Знаменитый памятник конструктивизма на Фрунзенской набережной, известный как «Дом-самолет», сейчас в центре масштабной реставрации. Это редкий и важный для Москвы пример бережного редевелопмента исторического объекта.
Дом в стиле конструктивизм построен в 1935 году как главный павильон Всесоюзной постоянной строительной выставки.
Особенность здания в том, что с высоты он напоминает самолёт, а его выпуклый фасад украшает монументальный барельеф с изображением восьми сталеваров.
Реставрация и реконструкция дома сейчас находится в активной стадии. В будущем дом-самолет станет современным офисом.
Главную задачу в реконструкции архитектуры видят в восстановлении исторического облика по фотоархивам.
Основная сложность реставрации состоит в многотонном бетонном барельефе, который демонтируют и восстановят в мастерских.
Благоустроена будет и территория вокруг объекта. Известное бюро ALD Landscapes, создающее сады для взыскательной аудитории берутся за дело.
Планируется создание «всесезонного сада», который выглядит как возвращение природы к памятнику, а не как декоративный парк.
Проект - часть преобразований целого квартала на Фрунзенской набережной, где историческая застройка 1930-х годов соседствует с новым жилым комплексом.
Реконструкция «Дома-самолета» - это не просто ремонт здания. Это сложная работа по интеграции памятника авангарда в современную городскую ткань, где равное внимание уделяется архитектуре, ландшафту и будущей общественной функции.
Итогом станет единый ансамбль: восстановленный конструктивистский памятник, обрамлённый современным садом.
Дом в стиле конструктивизм построен в 1935 году как главный павильон Всесоюзной постоянной строительной выставки.
Особенность здания в том, что с высоты он напоминает самолёт, а его выпуклый фасад украшает монументальный барельеф с изображением восьми сталеваров.
Реставрация и реконструкция дома сейчас находится в активной стадии. В будущем дом-самолет станет современным офисом.
Главную задачу в реконструкции архитектуры видят в восстановлении исторического облика по фотоархивам.
Основная сложность реставрации состоит в многотонном бетонном барельефе, который демонтируют и восстановят в мастерских.
Благоустроена будет и территория вокруг объекта. Известное бюро ALD Landscapes, создающее сады для взыскательной аудитории берутся за дело.
Планируется создание «всесезонного сада», который выглядит как возвращение природы к памятнику, а не как декоративный парк.
Проект - часть преобразований целого квартала на Фрунзенской набережной, где историческая застройка 1930-х годов соседствует с новым жилым комплексом.
Реконструкция «Дома-самолета» - это не просто ремонт здания. Это сложная работа по интеграции памятника авангарда в современную городскую ткань, где равное внимание уделяется архитектуре, ландшафту и будущей общественной функции.
Итогом станет единый ансамбль: восстановленный конструктивистский памятник, обрамлённый современным садом.
🏆6👍3💯3❤🔥1🍾1
Недавно в Мельбурне появился дом-храм.
Golden Studio Tali Roth представили «Temple House» - монолитный частный дом в пригороде Мельбурна, который переосмысливает храмовую архитектуру в духе современного минимализма.
Архитектор Джеймс Рид вдохновлялся планировкой раннехристианской базилики, что отразилось в удлиненной форме здания и его осевой симметрии. Главная ось - длинный коридор, который ведет от входа к двойному по высоте пространству гостиной. Эта ось создает ощущение церемониальности и формальности, присущее храму. Всё подчинено строгой геометрии и «спокойным, но мощным» формам, располагающим к созерцанию.
Архитекторы работали прежде всего со светом и пространством.
План дома организован вокруг двух внутренних садовых двориков на севере и юге. Они заливают интерьеры естественным светом и создают почти симметричную структуру.
Жилая зона под трапециевидной крышей обращена к дворам через раздвижные стеклянные двери и безрамное остекление, которое в углах поднимается до потолка, образуя световые «фонари».
Материалы и детали сочетают в себе грубую силу и теплоту.
Внешние монолитные объемы отделаны светлой штукатуркой с текстурой.
В основе не шлифованный травертин на полу, обшивка потолка светлым дубом, каменные стены.
Temple House - блестящий пример того, как строгая архитектурная типология может быть переосмыслена для интимной семейной жизни. Это здание о силе простых форм, игре света и тактильной теплоте материалов.
