Дореволюционные кредиты
В 1911 году казахам Тургайской и Семипалатинской области было выдано кредитов на сумму 17 тысяч рублей.
При этом в Семипалатинской области выдано долгосрочных кредитов на 5380, а краткосрочных на 5559 руб.
С 1874 года при областных правлениях степных областей работала ссудная касса для казахского населения. Она выдавала два вида ссуд под 5% годовых (стандартная ставка государственных банков тех лет):
– Краткосрочные на мелкие хозяйственные нужды (до 30 руб на срок до года)
– Долгосрочные (до 200 руб на срок до 5 лет).
Для понимания, 200 рублей в начале XX века это годовая зарплата квалифицированного рабочего.
Деньги можно было брать только на хозяйственные нужды, например, после неурожая или при переходе к оседлой жизни.
Заемщики должны были предоставить поручителей (1 человек на каждые 10 руб). Проценты взимались сразу: за весь срок для краткосрочных и за первый год для долгосрочных ссуд. Можно было погасить досрочно и получить часть процентов назад. В исключительных случаях давалась отсрочка платежа.
Если заемщик не возвращал деньги вовремя, ему давали месяц льготы, но начисляли пеню (0,5%). После этого долг взыскивали через суд, а если заемщик был несостоятелен, то с поручителей.
Рост кредитования населения неудивителен – вторая половина XIX ознаменовалась тотальной экономической трансформацией Степного края. Приток переселенцев, постепенная трансформация казахского населения с кочевого на оседлый и инкорпорация в экономику империи начали преображать край.
Так, в одной только Акмолинской области производство фабрик выросло с 1 миллиона рублей в 1897 до почти 19 млн рублей в 1913 году.
Множество этнографов отмечают тенденцию зажиточных казахов к переходу к полукочевому скотоводству. Более того, появились зачатки сельского хозяйства такие как запасание сена на зиму, строительство загонов и ноу хау степи – селекция скота. Те, кому повезло меньше, вынуждены были оседать.
– С 1890 по 1895 год в Семипалатинской области число казахских семей, занимающихся земледелием выросло с 27 271 до 42 725 кибиток.
– В Акмолинской области с 1880 по 1894 годы площадь земель, распахиваемых казахами выросла в 14 раз, а сбор хлеба возрос в 20 раз.
– С 1879 по 1898 посев казахами Уральского уезда хлеба вырос с 3 798 пудов до 138 522 пудов (с 62 до 2 268 тонн).
В 1911 году казахам Тургайской и Семипалатинской области было выдано кредитов на сумму 17 тысяч рублей.
При этом в Семипалатинской области выдано долгосрочных кредитов на 5380, а краткосрочных на 5559 руб.
С 1874 года при областных правлениях степных областей работала ссудная касса для казахского населения. Она выдавала два вида ссуд под 5% годовых (стандартная ставка государственных банков тех лет):
– Краткосрочные на мелкие хозяйственные нужды (до 30 руб на срок до года)
– Долгосрочные (до 200 руб на срок до 5 лет).
Для понимания, 200 рублей в начале XX века это годовая зарплата квалифицированного рабочего.
Деньги можно было брать только на хозяйственные нужды, например, после неурожая или при переходе к оседлой жизни.
Заемщики должны были предоставить поручителей (1 человек на каждые 10 руб). Проценты взимались сразу: за весь срок для краткосрочных и за первый год для долгосрочных ссуд. Можно было погасить досрочно и получить часть процентов назад. В исключительных случаях давалась отсрочка платежа.
Если заемщик не возвращал деньги вовремя, ему давали месяц льготы, но начисляли пеню (0,5%). После этого долг взыскивали через суд, а если заемщик был несостоятелен, то с поручителей.
Рост кредитования населения неудивителен – вторая половина XIX ознаменовалась тотальной экономической трансформацией Степного края. Приток переселенцев, постепенная трансформация казахского населения с кочевого на оседлый и инкорпорация в экономику империи начали преображать край.
