Помните, в начале осени я начал малую группу по размышлению над Символом веры? Мы встречаемся раз в неделю и размышляем над отдельным словом из апостольского символа: в эту пятницу обсуждали "Сошедшего во ад". Размышляли о том, как именно Христос сошел во ад: телом, душой или как-то ещё. Кому-то Он там проповедовал и вообще, что происходило.

Как настоящие протестанты, ориентировались только на Писание и ... быстро попали впросак. Разные переводы давали разный ответ даже на первый вопрос: в одних говорилось, что Христос ожил Духом и сошел в ад, в других, что он ожил духом и сделал это. Ещё хуже дело обстояло с тем, зачем Он это сделал.

Все знают, что Христос сошел в ад, чтобы проповедовать и вывести оттуда праведников. Однако, в Писании об этом ничего напрямую не сказано. Да, Он сошел и проповедовал, но кому? Тем, кто был непокорён Господу до Потопа (1 Петра 3:20). Ни о ком другом там речи не идёт. Зато о спасении праведников говорят апокрифы, но, мы же привыкли верить только Писанию.

После некоторой паузы, наше благочестивое собрание вспомнило, что мы лютеране. Была найдена "Книга Согласия", найдена и спрошена: как понимать этот отрывок? Ответ поразил:
Нет, впрочем, ответ будет в отдельном посте, чтобы не занимать место.

После прочтения стало понятно: нужно распускать группу по изучению Символа веры лютеранство это действительно самое лучшее, чистое и честное христианское учение, сохраняющее паритет между Божьим Словом и нашей человеческой немощью.

А что вы думаете по сошествию Господа во ад и на что опираетесь в своем уповании?

Книга Согласия о сошествии Христа во ад:

Формула Согласия:

IX. О сошествии Христа в ад STATUS CONTROVERSIAE Основное противоречие, касающееся этого артикула:

Некоторые теологи, подписавшие Аугсбургское Исповедание, обсуждают также следующий вопрос: Когда и каким образом Господь Христос, согласно нашей всеобщей христианской вере, сошел в ад; было ли это сделано до или же — после Его смерти? А также как это произошло — сошел ли Он туда одной только Душой, или только лишь согласно Своей Божественности, или же — Телом и Душой, духовно и телесно?
А также — относится ли данный артикул к страданиям или к славной победе и триумфу Христа?

Однако, поскольку данный артикул, равно как и предыдущий, не может быть охвачен нашими чувствами или разумом, но может быть постигнут одной лишь верой, мы единодушно полагаем, что не должно быть обсуждений и диспутов на эту тему — в это следует веровать и учить об этом простейшим образом, как блаженной памяти доктор Лютер в своей проповеди в Торгау, в 1533 году, объяснил данный артикул совершенно по-христиански, отделив от него все бесполезные вопросы, в которых нет нужды, и призвав всех благочестивых христиан к христианскому простодушию [к непритязательности] веры.

Ибо довольно с нас знания, что Христос сошел в ад и уничтожил ад для всех верующих, избавив их от власти смерти и дьявола, от вечного проклятия и бездны преисподней. Но вопрос: как именно это произошло — нам следует [не задавать из праздного любопытства, а] сохранить это для иного мира, в котором не только этот вопрос [эта тайна], но также и другие тайны, в которые мы просто веруем и которые не можем объять своим слепым разумом, будут открыты нам.

И чё?

Когда я занимался дебатами, то на первом занятии всегда рассказывал про аргументы. Из чего они строятся (из заявления, объяснения и примера), а главное, что каждый аргумент должен иметь однозначный вывод, отвечать на сакральный вопрос: "и чё?". Отвечать так, как нужно выступающему, в рамках темы и стороны, за которую он играет.

Например, если вы играете тему "Государство должно сделать зороастризм государственной религией", можно привести аргумент о том, что государственная религия позитивно влияет на увеличение надоев одомашненный тли и шерстистость алабаев, но забудьте связку-вывод "и чё?" и аргумент улетит в трубу. Либо, окажется в пространстве подразумеваемого, где каждый слушающий додумывает собственный ответ на этот сакральный вопрос и проверяет ваш аргумент на соответствие ему.

