Кстати, мы с Ольгой Штейнберг и коллегами из Fashion Buzz написали большую статью, в которой подробно раскрывается культура maxxing: откуда она взялась, на какие сферы жизни влияет и почему синдрому «улучшательства» подвержено в первую очередь поколение зумеров.
Популярность maxxing во многом связана с ощущением нестабильности. Когда экономика, рынок труда и будущее выходят из-под контроля, внимание переключается на то, что можно контролировать: сон, питание, кожа, тело, продуктивность.
Соцсети создают особую среду. Здесь любое улучшение автоматически становится контентом. Новая причёска, минус десять килограммов, утренняя рутина, инвестиционный портфель, продуктивный день – всё это превращается в визуальное доказательство прогресса.
fashionbuzz.media
Стать идеальной версией себя: что такое культура maxxing и как она влияет на потребителей
Экспертная колонка
Выступаю в редком для себя жанре рекомендаций, но вдруг вам тоже это надо!
Давно ещё увидела это средство на канале у Иры и купила, когда ничем не могла удалить жёлтые пятна с винтажной ткани (кто работает со старыми тканями, меня поймёт). Справляется хорошо, не повреждает рисунок и текстуру текстиля. Решила поэкспериментировать ещё и почистила свои любимые «вэнсы», которые ношу несколько лет и они всем хороши, но желтеют после стирки. И это реально чудо какое-то.
Буду рада, если в комментариях вы тоже поделитесь разными хорошими средствами по уходу за одеждой и обувью ❤️
Давно ещё увидела это средство на канале у Иры и купила, когда ничем не могла удалить жёлтые пятна с винтажной ткани (кто работает со старыми тканями, меня поймёт). Справляется хорошо, не повреждает рисунок и текстуру текстиля. Решила поэкспериментировать ещё и почистила свои любимые «вэнсы», которые ношу несколько лет и они всем хороши, но желтеют после стирки. И это реально чудо какое-то.
Буду рада, если в комментариях вы тоже поделитесь разными хорошими средствами по уходу за одеждой и обувью ❤️
Так не доставайся же ты никому? Оказывается, с запретом уничтожать непроданный товар «всё не так однозначно»
В Гонконге приговорили к тюремным срокам четверых сотрудников Chanel, которые попытались украсть более 700 сумок и кошельков бренда (внимание!), предназначенных для уничтожения. Дело рассматривалось около десяти лет, и несмотря на то, что Chanel не понесла никаких финансовых потерь, судья «признал всю серьёзность преступления», пишет FashionUnited.
Между тем, в прошлом месяце в ЕС был принят закон, согласно которому, фэшн-компаниям будет запрещено сжигать или утилизовать непроданную одежду, аксессуары и обувь, включая возвраты.
▪️ Что планируют делать с нераспроданными товарами?
При самом оптимистичном варианте бренды начнут точнее планировать производство коллекций, чтобы невостребованных товаров оставалось как можно меньше (но вообще-то это можно было делать и раньше – учитывая многочисленные претензии к люксу, который теряет свою притягательность и эксклюзивность).
Больше товаров будет отправляться на ресейл, к тому же люксовые бренды давно пытаются встроиться в этот сегмент, чтобы контролировать перепродажу собственных изделий. Что-то будет перерабатываться: Chanel, например, уверяет, что непроданные вещи они разбирают на детали и снова применяют в производстве.
▪️ Чего тут можно опасаться?
Бренды пытались контролировать свою (мнимую, как оказалось) эксклюзивность радикально: товар просто исчезал. Сейчас товар будет утекать в ресейл и на серый рынок (с разрешения самих брендов), где ценность люкса будет размываться ещё сильнее. Но станут ли бренды производить меньше? Скорее, наоборот: они могут начать производить больше – для дополнительных полулегальных каналов продаж.
Кроме того, как считает компания-аутентификатор Legitique, новый закон подарит удобную легенду продавцам контрафакта (к слову, по закону уничтожать подделки как раз-таки можно), мол, если это оригинал, то почему так дёшево? «Да это остатки, которые бренд раньше просто уничтожил бы».
