Всем привет! На связи Вероника Давиташвили, и мы продолжаем рассказывать о ключевых мировых событиях, посвященных дизайну и искусству. В этот раз по стопам Milan Design Week 2025 решили выделить локации, где присутствует явная работа с архитектурой и сценографией. Начнем нашу серию заметок с нескольких экспозиций, которые развернулись вокруг Центрального вокзала — Padiglione Reale.
Prada Frames In Transit («В пути») переворачивает отношения выставки и зрителя: экспонатом становится процесс и режиссура. Манифест этого года предлагает посмотреть на инфраструктуру как на динамичную и сложносочиненную систему, которая формирует перемещения людей, товаров, данных и энергии.
Проходя через боковое фойе, оказываешься в зале ожидания — лектории, а затем попадаешь на железнодорожную платформу с поездом, спроектированным Джо Понти и Джулио Минолетти в 1950-е. Внутри — отреставрированный состав Arlecchino с монологами участников лектория, почти театральными, которые продолжают мысли, озвученные на лекции, но уже не требуют взаимодействия, а скорее погружают зрителей в атмосферу события.
На лекциях было важно не столько то, о чем шла речь, сколько то, как это было организовано: представления короткие, без визуального ряда, с рассказом, как правило, не про финальные проекты, а о процессе создания. В конце лекций каждый слушатель переходил из «зала ожидания» на платформу, где выступающие продолжали свои мысли. Это создавало ощущение иммерсивного спектакля.
На территории вокзала заброшенные склады — Magazzini Raccordati — трансформировались в арт-пространство — Dropcity, в котором расположилась выставка Prison Times, посвященная исследованию роли дизайна в растущем тюремном кризисе. Часто дизайн таких объектов оставался анонимным, так как имена дизайнеров заменялись названиями производителей. Эта выставка подчеркивает, что и эти объекты были спроектированы, представляя in из себя типологический каталог, структурированный вокруг типичного дня из жизни заключённых.
В соседнем своде под железнодорожным вокзалом — выставка Boxes о коробках разных эпох, культур, материалов и технологий. Среди них были и совершенно очаровательные — больше всего покорила гонконгская коробочка для хранения десертов, похожая на птичью клетку по форме, но выполненная из зеркального стекла.
А неподалеку, в бывших складах соли, художник Джан-Мария Тозатти собрал монументальную инсталляцию Paradise, рассказывающую про расслоение общества: фигуры бездомных вдоль стен, лежащих на матрасах, укрытые золочеными спасательными термоодеялами, тишина, полумрак и великолепные люстры — всё это создавало сильную атмосферу. В завершении — почти полностью темный свод, в котором автор видит место для созерцания и размышлений о хрупкости нашего времени.
#DO_notes
Prada Frames In Transit («В пути») переворачивает отношения выставки и зрителя: экспонатом становится процесс и режиссура. Манифест этого года предлагает посмотреть на инфраструктуру как на динамичную и сложносочиненную систему, которая формирует перемещения людей, товаров, данных и энергии.
Проходя через боковое фойе, оказываешься в зале ожидания — лектории, а затем попадаешь на железнодорожную платформу с поездом, спроектированным Джо Понти и Джулио Минолетти в 1950-е. Внутри — отреставрированный состав Arlecchino с монологами участников лектория, почти театральными, которые продолжают мысли, озвученные на лекции, но уже не требуют взаимодействия, а скорее погружают зрителей в атмосферу события.
На лекциях было важно не столько то, о чем шла речь, сколько то, как это было организовано: представления короткие, без визуального ряда, с рассказом, как правило, не про финальные проекты, а о процессе создания. В конце лекций каждый слушатель переходил из «зала ожидания» на платформу, где выступающие продолжали свои мысли. Это создавало ощущение иммерсивного спектакля.
На территории вокзала заброшенные склады — Magazzini Raccordati — трансформировались в арт-пространство — Dropcity, в котором расположилась выставка Prison Times, посвященная исследованию роли дизайна в растущем тюремном кризисе. Часто дизайн таких объектов оставался анонимным, так как имена дизайнеров заменялись названиями производителей. Эта выставка подчеркивает, что и эти объекты были спроектированы, представляя in из себя типологический каталог, структурированный вокруг типичного дня из жизни заключённых.