Так, в одной только Акмолинской области производство фабрик выросло с 1 миллиона рублей в 1897 до почти 19 млн рублей в 1913 году.
Множество этнографов отмечают тенденцию зажиточных казахов к переходу к полукочевому скотоводству. Более того, появились зачатки сельского хозяйства такие как запасание сена на зиму, строительство загонов и ноу хау степи – селекция скота. Те, кому повезло меньше, вынуждены были оседать.
– С 1890 по 1895 год в Семипалатинской области число казахских семей, занимающихся земледелием выросло с 27 271 до 42 725 кибиток.
– В Акмолинской области с 1880 по 1894 годы площадь земель, распахиваемых казахами выросла в 14 раз, а сбор хлеба возрос в 20 раз.
– С 1879 по 1898 посев казахами Уральского уезда хлеба вырос с 3 798 пудов до 138 522 пудов (с 62 до 2 268 тонн).
🔥24👍3
"За эти пять лет, к нам в столицу прибыло 70 тысяч социально уязвимых слоёв населения. Почему? Столица манит своими доступными и качественными услугами и возможностью получения жилья. Вы знаете, что столица больше всех выдает жилье для социально-уязвимых слоёв населения. И мы видим миграционные потоки со всех регионов Казахстана, именно для того, чтобы встать в очередь, получить жилье, получить те блага, которые у нас есть"
По состоянию на начало 2025 года в Астане проживает более 38 тысяч людей с инвалидностью, включая почти 11 тысяч детей. За три года их число увеличилось на 19%, в том числе детей – на 33%.
"Следует отметить, что 33% случаев инвалидности среди прошедших медико-социальную экспертизу приходятся на психические расстройства и заболевания нервной системы. Среди них наиболее распространены: шизофрения, умственная отсталость, детский церебральный паралич, расстройства развития, эпилепсия, а также воспалительные и наследственные заболевания центральной нервной системы", – отметила Алмагуль Салыкова.
Также Алмагуль Салыкова отметила, что прослеживается рост бытового насилия. Несмотря на общереспубликанское снижение, в Астане зафиксирован рост на 31,7% – с 5336 до 7026 случаев. В 2023 году в столице за помощью в кризисные центры обратилось 510 человек – больше, чем в Алматы и Шымкенте.
BES.media
Аудит соцзащиты в Астане: ревкомиссия выявила нарушения на 1,3 млрд тенге
Ежегодно в столице прирост людей с инвалидностью составляет около 2 тысяч человек.
Показательный пример итогов политики, когда на педагогические специальности брали любую мартышку с проходным баллом лишь бы закрыть дефицит.
По итогу имеем полуграмотных учителей истории, начитавшихся альтернативных историков, и срущих в головы детям учебниками, написанными большевиками.
А потом мы имеем 200 тысяч казахов у Наполеона, высказывание Екатерины/Сралина мол "если казахи узнают свою историю, они завоюют мир".
Аульный рессентимент
По итогу имеем полуграмотных учителей истории, начитавшихся альтернативных историков, и срущих в головы детям учебниками, написанными большевиками.
А потом мы имеем 200 тысяч казахов у Наполеона, высказывание Екатерины/Сралина мол "если казахи узнают свою историю, они завоюют мир".
Аульный рессентимент
3🔥53
У нас в медзаключении говорится о том, что с внедрением ОСМС финансовая нагрузка на государство не уменьшилась. Это и есть ключевой посыл, который палата закладывает в аудиторское заключение. Потому что на ваш вопрос я могу ответить только субъективно, как частное лицо. А как должностное лицо палаты – это выходит за рамки мандата. Это не аудиторская функция – говорить, что, например, с внедрением ОСМС качество медуслуг существенно снизилось, или что было бы, если бы ОСМС не было.
Наш вывод однозначен: с внедрением ОСМС доля расходов, лёгших на государственный бюджет, не уменьшилась. И речь не только о ГОБМП. Мы говорим и о трансфертах из республиканского бюджета, и о расходах за счёт ОСМС.