Golden Studio Tali Roth представили «Temple House» - монолитный частный дом в пригороде Мельбурна, который переосмысливает храмовую архитектуру в духе современного минимализма.
Архитектор Джеймс Рид вдохновлялся планировкой раннехристианской базилики, что отразилось в удлиненной форме здания и его осевой симметрии. Главная ось - длинный коридор, который ведет от входа к двойному по высоте пространству гостиной. Эта ось создает ощущение церемониальности и формальности, присущее храму. Всё подчинено строгой геометрии и «спокойным, но мощным» формам, располагающим к созерцанию.
Архитекторы работали прежде всего со светом и пространством.
План дома организован вокруг двух внутренних садовых двориков на севере и юге. Они заливают интерьеры естественным светом и создают почти симметричную структуру.
Жилая зона под трапециевидной крышей обращена к дворам через раздвижные стеклянные двери и безрамное остекление, которое в углах поднимается до потолка, образуя световые «фонари».
Материалы и детали сочетают в себе грубую силу и теплоту.
Внешние монолитные объемы отделаны светлой штукатуркой с текстурой.
В основе не шлифованный травертин на полу, обшивка потолка светлым дубом, каменные стены.
Temple House - блестящий пример того, как строгая архитектурная типология может быть переосмыслена для интимной семейной жизни. Это здание о силе простых форм, игре света и тактильной теплоте материалов.
❤🔥4🥰3👍1🎉1🍓1
В самом сердце Гороховца (Владимирская область) стоит один из самых ярких примеров русского деревянного модерна - дом купца Михаила Шорина, построенный в конце XIX века. Это не просто здание, а настоящая сказка, вырезанная из дерева, которая до сих пор поражает воображение.
Дом Шорина - это уникальный синтез традиционного русского зодчества и новых, смелых идей европейского модерна, который в начале XX века только начинал завоевывать сердца.
Архитектура дома отказывается от строгих классических линий в пользу текучести и асимметрии. Обратите внимание на высокую шатровую крышу со шпилем, которая напоминает одновременно и древнерусский терем, и романтический замок. Фасады украшены резными «гребешками», наличниками с волнообразными линиями и эркерами, создающими живую, динамичную игру света и тени.
Деревянная резьба здесь главный рассказчик. Мастера использовали мотивы русских народных сказок и природы: стилизованные цветы, солнечные диски, волны, диковинных птиц и сказочных существ. Этот декор не просто украшение, а неотъемлемая часть архитектурного образа, создающего ощущение волшебства.
Модерн любил символы. Именно поэтому многие элементы в резьбе могли иметь скрытый смысл : от солнечных знаков, символизирующих жизнь и процветание, до растительных орнаментов, говорящих о связи с природой.
Дом купца Шорина - это редкий сохранившийся образец провинциального модерна, в котором нет столичной вычурности, но есть потрясающая искренность и связь с местным контекстом. Он демонстрирует, как новые веяния в архитектуре переосмысливались через призму русской идентичности и мастерства местных плотников.
Этот сказочный домик самая настоящая живая история, застывшая в дереве, напоминание о том, что настоящая красота рождается на стыке эпох, культур и безграничной фантазии.
Дом Шорина - это уникальный синтез традиционного русского зодчества и новых, смелых идей европейского модерна, который в начале XX века только начинал завоевывать сердца.
Архитектура дома отказывается от строгих классических линий в пользу текучести и асимметрии. Обратите внимание на высокую шатровую крышу со шпилем, которая напоминает одновременно и древнерусский терем, и романтический замок. Фасады украшены резными «гребешками», наличниками с волнообразными линиями и эркерами, создающими живую, динамичную игру света и тени.
Деревянная резьба здесь главный рассказчик. Мастера использовали мотивы русских народных сказок и природы: стилизованные цветы, солнечные диски, волны, диковинных птиц и сказочных существ. Этот декор не просто украшение, а неотъемлемая часть архитектурного образа, создающего ощущение волшебства.
Модерн любил символы. Именно поэтому многие элементы в резьбе могли иметь скрытый смысл : от солнечных знаков, символизирующих жизнь и процветание, до растительных орнаментов, говорящих о связи с природой.
Дом купца Шорина - это редкий сохранившийся образец провинциального модерна, в котором нет столичной вычурности, но есть потрясающая искренность и связь с местным контекстом. Он демонстрирует, как новые веяния в архитектуре переосмысливались через призму русской идентичности и мастерства местных плотников.
