Отличная иллюстрация разницы восприятия работы законов и действия человека в ответ на них. То есть где-то закон - это уравнивающий регуляторный механизм. А где-то элемент давления сверху и принуждения. Поэтому в одном случае население в среднем поддерживает и опирается на закон, как источник справедливости. А где-то население действует в обход закона, потому что воспринимает его, как источник несправедливости.

Это к слову об уровне недоверия низов к верхам в ходе экономических и политических реформ 90-х и 00-х годов, экстраполируемое в итоге из-за неработающих законов, как мерила справедливости для каждого, на все население: если институты (полиция, суды, социальные службы) не вызывают доверия, и население полагается на неформальные понятийные отношения (знакомства, подкуп, родственные связи), то естественно, что и общий уровень доверия друг к другу (нет института верификации репутации каждого) будет стремиться к нулю, а это уже далее и мешает к самоорганизации снизу и построению устойчивых экономических отношений.

Еще один парадокс: масса-нация полагается на работу институтов, но если институты не работают или работают избирательно в сторону привилегированных групп, то кризис доверия возрастает до максимальных величин, в итоге общество настраивается на отношения «все против всех».

По Инглхарту демократизация институтов следует за культурными сдвигами, вызванными экономическими реформами в ходе модернизации. То есть уклад может трансформироваться или под давлением извне (кризисы) на фоне внутренних противоречий, когда меняется вообще вся структура географических и, соответственно, политико-экономических отношений субъектов. Или же в ходе модернизации сверху, которая может быть обусловлена чрезмерной централизацией и насилием (религиозная революция в Иране), что требует больших энерго-ресурсных затрат и ведет к экономической и культурной стагнации (ценностные запросы снизу не соответствуют целям сверху), а может быть обусловлена логичным следованием за движением общества с переходными периодами экономического и социального стимулирования для накопления капиталов, увеличения уровня социального доверия и, как следствие, увеличение социальных сетевых связей.

Наталия Латова из института социологии РАН на основе концепции Хофстеда (определение цивилизационного вектора и особенностей потенциала развития по пяти параметрам: дистанция власти (в РФ очень высокий показатель, отсюда и сакрализация), маскулинность (разделение социальных ролей по половому признаку), индивидуализм-коллективизм (писали о двойственности российского общества по линии «хуторянин-общинник» или «демократ-державник», как основе двухпартийной системы) и избегание неопределенности (нежелание рисковать, отсюда нарратив сверху про «стабильность») делает вывод, что хотя у РФ и наблюдается некоторая цивилизационная особенность (объясняется географическим положением), все же россияне ближе к западным институтам, и поэтому население в целом скорее способно идти по пути модернизации Запада, используя их институты, опыт и терминологию. Но с оговоркой: этому должны способствовать изменения в первую очередь в экономике и политике сверху.

Так что, полагаю, кризис доверия между низами и верхами, вызванный расхождением целей и итогов реформ 90-х годов, и, как следствие, появление ценностной пропасти между ними, где низа ориентируются на западную модель развития общества, а верха видят в этом подрыв и ослабление своей власти, и является причиной «ретрадиционализации» и усиление роли идеологии (активно обсуждается уже последние 20 лет, отсюда все попытки создания массовых общественных движений, от НАШИ до Русской общины, и введение уроков идеологической направленности).

Соборность - это сознательная культурная изоляция низов верхами для торможения неконтролируемых процессов демократизации снизу.

И вот подумалось в продолжение развития мысли касательно двойственности российского общества, как отражения двух моделей и путей развития: соборность и консенсус.

Соборность - это державность, отказ низов от личных интересов в пользу идеологических ценностей, обоснованных историческими параллелями.

Консенсус - это общественный договор, где группы через принятие территориально-исторического единства и разности своих групповых интересов, приходят к торгу за цели и методы и к итоговому соглашению, которое устроит всех.

Соборность - требует жертвы и предполагает наличие высшего арбитра.

Консенсус - требует установления и соблюдения правил переговоров, торга и согласия, предполагает представителей от всех групп общества.

Соборность - теоретически ставит перед собой некую духовную миссию.

Консенсус - не ставит перед собой ни миссии, ни цели, это всего лишь результат работы общественных институтов.

Соборность - вынужденное согласие групп во имя миссии сверху.

Консенсус - выгодное согласие по итогам торга групп.

Фактически соборность и консенсус иногда входят в противоречие и противостояние, потому что миссия - не всегда выгодна группам общества, это не договор и уступка групп по отношению друг к другу, что определяет кому и насколько будет хорошо, а жертва во имя идеальной цели, где не всем и не всегда будет вообще хорошо.

