— Давай я тебе щас расскажу байку, и мы вместе посмеёмя, — говорит старый друг в телефонную трубку. Я прижимаю её щекой к плечу, потому что варю вареники, дело такое, надо всё время мешать.

Мы много лет работали вместе. Теперь между нами две с половиной тысячи километров. Но как-то раз он сделал то, что я вечно сделать не решаюсь — позвонил. С тех пор звонит регулярно. Рассказывает байки с той стороны.

И вот, очередная, профессиональная.

— Я, — говорит, — только что заработал 1,5 тысячи рублей за 20 минут. Не поверишь, как. Написал вопросы для интервью ведущему рубрики о культуре на телеканале Х. Про театр, в котором он никогда не был.

Мы смеёмся, булькаем тихонечко вместе с варениками. Но так-то понятно, что не смешно.

На следующий день коллега позвонил снова.

— Не поверишь, но он обратился ко мне снова. Теперь нужны вопросы для хореографического колледжа.
— Так ты теперь, значит, что-то вроде литературного раба, — шучу я неуклюже.
— Ну не-е-ет. Я бы назвал это «медиаконсультант».

Побулькали снова. Обсудили коммерческие перспективы применения базовых журналистских навыков. Повздыхали по-стариковски про времена. Что тут скажешь.

Коллега, к слову, вскоре после начала войны ушел из медиа, вел ивенты и таксовал. Но, говорит, мозги начали ржаветь. Постепенно возвращается к интеллектуальному труду. Путь выходит несколько заковыристый, зато без компромиссов с совестью.

#остановите_землю

Мы, между тем, спросили петербургскую реакцию MR7, каков их антикризисный план в связи с аннулированием свидетельства о регистрации СМИ.

Чёткого плана пока нет, потому что depends on. Но посмотрите, как эти славные ребята и девчата умудряются находить в ситуации хорошее.

— Пока планируем достаточно очевидный шаг в нашей ситуации — будем оспаривать решение суда. Если не удастся оспорить, возникнут понятные сложности, связанные с утратой тех прав, которые дает редакции статус СМИ. Что будем делать потом, станет ясно позже. Это зависит, в том числе, от сроков и итогов апелляции.

Сейчас все коллеги продолжают делать свою работу, команда на месте.

Из забавных сиюминутных сложностей: уже появились попытки отказа в предоставлении информации на том основании, что нас якобы «лишили лицензии». Приходится напоминать, что даже при полном нашем бездействии решение суда вступит в силу только в конце февраля. Этих разъяснений пока хватает :)

Другой нюанс, который формально можно было бы посчитать трудностью (но мы не будем): некоторых потенциальных сотрудников уже сейчас отпугивает то, что происходит вокруг нашего СМИ. Понятно, что, по сути, и мы, и они просто получили дополнительный фильтр бонусом. «Свои» всё равно придут. Нам всем стало лишь проще понять, кому и с кем работать, а кому и с кем — нет.

Поводом для лишения издания свидетельства о регистрации СМИ стало отсутствие иноагентских маркировок в двух публикациях в 2024 году. Представитель издания утверждала, что допущенные нарушения не были намеренными и их сразу устранили, но суд доводам не внял.

#нормально_делай #медиалюди

Пост подготовила волонтёрка 4с Света Радыгина

Теперь вы знаете, что говорить завтра на планёрке.

Не благодарите.

«Доставать детальки из расшифровки и думать, куда бы их вставить. Для меня этот процесс был прям ювелирным»

Стажёры проекта «На земле» продолжают рассказывать про свои тексты. Ещё одна вышедшая публикация — текст Дмитрия Шишкина «Хочешь, я расскажу тебе про секс?» Он посвящён проблеме кибергруминга (когда взрослые манипулируют детьми в интернете, выдавая себя за ровесников).

Текст написан методом «восстановленной истории» — метод, при котором журналист воссоздает события, используя различные источники информации, чтобы получить детальное описание произошедшего. Этот подход позволяет читателю погрузиться, а значит лучше понять значимость и последствия событий.