Этот сказочный домик самая настоящая живая история, застывшая в дереве, напоминание о том, что настоящая красота рождается на стыке эпох, культур и безграничной фантазии.
❤🔥7🏆3👍1🎉1🍓1
У подножия горы Даци в Ханчжоу, в нескольких километрах от знаменитого Западного озера, открылся потрясающий воображение Художественный музей. Проект бюро ZAO/Standard architecture - это не просто новое выставочное пространство, а смелая современная интерпретация глубинных принципов традиционного китайского сада.
«Мы стремились переосмыслить собственную культуру посредством интроспекции, создав пространство для созерцания, подобное тем, что проектировали древние создатели садов», - отмечают архитекторы.
Внутренний двор явился отправной точкой и философским центром здания.
Двор, вокруг которого «змеёй» свернулось здание, создаёт закрытый «архитектурный сад». Это тихое убежище, отгороженное от городской суеты, отвечающее главной идее садов для учёных : месту размышлений и уединения.
Вся планировка музея, состоящая из перетекающих друг в друга бетонных галерей, подчинена форме этого внутреннего пространства.
Архитекторы перенесли в музей ключевой принцип классического китайского сада - «смена пейзажа с каждым шагом». Посетитель не следует по линейному маршруту, а погружается в циклическое путешествие.
Музей не лишен и драматургии пространства. Маршрут начинается с низкого и узкого входа, затем пространство постепенно расширяется, чтобы позже вновь сузиться. Пандусы соединяют разные уровни, создавая «многогранное пространственное впечатление» - от ощущения сжатия до внезапного простора.
Материалом-доминантой стал монолитный бетон, окрашенный чёрным пигментом, что отсылает к эстетике традиционной китайской тушевой живописи. Его угловатая текстура контрастирует с мягкостью природного окружения.
Внешние стены почти глухие, а свет проникает внутрь через панорамные окна, выходящие во двор, и небольшие световые фонари на крыше. В извилистых коридорах свет растворяется в полумраке, создавая медитативную «эстетику темноты», обостряющую внутреннее восприятие.
Выступающие объёмы галерей с цельностеклянными торцами обрамляют виды на внутренний двор, а в некоторых точках открывается перспектива на холмистый ландшафт за пределами музея, следуя классическому садовому приёму «цзецзин» («заимствованный вид»).
Художественный музей Сяофэн CCA - это архитектура как философский жест. Он не копирует формы прошлого, но виртуозно транслирует его дух через современный язык, создавая место не только для искусства, но и для глубокого личного переживания пространства и времени.
«Мы стремились переосмыслить собственную культуру посредством интроспекции, создав пространство для созерцания, подобное тем, что проектировали древние создатели садов», - отмечают архитекторы.
Внутренний двор явился отправной точкой и философским центром здания.
Двор, вокруг которого «змеёй» свернулось здание, создаёт закрытый «архитектурный сад». Это тихое убежище, отгороженное от городской суеты, отвечающее главной идее садов для учёных : месту размышлений и уединения.
Вся планировка музея, состоящая из перетекающих друг в друга бетонных галерей, подчинена форме этого внутреннего пространства.
Архитекторы перенесли в музей ключевой принцип классического китайского сада - «смена пейзажа с каждым шагом». Посетитель не следует по линейному маршруту, а погружается в циклическое путешествие.
Музей не лишен и драматургии пространства. Маршрут начинается с низкого и узкого входа, затем пространство постепенно расширяется, чтобы позже вновь сузиться. Пандусы соединяют разные уровни, создавая «многогранное пространственное впечатление» - от ощущения сжатия до внезапного простора.
Материалом-доминантой стал монолитный бетон, окрашенный чёрным пигментом, что отсылает к эстетике традиционной китайской тушевой живописи. Его угловатая текстура контрастирует с мягкостью природного окружения.
Внешние стены почти глухие, а свет проникает внутрь через панорамные окна, выходящие во двор, и небольшие световые фонари на крыше. В извилистых коридорах свет растворяется в полумраке, создавая медитативную «эстетику темноты», обостряющую внутреннее восприятие.
Выступающие объёмы галерей с цельностеклянными торцами обрамляют виды на внутренний двор, а в некоторых точках открывается перспектива на холмистый ландшафт за пределами музея, следуя классическому садовому приёму «цзецзин» («заимствованный вид»).
