"Не проходит ни дня, чтобы я не любил тебя. Не проходит ни ночи, чтобы ты мне не снилась, чтобы я не сжимал тебя во сне в объятиях. Я не выпил утром ни одной чашки чая, чтобы не проклинать славу и тщеславие, которые держат меня вдали от тебя... от ночей с тобой... Люби меня, как свои глаза... Нет, мало! Люби, как саму себя! Нет, больше, чем саму себя, больше, чем свою жизнь, больше, чем все! И только тогда ты будешь любить меня так, как люблю тебя я... Я опять буду спать без тебя. Прошу тебя, молю - дай мне уснуть!.. Вот уже которую ночь я держу тебя во сне в своих объятиях... И до утра поцелуи твои жгут мою кровь..."
Наполеон.

Эдвард Радзинский «Наполеон. Жизнь и смерть»

— Каждая книга, которую я пишу, — это прежде всего совершенно новые документы, которые я впервые использую и которые вслед за мной начинают использовать историки. Да, там есть игра воображения, но настолько, насколько это позволяют документы.

Я убежден, что документальная проза — это высшая и единственно возможная нынче форма романа. И я занимаюсь не домыслами. Я пытаюсь на основании понятой мною психологии героев, восстановив пробелы в документах, воссоздать некий роман, который написала сама история. Условно говоря, моя задача — с помощью фонаря из документов осветить часто тайный путь моих героев. Слишком ли это вольно для профессионального историка? Не знаю. Впрочем, я никогда не называю себя историком. Я писатель, который пишет об истории. Вот и все.

Из интервью Эдварда Радзинского.

«Я на самом деле не оптимист по натуре и поэтому выбрал историю. Это очень грустная наука о том, как из века в век мыслящие люди с печалью делали одно и то же. Основной урок истории в том, что люди не извлекают из нее абсолютно никаких уроков. Человечество, как Барон в пьесе Горького „На дне”, занималось только тем, что меняло одежды. Люди ходили в тогах, потом в камзолах, потом в пиджаках, сейчас без пиджаков, но все равно оставались теми же самыми. 2000 лет христианства, к сожалению, прошли мимо человечества. Миром по-прежнему правят похоть, алчность, жажда стать сильнее. И наставления Святой книги, и христианское прощение – значимы только в церкви. А по выходе из церкви, помолившись и получив отпущение грехов, человек продолжает заниматься тем, чем занимался до того, как вошел в церковь. Повторяю, история – не очень веселая наука. Но в ней есть частичка бессмертия: рассказывая о деяниях людей, вы одновременно их воскрешаете...»

Из интервью Эдварда Радзинского

Елизавета Петровна. Окончание легенды
Европа в объятиях Азии
 
Все ее царствование музыка балов и маскарадов заглушала постоянные волнения крепостных. Солдатские команды постоянно и кроваво подавляли крестьянские бунты. Она благодетельно запретила смертную казнь, и помещики пороли своих крепостных – до смерти.
 
С XVIII века Россия – двуликий Янус. Империя глядит на мир роскошным фасадом, скрывающим грязный задний двор. Фасад – великолепие двора, роскошь дворцов и, главное, грозная победоносная армия, обученная и снаряженная по последнему слову. На заднем дворе – крепостное рабство, отсутствие необходимого – больниц и школ. Открытие первого университета стало таким важным событием… и таким редким! В Елизаветинской Империи переплелись цивилизация и азиатчина…

Новый выпуск на YouTube-канале:
 https://youtu.be/v4cyqgsjpys
 

Николай I говорил: «Я не только не разрешу писать против власти, а не разрешу хвалить власть, я не разрешу никому вмешиваться в мое дело».

Знаете, чем кончилось?
Во время Крымской войны Анненков напишет: «коррупция, воровство достигнет римских размеров и будет одной из причин гибели русской армии практически, поражения русской армии в Крымской войне».
И вот, уничтожив свободу печати, знаете, где Николай I должен был черпать информацию? В ненавистном ему герценовском «Колоколе». Он читал там о взяточничестве своих чиновников.

И когда хотели погубить чиновника, доносили Герцену. А тот писал. Вот чем кончилось.