В вопросах религиозных, на мой взгляд, вопрос "и чё?", так же ключевой. Его хорошо бы задавать самому себе, отвечая на вопрос — а почему я вообще верующий, чтобы что, ради чего? Какая моя, лично моя итоговая цель и стремление, мое личное упование и моя личная надежда по результату жизни религиозной и жизни вообще?

Неплохо задавать его и публичным спикерам, продвигающим ту или иную повестку. Иногда, даже в формате разговора с телевизором, когда вам не ответят, но вы сами можете проанализировать информацию на основе того, что говорит человек, и собрать ответ-представление о ценностях, а точнее, итоговой ценности, которую человек транслирует.

После чего сравнить — соответствует ли эта ценность вашему личному ответу на вопрос "и чё?" или противоречит? Ответить честно, именно что на уровне ценностей, а не декларируемой принадлежности к той или иной конфессии, направлению, либерализму, консерватизму и прочим -измам, -ствам, -виям и т.д.

Если оказывается, что не соответствует, то это не повод тут же разрывать общение или прекращать потреблять контент, даже, если позиция прямо расходится с вашей. Однако, это точно повод знать, что перед тобой не союзник или соратник, но человек, идущий к другой цели, к другой ценности. Учитывая это при восприятии информации, которую он транслирует

В качестве примера приведу проект "Метапозиция", который ведёт Артем Григорян. Артём позиционирует себя как христианина православной традиции, выступает апологетом и борцом с сектами, сам имея травматический опыт пребывания в запрещённой в России организации Свидетелей Иеговы. Внешняя история понятна, но встаёт вопрос “и чё?”: "ради чего" Артём занимается этими проектами и своей апологетической деятельностью, ради чего он выводит людей из сект?

Не скажу, что у меня есть точный и достоверный ответ на этот вопрос, но наблюдая за деятельностью Артема несколько лет, картина потихоньку складывается. Существенной частью стало последнее интервью на проекте: беседа с практикующим гипнотерапевтом, когда-то, как и Артём, побывавшей в рядах запрещённой в России организации Свидетелей Иеговы.

В беседе Елена рассказывает о своих родителях, гениальных людях с техническим мышлением (не удивлен), вступивших в секту и остающихся там до сих пор, а так же делится тем, как она сейчас воспринимает религиозность. Спойлер: классический набор атман-есть-брахман. Елена прямо говорит: я есть бог, я есть все, релакс, тэйк ит изи.

Эту же картину Елена транслирует и своим пациентам: на прямой вопрос Артема о том, к каким взглядам приходят её пациенты, которым она помогает выйти из культов, Елена говорит, что Бога и религиозность они ненавидят, но поклоняются природе и внутренней энергии, свету любви сокрытой в каждом человеке. Классический набор для гипнотерапевта-эзотерика и удивляться тут не приходиться.

А вот что ещё удивляло, так это реакция Артёма, который не только соглашается с концепциями Елены, добавляя, что в каждой мистической традиции всех религий мира можно найти тот-самый-свет, но ещё и прямо обещает рекомендовать Елену своим знакомым в качестве помогающего специалиста. Зная, к чему приводит её помощь.

Не меньшее удивление вызывает и обсуждение методов выведения человека из секты при помощи принудительного ограничения его свободы. Артем делится с Еленой личным опытом, как приковывал людей к батарее и разговаривал с запертыми людьми по 7-8 часов, иногда без обеда, пока они не соглашались выйти из секты. А потом они "даже женились и вели нормальную жизнь".

Вот здесь и кроется, на мой взгляд, суть и ответ на вопрос "и чё?", которым живёт Артём. Для него он, ответ, не кроется во Христе или каких-то там христианских догмах. Главное это "нормальная жизнь", понимаемая как отсутствие травмирующей религиозности. По сути, сам в прошлом жертва, Артём ставит своей целью избавление людей от того, что воспринимает как аналогичное насилие. Желая спасти себя из прошлого вмешивается и спасает других, считая спасение как таковое самоцелью.

Возвращаясь к началу. Если воспринимать Артёма по декларируемым ролям: христианина, православного, апологета, то его деятельность вызывает вопросы. Если видеть в нем травмированного человека, пытающегося изжить личную травму через насильственное причинение добра другим и привода их не ко Христу или в Церковь, но лишь к социально одобряемым нормам, то вопросов уже не остаётся.

