Или тавры приходили, или греки?

Света Чернышова

Или тавры приходили, или греки?
Разверзался лиц, веков водоворот.
Что ты знаешь, человек, о человеке…
Тут в себе порой…сам чёрт не разберёт.

Нет, наверно, все же греки. Или римляне?
Всех историй завязали узелки,
Имя светлое, придумав, подарили мне,
Что моим несветлым мыслям вопреки.

Я сижу на берегу, швыряю камешки,
Круг за кругом разбивается волной,
Не в обиду? Балаклаву Бала-Клавушкой
Называю, а пьяна – Балык-юлой.

Здравствуй, день неспешный мой, и, вечер, здравствуй.
Здравствуй, рыбою пропахший городок.
Псина рыжая (взгляд – с хитрецой татарской)
Подойдет ко мне, разляжется у ног.

Вот и славно, значит, будем слушать море мы,
Что в охотку нам расскажет  для двоих
Стародавние и новые истории
Греков, римлян...
И немного, но – моих.

Оригинал публикации

Мой мир убог, забыт и вечно стар

Фомин Алексей

Мой мир убог, забыт и вечно стар.
Кому отдать его чумной кошмар?
Когда одна беда внутри/снаружи.
Кто соскребет со стен ночей нагар?
Тяжел мой взгляд и крест похож на птицу.
Снов не ищи во тьме, как тот рыбарь,
Что потерял уду времен с уловом
Звезд из высоких, праздничных тиар.
Вокруг лишь хмарь. Попробуй в ней увидеть
Свет тех, кто свят, чей взгляд и мой алтарь.
Души не жаль, пока она не вспомнит
Боль вне себя и не умрет фонарь
Дворовых царств. Окно опять открыто.
В нем лишь зола надежд, в нем веры гарь.


Мой Бог не строг ко мне и тем обрёк,
Искать в своей душе вертеп, чертог
И путь путей, огонь огней, сплетенье
Всех дней земных и всех земных дорог.
Обман – урок, дай мне его начала.
Свет не храни, в том, что из снов извлёк.
Для дел пустых нет чувств, их не осталось.
Был снег глубок, теперь он изнемог,
Не смог дышать колючими ветрами,
Любить и ждать, и знать, что между строк
Потерян след поводыря и память
Слов, Слова, всех не сбывшихся тревог.
И снова смят рассвет как лист бумаги
Мир – Бог? А вдруг он лишь Его ожог?..

Оригинал публикации

Муравьи

Сергей Ширчков

Был ранний вечер, был июнь в пуху,
пылились банки в подоконной нише,
всё было в рифму: небо – наверху,
живые – ниже /и намного ниже/,
а я – посередине, на шестом,
мне почему-то думалось о том,
что на шестом всегда бывало тихо,
как после секса, драки или тифа.
Гроза над парком топала ногой,
артачилась и сбрасывала туфли,
но город был не этот, а другой,
ромашки по-другому в вазе тухли.
Внизу был храм, такой красивый храм,
который оживал по вечерам,
а все – и побирушки, и мамзели –
из-под платков куда-то вверх глазели.
И тут и там, на папертях Земли,
давали жизнь, но по одной на брата,
вот только муравьи спокойно шли,
по стенам шли на небо.
И обратно.

Оригинал публикации

Письмо

Ирена Палевич

Е.Ф.


Напиши мне письмо о вчерашней печали,
О прозрачных фиалках, замерзших к утру.
Расскажи, как озябшие ветки играли,
Словно сонный оркестр, на весеннем ветру.

Напиши о графической тонкости ливня,
Об отчаяньи звёзд, угасающих в срок,
И о юной траве, где в опале наивной,
Утомясь от молитв, детский спрятался бог.

Напиши об окне, где, смежая ресницы
И на нитку судьбы нанизав бисер дней,
Та застыла, чьё имя по ночам может сниться,
Что забыла совсем, как обманчив апрель.

...Но пройдут облака, перебродят столетья
И сольются все реки, переправы круша,
Прежде чем почтальон, позвонив на рассвете,
Тихо скажет у двери: «Вам письмо, госпожа».