В Гонконге приговорили к тюремным срокам четверых сотрудников Chanel, которые попытались украсть более 700 сумок и кошельков бренда (внимание!), предназначенных для уничтожения. Дело рассматривалось около десяти лет, и несмотря на то, что Chanel не понесла никаких финансовых потерь, судья «признал всю серьёзность преступления», пишет FashionUnited.
Между тем, в прошлом месяце в ЕС был принят закон, согласно которому, фэшн-компаниям будет запрещено сжигать или утилизовать непроданную одежду, аксессуары и обувь, включая возвраты.
▪️ Что планируют делать с нераспроданными товарами?
При самом оптимистичном варианте бренды начнут точнее планировать производство коллекций, чтобы невостребованных товаров оставалось как можно меньше (но вообще-то это можно было делать и раньше – учитывая многочисленные претензии к люксу, который теряет свою притягательность и эксклюзивность).
Больше товаров будет отправляться на ресейл, к тому же люксовые бренды давно пытаются встроиться в этот сегмент, чтобы контролировать перепродажу собственных изделий. Что-то будет перерабатываться: Chanel, например, уверяет, что непроданные вещи они разбирают на детали и снова применяют в производстве.
▪️ Чего тут можно опасаться?
Бренды пытались контролировать свою (мнимую, как оказалось) эксклюзивность радикально: товар просто исчезал. Сейчас товар будет утекать в ресейл и на серый рынок (с разрешения самих брендов), где ценность люкса будет размываться ещё сильнее. Но станут ли бренды производить меньше? Скорее, наоборот: они могут начать производить больше – для дополнительных полулегальных каналов продаж.
Кроме того, как считает компания-аутентификатор Legitique, новый закон подарит удобную легенду продавцам контрафакта (к слову, по закону уничтожать подделки как раз-таки можно), мол, если это оригинал, то почему так дёшево? «Да это остатки, которые бренд раньше просто уничтожил бы».
Если вы пропустили:
Business of Fashion разбирается, как люксовые бренды решают проблему избыточного товара.
На промышленной площадке недалеко от французско-бельгийской границы элитные кроссовки, сумки и одежда расчленяются, измельчаются и гранулируются для подготовки к переработке. Ни один из этих предметов никогда не использовался потребителем. И это большая проблема для индустрии: что делать с непроданными товарами?
Полностью здесь.
Business of Fashion разбирается, как люксовые бренды решают проблему избыточного товара.
На промышленной площадке недалеко от французско-бельгийской границы элитные кроссовки, сумки и одежда расчленяются, измельчаются и гранулируются для подготовки к переработке. Ни один из этих предметов никогда не использовался потребителем. И это большая проблема для индустрии: что делать с непроданными товарами?
Полностью здесь.
Спасибо коллегам, что зафиксировали. Мне кажется, что тут важнее даже не публикация, а реакция на неё – лайки и комментарии, поддержка аудитории, считавшей посыл. И да, бренды стали запуганные, всё реже идут в социальный какой-то контент, а уж в политический – тем более. Все мы стали запуганные. Я, например, даже не догадалась про Befree написать.
Telegram
Fashion retail
Модный бренд, политический выбор: Befree неожиданно примерил на себя новую роль?
Публикация российского бренда появилась в соцсетях в тот самый день, когда Верховный суд снял партию «Яблоко» с выборов в Госдуму. Основательница I AM Studio Дарья Самкович…
Публикация российского бренда появилась в соцсетях в тот самый день, когда Верховный суд снял партию «Яблоко» с выборов в Госдуму. Основательница I AM Studio Дарья Самкович…
Неряшливость становится трендом, пишет The Guardian. Однако беспорядок беспорядку рознь.
Модный обозреватель Сьюзи Лау заметила, что неряшливость эстетизируется: грязные манжеты Prada, потёртые сумки Chanel, экстремально-вытертый деним Diesel. Этот же тренд переходит в бьюти и лайфстайл – макияж как после пробуждения и интерьеры с неубранными кроватями и остатками завтрака в соцсетях.