Дима рассказал, как шла работа над текстом.

Решил писать про это, потому что у меня есть личная история, связанная с кибергрумингом. Несколько лет назад моя знакомая начала общаться онлайн с «ровесником», который через несколько дней признался, что намного старше. Это её не смутило, переписка длилась месяцы, а закончилась шантажом, интимными фото и даже тем, что этот мужчина каким-то образом нашёл номер её классной руководительницы. Он собирался приехать в родной город моей знакомой, она поняла, что с этим пора заканчивать и заблокировала его.

Я заинтересовался темой насилия над несовершеннолетними, подписался на паблик фонда «Безопасный дом», следил за материалами о кибергруминге, рабстве, сексуализированном насилии. На стажировке хотел заниматься фандрайзинговыми текстами, а когда редакторка спросила, с какими фондами мне бы хотелось поработать, в голову сразу пришли лучшие российские НКО, которые помогают детям в таких ситуациях. Их мало, хотя проблема огромна. При этом она еще и жутко табуирована, о ней надо писать. Поэтому пишу.

К огромному сожалению, я не говорил напрямую с подростками, которые прошли через этот опыт. Мы хотели делать истории героев с ориентировкой на фонд «Тебе поверят». Но он принципиально не даёт контакты тех, с кем работал, найти героев самостоятельно почти невозможно. Мы почти сразу поняли, что историю будем делать со слов сотрудниц фонда. Немного жалею об этом, но есть и плюс: истории получились отстранённые, без лишних эмоций в теме, которую, кажется, сложно делать без эмоций.

Самое кайфовое в работе было восстанавливать истории. Я не самый большой фанат как такового написания текста, больше люблю собирать фактуру, но тут мне прям понравилось сидеть и писать. Доставать детальки из расшифровки и думать, куда бы их вставить. Для меня этот процесс был прям ювелирным.

Если бы я мог отмотать время и что-то исправить, я бы не забыл написать своей редакторке о том, что текст готов. Дорабатывал его после первого драфта, а сделав финальную версию, просто закрыл док и пошел по своим делам. Часто таким грешу... Если бы я просто написал одно слово, текст, вероятно, выпустили бы намного раньше. Короче, не забывайте тюкать своих редакторов! Никто не сидит и не ждёт, пока вы закончите работу. Все ждут сигналов от вас.

Чувство после выхода текста: банально, но радость! По несколько раз на дню захожу на сайт «Таких дел» и наслаждаюсь тем, как красиво висит иллюстрация с моей публикацией! ))

👇🏻👇🏻
Текст здесь

#нежурфак #на_земле

Беседовала Катерина, волонтёрка 4с

🦝 Отчёт о работе службы ГЛУШ за январь

В январе мы обработали 7 с половиной задач. Из них две — от журналистов, пять — от медиа, а половина… скажем так, от непредвиденных внешних обстоятельств.

Обо всём по порядку.

🤎 Журналистам мы помогли с двумя запросами: поиском независимых медиа и журналистов в городах Дальнего Востока, а также поиском героев для статьи по всей стране. Если вам нужны журналисты или медиа в конкретных регионах — приходите, поможем связать. А если не знаете, где искать героев, тоже пишите — возможно, сможем помочь.

Спасибо большое! С ДВ ваш контакт из Бурятии кое-что подсказала, точнее, у кого можно подсмотреть инфо. Работаем.

🤎 Нашли эсэмэм-специалиста для медиа про окружающую среду. Получили от них же заявку на поиск редактора — ищем!

«X. хорошо работает: старательная, инициативная, ответственная. Пока все выглядит перспективно)»

🤎 Передали 11 кандидатов в новостники межрегиональному медиа. Больше ясности будет, когда закончится тестовая неделя.

«Из 11 переданных один отказался (мы друг друга не так поняли), остальные согласились на тестовую неделю, шестеро предложили темы, у четверых уже что-то опубликовано»

🤎 Удалось подобрать верстальщика сайта для федерального медиа: передали кандидатов, редакция выбрала одного и начала работу. Однако проект пока приостановлен:

«Мы были вынуждены поставить его на паузу из-за некоторых внешних обстоятельств. Возможно, сможем вернуться к нему позже».