В соседнем своде под железнодорожным вокзалом — выставка Boxes о коробках разных эпох, культур, материалов и технологий. Среди них были и совершенно очаровательные — больше всего покорила гонконгская коробочка для хранения десертов, похожая на птичью клетку по форме, но выполненная из зеркального стекла.
А неподалеку, в бывших складах соли, художник Джан-Мария Тозатти собрал монументальную инсталляцию Paradise, рассказывающую про расслоение общества: фигуры бездомных вдоль стен, лежащих на матрасах, укрытые золочеными спасательными термоодеялами, тишина, полумрак и великолепные люстры — всё это создавало сильную атмосферу. В завершении — почти полностью темный свод, в котором автор видит место для созерцания и размышлений о хрупкости нашего времени.
#DO_notes
❤🔥6❤4🥰2
Перемещаемся в пригород Милана, город Варедо, на Alcova — ежегодная выставка в рамках Fuorisalone. Две виллы, бывший завод и оранжерея, расположены на одной улице и связаны единым маршрутом. Пространства очень фактурные, местами руинированные, что добавляет предметам нужный контекст и дополнительные смыслы. Удачные пространственные решения и правильно подобранное освещение эффективно подчеркивают объекты.
В каждой из почти 100 комнат размещены работы независимых дизайнеров. Контраст переходов из узких коридоров в подвалы, грубые материалы в сочетании с полированным металлом и зеркальными инсталляциями, ловящих рассеянный свет — всё работает на выстраивание нарратива. Здесь работают в основном молодые авторы — и это чувствуется. Эксперименты, проба формы, попытка сказать что-то новое, не оборачиваясь на рынок или «как надо». За счёт этого в Alcova появляется редкое чувство единства — все участники движутся в одном направлении. И этот вектор оказался неожиданно близким к тому, что происходит сейчас в России.
Отдельно хочется выделить проект J39,5 — работа японского коллектива AtMa inc. За основу взят культовый стул J39, буквально распиленный и переосмысленный в десятках вариаций. Вместо ностальгии по классике — живой диалог о трансформации функции и формы.
#DO_notes
В каждой из почти 100 комнат размещены работы независимых дизайнеров. Контраст переходов из узких коридоров в подвалы, грубые материалы в сочетании с полированным металлом и зеркальными инсталляциями, ловящих рассеянный свет — всё работает на выстраивание нарратива. Здесь работают в основном молодые авторы — и это чувствуется. Эксперименты, проба формы, попытка сказать что-то новое, не оборачиваясь на рынок или «как надо». За счёт этого в Alcova появляется редкое чувство единства — все участники движутся в одном направлении. И этот вектор оказался неожиданно близким к тому, что происходит сейчас в России.
Отдельно хочется выделить проект J39,5 — работа японского коллектива AtMa inc. За основу взят культовый стул J39, буквально распиленный и переосмысленный в десятках вариаций. Вместо ностальгии по классике — живой диалог о трансформации функции и формы.
#DO_notes
❤5⚡1❤🔥1🤯1
Если отвлечься от экспериментальных находок и обратиться к крупным мировым именам, то в рамках Salone del Mobile и Fuorisalone, самая запоминающая экспозиция, на наш взгляд, у Loewe.
Teapots — это не просто коллекция чайников, созданные художниками, дизайнерами и архитекторами, а высказывание о традиции, материи и памяти. Но даже сами объекты на секунду отходят на второй план, поскольку пространство устроено так, что говорить хочется о нем: вход ведет в традиционное Palazzo Citterio, внутренний двор которого занимает павильон, сквозь который открывается вид на зеленый задний двор. Между дворами располагается темный и несколько загадочный вход в подвал — внутри огромное пустое темное пространство, а по диагонали — огромный стол, стоящий поперек подвала. Свет и тишина задают торжественную атмосферу, напоминающую о гробницах. Вся сценография продумана до мельчайших деталей, поэтому каждый предмет получает свою дистанцию и свой свет.
