Доехал тут мой киндл, читаю Институт Кинга, попробую на английском. На всякий случай закинул еще перевод, посмотреть непонятное.
Лучше бы не закидывал, хожу бомблю.

Там мужику предлагают денег от правительства, он хочет чтобы накинули пару сотен, мол, всегда приятно «squeeze government tit».
Что думаете в переводе? Может хотя бы «подоить»? Неа — «срубить деньжат».

Увидел свою любимую поговорку в Институте:

"If wishes were horses, beggars would ride."

«Если бы желания были лошадьми, бедняки ездили бы верхом».

Или, как говорил Мо Сизлак:

— Если бы желания были лошадьми, я бы ел конину каждую ночь!

Ну и еще кинговского юмора:

«Мнения — они как как дырки в жопе, у каждого есть»

https://www.youtube.com/watch?v=D2_AiQLCb3U&ab_channel=DimitrisMoraitis

И снова про Институт. Про саму книжку расскажу как прочитаю (никогда не хвалите книжки Кинга, не дочитав до конца!), пока продолжу про перевод.

Пока гуглил, кто переводчики оф. русского издания (Е. Доброхотова-Майкова, 59 лет, и Е. Романова, 35 лет, обе опытные, со всякими переводческими наградами), почитал переводческую истерику про Вебера.

Вебер — это такой кошмар НАСТОЯЩИХ переводчиков. Только он десятилетиями переводит Кинга официально, раз за разом попирая все, чему переводчиков учили на их филфаках.

Он калькирует английский синтаксис, он выдумывает свои слова, у него простой и «сухой» (обратите внимание на кавычки!) язык, он делает сноски на каждой второй странице.

А сноски, если что, это среди переводчиков считается позором, мол, не справился.

Я поглядываю иногда в русский перевод, чаще всего посмотреть, как они перевели что-нибудь хитрое.

И, знаете, что-то я так Вебера полюбил!

Пример: в ООООЧЕНЬ мрачных обстоятельствах мальчик-телепат чуть-чуть ослабляет ООООЧЕНЬ сильную головную боль у девочки. Ее спрашивают, как она вообще, она отвечает, мол, боль почти ушла, it's like a miracle.

Как бы перевел Вебер? Ну как, «сухим» языком, так бы и было, «боль почти ушла. Это похоже на чудо».

Как переводят эти две дамы: «Голова почти не болит. Просто чудо какое-то».

Ну просто чююдо! Вот вы можете это в реальной жизни произнести без кринжа? А если вы еще и подросток?

И это ведь не какой-то там сложный случай, это их стиль — ну как они могут просто взять и перевести дословно, за такое ведь премии не дают (в жюри другие переводчики).

А давайте-ка как-нибудь завернем, а, Е. Доброхотова-Майкова? Как вам? — А и правда, Е. Романова! Мы ж не Веберы какие-нибудь вшивые! Что это за «похоже на чудо», глупости. Вот есть же более яркий, не сухой оборот, не какой-нибудь там канцелярский!

А Вебер, пусть и с кучей недостатков, и с какой-то иногда просто дурью, мол, а хочу вот так, он как одноголосый переводчик фильмов из 90-х, оставляет тебе возможность самому представлять речь героев, наравне с их внешностью. Подчеркивая это сносками, где не стыдится признаваться «ну пацаны, эт непереводимо, вот вам объяснение».

Ты всегда понимаешь, что за этим обычным языком есть какой-то другой, и миришься с этим.

Если кто-то говорил с каким-нибудь мэнским акцентом, деревянный Вебер честно отмечал «говорит с мэнским акцентом». Что делают эти вот дамы? А нихрена не делают, просто мужик и все. Вы чо, знаете какой он, мэнский акцент? Ну и нечего тут.

Еще и сюсюканье это старушечье!

Ну и еще, просто на той же странице было. Надзирательница говорит детям, чтобы шли на процедуры: «move your asses», двигайте жопы.