Сигареты снова становятся легальным антуражем в фотосетах, а борьба с похмельем превращается в модный ритуал. Здесь надо отметить, что термин «aesthetics of mess» куда глубже звучит на английском, потому что речь идёт о романтизации не только беспорядка вокруг себя, но и раздрая внутри.
«И хотя эстетика беспорядка, его демонстрация, стали приемлемыми, даже желанными, я не думаю, что мы стали более терпимы к настоящему хаосу жизни. Сексуальная растрёпанность, следы бурной ночи, тщательно подобранная сервировка из разномастной посуды, потушенные сигареты – это шик. Но быть без денег, страдать, быть слишком больным или несчастным, чтобы мыть посуду или стирать? Это по-прежнему опредёленно не шик», – считает автор статьи.
Модный обозреватель Сьюзи Лау заметила, что неряшливость эстетизируется: грязные манжеты Prada, потёртые сумки Chanel, экстремально-вытертый деним Diesel. Этот же тренд переходит в бьюти и лайфстайл – макияж как после пробуждения и интерьеры с неубранными кроватями и остатками завтрака в соцсетях.
Сигареты снова становятся легальным антуражем в фотосетах, а борьба с похмельем превращается в модный ритуал. Здесь надо отметить, что термин «aesthetics of mess» куда глубже звучит на английском, потому что речь идёт о романтизации не только беспорядка вокруг себя, но и раздрая внутри.
«И хотя эстетика беспорядка, его демонстрация, стали приемлемыми, даже желанными, я не думаю, что мы стали более терпимы к настоящему хаосу жизни. Сексуальная растрёпанность, следы бурной ночи, тщательно подобранная сервировка из разномастной посуды, потушенные сигареты – это шик. Но быть без денег, страдать, быть слишком больным или несчастным, чтобы мыть посуду или стирать? Это по-прежнему опредёленно не шик», – считает автор статьи.
Как справляются российские бренды?
Давно не выходила с этой темой, хотя считаю важным документировать всё, что происходит в индустрии прямо сейчас. Один из трендов, о которых всё чаще говорят специалисты – безжалостная корректировка ассортимента и дизайн, который строится на сухих цифрах: что люди готовы покупать и в каких количествах.
Звучит грустно, но именно точный математический расчёт помогает брендам удержаться в шторм. Например, у Лизы Чайки я прочитала, что её бренд уже «чувствует себя вне кризиса». Решения для этого пришлось принимать жёсткие: сократить производственный отдел, закрыть экспериментальный цех, сильно «высушить» осеннюю коллекцию, оставив капсулу из 10 артикулов. А ещё Chaika прорабатывает направления, которые сейчас более эффективны – в частности, выпускает полноценную коллекцию украшений.
Больше интересного о буднях основательницы бренда – в канале «Предпринимательство и отвага», который я с интересом читаю уже давно. Лиза рассказывает, с какими сложностями сталкивается предприниматель в модном бизнесе, пишет про экономику, делится наблюдениями с выставок, рефлексирует. И мне очень нравится, что она поддерживает другие локальные бренды.
🔸 Из чего складывается ценность продукта? Почему один свитер стоит 10 тысяч, а другой 30 тысяч – оба покупают?
🔸 Каким должен быть хороший SMM-специалист и почему не нужно путать SMM с контентом?
🔸 Собираетесь за тканями в Азию? Обязательно изучите гид по текстильному рынку в Гуаньчжоу
🔸 Сборные съёмки в Европе: красиво, дорого, рискованно?
🔸 Как создаются джинсы: производство глазами дизайнера
Телеграм-канал @elizaveta_chaika
Давно не выходила с этой темой, хотя считаю важным документировать всё, что происходит в индустрии прямо сейчас. Один из трендов, о которых всё чаще говорят специалисты – безжалостная корректировка ассортимента и дизайн, который строится на сухих цифрах: что люди готовы покупать и в каких количествах.