Если посмотреть на структуру застрахованных, то 86% из них так или иначе работают на государство. Это означает, что финансирование всё равно идёт из госбюджета – пусть и косвенно, через другой контур. Получается, что 86,2% – это включая госслужащих, льготные категории, сотрудников квазигосударственного сектора, то есть тех, кто работает на государство. Эти люди застрахованы, но по сути расходы за них несёт всё то же государство. Это один из ключевых аспектов, зафиксированных в выводах аудита.
Каждый месяц гражданин исправно перечисляет 5% своей зарплаты в ОСМС в систему, которая не работает.
Нельзя бесконечно вкладывать деньги в систему, которая не демонстрирует результат. Давно уже пора впустить рынок в медстрахование – и дать людям самим выбирать кому доверить свои деньги. Кто-то предпочтёт остаться в ОСМС, кто-то выберет рыночного игрока, но у людей будет выбор кому отдавать деньги.
Потребитель голосует кошельком – и если страховая тянет деньги, но не обеспечивает сервис, то он уйдёт к другой.
bes.media
"Система может и завтра загнуться, а может через 50 лет": как ВАП проверяла Фонд медстрахования
Член Высшей аудиторской палаты Расул Рахимов рассказал BES.media о проверке частных клиник, об их "диверсиях", приписках на миллиарды и завышении расходов.
🔥19
В наших СМИ нечего читать. Этот секрет полишинеля для меня встал все более остро в последнее время. Если раньше я мог открыть почитать Qmonitor, Turanpress про политику и культуру, Форбс и Курсив для качественной экономической аналитики и интервью с экспертами, Ратель для криминала и Власть для всего вместе. А сейчас практически ничего вдумчиво и не почитаешь. Аналитика и колумнистика у нас умерла.
Понятное дело, что медиа не стоит на месте и эволюционирует – зачем читать фоторепортажи, если можно посмотреть качественные документалки. Но есть жанры, которые умерли – колумнистика, фельетоны, очерки пережиток прошлого (хотя фельетоны Салимы Дюйсековой второй половины 10-х про агашек и токалок были очень даже лулзовые). А теперь мы хороним аналитику.
СМИ офастфудились. Достаточно быть подписанным на одно СМИ чтобы получать большую часть информации.
Вероятнее всего унификация медиа происходит из-за того, что все начали равняться на одну-единственную целевую аудиторию – максимально широкую, обезличенную, нейтральную. Если раньше у деловых СМИ была понятная ниша – бизнес, инвесторы, менеджмент, госменеджеры, то теперь даже они пишут так, будто хотят угодить всем и сразу: и студенту, и чиновнику, и домохозяйке. Всё ради трафика.
Причём, что характерно из знающих свою ЦА особняком держатся Айтишные СМИ, которые все ещё пилят хороший контент и нормально существуют (вероятно из-за низкого участия государства и экспортоориентированности отрасли).
Трафик и вовсе штука интересная. Он вроде есть, но у нас его не анализируют чтобы качественнее и точнее продать рекламу. Особенно когда этих рекламодателей становится все меньше из-за странных ограничений. Остаётся только Госинформзаказ.
В таких условиях СМИ просто перестают иметь мотивацию сегментировать аудиторию. Зачем пилить продукт под бизнес-аудиторию, если эксперты предсказывают застой из-за нового налогового кодекса?
По сути, мы теряем экономический фундамент для существования профессиональных медиа. Не потому, что нет журналистов. А потому, что нет экономики, которая способна оплачивать их труд. Плохо экономике – вымирает бизнес – уменьшаются рекламные бюджеты – с ней и журналистика. Вот и остаётся ориентация на среднего читателя.
Мой хороший друг Ильяс Бактыгалиев считает, что в новых реалиях блоги и эксперты будут куда релевантнее традиционных СМИ. Но, глядя на то, как безжалостно ИИ эксплуатируют даже эти альтернативные голоса, я всё больше склоняюсь к своему сценарию – вероятному ренессансу печатной журналистики.
