В нескольких книгах критиков, журналистов и популяризаторов эволюции ирландского языка — и литературного, и бытового — видела рассуждения о том, что письменный ирландский язык, в который во времена до норманнов запихнулась выразительность и космическая поэзия языка устного, языка отдельной планеты Ирландия, — язык, не предназначенный для абстракций и аналитики. Киберд ссылается на Эзру Паунда и его заявленное стремление к предметности в пику абстракции. То же на некотором этапе своей личной эволюции как поэта говорил и Йейтс (не осиливший ирландский язык, но любивший его by proxi, благодаря Леди Грегори, в частности).
И вот поэтому, в частности, я собираюсь поучить ирландский — хочу сама проверить и сравнить его по инструментальной пригодности к абстракциям с английским и, скажем, итальянским.
Милый американский исследователь-популяризатор Ирландии Херберт Кенни вбросил даже такое обобщение: Ирландия осчастливила мир громадным литературным богатством (мирового значения), но "ирландцы слабее всего в аналитических построениях" (sic!): они подарили нам, с т. зр. Кенни, лишь одного философа "мирового уровня" — Джорджа Беркли (что предложил Джордж Беркли миру? прааавильно — философию субъективного идеализма. Ирландия как она есть, сказали бы любители обобщений). У меня — да и у ирландцев — на этот счет много вопросов к Кенни, но задавать я их буду, когда поучу ирландский и узнаю побольше о философах и математиках Ирландии. Но как-нибудь на днях выложу сюда свой давнишний перевод поэмы о кватернионах ирландской математической звезды У. Р. Хэмилтона [Гамильтона], совершившего кучу фундаментальных открытий (кватернионы, основы векторного анализа, вариационное исчисление, обоснование комплексных чисел).

Сегодня еще покажу вам современного ирландского художника Оуэна Роху (Owen Rohu). У него и пейзажи мне очень нравятся, но натюрморты как-то особенно полны жизни, простите за каламбур.

Обещанное вчера. Сонет сэра Уильяма Роуэна Хэмилтона [в наших широтах — Гамильтона], ирландского математика, королевского астронома Ирландии, президента Ирландской академии наук (1837-1845), посвященный кватернионам. В теорию комплексных чисел я вдаваться, с вашего позволения, не буду: вы тогда все немедленно отпишетесь;) Ниже положу картинку — мемориальную доску, установленную на мосту Брум в 1958 г. в присутствии Имона "наш так называемый национальный герой"(с)* де Валеры и посвященную прогулке сэра Уильяма близ моста в 1843 г., когда в голове у сэра Уильяма наконец сложилось кватернионное уравнение и он нацарапал его перочинным ножиком.

ТЕТРАКСИС
Матезис высшая, царица строгих мер,
Числа и линий — наш предмет, и мы
Дитя сокрытое увидеть среди тьмы
Желали, Истины престол среди небесных сфер,
А зренью, обретенному досель, достало черт:
У Времени Один, Три — в Космосе, немых,
Могли б создать единый Символ-Смысл;
Мой страстный слух, что жаждет и отверст,
Он первородный различил аккорд,
Размытый очерк древней чистоты,
С улыбкой нежной напоил я взор
Воскресшим вновь, у западной черты,
Пифагорейским знаньем, этот тихий вздох —
Вестовый ветер, тайна Четырех.
_______________________________
* Так его назвал наш экскурсовод Фрэнк, когда мы высаживались на лунные поверхности Буррена, графство Клэр.

Гуляя здесь 16 октября 1843 г., сэр Уильям Роуэн Хэмилтон гениальным озарением открыл фундаментальную форму записи умножения кватернионов i² = j² = k² = ijk = −1 и вырезал ее в камне этого моста.

Во-первых, Éirinn go Brách. Пусть ваши внутренние Ирландии процветают, питают вашу ментальную и сердечную щедрость, дают вам тыщу поводов придумывать красивое, интересное и яркое — и ведут вас сквозь любую, даже самую темную ночь.
Во-вторых, сегодня в паре слов о Джимми Лолоре (Jimmy Lawlor), попсовом на первый взгляд, а на второй — обаятельнейшем современном художнике из Уэстфорда, Майо.

