В китайском Гуйяне построили арт-центр из трёх павильонов: библиотека стоит у озера, часовня спрятана в роще гинкго, сцена обращена к амфитеатру. Задумывали его одним зданием, но в бюро Atelier XI разделили проект на части и расставили их по парку.

Окрестности города знамениты карстовыми пещерами. Именно по этой причине, архитекторы повторили их в камне. Каждый павильон -это абсолютно ровный блок светлого травертина, в котором вырезаны высокие арки. Это не буквальное цитирование пещеры, а её архитектурная редукция: убраны случайность и неровность природной формы, оставлена только суть: свод, проём, переход из открытого в закрытое.

За арками открываются своды, обшитые нержавеющей сталью. Листы сваривали и шлифовали вручную, чтобы металл не зеркалил, а мягко рассеивал свет. Это принципиальный момент: сталь здесь не блестит и не отражает. Она буквально ловит и перераспределяет свет внутрь. Материал ведёт себя как штукатурка, а не как металл.

Три павильона - это три отношения к воде и небу. Отражаясь в озере, арка библиотеки превращается в ровный овал. Отсюда и название проекта. Зал часовни раскрыт к небу: свод не закрыт сверху, свет падает вертикально. Сцена обращена к амфитеатру, то есть к зрителю, а не к пейзажу.

Программу для павильонов заранее не расписывали, чтобы оставить место случаю. Теперь здесь каждую неделю сами собой возникают спектакли, выставки и читательские клубы.

Atelier XI не проектировали «культурный центр». Они спроектировали три разные пространственные ситуации - у воды, в роще, а вот на склоне оставили их пустыми. Архитектура здесь не диктует сценарий, а создаёт условия. Камень снаружи, сталь внутри, арка как единственный жест. Всё остальное - время. Удивительная гармония и спокойствие царит а этом арт-центре.

В Абу-Даби 11 декабря 2026 года готовится яркое открытие - откроется музей Гуггенхайма. И это станет самым большим музеем из четырёх. Его задумали ещё в нулевые, но сроки несколько раз переносили.

Снаружи музей выглядит как нагромождение гигантских блоков разной высоты. Внутри них выставочные залы. Всего 30 галерей, соединённых центральным атриумом, 11 600 м² внутренних пространств и 23 000 м² открытых экспозиционных зон.

Между блоками архитектор Фрэнк Гери поставил десять конусов высотой до 88 метров. Девять из них обтянуты стальной сеткой, десятый облицован ониксом и стеклом.

Любопытно , что конусы напоминают о ветровых башнях, которые веками строили над домами на берегах Персидского залива. Такая башня ловит ветер и гонит его вниз, в комнаты. Именно так в этих краях спасались от жары задолго до кондиционеров. У конусов задача та же, только работают они наоборот: накрывают открытые дворы музея тенью и вытягивают горячий воздух наверх. Это не декоративный жест, а климатическая инфраструктура, встроенная в скульптурную форму.

Сам архитектор, к сожалению, готового музея уже не увидит. Он ушёл из жизни в декабре 2025 года, за год до открытия. Ему было 96 лет.

Удивительный дом-бетонная горка расположена в Сан-Паулу, Бразилия. Автор - известный бразильский архитектор Жоржи Залшупин.

Этот дом в Сан-Паулу похож на горку: внизу он широкий, кверху сужается, а бетонная стена изгибается плавной дугой. Форма не случайна. В семидесятые действовало правило «чем выше этаж, тем дальше от тротуара», и обычно из него получались дома-лесенки. Здесь Жоржи Залшупин срезал ступеньки одной гладкой кривой: правило соблюдено, а лесенка превратилась в трамплин.

Это ключевой архитектурный приём: регламент не нарушен, но переосмыслен. Вместо серии горизонтальных уступов - непрерывная наклонная плоскость. Здание не «обходит» норму, а переводит её в другую геометрию.

Любопытно и конструкция здания. Бетонная стена изгибается плавной дугой, формируя силуэт и одновременно работая как несущая поверхность. Никаких декоративных элементов. Здесь только кривая, задающая объём. Дом читается как единый монолит, а не как набор этажей.