Понятное дело, что медиа не стоит на месте и эволюционирует – зачем читать фоторепортажи, если можно посмотреть качественные документалки. Но есть жанры, которые умерли – колумнистика, фельетоны, очерки пережиток прошлого (хотя фельетоны Салимы Дюйсековой второй половины 10-х про агашек и токалок были очень даже лулзовые). А теперь мы хороним аналитику.
СМИ офастфудились. Достаточно быть подписанным на одно СМИ чтобы получать большую часть информации.
Вероятнее всего унификация медиа происходит из-за того, что все начали равняться на одну-единственную целевую аудиторию – максимально широкую, обезличенную, нейтральную. Если раньше у деловых СМИ была понятная ниша – бизнес, инвесторы, менеджмент, госменеджеры, то теперь даже они пишут так, будто хотят угодить всем и сразу: и студенту, и чиновнику, и домохозяйке. Всё ради трафика.
Причём, что характерно из знающих свою ЦА особняком держатся Айтишные СМИ, которые все ещё пилят хороший контент и нормально существуют (вероятно из-за низкого участия государства и экспортоориентированности отрасли).
Трафик и вовсе штука интересная. Он вроде есть, но у нас его не анализируют чтобы качественнее и точнее продать рекламу. Особенно когда этих рекламодателей становится все меньше из-за странных ограничений. Остаётся только Госинформзаказ.
В таких условиях СМИ просто перестают иметь мотивацию сегментировать аудиторию. Зачем пилить продукт под бизнес-аудиторию, если эксперты предсказывают застой из-за нового налогового кодекса?
По сути, мы теряем экономический фундамент для существования профессиональных медиа. Не потому, что нет журналистов. А потому, что нет экономики, которая способна оплачивать их труд. Плохо экономике – вымирает бизнес – уменьшаются рекламные бюджеты – с ней и журналистика. Вот и остаётся ориентация на среднего читателя.
Мой хороший друг Ильяс Бактыгалиев считает, что в новых реалиях блоги и эксперты будут куда релевантнее традиционных СМИ. Но, глядя на то, как безжалостно ИИ эксплуатируют даже эти альтернативные голоса, я всё больше склоняюсь к своему сценарию – вероятному ренессансу печатной журналистики.
🔥18
В прошлом году у Financial Times вышло исследование о степени поляризации общества. Используя данные Института Гэллапа об идеологической самоидентификации в США, издание обнаружило , что после десятилетий, когда либеральные и консервативные взгляды мужчин и женщин были примерно равны, женщины в возрасте от 18 до 30 лет теперь на 30 процентных пунктов более либеральны, чем их ровесники-мужчины. Этот разрыв образовался всего лишь за последние десять лет. Ситуация аналогична в Великобритании и Южной Корее.
И тренд, в общем-то, глобальный, если вы думаете, что идеологический разрыв между мужчинами и женщинами это проблемы белых дьяволов. Казахстан аналогично медленно и неумолимо входит в воронку поляризации.
А катализатором подобных различий стал… Брат Салат, кабан и прочие мемы. С тех пор этот водораздел только ширится.
Появляется все больше женских медиа, поднимаются вопросы правозащиты, кейсы о домашнем насилии среди рэперов типаман Курта набирают просмотры. А что есть у противоположной стороны? Казахского Арсена Маркаряна еще не изобрели, но в глубинах АП, думаю, идея теплится.
Звучит как в Америке? Да, потому что глобализация все ещё задает тренды, просто с некоторым опозданием. Катализатор реакции нам известен, но медленно закипал суп достаточно долго.
Высшее образование – в Казахстане среди занятых женщин доля имеющих высшее и послевузовское образование составляет 47,3%, в то время как среди мужчин - 38,1% Университеты становятся либеральнее не только из-за преподавателей, но и потому, что в них всё чаще доминируют женщины.
