#субботнее

из фб Нины Абросимовой

«Ну что, друзья и подруги, два с половиной года мы резали статьи на «карточки», интервью на цитаты… и вот наконец-то у нас появился свой сайт! Теперь мы можем писать и не сокращать, а вы — читать наши материалы в более размеренном темпе и на большом экране», — написали создатели медиа про наследие в регионах «В лесах» 31 мая. 

Спросили Дмитрия Горских, одного из издателей, зачем им вообще сайт. Сегодня, когда медиа идут за аудиторией туда, где она сидит, а не наоборот. Когда аудитория больше сканирует, чем читает. И когда сайты, где поднимаются не те темы, блокируются по щелчку пальцев. Публикуем ответ.

— Мы запустили «В лесах» около трёх лет назад, и за это время ни разу не пожалели, что сделали ставку на инстаграм* и телеграм. Гордимся нашими карточками, умением ёмко и наглядно рассказывать истории о наследии регионов, а не выпускать лонгриды ради лонгридов. Мы всегда идём за читателем и правильно ухватили тренд на снижение роли сайтов. Почему он всё-таки появился? 

Это важный шаг для нашего позиционирования, медиа в привычном понимании не бывает без сайта, это та визитка, которая гуглится, когда о тебе узнают за кофе. Можно сколько угодно объяснять направленность на читателя и его медиапривычки, но без сайта тебя часто воспринимают как любительский паблик во ВКонтакте, а не серьёзное взрослое медиа, вне зависимости от охватов и контента, который ты создаёшь. 

Продолжая тему визиточности, нам важно сделать витрину «Лесов» с доступной навигацией и ответить с помощью сайта на вопросы: в чём миссия и редакционная политика проекта и как это отражается на темах материалов, в каких форматах читатель может с нами взаимодействовать и стать автором, какие коммерческие продукты и мультиплатформенные спецпроекты мы уже успели запустить.

С точки зрения преимущества сайта по его функционалу — это прежде всего возможность поиска по ключевым словам. За три года мы вместе с местными жителями, гидами, краеведами и учёными рассказали чуть больше 300 историй о культуре регионов России. Сейчас важно часть из них перенести на сайт, чтобы люди могли к ним возвращаться, поиск в инстаграме и телеграме работает не слишком хорошо. А большая часть рассказанных историй о наследии не устаревает: памятники, о которых мы пишем, и люди, которые их спасают, остаются на своих местах. 

С редакторской точки зрения, всё-таки существуют темы, которые плохо помещаются в карточки инстаграма и требуют вдумчивого повествования в привычном формате. Всё это время мы писали и публиковали лонгриды на сайтах старших коллег: про роль ЮНЕСКО во время войны, о стратегиях борьбы с памятниками и неудобным прошлым, о доме инвалидов Второй Мировой на острове Валаам. Теперь сможем использовать собственную платформу.

С помощью сайта мы планируем выйти на новую, более взрослую аудиторию, начинаем активно работать с SEO-оптимизацией и надеемся на индексируемость в поисковых системах. Наша задача, не изменяя своей редакционной политике и позиции, оставаться не заблокированными как можно дольше. 

Но важнее всего, что нам просто очень нравится запускать новые продукты, мы живое и развивающееся медиа. Например, сайт замотивировал нас на смену устаревшего логотипа и написания названия, с «В ЛЕСАХ» на «В лесах» (то, как все наши коллеги всегда нас и упоминали). Отдельно отмечу, что в отличие от многих медиа для разработки мы решили не использовать вордпресс или другие конструкторы сайтов, а написали всю инфраструктуру на друпале. Это заняло гораздо больше времени, но теперь нам легче управлять сайтом как с точки зрения вёрстки, так и с точки зрения запуска новых вовлекающих форматов.

Надеюсь, что в будущем мы сделаем карту локальных инициатив и разметим на ней описанные нашими авторами памятники. И станем ближе к полноценной энциклопедии наследия регионов России.