Опознав, найдя ответ на вопрос "и чё?", который двигает человеком, можно уже не удивляться и другим историям, вроде настойчивого желания внедрения учения о всеобщем спасении или теории эволюции в религиозный дискурс. Это все то же самое желание нормализации "ненормальных" верующих, привода их к "норме", которой и служит Артём.

Заходит атеист в синагогу.. звучит как начало анекдота, но примерно так выглядят недавние дебаты между ортодоксальным иудеем Пинхасом Полонским и атеистом Дмитрием Чернышевым.

Дебаты проходили в Израиле и, несмотря на почти трёхчасовой тайминг, представляют любопытное и редкое зрелище: атеист, живущий в Израиле с 2022-го года, учит евреев, как им обустроить Израиль. Рецепт прост: отменить кашрут, запретить обрезание и религиозное образование для детей, льготы для ультра-ортодоксов.

В синагоге после этих слов начался чистый кошмар, но надо признать, что несмотря на общий гвалт, мне диспут понравился и я широко поддерживаю и этот формат и саму идею забрасывать наших популяризаторов на их историческую родину, для знакомства с практической теократией и её сторонниками

Для особо торопливых: можно смело проматывать первые полчаса доклада Пинхаса и переходить сразу к Дмитрию и последующей дискуссии

Вопрос христианской свободы — один из самых сложных и запутанных. Недаром до сих пор самые горячие споры в церковных кругах часто сводятся к поиску "четких инструкций": что можно, а что нельзя? Недавнее обсуждение в братской среде, где мы так и не пришли к единому мнению, лишь подтвердило это.

Может ли христианин заниматься любой работой? Или есть профессии, которые априори несовместимы с христианской верой? И если да, то кто и как должен определять эту "несовместимость"? На мой взгляд, профессия становится "запретной" для христианина, когда она с неизбежностью ведет ко греху и нарушению Божьих заповедей. Но вот вопрос: кто должен оценивать вероятность этого нарушения? Мне кажется, что здесь нет и не может быть универсального ответа. Каждый должен сам, исходя из своей ситуации, зная специфику своей работы и свои личные возможности, принимать решение.

Расскажу историю. Я занимаюсь рекламой и маркетингом. И вот, работая в одной компании, я обнаружил, что она ведет себя не совсем честно по отношению к своим клиентам, не рассказывая о всех рисках совместной работы, что может привести к существенным потерям для них. Как только я это понял, то сразу же уволился, потому что не захотел иметь ничего общего с нечестностью и потенциальным обманом, тем более, рекламировать и привлекать к этому.

Означает ли это, что реклама и маркетинг — это "плохие" профессии? Конечно, нет. Но в той конкретной ситуации, конкретно для меня, это занятие стало неприемлемым. И так может произойти в любой сфере.

Кем бы ни был христианин — бариста, юристом, программистом, учителем, — он должен "включать голову" и нести личную ответственность за то, чем он занимается. Если ты бариста и, по какой-то причине, люди, выпив твой кофе, идут грабить банки, то, наверное, стоит задуматься – а всё ли ты делаешь правильно? Если ты юрист, и благодаря твоим усилиям мошенники постоянно выходят сухими из воды, или сммщик и ведешь акаунт магазина с волшебными амулетами, и тебя это нисколько не смущает, то, возможно, стоит пересмотреть свои христианские убеждения.

Христианская свобода — это не вседозволенность. Это не "делай, что хочешь". Это, как точно подметил апостол Павел, "рабство во Христе". Но не то рабство, что основано на страхе наказания, а то, что по любви к Нему, заставляет тебя, вопреки твоему "ветхому Адаму", поступать по Его заповедям, даже тогда, когда чисто по человечески тут нет ничего такого. Когда и где наступает этот момент — каждый сам решает, и каждый сам несет ответственность за свой выбор.

Однако, я полагаю, что христианская, братская обязанность, напоминать об этой свободе и ответственности, учить людей распознавать, думать и оценивать последствия, в том числе и в профессиональной сфере.

В комментариях обсуждали, хорош кофе или плох. Ответ найден

Послушал в записи пропущенную лекцию по боговдохновенности Писания в рамках нашего начального теологического курса. Узнал, что самая кошерная, самая лютеранская позиция называется "инструментальной теорией богодухновенности". Если коротко - это о том, что Господь использовал каждого конкретного автора Писания, каждого пророка и апостола, как музыкант использует музыкальные инструменты, чтобы собрать симфонию Своей воли.