Секс любой ценой, но бесплатно. Образованные и финансово независимые женщины не хотят встречаться с мужчинами “ниже по статусу”. Мужчины, не имеющие диплома или карьеры, остаются в одиночестве и, не найдя места в обществе, часто радикализуются. Все мы видели межполовые срачи о преимуществе иностранцев над казахами/казашками.
Социальные сети, создающие эхо-камеры, эффект от которых усиливается алгоритмами. Это разжигает недовольство разных лагерей. Женщины, которые кликают на истории фонда Немолчи, будут видеть их больше, как и мужчины, которые кликают на истории о мужчинах, ложно обвиненных в сексуальном насилии. У каждого из них может сложиться преувеличенное представление о несправедливости, с которой сталкивается их пол, и меньше возможностей для восприятия противоположных точек зрения.
Как это повлияет на электоральные процессы в Казахстане? Никак, лол, зумеры не ходят на выборы.
И тренд, в общем-то, глобальный, если вы думаете, что идеологический разрыв между мужчинами и женщинами это проблемы белых дьяволов. Казахстан аналогично медленно и неумолимо входит в воронку поляризации.
А катализатором подобных различий стал… Брат Салат, кабан и прочие мемы. С тех пор этот водораздел только ширится.
Появляется все больше женских медиа, поднимаются вопросы правозащиты, кейсы о домашнем насилии среди рэперов типа
Звучит как в Америке? Да, потому что глобализация все ещё задает тренды, просто с некоторым опозданием. Катализатор реакции нам известен, но медленно закипал суп достаточно долго.
Высшее образование – в Казахстане среди занятых женщин доля имеющих высшее и послевузовское образование составляет 47,3%, в то время как среди мужчин - 38,1% Университеты становятся либеральнее не только из-за преподавателей, но и потому, что в них всё чаще доминируют женщины.
Секс любой ценой, но бесплатно. Образованные и финансово независимые женщины не хотят встречаться с мужчинами “ниже по статусу”. Мужчины, не имеющие диплома или карьеры, остаются в одиночестве и, не найдя места в обществе, часто радикализуются. Все мы видели межполовые срачи о преимуществе иностранцев над казахами/казашками.
Социальные сети, создающие эхо-камеры, эффект от которых усиливается алгоритмами. Это разжигает недовольство разных лагерей. Женщины, которые кликают на истории фонда Немолчи, будут видеть их больше, как и мужчины, которые кликают на истории о мужчинах, ложно обвиненных в сексуальном насилии. У каждого из них может сложиться преувеличенное представление о несправедливости, с которой сталкивается их пол, и меньше возможностей для восприятия противоположных точек зрения.
Как это повлияет на электоральные процессы в Казахстане? Никак, лол, зумеры не ходят на выборы.
👍33
Граждане Ирана, Пакистана и Афганистана чаще всего подделывают документы о происхождении для получения статуса кандаса.
Немножко перебивает фольклорный нарратив о том, что множество узбеков и каракалпаков подделывают документы чтобы получить статус оралмана/кандаса, но вероятно это так и останется недоказуемой аксиомой.
А тем временем в 2025 году на родину вернулось 4,4 тысячи человек.
Из числа кандасов трудоспособного возраста по уровню образования 17,4% имеют высшее образование, 26,8% среднее специальное образование, 53,6% общее среднее образование и 2,2% не имеют образования.
Но что самое странное так это то, что Министерство труда не ведёт даже учёт поддельных документов. Дескать, таких случаев мало, и они не заслуживают внимания. Это звучит как откровенное пренебрежение к системной уязвимости. Ведь если государственный орган не фиксирует такие инциденты, он не может ни оценить масштаб проблемы, ни выстроить превентивные меры. А значит, система слепа к потенциальным рискам будь то мошенничество, коррупция или угроза национальной безопасности.
У нас и так огромная проблема со сбором больших данных – настолько большая, что каждое ведомство имеет свои методики расчёта, которое отличается от других.
