На прошлой неделе мы пропустили мини-обзор. Потому что больше всего голосов набрал текст Софьи Сухонос — история борца с «вагинокапитализмом» Алексея Поднебесного.

Публикацию прочитала, с интересом. Но у меня возникли вопросы к авторам — о смысле текста, поиске героев и визуализации. Пошла их задавать. Ждала ответы, поэтому выход свежего выпуска #просто_пять отложился, а вместо обзора мы нынче публикуем немного кухни в комментариях Софьи и фоторедактора «ЛБ» .

❓Почему решили написать об этом человеке? Почему это важно?

Софья: Изначально предложила редактор. Я согласилась, мне просто показалось это интересным. У Поднебесного сложная жизненная история — он начинал как борец за права и пришел в конце концов к своей теории «вагинокапитализма». Мне было интересно проследить, как человек, который вроде был движим благими идеями, в конце концов превратился в посмешище и в то же время начал транслировать опасные женоненавистнические идеи. Какие-то люди над ним смеются, а какие-то принимают на веру то, что он говорит, потому что это соотносится с их опытом. Возможно, они прочитают эту статью и поймут, что Поднебесный не совсем тот человек, которым хочет казаться в социальных сетях.

❓В тексте упоминаются различные люди, с которыми вы пообщались. Как их искали?

Софья: Просто просматривала кучу видео в ютубе Поднебесного, читала статьи про него, публикации его в социальных сетях и вычленяла оттуда имена, фотографии. Я понимала примерно, какие этапы его жизни мне нужно описать, и под эти этапы искала героев. Потом по фото и имени искала в соцсетях и в интернете.

Искала не одна, помогал наш ресерч-отдел. Например, он нашел страницу одной из бывших девушек Поднебесного. Это была страница от лица гусенички. С одной стороны, было комично, с другой — печально, потому что явно были какие-то грустные мысли, которые она, видимо, стеснялась высказать в открытую и говорила о своих переживаниях от лица гусеницы. Интервью самой девушки, взять не вышло, она совсем ушла из соцсетей и не общается с друзьями. Но мы поговорили с её подругой, которую нашли в друзьях у гусенички.

Я с большим количеством людей поговорила, не все вошли в текст.

❓Потребовалось ли их убеждать поговорить с вами? Были ли у них сомнения или непонимания по поводу того, что этот текст нужен? Какими словами убеждали?

Софья: Те, с кем я поговорила — это люди, которые согласились сразу. Я объясняла им, что хочу разобраться в личности Поднебесного. Может, у людей и возникали вопросы, зачем это надо и прочее, но в ходе нашего диалога они на них как-то сами себе отвечали.

Были несколько человек, которые не согласились или не ответили изначально, но и дальше я их уговорить не смогла.

❓Вопрос по визуальной части. Почему решили использовать не только реальные иллюстрации, а часть иллюстраций доверить нейросети? Как добились портретного сходства?

Фоторедактор: Материала с Поднебесным много, но все фотографии некачественные, любительские. Он как будто принципиально снимал себя только плохо. Иллюстрировать надо было чем-то другим. Кроме того, Поднебесный живет как будто в каком-то своем иллюзорном выдуманном мире. Поэтому это было концептуально — доверить иллюстрирование истории нейросети.

Использовали Midjourney. От этой нейросети сейчас можно добиться портретного сходства, если подгрузить фотографию. Но получается не всегда. Секрет в подборе фотографий. На какие-то он плохо реагирует, на какие-то хорошо. Я нашел фотографию, по которой он делал как надо, и дальше использовал ее под разные промпты.

👇🏻👇🏻
Текст тут

#бэкстейдж #визуализация #нейросети #профайл #нормально_делай #Нижний_Новгород

«Ты бери любую фразу и пытайся произнести её у себя в голове нормальным человеческим голосом, как если бы ты мне что-то рассказывал. Ты можешь мне сказать искренне, нормальным человеческим голосом: “Соревнуясь под девизом “Резервы производства — в фонд пятилетки” коллективы взялись обеспечить сверхплановый прирост прибыли за счёт снижения себестоимости продукции”? Не можешь? Значит, чушь».

Линор Горалик, «Тетрадь Катерины Суворовой»

#цитатник

Два месяца журналист Никита Телиженко следил в Екатеринбурге за ультраправой организацией «Русская община», пытаясь разобраться во взглядах участников.

В рубрике «Разбор» он рассказал об идее текста «Только не нужно называть нас нацистами», рисках в общении с героями и особенностях «Русской общины».

Цитата о профессиональном 👆🏻в карточке, меня же по человечески зацепила другая:

Люди там правда помогают друг другу, а не вспоминают об участниках только перед выборами, митингами или акциями вроде «умного голосования». Они создали своё сообщество и варятся в нём. Да, в чём-то это может быть уходом от реальности, но в целом система довольно действенна. Человек человеку друг — это именно то, чего не хватает и российской оппозиции, и российской власти. А в общине это родилось.

👇🏻👇🏻
Читайте наш разбор тут

Текст выходит благодаря нашим волонтёркам: написала Анна Лузан, отредактировала Светлана, сверстала Саша.

#разбор

Этот текст Даны Минор в белгородском «Фонаре» получил больше всего голосов в рубрике #просто_пять, поэтому читаем.

Не очень люблю тексты на «обще актуальные» темы в региональных медиа. Фокус на религиозные регионы, национальные республики мог бы быть интересен, а так — хоть белгородский секстинг, хоть калининградский, хоть хабаровский. Они вряд ли сильно отличаются друг от друга, поэтому ничего нового от публикации не жду, поэтому скучаю. Но по себе такого рода статьи мерить нельзя, потому что — профдеформация.