Художественный музей Сяофэн CCA - это архитектура как философский жест. Он не копирует формы прошлого, но виртуозно транслирует его дух через современный язык, создавая место не только для искусства, но и для глубокого личного переживания пространства и времени.
👍5❤🔥2🏆2🎉1🍾1
В Чапаевском парке на Ленинградском проспекте в 1960-х годах можно было заглянуть не просто в кафе, а в здание будущего. Кафе «Сокол» с его футуристическим круглым козырьком, поднятым на тонких опорах, было ярким примером советской архитектуры эпохи оттепели и космических устремлений.
В 1978 году уникальный козырек обрушился под тяжестью снега (по другой версии, это случилось в 1975 году), и вскоре стильное заведение демонтировали. Тем не менее, это здание осталось в памяти москвичей благодаря своей уникальной архитектуре.
Легкая и воздушная конструкция из металла и стекла была главной доминантой и символом кафе.
В основе проекта - современные на тот момент металлоконструкции и панорамное остекление, создававшее ощущение открытости и света.
В тёмное время суток подсвеченное кафе напоминало летающую тарелку или космический корабль, что идеально вписывалось в дух времени.
Архитектором был Павел Райхинштейн, а инженером — М. Дроздов.
Архитектура «Сокола» стала короткой, но яркой главой в истории московского модернизма - воплощением веры в прогресс, которое не выдержало столкновения с суровой реальностью.
По воспоминаниям современников, там можно было выпить кофе за 6 или 10 копеек, а в особых случаях и кофе с коньяком.
«Шайба», «ухо» или космический корабль? Жаль, что уникальное футуристическое кафе, исчезло с карты Москвы.
В 1978 году уникальный козырек обрушился под тяжестью снега (по другой версии, это случилось в 1975 году), и вскоре стильное заведение демонтировали. Тем не менее, это здание осталось в памяти москвичей благодаря своей уникальной архитектуре.
Легкая и воздушная конструкция из металла и стекла была главной доминантой и символом кафе.
В основе проекта - современные на тот момент металлоконструкции и панорамное остекление, создававшее ощущение открытости и света.
В тёмное время суток подсвеченное кафе напоминало летающую тарелку или космический корабль, что идеально вписывалось в дух времени.
Архитектором был Павел Райхинштейн, а инженером — М. Дроздов.
Архитектура «Сокола» стала короткой, но яркой главой в истории московского модернизма - воплощением веры в прогресс, которое не выдержало столкновения с суровой реальностью.
По воспоминаниям современников, там можно было выпить кофе за 6 или 10 копеек, а в особых случаях и кофе с коньяком.
«Шайба», «ухо» или космический корабль? Жаль, что уникальное футуристическое кафе, исчезло с карты Москвы.
💯6❤🔥2👍2😁1👌1
Новый, но уже хорошо знакомый россиянам тренд: собственный «квадрат» все чаще становится роскошью, а не решением жилищного вопроса.
Цены на жилье продолжают идти только вверх, и в 2026 году тенденция не изменится. Аналитики считают, что дешевле не станет, а главный вопрос теперь - не «подорожает ли?», а «на сколько?».
В Москве средняя цена квадратного метра в новостройках выросла за год на 18.9%. На вторичном рынке столицы рост составил 10% за 2025 год, а цена «квадрата» достигла 355.8 тыс. рублей.
По стране за 2025 год цены на вторичное жилье росли почти везде: в Махачкале - на 25%, в Курске - на 24%, в Ижевске - на 16%. Единственным крупным городом с падением стал Новокузнецк (-2%).
Ожидается, что в этом году в Москве новостройки могут подорожать на 15-20%. Эксперты прогнозируют, что на вторичном рынке рост будет скромнее - около 1% в месяц.
Ключевая ставка остается высокой, что делает рыночные кредиты недоступными для многих. При этом массовая льготная ипотека отменена, а по семейной ужесточаются условия. Одновременно с этим, объем вводимого жилья сокращается, особенно в Москве. Это создает дефицит на рынке, поддерживая высокие цены.
Пока не произойдет серьезного снижения ключевой ставки (ниже 10%), рыночная ипотека не станет доступной. Это значит, что спрос останется сдержанным, но цены при этом вряд ли упадут.