В России на двух людей часто приходится три мнения. Все это подогревается нашей традиционной "любовью" друг к другу, которая известна в мире.
Когда в США вышла моя книга про Николая II, во всех американских газетах были великолепные рецензии. Единственная статья, уничтожавшая книгу, появилась в маленькой газете и принадлежала перу русского автора. Я перевел эту статью своему редактору. Редактором моей книги была Жаклин Кеннеди. Она сказала: "Не огорчайтесь! Это такой жанр - русские о русских".
А Профессор Альма Лоу, написавшая прекрасные работы по русскому театру и часто посещавшая нашу страну, как-то сказала: "Когда я приезжаю в вашу страну, я никогда не спрашиваю ваших людей мнения друг о друге"...

Воспитание Александра ll

Его образование (воистину блестящее по самым строгим европейским меркам) было закончено. Состоялись экзамены.

Теперь, по плану Жуковского, венцом образования цесаревича должны были стать два важнейших путешествия.

Сначала Саша должен был отправиться в путешествие по родной стране. Больше чем полгода предстояло наследнику колесить по российскому бездорожью. Александр должен был стать первым наследником русского престола, воочию увидевшим бескрайнюю страну, которой будет править. Воспитатель поэт Жуковский должен был сопровождать его в путешествии.

Император в присутствии Жуковского своим звучным голосом прочитал наставление: «Это путешествие, любезный Саша, важная веха в твоей жизни. Расставаясь первый раз с родительским кровом, ты будешь в некотором роде представлен на суд твоих подданных в испытании твоих умственных способностей».

После чего сказал речь Жуковский: «Россия есть Книга, но книга одушевленная… Вашему Императорскому Высочеству предстоит читать ее, но и она сама будет познавать своего читателя. И это взаимное познавание есть истинная цель путешествия».

Из книги «Александр II. Жизнь и смерть»

12 апреля, среда, 19:30, ЦДЛ
Авторский вечер Эдварда Радзинского
«Встречаясь с тайнами истории»

История создается людьми. Слова, которые они говорили, дела, которые совершались — многое до сих пор остается тайной истории. И возможно, останется ею навсегда.

Тему вечера, как обычно, мы не узнаем до последнего момента. Но можно представить, как все происходит, когда Радзинский выходит на сцену.

Он начинает сразу, без приветствий, с точных, мастерски выстроенных, буквально впечатанных в историю слов. Знакомые интонации и выверенные паузы — будто погружают зрителя в гипноз. И магия, ради которой собрался целый зал, свершается.

В исполнении Радзинского картины прошлого становятся настоящими, ощутимыми — реальными.

Билеты: https://clck.ru/33gBrN

70 лет назад на своей даче умер Иосиф Сталин.
Предлагаем вашему вниманию программу, записанную в 2009 году:
https://youtu.be/BzEidKvI6no

Каждый день самая большая в мире страна просыпалась с его именем на устах. Каждый день его имя звучало по радио, гремело в песнях, смотрело со страниц всех газет. Это имя, как величайшую награду, присваивали заводам, колхозам, улицам и городам. С его именем шли на смерть солдаты. Сталинград во время войны истек кровью, земля превратилась в коросту, начиненную снарядами, но город, носивший его имя, не был сдан врагу. Во время устроенных им политических процессов жертвы, умирая, славили его имя. И в лагерях, где миллионы загнанных за колючую проволоку поворачивали вспять реки, возводили города за Полярным кругом и гибли сотнями тысяч — они свершали все это под его портретами.
 
Кем он был для нас?

Петр Первый. Последняя тайна

«Екатерина разделяла с супругом все тяготы изнурительного перехода от Днестра к Пруту по испепеленной солнцем безводной степи.
По легенде (они в нашей истории часто заменяют документы и столь же часто оказываются правдивыми), Екатерина спасла павшего духом мужа. Она предложила подкупить турецкого главнокомандующего. Посланцы Петра тотчас вступили с ним в тайные переговоры. Была названа сумма, за которую тот разрешал царю убраться восвояси.
Как пишет Вильбоа, узнав об этом, Царь «сказал с восхищением: «Екатерина, этот выход чудесен, но где мы найдем все то золото…» «У меня есть драгоценности, – ответила она, –и… я соберу в нашем лагере все деньги, вплоть до последнего гроша. А Вас я прошу не предаваться унынию и поднять Вашим присутствием дух бедных солдат. Пойдемте, покажитесь им. Впрочем, позвольте мне действовать…»

Э.Радзинский

Долгожданные живые встречи!