Прямая речь Джимми: "Не то чтоб я слишком раздумывал [над вложенными в картину смыслами] — так ничего не выйдет. Запускаю в это сердце, и обычно все получается! Не думаю я и о том, стоит ли за этим что-то подсознательное: если атмосфера у картины правильная, она сама расскажет свою историю. Мои картины ни к какой конкретной идее не привязаны... Люди вольны вчитывать в них что хотят. Я сначала делаю наброски, на чем-нибудь маленьком, хоть на "пост-ит". Если они зрительно воздействуют, значит, точно будут воздействовать и на большом полотне... Миниатюры — практичная вещь".

На сайте у Лолора, впрочем, говорится, что "его работы опираются не только на ирландское чувство юмора, но и на острое осознание, что жизнь, какой она когда-то была, исчезнет уже в следующем поколении".

Пусть в ближайшие несколько минут ваша внутренняя Ирландия будет, например, такой:

Мемо: сегодня встречаемся аккурат по теме канала, http://zilcc.ru/afisha/5849.html. Слово "лекция" — часто унылый промах, а не слово, будем общаться, как всегда на моих встречах. До вечера!

Середина — вторая половина XVIII в. в Ирландии — ладно, везде в Европе, — эта самая Эпоха Просвещения. Я очень люблю синхронистические таблицы и вообще "а в это время на ранчо"(с) — это придает времени многомерность, а моей голове — бОльшую глубину понимания, что и почему происходило. Гляньте, кто/что происходило практически одновременно в ту пору. Творцы (Европа вообще, включая Ирландию), например: Моцарт, Гёте, Голдсмит, Шеридан; творцы-политики-ораторы: Граттан, Эммет, Тоун [Тон], Кёррэн; события: Декларация независимости США, Взятие Бастилии, Декларация прав и парламент Граттана (прогрессивный парламент Ирландии, признанный независимым от британского; счастье, впрочем, оказалось кратким — 1782-1801: в 1801 г. ирландский парламент был окончательно упразднен, Ирландия стала провинцией Великобритании).

Отдельно немножко о Джоне Филпоте Кёррэне (1750-1817). Этот в свое время величайший ирландский адвокат защищал революционеров Роберта Эммета, Волфа Тоуна, лорда Фицджералда и прочих безумцев, готовых в конце XVIII в. сложить головы за независимую Ирландию. Юридическая система английской Ирландии позволяла осудить человека на основании показаний ОДНОГО свидетеля (в Англии нужны были показания по крайней мере двоих, а лучше больше). Более того, степень коррумпированности англо-ирландских судов была, возможно, круче сегодняшних наших, и приговоры как правило бывали вынесены еще до слушаний. Задача Кёррэна состояла в поисках нестыковок в показаниях такого доносчика, и Кёррэн достигал своих целей блистательной риторикой и невероятной проницательностью. Увы, никого из великих революционеров-лидеров ему спасти не удалось, хотя для Волфа Тоуна он выбил повторное слушание (но было поздно: не успевший узнать об этом Тоун перерезал себе горло в тюрьме, ожидая исполнения смертного приговора). Однако некоторых осужденных на смерть повстанцев Кёррэн вынул из петли и прославился, среди прочего, фразой, адресованной гвардии, ведшей себя, почти как наши омоновцы: You may assassinate, you will not intimidate me.

Кёррэна британские власти в Ирландии мечтали бы убрать, но всемирная слава его была такова, что не посмели. Пытались купить — не удалось. Его речи — неподражаемые образцы пламенной логически выстроенной риторики, обаяния и ума и еще одно свидетельство силы устной традиции Ирландии.

Ну и давайте уместную к предыдущему песню еще — вот эту https://www.youtube.com/watch?v=7yyk1XYypzg. Сочинил ее (слова — точно, музыку, насколько мне известно, тоже) революционный писатель и поэт, звезда своего времени Томас Озборн [Осборн] Дэвис в 1840-х гг. Каверы на эту песню за 160 лет ее существования не спел только ленивый (включая "Даблинерз", понятно). Сам Дэвис говорил, что "одна песня стоит тысячи пламенных речей". В 2002 г. "Би-би-си Уорлд" произвела всемирный опрос, какая песня подъема национального самосознания — самая популярная до сих пор, и A Nation Once Again стала лидером, обойдя даже индийскую Vande Mataram (послушайте и ее потом как-нибудь, она великая — https://www.youtube.com/watch?v=c6PHJg9D_Sk)

Сегодня коротко. Выражение вслух сильного со-чувства — если совсем попросту — можно свести в ирландском к формуле "ó mo chroí amach" [о мо хри амах]: "от всего сердца".