Из производственного — мастерская GLAS с розовыми столами из стеклянной крошки, которые находятся в пространстве Fieramilano — огромный экспоцентр, где сосредоточена коммерческая часть событий.
Из люкса стоит упомянуть Poliform. Благодаря пригласительному удалось попасть на их стенд, который, кажется, был одним из самых труднодоступных: очень масштабный и впечатляющий, с потрясающей работой декоратора. Продукция бренда закрывает все потребности частного дома, где каждый элемент будет идеально сочетаться друг с другом. В этом году были представлены новинки, нетипичные для них, но выглядящие свежо: все новые предметы имеют закругленные формы, а акцентом в палитре стал фирменный оттенок красного.
#DO_notes
Teapots — это не просто коллекция чайников, созданные художниками, дизайнерами и архитекторами, а высказывание о традиции, материи и памяти. Но даже сами объекты на секунду отходят на второй план, поскольку пространство устроено так, что говорить хочется о нем: вход ведет в традиционное Palazzo Citterio, внутренний двор которого занимает павильон, сквозь который открывается вид на зеленый задний двор. Между дворами располагается темный и несколько загадочный вход в подвал — внутри огромное пустое темное пространство, а по диагонали — огромный стол, стоящий поперек подвала. Свет и тишина задают торжественную атмосферу, напоминающую о гробницах. Вся сценография продумана до мельчайших деталей, поэтому каждый предмет получает свою дистанцию и свой свет.
Из производственного — мастерская GLAS с розовыми столами из стеклянной крошки, которые находятся в пространстве Fieramilano — огромный экспоцентр, где сосредоточена коммерческая часть событий.
Из люкса стоит упомянуть Poliform. Благодаря пригласительному удалось попасть на их стенд, который, кажется, был одним из самых труднодоступных: очень масштабный и впечатляющий, с потрясающей работой декоратора. Продукция бренда закрывает все потребности частного дома, где каждый элемент будет идеально сочетаться друг с другом. В этом году были представлены новинки, нетипичные для них, но выглядящие свежо: все новые предметы имеют закругленные формы, а акцентом в палитре стал фирменный оттенок красного.
#DO_notes
❤🔥2❤2
В условиях, когда идет борьба за каждый лишний квадратный метр полезной площади, создать премиальный продукт в области жилой недвижимости — целый квест. А с учетом локации, это не просто пожелание заказчика, но и абсолютно логичная задача.
Речь идет об одном из наших проектов на Бали, в районе Нуса Дуа — одной из самых престижных частей острова.
Главной ценностью места стали виды, которые во многом сформировали архитектуру комплекса — в ясную погоду с участка открывается живописный вид на океан и соседний остров Нуса Пенида.
В основе проекта — ставшая классической для современного Бали типология плотной застройки: виллы, выстроенные в ряд, с небольшими отступами. Такой подход продиктован экономикой проекта, но и в этих рамках нам удалось сохранить самое важное — ощущение уединённости и открытости к природе. Чередование одноэтажных и двухэтажных вилл позволило сохранить видовые коридоры не только для гостей комплекса, но и для соседних участков. Двухэтажные виллы развёрнуты под углом — благодаря этому можно «поймать» свой кадр океана.
Мы сосредоточились на понятных, проверенных решениях, характерных для острова. В отделке — натуральные материалы, отсылающие к балийским традиционным приемам: деревянные элементы на фасадах, аккуратная интеграция орнамента в интерьере.
Речь идет об одном из наших проектов на Бали, в районе Нуса Дуа — одной из самых престижных частей острова.
Главной ценностью места стали виды, которые во многом сформировали архитектуру комплекса — в ясную погоду с участка открывается живописный вид на океан и соседний остров Нуса Пенида.