Оригинал публикации

маки

Светлана Марковская

жизнь моя пожилая идет себе
играет, поет, резвится, срывает маки
не то, чтоб в войне проходит, или в борьбе,
напротив, и день и год почти одинаков
ну, разве что вод подземных неслышный ток,
ну, разве невидимых струй воздушных перемещенье,
ну, разве сначала рос, а потом усох,
ну, разве еще принятие и прощение,
ну, то, что уже не пощупать, не одолеть,
и не прекратить, исчерпав все следы и знаки,
а на горизонте моя молодая смерть
и тоже играет, резвится, срывает маки

Оригинал публикации

Щедрик

Александр Хинт

Запомни, когда заселяешь дома
людей, что недавно повымерли с голода
скажи на пороге: "Сухая зима
меня пропусти", и естественным голосом
пропой задушевную песню, что ввысь
уходит, но плавно, а не по касательной
А ежели ёкнуло - перекрестись
(молиться при этом необязательно)

А здесь - тишина, детворы никакой
ни кошек, ни птиц, но остались деревья
да избы - зашел и живи в любой!
Семь верст и четыре пустые деревни

И будет негромко еще много лет
лишь звякает миска - съедается сразу
похлебка и мясо морковных котлет
С опаской берут настоящее мясо
Не сразу зерно опознают поля
ни рослой пшеницей, ни каменной рожью
- И чё им в колхозы не шлось, куркулям?
- Закончилось дело хохляцким Поволжьем

Но россыпью, ласковой трелью с полей
в озера и реки небесного города
вливается "Щедрик" - поет соловей
едва уцелевший до 34-го

Оригинал публикации

Волшебство

Денис Володин

Какая разница,
…если ловкость
……пальцев?
Если в шляпе
…с кроликами
……двойное дно?
Если сверху
…фольгою
……сияет глянец,
………а под бархатом
…………серый
……………простой
………………картон?
Какая разница,
…если под
……манжетами
………запрятаны ловко
…………колоды карт?
Какая разница
…между тем и этим –
……неотличимыми
………на беглый взгляд?
Неотличимыми
…ни ростом,
……ни голосом,
………и кажется:
…………одинаковы мастерством.
Просто у фокусника –
…это всё фокусы,
……а у другого всё –
………волшебство.

v. 1.1

Оригинал публикации

Lёд

Ольга Де

Семенит старуха по-скандинавски,
Нетехнично, но зато мимо лавок.
По катку плывёт практически Навка —
Плавниками пишет — лёд you и love you.

Lёд me do — моргает баннер спросонок.
Светофор сигналит сложным зелёным.
В разлюли коляске — толстый ребёнок:
Снегирёк-фонарик, шапка с помпоном.

В леденцовой церкви всё по порядку:
Покрестили — а затем отпевают.
Облака деепричастны и кратки.
Небу жестко на берёзовых сваях.

Русски тихо, скандинавски морозно
И кресты-кресты-ты-ты под копирку.
...Шелестит невнятно мамка-берёза
Мёрзлым листиком — роддомовской биркой.

Оригинал публикации

Свет и снег

Ирина Валерина

С полуночи шёл снег по площадям,
по улицам и сонным закоулкам.
Но спали мы, обнявшись. Снилось нам,
что снег идёт, что ветер воет гулко
в трубе каминной, что оброс порог
пушистой "шубой" свеженаметённой,
что дремлет сад под снежною попоной...

...Сходил на мир забытый, неиконный,
языческий до хруста зимний бог.
И нёс он свет - холодный, колкий свет,
до белого отмытый сонмом прачек.
Мир становился новым и прозрачным,
и падал свет, и в этом колдовстве
сплетались мы с тобою воедино
шекспировым чудовищем двуспинным –
нет, жарким чудом!

Снег летел над миром,
меняя направления - точь-в-точь
как мельтешащий рой голодных ос,
готовых жадно впиться даже в камень, –
но на окне горел, горел всю ночь
наш тёплый свет, что ты вчера принёс:
большой сосуд с ручными светлячками...

Оригинал публикации

город м

Саша Сикирина

электричка уходит дальше к юго-востоку
облако сверху роняет слезу ненароком
словно старик наклонившийся к колыбели
из-за холста марк улыбается бэлле
я приеду к тебе когда-нибудь обязательно
воспоминанье заденет меня по касательной
голубем одноногим сломанной змейкой
на помин души ментоловой карамелькой
ветер весны бежит по верхушкам сосен
он ничего не расскажет а мы не спросим
марк собирает детей готовит палитру
и в пустое небо уходит моя молитва

Оригинал публикации

О земле

Марина Павлова

Во сне – да напрямки, через поля,
где воздуха и памяти на розлив,
где под скрипучий клёкот журавля
в колодце спят полуденные звёзды.
Нет ни души.
Отчаянно звучит кузнечиков хорал
в крапивном море.
Обороняют выводок грачи,
в подойнике, забытом на заборе.
Чертополоха гладит помело
глухого дня облупленную глину...