👇🏻👇🏻
Сайт тут

А ещё, конечно, читайте и слушайте наш разговор с Дмитрием о том, как создать волонтёрское медиа.

#межрегиональные_медиа #правила_работы

* продукт компании Meta, признанной в России экстремистской организацией

Всё, в следующей подборке — никакой «Новой вкладки». Попрошу автора рубрики сделать для них паузу. Ну невыносимо уже, друзья. Третий раз подряд их текст побеждает в голосовании #просто_пять! Меня скоро начнут подозревать в накрутках ))

Однако сейчас — читаем. Текст «Он не умер, но его больше нет». Про жизнь людей с деменцией и тех, кто за ними ухаживает. Автор Елена Ярмизина, фотографии Татьяны Островской.

Ярмизину разбирать — дело неблагодарное, придраться не к чему. Одна из лучших журналисток региональной России сегодня. Её только читать — и учиться.

В этом конкретном тексте меня сразили две вещи.

Откровенность одной из героинь. Она рассказывает, как била бабушку с деменцией носком (и та начала бояться носка), как застала ее за мастурбацией и много других вещей, в которых признаваться тяжело и стыдно даже на исповеди, а уж журналисту да с открытым лицом — тем более. То, что Лена смогла этой откровенности добиться — журналистская победа.

То, как захватывающе, почти литературно вывязано повествование. Просто оцените фрагмент.

— Не бойся, доча. Со мной всякого такого ужаса не должно произойти, — качает головой Любовь Ивановна, наливая чай. — Как это: вдруг забуду, как тебя зовут? Или дорогу домой забуду?
«Такого не случится», — она обнимает дочь и кладёт в чай две ложечки соли.

👇🏻👇🏻
Текст тут

#текст_норм #тхе_бест

Свежий выпуск рубрики #просто_пять, в которой каждую неделю публикуем подборку пяти зацепивших заголовков.

1️⃣ «Сохранять природу – это экоЛогично». Биолог рассказал, с какими экологическими проблемами сталкивается Белгородская область (текст Татьяны Дюминой в белгородском «Фонаре») >>

2️⃣ Страшные дороги, ужасный запах и общая угнетенность — что мы увидели в четырех районах Башкирии (текст Аделины Лутфуллиной в уфимских «Пруфах») >>

3️⃣ Трагедия в «Нашем доме»: что происходит в центре для детей-сирот Зеленоградска (текст Оксаны Майтаковой и Дениса Шелеметьева в «Новом Калининграде») >>

4️⃣ Антон Климов: «Байкал – это сила, которая всех нас переживет и перемелет». Поговорили с документальным фотографом, автором нашумевшей выставки «Глубокая вода» (текст Марины Беклемишевой в иркутском издании «Первый Байкальский») >>

5️⃣ Не пошли на поводке. Жители Бурятии добиваются отмены закона об эвтаназии бездомных животных и массово записывают их на себя (текст Надежды Шевченко в межрегиональном «Кедре») >>

👉🏻 Суть рубрики. Это случайная выборка из нашего списка региональных и межрегиональных медиа. В неё включаются публикации, которые зацепили заголовком. Подборка ни на что не претендует, но помогает ближе знакомиться с региональными медиа. После каждого выпуска мы также публикуем голосование, а затем делаем мини-разбор той публикации, которая получит больше всего голосов.

❤️‍🔥 Знаете хорошее региональное медиа? Познакомьте нас с ним — напишите в комментариях или пришлите ссылку боту «Четвёртого сектора».

Рубрику подготовила волонтёр 4с Наталья

Я ведь уже говорила, что не из тех, кто никогда не разбирает папку «Посмореть позже»? Вот. Да. Я — тот самый чудак, который таки разбирает.

И вот я наконец посмотрела мартовский эфир с исследователем городских конфликтов Юрием Лобановым. Он рассказывал про новосибирскую карту городских конфликтов, созданную на базе Новосибирского государственного технического университета (радостно было увидеть, что руководитель проекта — социолог, конфликтолог и большого ума человек Ирина Скалабан, с которой мы познакомились несколько лет на проекте «Право на города»).