Примечательно, что башня напомнила японским банкирам храм - те стали её первыми хозяевами и прожили в ней четверть века. Потом дом купили под первый в городе отель Hard Rock, но стройка так и не началась, а этой весной от отеля отказались совсем.

К сожалению, сегодня башня пустует, и на бетонный склон забираются только граффитчики: чем выше подпись, тем больше уважения.

Безусловно, дом Залшупина - это редкий пример того, как ограничение становится формой. Регламент, который обычно порождает скучную ступенчатую застройку, здесь дал здание-скульптуру. Пустующее, но не потерявшее силуэт.

The Twist в парке скульптур Кистефос в часе езды от Осло - первая норвежская работа BIG (2019) и одновременно мост, музей и скульптура. Бюро Бьярке Ингельса скрутило 60-метровый корпус над рекой Рандсельва на 90°, чтобы соединить берега разной высоты и замкнуть прогулку по парку в кольцо.

Удивительно, что фасад сделан полностью из прямых панелей, но фасад этот изогнутый! Он собран из прямых алюминиевых панелей шириной 40 см, сдвинутых, как книги в стопке. Это ключевое инженерное решение: вместо того чтобы гнуть металл, архитекторы набрали кривизну из плоских элементов. Каждая панель остаётся прямой, но поворот каждой следующей на небольшой угол создаёт общий изгиб. Тот же принцип, что в пиксельной графике: кривая собирается из дискретных сегментов.

Два торца - это два разных пространства. В северном торце сделано панорамное окно на реку и старую фабрику. В южном же тёмная галерея. Между ними находится перекрученный зал, где белые деревянные рейки с пола незаметно переходят на стены и потолок.

Рейки здесь как непрерывная поверхность. Это самое радикальное решение интерьера. Пол, стены и потолок - это не три разные плоскости, а одна лента, которая проходит через весь объём, скручиваясь вместе с ним. Посетитель идёт по полу, который постепенно становится стеной, а затем потолком. Граница между «идти» и «смотреть» исчезает.

Мост выступает как программа. The Twist не просто стоит над рекой, он её пересекает. Это мост, который одновременно является музеем. Люди приходят сюда не «в здание», а «через здание» и прогулка по парку продолжается внутри выставочного пространства и выходит с другой стороны. Здание не прерывает маршрут, а становится его частью.

Результат - 60 метров, поворот на 90°, прямые панели, непрерывная деревянная лента. Кривая, собранная из прямых. Скрутка, которая работает как соединение, а не как эффект. Удивительное и уникальное в своем роде здание!

Следующий по значимости и важности ожидаемый архитектурный проект - Мемориал королевы Елизаветы II, расположенный в Великобритании.

В июне этого года бюро Foster Partners победило в международном конкурсе с проектом мемориала королевы Елизаветы II в лондонском парке Сент-Джеймс.

Проект включает прозрачный мост со стеклянными ограждениями, статую, новые ворота и два ландшафтных сада. Концепция была выбрана за «амбициозность и продуманность», однако окончательный дизайн ещё находится в разработке.

Мемориал разместится в Сент-Джеймсском парке. Одном из старейших королевских парков Лондона, рядом с Букингемским дворцом. Задача состоит не просто в установке памятника. Его необходимо встроить в существующий ландшафт, не нарушив историческую планировку.

Мост как ось композиции. Ключевой элемент - стеклянный мост, который заменит существующий Blue Bridge. Балюстрада из литого стекла отсылает к тиаре Queen Mary’s Fringe Tiara, надетой Елизаветой II на свадьбу.

Главный вход со стороны The Mall отмечен воротами Мальборо и статуей королевы. Второй вход - с Birdcage Walk через ворота Принца Филиппа. За каждым открывается свой сад.

Мемориал Елизаветы II - это редкий случай, когда памятник проектируется не как объект, а как ландшафтная система. Не статуя на пьедестале, а маршрут: ворота, сад, мост, сад, ворота. И именно мост и есть главный памятник: прозрачный, проходимый, работающий каждый день.