Звучит грустно, но именно точный математический расчёт помогает брендам удержаться в шторм. Например, у Лизы Чайки я прочитала, что её бренд уже «чувствует себя вне кризиса». Решения для этого пришлось принимать жёсткие: сократить производственный отдел, закрыть экспериментальный цех, сильно «высушить» осеннюю коллекцию, оставив капсулу из 10 артикулов. А ещё Chaika прорабатывает направления, которые сейчас более эффективны – в частности, выпускает полноценную коллекцию украшений.
Больше интересного о буднях основательницы бренда – в канале «Предпринимательство и отвага», который я с интересом читаю уже давно. Лиза рассказывает, с какими сложностями сталкивается предприниматель в модном бизнесе, пишет про экономику, делится наблюдениями с выставок, рефлексирует. И мне очень нравится, что она поддерживает другие локальные бренды.
🔸 Из чего складывается ценность продукта? Почему один свитер стоит 10 тысяч, а другой 30 тысяч – оба покупают?
🔸 Каким должен быть хороший SMM-специалист и почему не нужно путать SMM с контентом?
🔸 Собираетесь за тканями в Азию? Обязательно изучите гид по текстильному рынку в Гуаньчжоу
🔸 Сборные съёмки в Европе: красиво, дорого, рискованно?
🔸 Как создаются джинсы: производство глазами дизайнера
Телеграм-канал @elizaveta_chaika
Увидела девушку-блогера, которая показывает свои сильно заношенные (дырявые!) таби и «стэн смиты» десятилетней выдержки (я, кстати, свои тоже ношу уже лет десять, и это мой основной аргумент в пользу обуви из натуральной кожи).
И тут я задумалась вот о чём. Некоторое время назад мы привыкали к тому, что дорогие сумки со следами износа – особый шик, чуть ли не признак аристократической небрежности и такой же аристократической верности проверенным вещам (степень иронии добавьте сами). А вот с обувью было сложнее. В 2010-е миллениалы носили идеально белые кроссовки, открывали и популяризировали сникер-химчистки и прочие сервисы тщательного ухода за обувью.
Сейчас я смотрю на зумеров – они носят восхитительно убитые, растрескавшиеся, разваливающиеся, пофигистически грязные кроссовки и это, блин, выглядит… как стиль. Я не вникала в этот тренд, но поняла, что он меня заворожил – и я действительно заново полюбила свою старую убитую обувь, хотя всегда считала себя человеком, травмированным донашиванием и секондами ☺️
Пишите своё «фу» или «вау» этому тренду.
И тут я задумалась вот о чём. Некоторое время назад мы привыкали к тому, что дорогие сумки со следами износа – особый шик, чуть ли не признак аристократической небрежности и такой же аристократической верности проверенным вещам (степень иронии добавьте сами). А вот с обувью было сложнее. В 2010-е миллениалы носили идеально белые кроссовки, открывали и популяризировали сникер-химчистки и прочие сервисы тщательного ухода за обувью.
Сейчас я смотрю на зумеров – они носят восхитительно убитые, растрескавшиеся, разваливающиеся, пофигистически грязные кроссовки и это, блин, выглядит… как стиль. Я не вникала в этот тренд, но поняла, что он меня заворожил – и я действительно заново полюбила свою старую убитую обувь, хотя всегда считала себя человеком, травмированным донашиванием и секондами ☺️
Пишите своё «фу» или «вау» этому тренду.
Birkin можно подделать. Членство в привилегированном закрытом клубе не подделаешь, пишет Vogue Business.
Сложно забыть Анну Делви, заставившую многих людей поверить, что она – богатая девушка со связями, способная найти многомиллионные инвестиции для арт-проекта. Сегодняшние маркетинговые тренды, судя по всему, равняются на Анну, но напоминают: имитировать статус – сложно, но можно его купить.