Примерно то же происходило в начале XIX века, когда на трон взошел Николай I. Вторая волна соборности (первая волна это Екатерина II и раздел Речи Посполитой), как ответное явление на западную революционную либерализацию, где молодым дворянам было запрещено посещать западные страны до 18 лет, чтобы «не подвергаться тлетворному развращению чуждыми ценностями». Ряд российских мыслителей и деятелей того времени рассматривали, усиление централизации, власти монарха и полную изоляцию населения в рамках религии и традиции, как единственный источник сохранения самой государственности. При этом демократия и распыление власти, при которой возрастала роль ценности личности и их корыстных интересов воспринималась, как угроза вообще всему укладу.

Александр Дугин пишет:

Капитализм, демократия, техника, наука, деньги, прогресс, свобода, равенство, либерализм, индивидуализм, атеизм - все это симптомы чудовищного диагноза.

Что буквально повторяет тезисы «восточников» (самоназвание «славянофилов») XIX века. И, что интересно, это устойчивый паттерн в среде обслуживающего интересы правительства класса (бюрократия, чиновничество, силовой аппарат). Это класс материально зависимых от существующего уклада. И в их интересах ограничить индивидуализацию, демократизацию и рост политико-правовой и экономической субъектности населения. Этот культурный сдвиг приводит к вопросу о легитимности эксплуатации и распределения ресурсной ренты (причина кризиса доверия между верхами и низами в 90-е годы уже ХХ века). А это и есть основа уклада и источник контроля.

Так что соборность, как «ретрадиционализация», это и есть инструмент правящего наднационального класса (элиты) и класса, обслуживающего их интересы, по контролю за массой-нацией, лишенной субъектности и возможности выбора.

Смещение фокуса с материального на идеологию - и есть инструментальная попытка решить кризис доверия без структурной перестройки системы в ущерб правящему классу.

Это действительно интересно: в воюющей Украине, где ежедневно происходят удары по столице, население выходит на митинги и протесты против коррупции.

Замглавы думского комитета по информационной политики Олег Матвейчев:

Человек не подозревает, когда ему в голову заливают какую-то информацию. Поэтому блокировка и штрафы для россиян полностью оправданы. Мы их оберегаем.

Глава совета по правам человека при президенте РФ Валерий Фадеев:

Сейчас идет тяжелая война со всем Западом, поэтому ограничения прав человека полностью оправданы. Это нужно делать и после окончания войны.

Депутат Алексей Журавлев:

Круглогодичный призыв позволит сократить число уклонистов, летом и зимой они вылезают из своих нор, так что не будут расслабляться.

Такие высказывания, особенно учитывая, что это в контексте блокировки информационных ресурсов и наказания за поиск информации, ярко характеризует отношение верхов к низам в условиях кризиса и подтверждает лишний раз вывод о целях «ретрадиционализации»:

Соборность - это сознательная культурная изоляция низов верхами для торможения неконтролируемых процессов демократизации снизу.

Смещение фокуса с материального на идеологию - и есть инструментальная попытка решить кризис доверия без структурной перестройки системы в ущерб правящему классу.

О ПЕРСПЕКТИВАХ РОССИЙСКОЙ ТЕХНОКРАТИИ

Много месяцев идут дискуссии, что будет с Россией после окончания СВО и в перспективе после ухода Путина. Грядущие годы таятся во мгле, но все же я выскажу свое мнение.

Идеи экономического либерализма, демократии и прав человека сегодня не имеют базы ни у населения, ни у элиты. Это маргинальные точки зрения, которые в обозримой перспективе не окажут влияния ни на что. Обсуждение этих идей в оппозиционной среде, особенно среди релокантов, выглядит, к сожалению, не вполне адекватным.

Наиболее позитивный вариант будущего – технократическая власть. Власть, взявшая на вооружение технократическую идею. Но для правильного понимания укажу, что Ким Чен Ын тоже технократ, возможно, выдающийся. Причем, я бы не стал называть его кровавым. Он принял страну с великолепно отлаженным аппаратом террористического управления, и пользуется им. Демонтировать его было бы неразумно и рискованно.

Психологический портрет технократа: высокое образование, ясное мышление, деловой успех, высочайшая техническая компетентность. В идеале - этакий Илон Маск.

Технократ поддерживает идею экономического развития, искренне радуется техническим достижениям, любит научно-технический прогресс. В каком-то смысле эта любовь превалирует над стремлением к личной выгоде, хотя, конечно, он ее не упустит. Маск не упускает своей выгоды, но идея полета на Марс для него – мотив более высокого порядка.