12 и 18 апреля в Москве, в ЦДЛ два авторских вечера.

«Что известно нам о событиях истории, а главное, о людях, которые вершили эти события? Что двигало этими людьми, ради чего они действовали? Когда об этом рассказывает Эдвард Радзинский, множество мелких деталей и сумасшедших подробностей складываются в невероятную, драматическую картину. И завеса тайны приоткрывается.

Он как обычно будет на сцене один — в окружении множества невидимых исторических персонажей. Будет говорить — со своими неповторимыми интонациями и паузами. И зал будет сидеть как загипнотизированный, внимая каждому слову мастера импровизации. И импровизация для него не цель, а средство показать живую человеческую душу, познать скрытые пружины поступков.

Концерт Радзинского — это встреча с историей. Это импровизация, в которой ярко раскрывается его драматургический гений. Это уникальный шанс погрузиться в прошлое, чтобы понять наше настоящее и, возможно, прозреть будущее».

Билеты на сайте лектория «Прямая речь»

🗓12 апреля: https://clck.ru/33gBrN

🗓18 апреля: https://clck.ru/33jmaa

Пожалуй, это была самая волшебная история волшебного XVIII века.

В Лифляндии, в убогой комнатушке в доме пастора Глюка жила прехорошенькая кухарка Марта, дочь лифляндского крестьянина Марта была замужем, хотя и жила без мужа.

На ней женился заезжий шведский драгун. Хитрец побаловался с хорошенькой кухаркой и уехал воевать. Но так и не вернулся — то ли погиб, то ли забыл о Марте. Так и постарела бы наша красотка, стряпая и стирая в пасторском доме, если бы… Если бы не пришли русские войска и не попала Марта в русский плен.

И далее начался волшебный путь вчерашней кухарки — сначала это была постель командующего, графа Шереметева. Потом ее пышное тело укладывается в кровать повыше — к всесильному фавориту Петра Великого, князю Меншикову. А оттуда был прямой (и весьма частый) путь — в царскую постель.

По поводу этого события был даже нарисован тогда лубок. На нем был изображен царь, восседавший за пиршественным столом. И вельможа подводил к царю грудастую, дебелую красавицу. Подпись гласила: «Верноподданный уступает царю самое дорогое».

Так что не прошло и года, как кухарка Марта, вместо кухни пастора, оказалась в царском дворце.

Обычно все эти минутные пассии быстро исчезали из спальни пылкого Петра. Но Марта осталась в ней навсегда. Прелести красавицы и ее добрый характер сотворили невероятное: император Всероссийский женился… на вчерашней кухарке.

Марту крестили, и под именем Екатерины Алексеевны Петр короновал ее императрицей.

Эдвард Радзинский «Цари Романовы. История династии».

Ваше самое сильное театральное впечатление?

— Самое сильное театральное впечатление? Это когда провалилась моя первая пьеса.
Это случилось в Москве, в Театре юного зрителя, где актеры привыкли играть персонажей из сказок: котов, зайцев, псов, волков, лисиц … И когда я им прочел пьесу про людей, они просто возликовали и моментально ее приняли. Я стал ждать. Мне было восемнадцать лет – и я не знал, что в театре пьесу ставят не сразу. Она, как тесто, - чтобы «взойти», должна «полежать». Естественно, каждый год театр объявлял мою пьесу « в ближайших планах» и , естественно, ее не ставил.
… И наступил день премьеры…Дело в том, что взрослые люди способны терпеть все – даже скуку. А дети нетерпеливы. И они бегали по залу, узнавали друг у друга ответы на задачки, играли –но только не смотрели мою пьесу. За монолог о звездах они моментально дали моему герою милое прозвище «астроном». Перед последней картиной весь зал дружно бросился к выходу, и педагоги тщетно отбивали атаки детей, пытаясь их вернуть на места…

— И после этого вы стали писать взрослые пьесы?