Соцсети способствовали некому «обнулению» статусности: можно каждый день демонстрировать роскошную жизнь, но никому не говорить, что твоя Birkin – фейк, платья взяты напрокат у подруги, а дорогой интерьер и вовсе дорисован ИИ. К слову, с помощью нейросейтей порой имитируется и экспертность для полной картинки «успешного успеха».
Словом, потребление вещей перестало быть престижным, поэтому бренды стремятся предложить что-то такое, что нельзя подделать: доступ в закрытые комьюнити и многоуровневые программы лояльности с бенефитами (от раннего доступа к распродажам до подарков на дни рождения).
И чем выше по лесенке лояльности поднимается клиент, тем более желанные (по мнению бренда) предложения он получает: приглашение на вечеринки и модные показы, консультации стилистов, персональную подгонку вещей и даже путешествия (если раньше в промо-туры приглашали прессу и блогеров, то теперь – лояльных клиентов).
Подсчитано, что на VIC («особо ценных покупателей», которых чуть более 2%) сейчас приходится около 45% мировых покупок предметов роскоши. А это «даёт брендам высокого класса экономическое обоснование для сосредоточение внимания» именно на этой небольшой группе, говорится в статье.
Сложно забыть Анну Делви, заставившую многих людей поверить, что она – богатая девушка со связями, способная найти многомиллионные инвестиции для арт-проекта. Сегодняшние маркетинговые тренды, судя по всему, равняются на Анну, но напоминают: имитировать статус – сложно, но можно его купить.
Соцсети способствовали некому «обнулению» статусности: можно каждый день демонстрировать роскошную жизнь, но никому не говорить, что твоя Birkin – фейк, платья взяты напрокат у подруги, а дорогой интерьер и вовсе дорисован ИИ. К слову, с помощью нейросейтей порой имитируется и экспертность для полной картинки «успешного успеха».
Словом, потребление вещей перестало быть престижным, поэтому бренды стремятся предложить что-то такое, что нельзя подделать: доступ в закрытые комьюнити и многоуровневые программы лояльности с бенефитами (от раннего доступа к распродажам до подарков на дни рождения).
И чем выше по лесенке лояльности поднимается клиент, тем более желанные (по мнению бренда) предложения он получает: приглашение на вечеринки и модные показы, консультации стилистов, персональную подгонку вещей и даже путешествия (если раньше в промо-туры приглашали прессу и блогеров, то теперь – лояльных клиентов).
Подсчитано, что на VIC («особо ценных покупателей», которых чуть более 2%) сейчас приходится около 45% мировых покупок предметов роскоши. А это «даёт брендам высокого класса экономическое обоснование для сосредоточение внимания» именно на этой небольшой группе, говорится в статье.
Перформанс-художница Яна Яцука для бренда Melitta Baumeister (о котором я пишу уже лет десять и больше, а он так и остаётся нишевым), и у этих видео непростительно мало просмотров!
Что происходит в индустрии прямо сейчас? Планирование в условиях неопределённости
Продолжаю общаться со специалистами из индустрии моды, чтобы из первых рук узнать, что происходит в индустрии прямо сейчас. Сегодняшняя гостья – Дания Ткачева, бизнес-консультант по управлению продажами и стратегическому развитию, автор телеграм-канала @DaniyaTkacheva
Мне кажется, один из главных вопросов, который сейчас стоит перед fashion-брендами: как планировать в условиях, когда за время от размещения заказа до начала сезона, в наших условиях это обычно до полутора лет, может измениться примерно всё?
Прогноз не высечен в камне
К нему нужно регулярно возвращаться и корректировать, где это возможно. Поэтому всё большую ценность приобретает гибкость договорённостей с поставщиками: возможность скорректировать объём, перенести часть заказа, отменить его или пересмотреть условия.
Ассортимент
В кризис есть большой соблазн его сократить – но ассортимент должен стать точнее, а не просто меньше. Даже на стагнирующем рынке бренд может расти like-for-like: магазин к магазину, канал к каналу, оптовый партнёр к оптовому партнёру. И если мы механически сократим ассортимент относительно прошлого года, то можем просто лишить себя возможности этот рост монетизировать.