Знаете, что у Е.&Е.? «Пошевеливайтесь».

Напомнили про Нору Галь, нашел свой очень старый пост

Читаю книжку Норы Галь "Слово живое и мертвое". Про редакторскую правку, про язык и, конечно, про перевод. Нора Галь знаменитый переводчик, с заслугами и пр. и пр. Есть даже премия ее имени. Я давно собирался прочитать, но что-то не доходили руки.

Так вот. Эту книгу надо жечь на площадях. Все, что я ненавижу в переводах, с самого раннего детства, там собрано и убого теоретизировано. Подозреваю, по ней и учились все эти "переводчики", вводящие меня в исступление.

Замечания про правку, про стиль в целом верные: нужно избегать пассивного залога, заменять сложное простым, гнать прочь "канцелярит", ну в общем "Волга впадает в Каспийское море". Но перевод!

Вот несколько примеров: в английском тексте boy, которому шестьдесят лет, несет вещи прибывшего в гостиницу. Нора Галь сурово приказывает - не смейте писать "бой"! Есть ловкие русские слова "слуга", "лакей", ими и переводите! Никто не знает слова "бой" в России! И еще оно похоже на "бой", который война! Простой народ запутается! И что? Вместо боя шестидесяти лет (трагедия! бездна! роман!) тупо слуга донес вещи и привет. Спасибо, Нора Галь.

Следующий пример цитирую целым абзацем.
"Вот некто "присел на корточках у фондю, в которой что-то шипит". Что за штука этот урод "фондю" и с чем его едят? Во французско-русском словаре такого не нашлось, в "Ларуссе" это - изысканное, хотя и скороспелое блюдо из сыра со специями. Но не обязательно же нам разбираться во всех тонкостях кухни всех стран. И не лазить же по словарям не одного - нескольких языков, если у того же автора на другой странице едят "суп и стейк"! И зачем кокетничать стейком, если у нас уже давно "прижился" бифштекс?"

Тут вообще без комментариев. Советскому человеку незачем знать, чего там эти буржуины едят. На крайняк, заменим medium rare стейк бифштексом из приютской столовки за рупь писят.
И что такое скороспелое блюдо?

Ну а чего стоит такой совет: если вы не можете перевести игру слов, никогда не объясняйте ее в примечании! Оставьте как есть, а потом в другом месте напорите отсебятины, так на так и выйдет.

Ну и конечно, она за перевод имен. Именно советский, не Скотинины и Скалозубы, а это мерзейшее словотворчество идиотика-переводчика, вроде mr Noble переводить как мистер Честен. Типа noble - честный, вот и мы смотрите как придумали! Какие мы умные! Но мистер Нобль - англичанин, а этот небывалый Честен - никто, какая-то приблудная шавка без роду без племени, имя на неизвестном языке, данное пьяным священником.

Институт, Стивен Кинг

Дочитал наконец. Неожиданно просто читался на английском, часто страниц 10-15 я не заглядывал в словарь.

Кинга я читаю всю жизнь, и прочитал почти все, за редким исключением. Это не какой-то пойнт, просто когда появляется мысль «Что бы еще почитать?», Кинг самый очевидный выбор.

Немножко еще про переводы скажу.

В 90-х Кинга переводили не просто как попало — это был просто ад пизды. Спрос был огромный, книжки были ценны, как никогда, и по-быстрому издать Кинга и продать в полуразрушенной стране — это же отличный бизнес-план. Переводчика запирают в подвале, дают ему еды, воды и мутных ксерокопий (а он и не против). Через неделю-две перевод готов. Это как у Шаламова, где голодающие зэки вызываются работать в столярку, никогда не держав рубанка в руках. Выгонят к вечеру, но пока суд да дело — можно погреться и чего-нибудь спиздить пожрать. Но тут и не выгоняют — перевод есть? Есть. Держи ПЯТНАДЦАТЬ ДОЛЛАРОВ.