🤎 Нашли выпускающего редактора для одного замечательного регионального медиа, но и там пока пауза.

«Спасибо, с (имя) связались, всё нравится. Но сейчас приостановили переговоры и заморозили поиск, так как вынуждены сокращать бюджеты».

❤️‍🩹 Не удалось найти видеооператора во Владивостоке для студийной съёмки. Предложили медиа командировку из Хабаровска, но требовался специалист на месте. Поскольку ни медиа, ни мы не смогли никого найти, решили ограничиться зум-коллом.

❤️‍🩹 В отзывах выше прослеживается закономерность: мы находим человека, общение складывается, но нанять его не удаётся из-за тех самых «внешних обстоятельств». Надеемся, на то, что все сумеют их преодолеть.

В январе 2025 года многие медийщики потеряли работу — из-за закрытия, приостановки деятельности или пересмотра бюджета медиа. В результате ГЛУШ получает запросы на поиск новых проектов для журналистов, оставшихся без работы. Двое из четырёх обратившихся уже выполняют тестовые задания для новых медиа.

❕Если вы ищете работу и знаете, в каком медиа хотите работать, пишите нам — свяжемся с редакцией и обсудим возможность вашего сотрудничества.

🐾 Приходите в ГЛУШ, если вы ищете медиачеловека на задачу или хотите быть найденным ) Все подробности, формы запросов и регистрации — по ссылке.

#глуш

Дарья Штайн, ГЛУШ-координатор

Кейс «Асии Несоевой», которая несколько лет обманывала русскоязычные издания, публикуя в них выдуманные истории, спровоцировал бурную цеховую дискуссию — о фактчекинге в целом и редакционных фактчекерах в частности. В нашем телеграм-канале спор возник вокруг цитаты из поста журналистки Олеси Герасименко, которая выразила надежду на то, что теперь-то «в каждом СМИ появится дополнительная ставка для фактчекера». Ведь возможность нанять собственного верификатора, не говоря уж о фактчекерской группе, есть, конечно, не у всех региональных медиа.

Поговорили об этом с Павлом Баннииковым — специалистом по OSINT, редактором методички Проверено.Медиа и ведущим телеграм-канала «Прогноз погоды».

🔹Когда и почему позиция фактчекера стала экзотикой в медиа.

🔹Может ли редактор выполнять функции фактчекера.

🔹Фактчекер — «база» или роскошь? Всем ли он нужен?

🔹Что можно посоветовать редакциям, у которых нет ресурса на ставку фактчекера.

👇🏻👇🏻
Читайте по ссылке

#фактчекинг

Этот текст получил больше всего голосов в рубрике #просто_пять, поэтому читаем. История волонтёра Таисии Каталини из Анапы, написанная Риной Александровой для «Гласной».

Не знаю, почему вы проголосовали именно за этот текст, потому что я подобных историй прочитала уже с избытком, и новая почти никакого нового знания — ни информационного, ни эмоционального — не принесла. История в целом хорошая, только отдельные фрагменты я просто пробегала по диагонали, потому что всё это уже читала и не по разу — мазут, мешки, волонтёры, бессилье, не было сизов, надышались, птицы, много птиц, очень много птиц, крахмал, склонивший голову лебедь, не могла не помочь…

Единственное, что хочется отметить в этом тексте отдельно — его финал. Точнее, два финала. Потому что есть, собственно, конец текста — рефлексия волонтёрки, которая размышляет над тем, правильно ли они вообще поступали.

«Птицы, которых мы отмыли, — это один процент от популяции перелётных чомг, живущих в окрестностях Анапы. Из них лишь малая часть вернется в естественную среду обитания. При этом мы произвели горы мусора, бездумно распорядились человеческим ресурсом. Но, может, это было небесполезно с точки зрения человеческой души и человеческого опыта?»

И есть второй финал «От редакции». В котором говорится, что героиня публикации Таисия была в числе тех, кто давал водку отравившейся мазутом чомге. Алкоголь птицам давать не следует — это приводит к усилению интоксикации и смерти.