Сейчас в базе: 1103 события, 407 конфликтов и 66 сообществ. Создатели карты тренируют нейросеть — учат собирать информацию о конфликтах из публикаций. Даже заявляют о том, что, возможно, получится научить её предсказывать исход конфликтов.

На основе базы и карты исследователи делают выводы о различных закономерностях.

🔹Например: чем крупнее инвестиции, тем меньше шансы на успех у жителей, протестующих против какого-либо объекта.

🔹 Если на территории уже было сформированное сообщество, вероятность конфликта выше.

🔹Чем дороже недвижимость на территории, тем также вероятность конфликта выше.

🔹В Новосибирске основным триггером городских конфликтов выступает застройка (город застраивается даже более активно, чем Москва).

🔹Хотя, конечно, есть и другие триггеры. Например, конфликт вокруг «Тангейзера» исследователи тоже считают городским, хоть он и вокруг ценностей, потому что риторика тех, кто выступал против постановки — «not on my backyard».

Ну, короче.

Во-первых, всё это ужасно интересно просто для общего развития.

Во-вторых. Сейчас проект основан на публикациях в соцсетях и медиа, «питается» от них. А я подумала, что нечто подобное могло бы лечь как раз в основу городского медиа. Прям крутая тема, по-моему, м?

👇🏻👇🏻
Запись эфира тут

#медиаэксперименты #медиаидеи

На главного редактора «Вечерних ведомостей» завели дело из-за «неуважения к власти»

Поводом стал пост в телеграм-канале Владислава Постникова, пишет издание.

«Вечерние ведомости» уточняют, что их главному редактору позвонила сотрудница ОП №1 Ирина Осетрова и сообщила, что ему нужно явиться в отдел. Подробностей о деле пока нет, а с материалами Постников и его адвокат еще не ознакомились.

Примечательно, что Владислава вызывают именно в ОП №1 Кировского района Екатеринбурга, хотя его официальное и фактическое место жительства — в Верх-Исетском районе, а официальное и фактическое место работы — в Ленинском.

Журналисы предполагают — это может быть связано с тем, что в ОП №1 работают сотрудники, близко знакомые экс-начальнику ОИАЗ УВМД по Екатеринбургу, а ныне сотруднику областного главка МВД Антону Трошину. Ранее он был «крайне недоволен» публикацией в «Вечерних ведомостях» о злоупотреблении сотрудников полиции, в частности, его действий по отношению к прохожим во время разгона мирной акции в марте 2022 года в Екатеринбурге.

Почитайте или послушайте историю преследования «Вечерних ведомостей» и лично Владислава Постникова у нас на Грибнице.

Любопытное обсуждение в «Журналистах и медийщиках». Людей спросили, кто из какой сферы пришёл в журналистику и почему решили остаться.

Больше всего среди ответивших (5) бывших работников сферы образования (учителя и одна воспитательница). На втором месте (4) — бывшие юристы и те, кто пришёл сразу после школы. Пара психологов, пара переводчиков, а также — люди после выборов, Второй Чеченской, журфака, из ФНС, аваиации и микробиологии.

Один написал: «Приходят душевнобольные и потом выйти уже невозможно». Что ж, в этом тоже что-то есть. Как сказал на одной встрече главредов модератор: «Что такое редакция? Группа креативных людей на грани сумасшествия».

Я тоже из тех, кто «сразу после школы». В 8-м классе решила стать журналистом, потому что считала, что они много путешествуют (ха-ха). Поступала в Москву на журфак — тогда все ехали в столицы. Провалилась. Вернулась в родной город. Пыталась найти хоть какую-то работу (гардеробщицей в школе). Но попала стажёркой на телерадиокомпанию (по блату, через подругу мамы), и как-то быстро (кажется, буквально через неделю, нет, уже без блата) в день моего семнадцатилетия меня (внезапно) приняли в штат.

А вы откуда?

#вопрос4с