда в конце Войны и мира он вдруг напрямую к тебе обращается, излагая свои исторические обобщения (космического масштаба и космической же глупости), ты с огромным удивлением смотришь на страницу — эммм, а это кто? Тут еще и автор есть?

А все остальное — как раз и есть бульварная литература. И это такая сияющая вершина бульварной литературы, что понимаешь вдруг, что «про жизнь и чтобы интересно» — это и есть самое главное.

Будто космический великан, могущий рассказать о чем угодно: что такое Бог, как вращаются светила или как возникла Вселенная, подумал, а про что действительно НУЖНО рассказывать? Про светила — да черт бы с ними, со светилами, ну вращаются, и что. Про Бога уже написана книжка, мог бы, да что два раза одно и то же. А лучше давайте расскажу про жизнь, про людей, как они живут и какие они.

И ты не читаешь роман — ты, как древний бог, прозреваешь всех людей, каждое их движение точно и выверено, как точно и выверено движение собственной руки. И если в Поднятой целине ты каждую секунду знаешь, что читаешь выдуманную историю картонных болванчиков и ни капли не удивляешься, когда они начинают вдруг дергаться в хороводе безумных действий и бесцельных движений — ну это кукловода заколодило, вот и куклы дергаются. Тут никакого кукловода нет — все они просто живые и всё. Анна Каренина полненькая и с усиками, почему? Да нипочему, уродилась такая. Ну вот такой человек. На улице идет полненькая дама с усиками, никто же не думает, а почему она такая, в чем замысел? Какой замысел лол, ты что, шиз?

И каждое ее движение, каждая мысль — это просто движение и просто мысль. Ну как просто — чтобы двинулась ваша рука, должны пройти миллионы лет эволюции, наши самые первые домашние животные — митохондрии, должны выработать АТФ, она должна дать энергию мышцам, которые сокращаются, бесшумно скользят влажные волокна, натягиваясь в тетиву и поднимая кости, кожу, кровь — вашу руку.

Весь этот исполинский размах — в истории про семью, про развод и про детей. Про сломанную спину Фру-Фру и про Вронского, который занялся рисованием, отрастил волосья и начал лысеть. Кошмар про мужичка, который «делает это какое-то страшное дело в железе» и какой-то бессмысленный Левин, думающий, как бы самому стать мужичком. Всё это — жизнь, такая, какая она есть, в той единственной форме, в какой ее, живую, можно перенести в текст. И никакие «смыслы» и «философии» не нужны — всё это будет только отдалять вас от жизни, укладывая ее в удобные и ограниченные блоки.

Слушал вчера подкаст Куджи и как Коняев орет на облака. В частности, о том, что телеграм-каналы это развратное зло, которое обманывает нас, подменяя факты слухами. А фактов нет из-за цензуры.

Я подумал, а как у меня это устроено, я ведь тоже подписан на всякие каналы, но лично мне кажется, что с информированностью у меня все в порядке.

Заодно слушал еще один подкаст — про GPS (очень хороший и интересный — Запуск завтра). Там рассказывают, как работает триангуляция, определение положение объекта по трем точкам.

И я понял, что выработал особую методику телеграм-триангуляции.

Итак, методика, самый простой пример. Подписываемся на три канала с такими характеристиками (названия условные):
«РуZZкий ахегай»: суровая правда, самые точные новости и смелая аналитика, перемежаемая рекламой финок НКВД из консервных банок;
Агентство «Вещь»: в Ульяновске русские скушали друг друга, как осознанно какать и где проверить ногти ног на токсичность (карточки);
«Смешные фасоли»: смешные фасоли.

Итак, происходит событие, какое-то, в наблюдаемой реальности. Правды о нем мы никогда не узнаем, ни одни события из реальности не могут попасть в телеграм напрямую. Мы берем наши три канала и проводим исследование.

Предположим, событие упоминается только в канале №1 — это событие государственно-политическое: «Семен Семенов (“Семёныч”) выразил обеспокоенность наглой выходкой Поплавского».
Только в канале №2, либеральном — это тоже политическое событие, но другого рода: «Ирина Гроч категорически осудила наглую выходку Максима Пруя».
Только в канале №3, развлекательном — видимо, это малозначимое, но интересное событие.

Анализируем пересечения:
1-2 — это событие политическое, но не настолько важное, чтобы сделать про него мем с фасолью;
1-3 — скорее всего, никакого события вовсе нет;
2-3 — события нет, но про него все пишут;
1-2-3 — это какое-то широко обсуждаемое событие.

Мы приблизились к реальному содержанию события методами простой школьной геометрии. Если подобранных по моей схеме максимально удаленных друг от друга каналов будет больше, повысится и точность. Три — это самая простая схема, как минимальное достаточное количество спутников для триангуляции. В подкасте говорят, что на самом деле для GPS нужно четыре, а не три, четвертый точное время передает, но кого сейчас считать точным временем, я пока не знаю.

Вилы Иванова

Читаю нонфикшен. По рекомендации Книгсовета, лучшего, наверное, канала на эту тему, купил даже на Литресе Почему сердце находится слева, а стрелки часов движутся вправо. Тайны асимметричности мира. Ну и она скучная до невозможности. Бу-бу-бу лево, бу-бу-бу право. А когда началась муть про асимметричность мозга, дропнул. Я, может, ошибаюсь, но насколько я понимаю, тема с этими левыми-правыми полушариями («у меня сыночек правополушарный, отдам его на музыку») была очень популярная в 80-е, но оказалась пустышкой, мозг работает постоянно и целиком. А так книжка вроде неплохая, если не задушитесь. Очень увлекательно описан труд ученых — накормить мышей ЛСД и смотреть, в какую сторону они кругами под сабатон ходят, по часовой стрелке или против.

Зато «доперепрочитал» Вилы Иванова, раз в третий, кажется. Вот это нонфикшен, мое уважение.

Что вы знаете про восстание Пугачева? Я вот знал, к своему стыду, очень мало. Ну восстание, «заячий тулупчик» у Пушкина, какие-то офицеры в исторических костюмах воевали с сиволапыми мужиками где-то в степях. В конце главного поймали, посадили в клетку, как жирафу, и Суворов его привез в Санкт-Питербурх, пред очи царицы киргиз-кайсацкия орды, Фелицы Екатерины.

Это всё где-то там, в скучных советских костюмированных фильмах, где у людей парики из рыболовной лески.

Я живу в городе, где немного, но остались кусочки того времени. Это не столичные мастерски сделанные дворцы или там медные всадники. Это разваливающиеся халупы, которые и тогда-то были уродливыми. Это корявые и страшные железяки. Это прямые «петербургские» улицы с лужами, которым 300 лет.

И Иванов может сделать то же, что делают эти части прошлого — заставить тебя почувствовать время в какой-то ужасающей вещественности. Это было, это не персонажи, у них были вот эти пушки с облоем в палец, плохо запиленным древними корявыми напильниками. И из них они стреляли в каре солдат в дурацких париках. И это не парик из лески — ты почти можешь почувствовать, как чешется голова под конским волосом, салом и мукой. Ядро из пушки летит, врезаясь в мясо, кости, траву, землю.

Я ничего не могу сказать про историческую достоверность, хотя вроде не слышал, чтобы историки очень Иванова ругали, что странно, учитывая, как они ненавидят любой исторический научпоп. Там много «художественного» и очевидно выдуманных автором подробностей. Но они работают!

И это я еще ничего не сказал про саму пугачевщину, насколько это ошеломляющая история. Про восставших башкир, про Сары Мергена — Желтого Мертвеца и Салавата Юлаева, про бои под стенами Казанского кремля, про героев и предателей.