«Таисия отказалась комментировать “Гласной” эту ситуацию. Мы считаем, у неё есть такое право: в первые недели после аварии волонтёры работали на месте трагедии одни, без помощи опытных орнитологов, без понятных инструкций, во многом полагаясь на собственную интуицию и информацию, доступную в сети», — написало издание.

Это правильно и по-честному — не игнорировать и не замалчивать факты, которые могут выставить твою героиню не в лучшем свете.

В целом, по моим ощущениям, историй о бескорыстной волонтёрской помощи медиа уже просто перепроизвели. А вот дельной рефлексии по поводу совершенных ошибок (в том числе, ошибок волонтёров) и нормальной аналитики о перспективах черноморского побережья как экологических, так и экономических — недопроизвели.

(но покидайте ссылки на хорошие тексты такого рода, если встречали)

👇🏻👇🏻
А текст тут

Свежий выпуск рубрики #просто_пять, в которой каждую неделю публикуем подборку пяти зацепивших заголовков.

! На этой неделе подборка текстов в региональных медиа.

1️⃣ «Начальница обязуется не звонить в периоды овуляции жены». Как в Перми прогремела утка про звонки во время секса (текст Вероники Свизевой на пермском портале «59.ру»)

2️⃣ Память на птичьих правах. Почему у мемориалов в «Юности» вырос Монстроград (текст Дениса Шелеметьева и Оксаны Майтаковой в калининградском издании «Новый Калининград»)

3️⃣ «Волшебного посоха у меня нет». Москвич рассказал, как привез жену в Сочи смотреть подснежники (текст Анны Грицевич на портале Sochi1.ру)

4️⃣ Усатый рейс. Кот из Владимира по кличке Буч, который преодолел тысячи километров, путешествуя по России (текст Полины Тарбеевой во владимирском «Ключе»)

5️⃣ «В этой коллекции – семь лет моей работы по сбору коряжек». Побывали на открытии персональной выставки «Род» дизайнера и архитектора Анастасии Байкаловой в галерее Бронштейна (текст Дарьи Александровой в иркутском медиа «Первый Байкальский»)

👉🏻 Суть рубрики. Это случайная выборка из нашего списка региональных и межрегиональных медиа. В неё включаются публикации, которые зацепили заголовком. Подборка ни на что не претендует, но помогает ближе знакомиться с региональными медиа. После каждого выпуска мы также публикуем голосование, а затем делаем мини-разбор той публикации, которая получит больше всего голосов.

❤️🔥 Знаете хорошее региональное медиа? Познакомьте нас с ним — напишите в комментариях или пришлите ссылку боту «Четвёртого сектора»

Сотрудников Роскомнадзора научат составлять «поведенческий портрет человека».

Как пишет Forbes, тендер на обучение объявило подведомственное РКН ФГУП «Главный радиочастотный центр». Начальная цена лота составила 597 000 рублей. В техническом задании указано, что курс предполагается читать в течение 40 часов 11 сотрудникам ГРЧЦ.

Среди прочего их научат составлять «поведенческий портрет человека», то есть выявлять ценности и убеждения человека, особенности мышления и моделей поведения, оценивать риски и благонадежность. Включен и анализ интересов, контента и «иных продуктов активности человека» в интернете.

«Допустимость формулировки “анализ благонадежности” в деятельности государственных органов вызывает серьезные сомнения и ассоциации с китайской системой социального рейтинга»,

— отметил Станислав Селезнев, киберадвокат, сотрудничающий с проектом «Сетевые свободы». Он считает, что практика применения полученных знаний «может оказаться за пределами правового поля».

Управляющий партнер экспертной группы Veta Илья Жарский обращает внимание на численность обучаемых:

«Выделение небольшой группы сотрудников указывает на то, что речь идет о формировании специализированного подразделения аналитиков».

В Роскомнадзоре от комментариев отказались.

👇🏻👇🏻
Подробности

#остановите_землю #хроники_новой_реальности