С точки зрения медиа имеет смысл давать аудитории то, о чём ей интересно узнавать, и если ей интересно про секстинг, квадроберов и полезные свойства гречки, значит, про всё это стоит писать. Если тема трендовая и на трафик работает — вообще хорошо. И совсем замечательно, когда статья сделана добротно. Белгородская — такая, практически канон проблемной публикации:

▫️истории людей с разным взглядом и опытом,
▫️циферки (статистика, от УВД; правда, увы, без сравнения и контекста),
▫️комментарий сексолога (о, какое же это незамысловатое счастье — читать комментарии адекватных людей, без моралите и проповедей),
▫️пользушка в виде советов по безопасному обмену нюдсами.

Красота.

А, ещё непривычно, что в текст приграничного медиа не просочилась война. Последнее время она умудряется проникать везде, даже в публикацию про сельский экокружок на Дальнем Востоке. Но, возможно, такие ожидания — тоже профдеформация.

👇🏻👇🏻
А текст тут

#текст_норм #белгород

Свежий выпуск рубрики #просто_пять, в которой каждую неделю публикуем подборку пяти зацепивших заголовков.

! На этой неделе у нас межрегиональные медиа.

1️⃣ Не сдается или ЧӦ. В эпоху военной цензуры стрит-арт Екатеринбурга ищет новые формы и темы для протеста (7Х7) >>

2️⃣ Кубический фронт. Как популярная игра «Майнкрафт» превращается в площадку для идеологических сражений и военной пропаганды (Сергей Смородинов, проект «Синие капибары» совместно с «Людьми Байкала») >>

3️⃣ Секта добрых дел. Журналист несколько недель волонтёрил в «Движении первых», чтобы узнать, как устроена новая пионерия (Дмитрий Шишкин, «Новая вкладка» совместно с «Чертой») >>

4️⃣ «Мне кажется, Путину всё равно». Почему родные убитых вагнеровцев жалуются на равнодушие чиновников (Георгий Чентемиров)

5️⃣ Моя Россия сидит в Дубне. Как жители родного города рок-группы «Порнофильмы» относятся к оппозиционному творчеству музыкантов (проект «Синие Капибары» совместно с «НеМосквой») >>

👉🏻 Суть рубрики. Это случайная выборка из нашего списка региональных и межрегиональных медиа. В неё включаются публикации, которые зацепили заголовком. Подборка ни на что не претендует, но помогает ближе знакомиться с региональными медиа. После каждого выпуска мы также публикуем голосование, а затем делаем мини-разбор той публикации, которая получит больше всего голосов.

❤️🔥 Знаете хорошее региональное медиа? Познакомьте нас с ним — напишите в комментариях или пришлите ссылку боту «Четвёртого сектора».

Рубрику подготовила волонтёрка 4с Наталья Федотова.

Трижды убедитесь

Пока в голосовании #просто_пять побеждает текст «Моя Россия сидит в Дубне» (спасибо, кстати, это родина моего отца и город детства). Но в спину ему дышит «Секта добрых дел» — про «Движение первых» изнутри. А у нас ещё с прошлой недели лежит пост автора Дмитрия Шишкина про этот самый текст.

Не будем дальше тянуть с его публикацией, слово коллеге.

***
— Тексты изнутри закрытых институций всегда большой подарок для аудитории. Публикация журналистки «Новой газеты» Елены Костюченко про ПНИ, в которых живет почти 180 тысяч россиян, вызвал фурор в 2021 году — он стал лауреатом редколлегии, был номинирован на престижную журналистскую премию True Story Awards, по репортажу даже поставили спектакль.

Текст Костюченко стал не первым материалом о российских психоневрологических интернатах. Но особенным его сделала возможность пару недель своими глазами наблюдать за тем, что происходит внутри. Елена при этом соблюла все журналистские стандарты: попала в интернат как журналистка, раскрывая и медперсоналу, и тем, кто живёт в ПНИ, свой статус. Никаких этических вопросов к тексту «Новой» нет.

Однако журналисты не всегда могут попасть туда, куда они хотят. Например, журналистка «Новой вкладки» Марфа Хвостова не смогла бы попасть в психиатрическое отделение военного госпиталя, где лежат участники войны в Украине, раскрывая свой журналистский статус. И я не смог сделать свой репортаж, рассказав о том, что я журналист «НВ».

Представления о журналистской этике меняются. После начала войны многие переосмыслили стандарты профессии. В том числе, и те, что касаются репортажей с мест, где им не рады.

Вот что стоит сделать, перед тем, как отправляться писать текст о закрытой институции, не раскрывая свой журналистский статус:

1️⃣ Убедитесь, что иным образом вы никак не сможете попасть в место, о котором пишите, и дайте знать об этом читателю. Например, рассказав о том, что учреждение N проигнорировало вашу просьбу о репортаже или отказало во время устного разговора.

2️⃣ Убедитесь, что вы пишите о вещах, которые представляют 100%-ый общественный интерес. Например, репортаж о том, как прошел день народного единства в Пензенской деревне имеет не слишком высокую ценность, чтобы ради нее скрывать свой статус. А вот с текстом изнутри подпольной китайской фабрики дела обстоят иначе.

3️⃣ Убедитесь, что вы ничем не деанонимизируете героев, которые не знали о вашем журналистском статусе. Все герои вашего текста должны быть анонимными, даже если они, по вашему мнению, не говорят ничего особенного, что могло бы их подставить — они все равно могут быть против своих реплик в вашем тексте.

4️⃣ Врите только в крайних случаях. У вас должна быть легенда, но использовать ее в общении с потенциальными героями текста можно, только если он представляют для вас реальную или потенциальную опасность. В иных случаях — ок, не надо раскрывать место работы, но не стоит врать про имея, возраст и другие вещи.

***

👇🏻👇🏻
Текст тут

#репортаж #правила_работы