В основе проекта — ставшая классической для современного Бали типология плотной застройки: виллы, выстроенные в ряд, с небольшими отступами. Такой подход продиктован экономикой проекта, но и в этих рамках нам удалось сохранить самое важное — ощущение уединённости и открытости к природе. Чередование одноэтажных и двухэтажных вилл позволило сохранить видовые коридоры не только для гостей комплекса, но и для соседних участков. Двухэтажные виллы развёрнуты под углом — благодаря этому можно «поймать» свой кадр океана.
Мы сосредоточились на понятных, проверенных решениях, характерных для острова. В отделке — натуральные материалы, отсылающие к балийским традиционным приемам: деревянные элементы на фасадах, аккуратная интеграция орнамента в интерьере.
❤6👏3⚡2
Сегодня мы отмечаем день рождения Александра Казаченко!
Александр — это человек, который наполняет наше бюро добротой и оптимизмом. Его умение аккуратно направить в нужный момент заряжает всю команду.
Он не боится рисковать и с легкостью справляется с любой ответственностью, а с каждым годом только расширяет свои горизонты. И, конечно, его способность одновременно жонглировать множеством дел: как только кажется, что задач стало меньше, он тут же находит новые вызовы.
(Ура!)
Александр — это человек, который наполняет наше бюро добротой и оптимизмом. Его умение аккуратно направить в нужный момент заряжает всю команду.
Он не боится рисковать и с легкостью справляется с любой ответственностью, а с каждым годом только расширяет свои горизонты. И, конечно, его способность одновременно жонглировать множеством дел: как только кажется, что задач стало меньше, он тут же находит новые вызовы.
(Ура!)
❤13🎉6🥰2🏆1
В апреле рассказывали на MosBuild о том, что для нас значит дерево и как этот материал помогает формировать новое качество среды.
Стоит отметить, как изменился фокус выставки: тотальное восточное присутствие, стенды иранских и китайских компаний, охотно осваивающих московский строительный ландшафт. Было шумно, плотно, местами избыточно. Но главное — это количество имитаций: от глянцевого камня до гибкого мрамора. И всё это — в довольно хаотичном, громком визуальном потоке.
Поэтому стало особенно важно — удержать внимание случайного зрителя. Говорить о дереве в таком контексте — было почти провокацией. Или просто возможностью напомнить, что материал может быть живым, откликающимся изменениям и человеку.
Структура выступления была выстроена вокруг четырех тем: чувство, диалог, признание, поощрение. Мы рассматривали дерево не как строительный компонент, а как материал, который вызывает ощущение. Говорили про то, что у него есть запах, вкус, скрип, сопротивление; что с ним можно разговаривать, если к нему прислушаться. Кто-то представлял скрип деревянных полов, кто-то вспоминал бабушкин сарай на даче: материал становился проводником в теплые воспоминания.
Дерево ставит перед нами задачи: не всегда простые, но честные. Приятно было получить в ответ тёплые слова от зрителей — пожалуй, это и есть лучший финал разговора — когда материал находит того, кто его действительно слышит.
Стоит отметить, как изменился фокус выставки: тотальное восточное присутствие, стенды иранских и китайских компаний, охотно осваивающих московский строительный ландшафт. Было шумно, плотно, местами избыточно. Но главное — это количество имитаций: от глянцевого камня до гибкого мрамора. И всё это — в довольно хаотичном, громком визуальном потоке.
Поэтому стало особенно важно — удержать внимание случайного зрителя. Говорить о дереве в таком контексте — было почти провокацией. Или просто возможностью напомнить, что материал может быть живым, откликающимся изменениям и человеку.
Структура выступления была выстроена вокруг четырех тем: чувство, диалог, признание, поощрение. Мы рассматривали дерево не как строительный компонент, а как материал, который вызывает ощущение. Говорили про то, что у него есть запах, вкус, скрип, сопротивление; что с ним можно разговаривать, если к нему прислушаться. Кто-то представлял скрип деревянных полов, кто-то вспоминал бабушкин сарай на даче: материал становился проводником в теплые воспоминания.
Дерево ставит перед нами задачи: не всегда простые, но честные. Приятно было получить в ответ тёплые слова от зрителей — пожалуй, это и есть лучший финал разговора — когда материал находит того, кто его действительно слышит.
❤🔥10👏4⚡3