Тут же был задан резонный вопрос: можно ли сказать, что был момент, когда конкретный автор Писания стал инструментом Божьей воли, а потом перестал? Лектор ответил: нет, нельзя. Каждый автор Писания, как и пророк Иеремия, был узнан и поставлен на это служение Господом ещё до того, как Он сотворил этого самого пророка во чреве его матери. Дальше Господь вёл и наставлял, направляя не только их руки во время написания библейских книг, но и всю их жизнь.

Дальше лектор говорит очевидную (на мой взгляд) вещь: это касается не только пророков, но и каждого христианина. Господь действует в жизни каждого, приводя к Себе через самые незаметные и, порой, странные моменты, направляя, а точнее, выправляя наши пути таким образом, чтобы они вели к Нему. Не потому, что мы хороши, а потому, что мы - Его. Принадлежим Ему и были даны Ему Отцом ещё до начала времён.

У меня эта картина не вызывает никаких вопросов, напротив, наполняет глубокой благодарностью, восторгом и благоговением перед Господом, верным всегда, верным вопреки человеческой неверности, возлюбившим ещё до того, как полюбили Его. Перед Господом, чьё слово не возвращается тщетным и всегда совершает всё, ради чего Он посылает его.

Два слова про манипуляции

Как говорил, я работаю в рекламе. В первую очередь, потому что мне самому нравится вестись на рекламу. Нравится видеть крючки, которые кто-то разбросал, предлагая мне купить новинку, товар по скидке или окунуться в мир морозной свежести. Я знаю, что это манипуляция, я вижу её, но принимаю осознанное решение следовать ей, оценивая риски не только исходя из завлечения.

К чему я это рассказываю. На днях посмотрел семинар какого-то психолога о том, как избегать манипуляций в церкви. Сухонькая женщина рассказывала о том, что в церкви только и ждут, чтобы начать манипулировать тобой, используя любовь, страх, чувство вины, неуверенность, гордость, жалость и надежду. Показывала примеры и обьясняла, как распрознать манипуляторов и давать им отпор.

Да, в начале лектор упомянула, что единственный способ избежать манипуляций — умереть, но эту отличную мысль быстро забыли и перешли к практике. И очень жаль, ведь, как по мне, лёгкий способ распознать манипуляцию в речи: увидеть, что другой человек открывает рот или услышать чей-то голос. В письменном общении — увидеть буквы, которые вы можете понять. Любое общение людей — это всегда манипуляция, попытка как-то повлиять на другого.

Отличается ли церковное пространство чем-то? Конечно же нет. И это не делает его хуже. Зато знаете что может сделать хуже любое пространство? Демонизация манипуляций как таковых или подчёркивание, что в церкви манипулируют. Чем хуже? Тем, что человек начнёт смотреть не предмет, на который указывает палец (манипуляция), а на сам палец (манипуляцию).

Что в этом плохого? Возвращаясь к рассказу про рекламу: то, что реклама существует и манипулирует покупателем, ещё не означает, что сам продукт, который рекламируется, плохой или не нужный конкретному человеку. Чаще всего, напротив: хорошо настроенная таргетированная реклама это то, что помогает человеку решить его проблемы. Так и правильно использованная манипуляция в Церкви может и должна подвести к самостоятельному решению человека.

А может и не привести, если человек не умеет принимать решения и понимать, что для него лучше и почему. Поможет ли такому человеку распознование манипулятивных техник начать это делать? Разве что по принципу “от противного”, “на зло маме уши отморожу”, что не выглядит разумным подходом.

Служение куратора онлайн-курса — это возможность узнать что-то новое. Спрашивают: чем отличается наша церковь от ЕЛЦ (Евангелическо-Лютеранской Церкви). Я, недолго думая, мягко отвечаю: "Мы — гигачады консерваторы, а они — либералы". Вопрошающая удивляется: "Странно, а в ЕЛЦ мне говорят, что это вы либералы, а они консерваторы".