У меня был перевод Лангольеров, где персонаж светит фонариком (!) Зиппо, причем переводчика не смутили ни колесико, ни искры. Лайтер, лайт свет, лайтер фонарик, че надо еще.

Заинтересованных отсылаю к разбору всех переводов на фантлабе https://fantlab.ru/article704 и книжке Эрлихмана, который сам был таким подвальным переводчиком https://fantlab.ru/work143414

Иногда я лез за переводом, и начинал хохотать. Два раза это оказывался «стиль Кинга».

Сначала погуглил «night knocker» и по первой же ссылке получил:
— Just started The Institute and I gotta ask... what the heck is a night knocker?

В общем оказалось это он сам придумал какого-то небывалого на нашем уровне Башни «ночного стучальщика».

И второй раз «Arc-Sodium street lights». Оказалось, что над этим арксодиумом (что-то типа «натриево-дуговые лампы») фанаты ржут уже десятки лет. Их таинственный свет из книги в книгу освещает улочки маленьких городишек, но почему-то в нашем, реальном мире, эти лампы неизвестны.

Вот тут составляют список, где у Кинга встречаются И «арксодиум лайтс» И «рубашка из голубого шамбре» (в 13 романах). https://www.reddit.com/r/stephenking/comments/d8a3nm/both_chambray_shirt_and_arc_sodium_lights_are/

Тут https://www.reddit.com/r/stephenking/comments/azxa9z/arcsodium_street_lights/ уже мемчики клепают!

Ну и, наконец, сам Институт

Это такой коллаж лучшего и любимого у Кинга — в кулинарии такое не работает, а в беллетристике почему бы и нет.

Книжка начинается истории этого самого «ночного стучальщика» — бывший коп случайно попадает в маленький сонный городок в Южной Каролине, где неожиданно для самого себя остается надолго.

Южная Каролина, если что, это Юг, и для янки-демократа Кинга, который срать не сядет, пока не напишет в твиттер, какая сволочь Трамп, это в новинку. Я не припомню ни одной его книжки, где бы действие происходило на Юге, разве что Дьюма Ки во Флориде, но то Флорида, там тепло.

В одном из отзывов прочитал хорошую мысль — что для Кинга художественная правда важнее политических установок. Вот нужны ему тут южане из маленького городка, каждый с АК, висящим над телевизором — и это важнее того, кто там сейчас в президентском кресле.

История про копа неожиданно заканчивается, и зачем он был, будет не понятно до последней трети книжки.

Второй герой — мальчик Люк, вундеркинд, поступает сразу в два колледжа Лиги Плюща в 12 лет.

Есть страшный Институт, который крадет мальчика Люка. Им плевать на его IQ, им нужны только его «сверхспособности» — он еще немножко умеет двигать мыслью предметы. «Как убивать огромного слона только ради его бивней».

Люк просыпается в почти точной копии своей комнаты — в ней нет окна на привычном месте, но висят те же плакаты и стоят те же игрушки. Он открывает дверь и видит не знакомую с пеленок лестницу, а обшарпанные стены, выкрашенные казенной масляной краской, и коридор с десятком дверей. И маленькую черную девочку, которая сидит на полу у одной из дверей с сигаретой в руках.

Ну вы уже поняли? Это Полицейский в маленьком городке, это Мальчик в плену, это Странное место. Что вам еще надо-то? Что у Кинга может быть лучше, чем странные места или дети в плену?

Дальше сюжет пересказывать не буду, но он на удивление хорош, даже есть необычный финал, экшон, да все есть и все хорошо. Кинг любит сливать финалы, как в недавнем Чужаке, например, но тут все очень неплохо.

Вообще вся книжка очень тщательно сделана — линии соединяются, где нужно, персонажи развиваются, ружья стреляют (еще бы, это же Юг!)

Тут надо бы про недостатки сказать, но как-то даже не хочется, хотя они все-таки есть. Единственное, чего мне очень не хватало — это чтобы у полицейского участка в Дюпре была припаркована потрепанная «Такуро Спирит».