Технократ ценит то, что можно назвать стандартами современного общества, в первую очередь правопорядок и – в западном варианте – политические свободы. Не одобряет аресты оппозиционеров, особенно по вздорным поводам - это не комильфо.

Вместе с тем он не считает большим грехом лоббировать свои интересы и действовать в обход законодательства. Результат для него на первом месте. Если надо, может пойти на самые жесткие меры, хотя без необходимости не станет их применять. Любые его решения рационально обоснованы. Милосердие тоже стучится в его сердце. Но следует помнить, что Башар Асад – тоже технократ, хотя и проигравший. Спираль жестокости способна затянуть технократа.

Технократ считает СВО стратегической ошибкой и желает ее завершения, но с минимальными потерями и, если получится, максимальной выгодой (Крым – это выгода). Считает, что войну не следовало начинать, но, коль скоро она идет, ее следует вести эффективно. Успех России в производстве вооружений – несомненное достижение технократов. «Мясные штурмы» - явление неприятное, но «другой армии у меня для вас нет».

По менталитету российский технократ – западник. Он понимает, что технологический прогресс идет оттуда. Разделяет западные стандарты современного общества. Способен эффективно взаимодействовать с Китаем, но лучше других понимает, что Китай – это другая цивилизация. Понимает, что сотрудничество с Китаем не заменяет утраченного сотрудничества с Западом. При первой возможности технократ будет стремиться его восстановить.

Технократы – это лучшее, что есть в России. Если их влияние возобладает во власти, это будет лучший сценарий. Правительство – безусловно технократическая структура, но его властные полномочия весьма ограничены. Тем не менее, это влиятельный орган. Даже оппозиционно настроенные эксперты ставят «пятерку» за его деятельность.

РОССИЙСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ОППОЗИЦИИ СЛЕДУЕТ ОРИЕНТИРОВАТЬСЯ НА ПОДДЕРЖКУ ТЕХНОКРАТОВ. Этот лозунг я написал для смеха. Технократы не нуждаются в поддержке маргинальной оппозиции. И непонятно, как и чем она могла бы их поддержать.

Технократы - не политическая структура, а скорее группа влияния. Но они способны сдвигать баланс принимаемых решений в рациональную сторону (к сожалению, не всегда).

Антиподами технократов являются идеократы и коррупционеры. Идеократы – это люди, для которых политическая идея важнее рациональных соображений. Таковы были Гитлер и Сталин. В рамках реализации своей идеи они способны действовать рационально, но исключительно в инструментальном смысле этого слова.

Как раз недавно обсуждали с вами поляризацию российских элит.

Это не для инвесторов, а для удержания власти в момент открытия «занавеса», те самые «феоды».

Подумалось, что лучшая историческая аналогия сегодняшних системных чисток - это разорение боярства Иваном IV, там ведь тоже цели были схожи: лишить боярство сетевых связей на местах через отнятие областей кормления. А причины в недоверии старой аристократии, которая могла претендовать на власть и плела заговоры. В общем, условия и реакция на них идентичны. Централизованное перераспределение активов для защиты от посягательств на власть.

Хорошо согласуется с тем фактом, что 10 лет назад эксперты уже предположили, куда качнется РФ - к соборности и откату в архаику. Фантомные образы действительно устойчивы. Вот на таблице столбики - это то, куда надо вкладываться, чтобы страна пошла по пути развития и преодолела «устойчивые условия среды», тот самый «матричный уклад», а линиями показано то, куда вероятнее всего будет вкладываться правительство - в ВПК.

Казалось бы, очевидные вещи, но эта очевидность упирается в устойчивый уклад - условия среды.

Начал читать турецкого экономиста Дэни Родрика, выходец из сефардов и женат на дочке опального генерала, участвовавшего в 2003 году в попытке правительственного переворота под названием «Кувалда» с целью секуляризации и демократизации Турции. Книга «Парадокс глобализации», и вот там интересно описывается, что стандартная модель глобализации процессов, когда национальные государства вступают в конфликт из-за политической стандартизации (которая нужна для предсказуемости отношений: инвестиции, дивиденды, вывод капитала, защита капитала) - подошла к концу и сейчас на повестке новые формы глобализации, при которой главным фактором является общее качественное увеличение торговых оборотов и следование общим узким правилам, а не вмешательство и перестройка в структуре правительств. То есть: тот самый многополярный мир и тарифный дисбаланс, о котором говорили в офисе Трампа и в БРИКС.