Справляюсь с таким поворотом, предлагаю делать выводы на основе Писания и практик внутри церкви: поискать там женское священство, отказ от покаяния и принятие запрещенных гомосексуалов. В общем, то, чем, как правило, славятся приходы ЕЛЦ в последние годы. Участница уточняет: "А мы точно об одной ЕЛЦ говорим?"

Выясняется, что она говорит о небольшой (на пару общин) церкви из Сибири. Вот в этой самой ЕЛЦ (ЕЛЦ Согласие) нас считают либералами, потому что у них женщины не имеют права голоса на общем собрании, не могут голосовать, возглавлять отделы и служения. У нас, соответственно, могут, не могут быть только служителями алтаря.

Удивился и в очередной раз подумал о том, что консерватизм и либерализм — это очень хрупкие понятия, и что для одного потолок, то для другого сугубо пол.

Любые правила написаны для вменяемых людей. И, естественно, никакой абсолютной защиты от искажения людьми невменяемыми не существует. К сожалению

Хочу вынести эту мысль отца Дмитрия из комментариев. Вынести, потому что хоть и понимаю позитивный взгляд отца Дмитрия на природу человека (свойственный обычно восточному христианству), но не разделяю. На мой взгляд, любые правила всегда пишут для абсолютно невменяемых людей (и пишутся людьми невменяемыми, но это тема отдельная). Почему так?

Во первых, потому что никаких “вменяемых” людей в принципе не существует, все так или иначе невменяемы. Во вторых, вменяемому человеку не нужны правила — на его сердце уже написан Закон и эти правила. Он знает, как поступать правильно, а как не правильно, потому что он вменяем: то есть, адекватен ситуации, осознан и действует с учетом своих интересов и интересов других людей.

Даже Закон, который дал Господь, величайшие из правил, когда-либо существовавших на земле, даны людям невменяемым именно в силу их невменяемости. В том числе для того, чтобы эту самую невменяемость подчеркнуть, показать и заставить обратиться к Господу, за помощью и поддержкой. Желать опереться на правила и Закон для человека равносильно опоре на надломленную палку, которая обязательно вопьётся в руку, перед тем как уронить тебя

Означает ли это, что правила не нужны? Конечно же нет. Однако, уверен, что правила должны создаваться и писаться исходя из принципа не-вменяемости того, кто будет их применять в своей жизни. Учитывать эту невменяемость уже на уровне дизайна и формулировок.

Именно поэтому эти самые формулировки так важны, и это не буквоедсто, а печальная необходимость, иначе вместо правил мы будем опираться на то, как их применяют “вменяемые люди” (действующие по принципу “кто первый халат надел, тот и врач”). Что, по сути, нивелирует сами правила, сводя всё к трактовке и понятиям.

Услышал сегодня на богослужении: "...и чтобы мы напоследок достигли блаженства". И вдруг подумалось: встреча с Господом, переход в иной мир, или, если сказать проще, смерть — часто воспринимается нами как некий финал, конечная точка. Но на самом деле, это не конец, не дессерт, а напротив, основное блюдо, только начало. Начало подлинной жизни, жизни в вечности.

Конечно, семя этой жизни сеется здесь, на Земле. Но, умирая, мы лишь переходим в то состояние, в котором и проведем всю вечность. Сохранится ли с нами хоть что-то из нашей сегодняшней жизни? Останутся ли хотя бы на уровне воспоминаний все наши дела, заботы, тревоги? Не знаю. Но, рискну предположить, что через пару тысяч лет эти воспоминания будут такими же четкими, как наши воспоминания о том, чем мы занимались в первый год своей жизни.

Означает ли это, что сегодняшняя жизнь иллюзорна и не важна? Никак нет! Относиться к ней нужно со всей серьезностью, но не до конца, помня о той, будущей жизни. Ведь именно здесь и сейчас мы сеем то, что пожнем в жизни будущего века: сеющий в тление пожнет тление, а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную.

Но всё, что сегодня кажется нам таким важным, все эти формы, большая их часть — это лишь временное, преходящее. И в будущей жизни, в жизни вечной, все эти условности потеряют смысл, всё будет совершенно иначе. И то, какими мы войдем в эту новую реальность, зависит только от того, что мы сеем сегодня: сеем ли мы в свою плоть, или стараемся следовать за Его словом, принимая Его через Писание и установленные Таинства