— Как все рыжие, я мстителен. Я сказал себе: если меня не вынесли дети, пусть терпят взрослые! И взрослые не обманули моих ожиданий: они оказались куда терпеливее детей. Во всяком случае, моя следующая пьеса «104 страницы про любовь» имела несколько больший успех…

Эдвард Радзинский. Отрывок из интервью

Продолжением самодержавного Государства в Московии была семья. В ней самодержавно правил царь семьи – муж.
В его полном подчинении находилась жена, считавшаяся опасной и грешной потомицей прародительницы Евы. Муж неотступно следил за потенциальной грешницей. В боярском доме не было зеркал, чтоб наследницу Евы не соблазнила собственная красота. Через слюдяное оконце глядела на мир затворница боярыня. Днем ее занимали хлопоты по дому – она следила за служанками, занималась рукоделием, сказки слушала да песни пела вместе с крепостными девками. Или, что бывало чаще, томительно бездельничала, отращивая плоть. «Женщина считается красавицей, если ее не могут поднять два верблюда» – эта восточная мудрость была актуальна для Руси.

По «Домострою» во главе дома стоял грозный самодержец – муж. «Домострой» учил семейного самодержца строго управлять подданными – слугами и женой, «бия и наказуя»… «Бия по телу, спасаешь душу» – говорила тогдашняя мудрость. «Домострой» заботливо объяснял мужу, как ему правильно бить жену, чтобы, спасая ее душу, не покалечить принадлежащее мужу «живое имущество» – ее тело. «Стегать надо плетью», но не забывать, что «по уху и лицу не бить – ни кулаком ни посохом… Люди разумные и добродетельные, сняв с жены рубашку» (тут не эротика, так добро сохраннее), «бьют ее при людях, а не наедине. И побив «бережно плеткой», умеют потом простить жену и помириться. Древняя русская пословица утешительно объясняла избитой жене: «Бьет – значит любит».

Много тогдашних народных пословиц искренне описывают отношение к женщине. «Курица не птица, баба не человек», «От нашего ребра нам не ждать добра», «Баба да бес – один в них вес», «Кому воду носить? Бабе. Кому битой бить? Бабе. За что? За то, что баба». «Бабий быт за все бит».

И вот при этаком отношении к женщине в стране «Домостроя» весь XVIII век русским Государством будут самодержавно править четыре Императрицы и две Правительницы. Русский парадокс...

Сиятельные шпионы и сиятельные воры

Кто и как противодействовал завоевателю-Наполеону, когда он не мог остановиться в войнах. Почему первые лица государства Франции были шпионами России. Служить Наполеону или Франции? Сложный выбор министра Талейрана.

Почему общество не отреагировало на восстание декабристов, почему император Николай, ожидающий ответного удара от подданных, не получил его после подавленного восстания?

Новый выпуск на YouTube-канале: https://youtu.be/G8MdMSGezTo

#Радзинский #история

Эдвард Радзинский никогда не называл себя историком. Но его драматургический гений ярко раскрывается в придуманном им жанре импровизации, когда он стоит на сцене один в окружении множества невидимых исторических персонажей.

На глазах у зрителя Радзинский вдыхает в них жизнь. Наполняет события из истории России сложными эмоциями и тонкими психологическими подробностями, обнаруживает мотивы поступков и нюансы отношений, раскрывает неизвестные факты и трактует известные. Словом, создает портреты исторических персонажей прямо в воздухе.

12 и 18 апреля на сцене Клуба писателей Центрального Дома Литераторов сойдутся вместе театр жизни и театр истории. Приходите!

12 апреля, среда, 19:30, ЦДЛ
Авторский вечер Эдварда Радзинского
«Встречаясь с тайнами истории»
Билеты: https://clck.ru/33gBrN

18 апреля, вторник, 19:30, ЦДЛ
Авторский вечер Эдварда Радзинского
«Встречаясь с тайнами истории: сквозь столетия»
Билеты: https://clck.ru/33jmaa

«Екатерина Великая создала в России моду на просвещение. В результате появились Пушкин, Толстой и Достоевский и весь блистательный литературный ренессанс от Тургенева до Чехова. И наш Толстой занял место Вольтера — писателя, диктующего всему миру свои идеи.
Я верую, что фантастические возможности интернета, позволяющие людям массово читать все великие книги, не могут остаться без великих последствий. Собственно подлинное просвещение может спасти мир».

Эдвард Радзинский