Рынок замер в ожидании более дешевых денег, но даже в этой паузе цены продолжают медленно, но верно ползти вверх. Покупка квартиры превращается в долгую игру на выживание, где преимущество у тех, у кого уже есть капитал.
Цены на жилье продолжают идти только вверх, и в 2026 году тенденция не изменится. Аналитики считают, что дешевле не станет, а главный вопрос теперь - не «подорожает ли?», а «на сколько?».
В Москве средняя цена квадратного метра в новостройках выросла за год на 18.9%. На вторичном рынке столицы рост составил 10% за 2025 год, а цена «квадрата» достигла 355.8 тыс. рублей.
По стране за 2025 год цены на вторичное жилье росли почти везде: в Махачкале - на 25%, в Курске - на 24%, в Ижевске - на 16%. Единственным крупным городом с падением стал Новокузнецк (-2%).
Ожидается, что в этом году в Москве новостройки могут подорожать на 15-20%. Эксперты прогнозируют, что на вторичном рынке рост будет скромнее - около 1% в месяц.
Ключевая ставка остается высокой, что делает рыночные кредиты недоступными для многих. При этом массовая льготная ипотека отменена, а по семейной ужесточаются условия. Одновременно с этим, объем вводимого жилья сокращается, особенно в Москве. Это создает дефицит на рынке, поддерживая высокие цены.
Пока не произойдет серьезного снижения ключевой ставки (ниже 10%), рыночная ипотека не станет доступной. Это значит, что спрос останется сдержанным, но цены при этом вряд ли упадут.
Рынок замер в ожидании более дешевых денег, но даже в этой паузе цены продолжают медленно, но верно ползти вверх. Покупка квартиры превращается в долгую игру на выживание, где преимущество у тех, у кого уже есть капитал.
👍4😢4❤🔥2🤩2🫡1
На острове Саадият, в соседстве с шедеврами Нувеля и Mecanoo, появился новый храм искусства - галерея TeamLab Phenomena. И если её соседи говорят с миром через форму и свет, то это здание настоящий манифест сенсорной иммерсии, начинающийся с самой архитектуры.
17 000 кв. метров, почти полное отсутствие окон, монохромный фасад из железобетона, армированного стекловолокном. Это не крепость, а «чистый лист», холст, который скрывает буйство красок внутри. Архитектура сознательно отрекается от внешней выразительности, чтобы подготовить посетителя к главному - к контрасту.
Объём здания определили плавно перетекающие друг в друга «барабаны» галерей. Попасть внутрь можно только через арочный проем, своеобразный портал в другой мир. Это ключевой жест: архитектура выступает проводником из реальности в цифровую феноменологию.
С одной стороны ведет лаконичная лестница к крыше и смотровой площадке. С другой, со стороны набережной, водопад, врезанный в суровый фасад. Диалог цифрового и природного, статичного и текучего начинается ещё снаружи.
«Будущее строится на совокупности творений людей. Физический опыт здесь усиливает ощущение собственной ценности», - говорит основатель TeamLab Тошиюки Иноко.
Именно архитектура, аскетичная и медитативная снаружи, становится идеальной оболочкой для этого опыта. Она не конкурирует, а служит, создавая идеальные условия для феномена погружения.
17 000 кв. метров, почти полное отсутствие окон, монохромный фасад из железобетона, армированного стекловолокном. Это не крепость, а «чистый лист», холст, который скрывает буйство красок внутри. Архитектура сознательно отрекается от внешней выразительности, чтобы подготовить посетителя к главному - к контрасту.
Объём здания определили плавно перетекающие друг в друга «барабаны» галерей. Попасть внутрь можно только через арочный проем, своеобразный портал в другой мир. Это ключевой жест: архитектура выступает проводником из реальности в цифровую феноменологию.
С одной стороны ведет лаконичная лестница к крыше и смотровой площадке. С другой, со стороны набережной, водопад, врезанный в суровый фасад. Диалог цифрового и природного, статичного и текучего начинается ещё снаружи.
«Будущее строится на совокупности творений людей. Физический опыт здесь усиливает ощущение собственной ценности», - говорит основатель TeamLab Тошиюки Иноко.
Именно архитектура, аскетичная и медитативная снаружи, становится идеальной оболочкой для этого опыта. Она не конкурирует, а служит, создавая идеальные условия для феномена погружения.
❤🔥7👍3🍓2