По белу свету здешних разнесло -
пером лебяжьим, пухом тополиным.

Лишь у реки, под чаек перезвон,
до новостей чужих не любопытен,
латает лодку дедушка Харон -
последний деревенский небожитель.

Оригинал публикации

От редакции: поздравляем с днём рождения!

ОСЯ

Посвящение Мандельштаму

Янис Грантс

Ося подворовывал
Хлебец. Осю били.
Осю бить – за счастье:
Ося как мешок.

Ося был без норова.
Осю не любили.
«Ося! Хочу страсти:
Расскажи стишок!»

Не Гомером грезил он.
Клянчил, как приблудный,
Корку хлеба чёрного,
Да куда уж там…

Гадина – поэзия,
Мачеха паскудная,
Где теперь некормленый
Ося Мандельштам?

Оригинал публикации

Сезон дождей

Гаэлина

Когда на море нет иных забот,
Чем слушать трёп докучный постояльцев,
А пансиона скудный табльдот
Лишь распалит желание расстаться
С купюрою, в уюте кошелька
На случай форс-мажора припасённой,
Ты побредёшь сквозь вымерший посёлок
На маячок неоновый ларька.
Там будет всяк тебе и сват и брат –
Курортный люд такой же горемычный,
Прибой и гром затеют перекличку,
И яхты в море повернут назад.
Песчаный вихрь повлечёт зонты
Скакать по пляжам перекати-полем.
Под натиском сгибаясь, словно болен,
В обратный путь направишься и ты –
Отшельником к пещерной тесноте,
Усталым джинном в горлышко бутыли
Войдёшь, и позабудешь с кем, и где
Тебя ветра солёные носили.
Сезон дождей накроет с головой,
Внахлёст задёрнет ливневые шторы,
Но в опустевшем ящике Пандоры
Поселятся надежда и покой.
За окнами сентябрь пойдёт вразнос,
И на волне дождя тебе приснится,
Что ты не человек уже, но птица,
По мощи крыльев судя, альбатрос.
И под тобой земля тиха пока,
Скучает парус, обескровлен штилем,
Над замершими водами, на мили,
Ни тени грозовой, ни ветерка...

Оригинал публикации

адольф

Коляна

с носовым платочком и в пенсне
гитлер бодро ходит по стране
белый френч с фуражкой голубой
усики квадратом над губой

отвечает на вопросы прессы
мчится на любимом мерседесе
строит планы нарезает цели
дружески болтает с Церетели

то охрану переполоша
по щеке потерплет малыша
то узбеку около ларька
леденцов насыплет из кулька

а ночами как заведено
над москвой горит его окно

этой направляющей руки
ждали молодежь и старики
потому что нация без лидера
все равно что колбаса без ливера

все случилось ласково и просто
ни аннексий вам ни холокоста:
умилились, проголосовали
профили везде нарисовали

жали ручки у Mосква-реки
целовались наперегонки
круглолицый дядя с бородой
окроплял священою водой -

и пришла счастливая эпоха
будет хорошо. не будет плохо.
позади скитания в тумане
спите, дорогие россияне.

Оригинал публикации

Суточные миграции бакланов в Керченском проливе

Игорь Турунтай

Человек не молодеет  – 
неизвестно почему.
Но, согласно наблюденьям,
вдруг – неможется ему.

У него скрипят суставы,
у него в мозгах застой,
но, что самое забавное – 
чудит
             как молодой.

А бывает – солнце светит,
в небе облачко плывет…
Человек живет на свете,
а не знает что живет.

Он не в курсе, он не в теме,
он не так и не о том,
он – ни там, ни тут, не с теми,
он – когда-нибудь потом…

А бывает – торкнет снизу…
Иногда не по уму –
по внезапному капризу  –
жить 
           не хочется ему.

У него на сердце тяжесть,
у него в глазах петля,
но к ступеням Эрмитажа
он не выйдет погулять.

Нелюдим и многопланов,
от прохожих отстранясь,
он следит полет бакланов!
на мосту в закатный час.