У каждого продукта должна быть понятная роль: база, коммерческое ядро, тренд, имиджевый продукт, драйвер среднего чека. А уже внутри каждой роли стоит задавать вопрос, действительно ли нужны ещё одна модель, ещё один цвет, ещё одна похожая конструкция.
Планирование «снизу вверх»
План «продать на 500 млн» сам по себе мало что даёт. За ним должен стоять расчёт по каждому каналу на уровне цветомодели сколько единиц мы способны продать, за какой период, с какой оборачиваемостью и маржой. Причём данные важно собирать не только по собственной рознице и e-com, но и, например, по оптовым партнёрам.
Ну и последнее. Сейчас особенно полезно посмотреть на бизнес как на набор отдельных P&L. Каждый канал – отдельный P&L, в рознице это каждый магазин. Где мы действительно зарабатываем, а где растим оборот, но с нулевой прибылью. Где ещё можно вытянуть проект на прибыль, а где нет.
Продолжаю общаться со специалистами из индустрии моды, чтобы из первых рук узнать, что происходит в индустрии прямо сейчас. Сегодняшняя гостья – Дания Ткачева, бизнес-консультант по управлению продажами и стратегическому развитию, автор телеграм-канала @DaniyaTkacheva
Мне кажется, один из главных вопросов, который сейчас стоит перед fashion-брендами: как планировать в условиях, когда за время от размещения заказа до начала сезона, в наших условиях это обычно до полутора лет, может измениться примерно всё?
Прогноз не высечен в камне
К нему нужно регулярно возвращаться и корректировать, где это возможно. Поэтому всё большую ценность приобретает гибкость договорённостей с поставщиками: возможность скорректировать объём, перенести часть заказа, отменить его или пересмотреть условия.
Ассортимент
В кризис есть большой соблазн его сократить – но ассортимент должен стать точнее, а не просто меньше. Даже на стагнирующем рынке бренд может расти like-for-like: магазин к магазину, канал к каналу, оптовый партнёр к оптовому партнёру. И если мы механически сократим ассортимент относительно прошлого года, то можем просто лишить себя возможности этот рост монетизировать.
У каждого продукта должна быть понятная роль: база, коммерческое ядро, тренд, имиджевый продукт, драйвер среднего чека. А уже внутри каждой роли стоит задавать вопрос, действительно ли нужны ещё одна модель, ещё один цвет, ещё одна похожая конструкция.
Планирование «снизу вверх»
План «продать на 500 млн» сам по себе мало что даёт. За ним должен стоять расчёт по каждому каналу на уровне цветомодели сколько единиц мы способны продать, за какой период, с какой оборачиваемостью и маржой. Причём данные важно собирать не только по собственной рознице и e-com, но и, например, по оптовым партнёрам.
Ну и последнее. Сейчас особенно полезно посмотреть на бизнес как на набор отдельных P&L. Каждый канал – отдельный P&L, в рознице это каждый магазин. Где мы действительно зарабатываем, а где растим оборот, но с нулевой прибылью. Где ещё можно вытянуть проект на прибыль, а где нет.
Горящие склады Wildberries возвращают покупателей в торговые центры, пишет Forbes.
Родители, которые собирают своих детей в школу, переживают, что доставка с маркетплейсов может задержаться или отмениться вовсе – поэтому отправляются покупать форму и другие школьные товары в оффлайн.
Рост трафика также отмечают и на рынке «Садовод».
Родители, которые собирают своих детей в школу, переживают, что доставка с маркетплейсов может задержаться или отмениться вовсе – поэтому отправляются покупать форму и другие школьные товары в оффлайн.
С 27 июля по 2 августа посещаемость магазинов одежды и обуви, в том числе детской, в российских ТЦ выросла на 7% по сравнению с неделей с 6 по 12 июля, а в 2025 году в те же периоды трафик снижался на 5%, показывают данные системы Focus Technologies.
Рост трафика также отмечают и на рынке «Садовод».