Немножко перебивает фольклорный нарратив о том, что множество узбеков и каракалпаков подделывают документы чтобы получить статус оралмана/кандаса, но вероятно это так и останется недоказуемой аксиомой.
А тем временем в 2025 году на родину вернулось 4,4 тысячи человек.
– 45% из КНР
– 40% из Узбекистана
– 5% из Туркменистана
– 3% из монголии
– 2,3% из РФ
– 2,6% из других стран.
Из числа кандасов трудоспособного возраста по уровню образования 17,4% имеют высшее образование, 26,8% среднее специальное образование, 53,6% общее среднее образование и 2,2% не имеют образования.
Но что самое странное так это то, что Министерство труда не ведёт даже учёт поддельных документов. Дескать, таких случаев мало, и они не заслуживают внимания. Это звучит как откровенное пренебрежение к системной уязвимости. Ведь если государственный орган не фиксирует такие инциденты, он не может ни оценить масштаб проблемы, ни выстроить превентивные меры. А значит, система слепа к потенциальным рискам будь то мошенничество, коррупция или угроза национальной безопасности.
У нас и так огромная проблема со сбором больших данных – настолько большая, что каждое ведомство имеет свои методики расчёта, которое отличается от других.
bes.media
Афганцы и иранцы чаще всего подделывают документы для получения статуса кандаса в Казахстане
С момента обретения независимости в Казахстан репатриировались более 1 млн 153 тысяч этнических казахов.
👍16🔥4🤡1
Всегда удивляли такие юридические парадоксы. Наказывают не тех, кто пытался дать взятку, пусть даже и мошеннику, а тех, кто этих "взяткодателей" обманул.
Суть: 37-летний Арман Таженов из Семея выдавал себя за племянника председателя КНБ и обещал за деньги решать вопросы по трудоустройству. Весной 2024 года он убедил бывшего пограничника, уволенного из службы, заплатить 10 тысяч долларов, якобы за возвращение в органы. Позже мошенник запросил ещё 2 миллиона тенге и получил их.
Примерно тогда же через посредников Таженов получил 100 тысяч долларов от супруга известной скрипачки Айман Мусаходжаевой, которая хотела вернуться в кресло ректора Национальной академии искусств. Мошенник попросил ещё 100 тысяч, но дело не сдвинулось и потерпевшие обратились в полицию. В итоге Таженов признал вину, возместил ущерб и получил 4 года условно.
Лицо полицейских, получавших заявление от этих пострадавших представили?
Суть: 37-летний Арман Таженов из Семея выдавал себя за племянника председателя КНБ и обещал за деньги решать вопросы по трудоустройству. Весной 2024 года он убедил бывшего пограничника, уволенного из службы, заплатить 10 тысяч долларов, якобы за возвращение в органы. Позже мошенник запросил ещё 2 миллиона тенге и получил их.
Примерно тогда же через посредников Таженов получил 100 тысяч долларов от супруга известной скрипачки Айман Мусаходжаевой, которая хотела вернуться в кресло ректора Национальной академии искусств. Мошенник попросил ещё 100 тысяч, но дело не сдвинулось и потерпевшие обратились в полицию. В итоге Таженов признал вину, возместил ущерб и получил 4 года условно.
Лицо полицейских, получавших заявление от этих пострадавших представили?
Telegram
Kozachkov offside
ЕЩЕ ОДИН ПЛЕМЯННИК
37-летний уроженец Семея представлялся родственником председателя КНБ и обещал за 200 тысяч долларов вернуть на должность ректора известную скрипачку Айман Мусаходжаеву - еще одна увлекательная история изобретательного мошенника.
В…
37-летний уроженец Семея представлялся родственником председателя КНБ и обещал за 200 тысяч долларов вернуть на должность ректора известную скрипачку Айман Мусаходжаеву - еще одна увлекательная история изобретательного мошенника.
В…
🔥25