Где четыре – ваших нету,
нашим тоже не свезло…
Хорошо бродить по свету
всем насмешникам назло.

Мимо смыслов и нелепиц,
не пешком, не на коне,
и пропасть, и кануть в лету,
и исчезнуть, 
                          наконец.

Оригинал публикации

марш одиночек

Стефания Данилова

Чего б не стать поэтом от сохи,
когда сплошные кляксы в личном деле.
Мне стыдно признаваться, что стихи
взойти из этой почвы не сумели.

А вышли искривленные слова,
и в рифму, словно под руку, им проще.
И я, твердя как мантру: «дважды два
равно пяти», вслепую и наощупь

иду туда, куда они ведут,
и мне не важно, кто из них Сусанин.
Все лучше, чем вино и фенибут
и шар земной под золотом сусальным.

Не кончится маршрут ни точкой Б,
ни публикацией, ни адресатом,
он должен был сломаться, как хребет,
поскольку он никем и не был задан.

Но под хвостами вялых запятых,
колесами невыстреливших точек
рождаются дороги и мосты,
разбуженные маршем одиночек.

Оригинал публикации

***

Александр Кабанов

Я откроюсь греку и ромею,
скифу, отходящему ко сну:
только я притягивать умею —
за уши ночную тишину.
Для чего умение такое:
для того, чтоб ты, не по злобе —
вдруг услышал новое, иное,
так необходимое тебе.
Это взлёт, а вовсе не упадок,
это не безмолвие мощей,
а совсем другой — живой порядок
рукотворных звуков и вещей.
Мир прозрачный, без фуфла и спама,
без гвоздей и битого стекла:
никогда не умирала мама,
всё сбылось, тупая боль прошла.
Что ты раньше слышал: плач ребёнка,
ближний взрыв, предсмертный хрип врага,
лопнула ушная перепонка —
кровью затопило берега.
А теперь ты слышишь те же звуки,
тот же злой и беспощадный свет —
далеко, как-будто вы в разлуке —
навсегда, на миллионы лет.
Ты теперь ребёнка не обидишь,
не ограбишь, не предашь страну,
потому, что ты, отныне, видишь —
добрую, большую тишину.
Видишь сад, чтоб собирать беруши —
их так любит в яблоках она,
хочешь, я возьму её за уши,
и тогда — закончится война.

25.08. 2021

Оригинал публикации

когда ты осень южного разлива

Людмила Поклонная

когда ты осень южного разлива,
ты, созревая, набираешь крепость 
прохлады, и название кафе 
подобное – становится значеньем
универсальным, склонным к пониженью,
температуры воздуха. Ты, Дева-
синоптик, методично составляешь 
на месяц расписание дождей,
попутно окончательный наводишь
порядок в заведеньях, совмещая
в себе синоптика с официантом, –
в кафе переворачиваешь стулья
и ставишь их на влажные столы
пластмассовыми ноженьками к Богу

Оригинал публикации

Крылья

Алёна Рычкова-Закаблуковская

От того что выхожу на воздух раздетой,
Но пока не взлетаю,
Проходя бескрылой птицей между домами,
В области лопаток появились болезненные ощущения,
Словно крылья заново отрастают.
Но поскольку в крылья мало кто верит,
Пеленаю туго их грубою тканью,
Запираю клетку узлом под грудью.
Чтоб, помилуй боже, не увидали.
Тут такого не было и не будет.

По утрам соседка мне носит яйца.
Нелегко дается ей труд сизифов.
А когда-то деда принес мне зайца.
Что поделать? Просится заяц в рифму.
Он был бел, как снег, а на ушках пятна.
Он все спал и спал, о кончине своей не ведал.
Я не то что смерти стала тогда бояться,
Я тогда чуть-чуть разлюбила деда...
И все трогала мех золотистый, тонкий,
И глазами хлопала от бессилья.
А душа зайчонка плыла сторонкой
И ушами прядала, словно крыльями.

Оригинал публикации

Ивашка-дурачок

Пётр Матюков
(Курухуру)

насторожился некто у двери
ещё один во сне насторожился
в снегу насторожились снегири
и снег насторожившийся кружился
и лез в лицо мне белою рукой
как тот слепец бесцеремонный грубый
ощупал зубы кто же я такой
его почти не испугали зубы
когда я укушу их за бочок
они не спросят не дадут ответа
где ты теперь ивашка-дурачок
в какой дремучей чаще без просвета

Оригинал публикации