В 15 минутах от центра Марракеша открыт Jnane Rumi - отель на территории частной виллы, окруженный столетним садом. Но главное здесь даже не бассейн и не тенистые аллеи, а интерьеры, над которыми работала команда отеля вместе с уникальным художником Сами Снусси.

Jnane Rumi - это идеальный пример того, как традиционная марокканская архитектура вступает в диалог с современным дизайном. Вместо музейной стилизации создано живое пространство, где:
винтажная мебель соседствует с грубой штукатуркой стен;
североафриканское искусство (керамика, текстиль, ковры) поддерживается европейской графикой;
традиционные орнаменты переосмыслены через минималистичную подачу.

Архитектурный код Марракеша здесь не копируют, а перерабатывают. Нет ощущения, что ты попал в сувенирную лавку. Есть ощущение, что ты в гостях у коллекционера с безупречным вкусом.

Сад - отдельная гордость: столетние оливы и пальмы создают естественную тень, а бассейн вписан так, что кажется частью ландшафта. Jnane Rumi - напоминание о том, что настоящая архитектура не кричит о себе, а растворяется в контексте.

На песчаном берегу озера Мичиган появился дом, который хочется разглядывать долго. Это одноэтажный объем с плоской кровлей, построенный по четкой квадратной сетке. Но главное здесь, конечно, не форма, а работа с пустотой.

Четыре двора взяты за основу композиции.
Архитекторы вписали в лаконичный квадрат плана четыре выреза, каждый со своим характером и функцией.

Входная группа - это мостик, перекинутый через декоративный бассейн. Вода встречает гостя сразу у порога, отделяя дом от внешнего мира.

Деревянная терраса стала пространством для отдыха с видом на озеро.

Сад - замкнутый зеленый двор для уединения.

Световой карман - узкий разрез, который наполняет интерьеры солнцем в течение всего дня.

Наружная отделка (и в это сложно поверить), обугленная древесина. И это не просто стилистический прием, а прагматичное решение. В агрессивной прибрежной среде (ветер, влага, песок) обугливание представляет собой древнюю японскую технологию защиты дерева, которая продлевает срок его жизни на десятилетия. Текстура обугленной доски контрастирует с гладкими поверхностями.

Часть стен выполнена из матового стеклопрофилита. Он пропускает свет, но сохраняет приватность и работает как фактурный акцент, смягчающий суровость обожженного дерева.

Этот дом - про диалог: закрытого и открытого, темного и светлого, грубого и нежного. Он не кричит о себе, но в нем хочется рассматривать каждый угол.

Если вы думали, что киберпанк остался в кино. взгляните на Шэньчжэнь.

Shenzhen Bay Super Headquarters - это не просто деловой кластер. Это архитектурная фантазия, которая стала генпланом.

По завершению строительства это будет самое киберпанковское место на Земле. Огромный деловой кластер, где сосредоточатся богатейшие корпорации Китая. Их мощь здесь выражена через архитектуру. И это впечатляет.

Лучшие бюро мира работали над созданием современных шедевров. У Zaha Hadid Architects - сразу два объекта. Их фирменная пластика угадывается даже на стадии конструкций.

То, что проектирует бюро Zaha Hadid Architects невозможно перепутать.
Плавные, текучие линии, словно здания выросли из земли, а не собраны инженерами.
Отсутствие прямых углов - фасады перетекают в кровлю, этажи изгибаются, создавая ощущение вечного движения.
Футуристичные атриумы и внутренние пространства, где свет и тень становятся частью конструкции.
Интеграция с природой - зелёные террасы, вертикальные сады, естественная вентиляция.
"Пористые" фасады, которые делают здания лёгкими визуально, даже если внутри сотни этажей корпораций.

Их башни здесь - не просто офисы. Это застывшая в бетоне и стекле энергия будущего.

Уже сейчас силуэты башен меняют горизонт. Масштаб стройки чувствуется даже на фото.

Когда проект завершат, Шэньчжэнь получит самый киберпанковский район в мире, территорию, где технологии, архитектура и капитал сольются, новую точку притяжения для всех, кто следит за архитектурой.

Следим. Шэньчжэнь снова задаёт стандарт.

Итальянский архитектор Анджело Поццоли (Angelo Pozzoli Architetto) завершил реконструкцию квартиры в швейцарской коммуне Ленцерхайде (Lenzerheide). Перед ним стояла нетривиальная задача: превратить рядовую квартиру в двухэтажном многоквартирном доме в пространство, обладающее душой и фактурой отдельного альпийского шале.

Главный ход - отказ от маскировки инженерных и несущих элементов. Существующие стропильные конструкции кровли были не просто сохранены, а выведены на первый план. Они диктуют ритм пространству и задают подлинную атмосферу горного убежища.

Поццоли использует локальную палитру: состаренное дерево (тёплые тона, фактура с эффектом патины) и натуральный камень. Материалы работают на контрасте фактур, но объединены общей задачей - создать ощущение укрытия, бункера от внешнего мира.

Несмотря на насыщенную отделку, интерьер не выглядит тяжёлым. За счёт больших оконных проёмов и продуманной схемы освещения подчёркивается тектоничность деревянных конструкций, но сохраняется воздух.

Таким образом, пространство перестаёт быть просто "квартирой с видом на горы". Оно становится архитектурным объектом, где грань между интерьером и внешней средой, между рукотворным и природным стёрта. Настоящее шале в многоэтажном ритме современности.
Очередная великолепная работа итальянского архитектора Анджело Поццоли.

В Кёльне, на площадке будущего еврейского музея MiQua, археологи обнаружили комплекс римских сооружений исключительной сохранности. Находки датируются периодом от I до IV века н.э. и относятся к территории бывшей резиденции наместника провинции Нижняя Германия - претория.

Почти полностью сохранился домашний алтарь римского периода. Он использовался для почитания домашних божеств, размещался в жилых помещениях.

В нише зафиксированы остатки красочного слоя.
Отверстия от гвоздей указывают на возможность крепления гирлянд или декора.
Обнаружена алтарная плита (подлежит реставрации).

Раскрыто основание апсиды. Толщина стен составляет 4 метра!

Материалы из которых состоит уникальная находка: туф, базальт, известняк.
Связующим раствором был так называемый римский бетон (opus caementicium) - состав с добавлением кирпичной крошки и гравия.

Лестница (I век н.э.) представляет собой каменную конструкцию, соединяющая нижние уровни претория с возвышенной частью комплекса. Подобные элементы редко сохраняются в условиях Кёльна из-за позднейшей застройки.

Ранние римские постройки были намеренно засыпаны грунтом ещё в античный период. Это обеспечило их защиту от последующих строительных эпох и позволило дойти до наших дней в состоянии, близком к исходному.