Последнее про переводы, чето надоело уже это нытье (ну может про «Сказать почти то же самое» Эко еще соберусь написать).

Смешное тут прочитал: доблестные переводчики 90-х перевели в Хрониках Амбера Желязны фразу «прогнило что-то в датском королевстве» как «в Дании пахнет гнилью», Бог им судья.

При переизданиях доблестные редактора поменяли на «в здании пахнет гнилью».

А следующие на «в помещении пахнет гнилью».

Все выходные ушли на «книжный запой». Это надо было сделать! Если уж в голове засело желание перечитать Имя ветра/ПЛиО/ГП etc., то с этим уже ничего не поделаешь.

Но я обошелся малой кровью, считерил: в двух толстенных кирпичах Ротфусса я: а) пропустил весь трактир; б) пропустил ВСЮ Денну.

Так нельзя делать, конечно, но у меня не было выбора.

Начал в пятницу вечером, закончил вечером воскресенья. И еще года на три свободен!

Прочитал два сборника повестей Вегнера, Север-Юг и Восток-Запад, цикл Сказания Меекханского пограничья. Начал первый (из трех) романов - Небо цвета стали.

Почти дочитал второй роман Вегнера, Вместо тысячи слов Память всех слов.

Ну вот так знаете, когда хлеб какой-нибудь ешь, и он вкусный, но его так много, зачем отрезал столько, вот нет чтобы нормально порезать, тоненько, а то какими-то скибками! Вот и ешь теперь.

Вот так и этот роман.

Начну помаленьку рассказывать про этот Меекхан.

Что сразу, видно даже по названиям — интересная, хотя и немного прямолинейная, структура, которая собирает в кучу очень разные книжки.

Первый сборник повестей: Север-Юг
Две части, по три-четыре повести — Север и, собственно, Юг.

Север просто неимоверно крут. Я с открытым ртом буквально читал про нападение многотысячной армии местных татаромонголов, усиленной боевыми шаманами, на «тонкую красную линию» наших, имперских пехотинцев. Ведь имперская пехота это ого-го! А еще есть Горная стража (раздолбаи с гор, суровые воины с большим сердцем), колдуны Севера, одержимые демонами, демоны, одержимые колдунами и много кто еще.

Юг полна херота. Какие-то унылые ниндзи, обладающие тайным кунфу, сопли-разлюли, какие-то видения на 20 страниц. Нужно потерпеть.

Восток — Запад

Восток — спаянный боевой дружбой полувоенный отряд на границах мирных теперь уже татаро-монголов, получивших по сусалам в прошлой войне. Но продолжающих вынашивать захватнические планы и гнусно вредить! Не Север еще, но уже очень неплохо.

Запад — портовый город, местный плут, вооруженный плащом и кинжалом, мутит свои плутовские штуки, но оказывается не в том месте и не в то время. Тоже круто, весело и быстро читается.

Первый роман, Небо цвета стали — соединение двух сюжетных линий, Севера и Востока. Я аж захохотал, когда понял. То есть он вот настолько геометрически все продумывает! Сразу предположил, что следующий будет Юг (сраный Юг, можно его вообще выкинуть?) и Запад. Ну так и вышло, предположу, что в третьей книжке он сведет все лини вместе.

Небо цвета стали — снова батальные сцены, как в Севере, и это чертовски хорошие батальные сцены! Они не просто жестокие, они даже как-то пугающе жестокие, а это надо очень постараться, чтобы такое сделать. Плюс у него получается и показывать общую картину, какой отряд куда прорывается и что там делает, и одновременно показывать, что это такое на самом деле — прорывается, и сколько при этом льется кровищи.
Две сюжетных линии — в одной проводят огромный караван местных цыган через горы, во второй — переодетые княжной и служанкой бойцы боевого партизанского отряда внедряются графский замок. И обе хороши!