Немного фотографий с показа, который длился почти что час.

Фото Абукар Укуров.

Шоу Chloé весна–лето 2027 закончилось овацией, хотя в Париже сейчас аплодируют не только коллекциям, но и всевозможным слухам об уходах дизайнеров. Официально о возможных перестановках пока никто не объявлял.

Чемена Камали в этот раз решила просто сделать всё, что любит в Chloé. Главным материалом стала broderie anglaise - та самая белая ажурная ткань, которая была частью эстетики дома еще со времен основательницы Габи Агьон в 1950-х. Камали использовала ее буквально везде.

В коллекции появились викторианские ночные сорочки в духе 1970-х, baby-doll платья из объемного кружева, белый купальник с цветами и целая серия высоких брюк клеш (ещё один классический код Chloé). Вдохновение пришло и из архивов Стеллы Маккартни, которая работала для дома в конце 1990-х, и Карла Лагерфельда, чья эстетика 1980-х явно близка Камали.

Самый интересный прием - кружевные блузы, от которых дизайнер буквально оставила только подобие бельевых конструкций. Они выглядывали из-под белого тейлоринга и появились в финале вместе с пышными шифоновыми юбками.

Дэниел Роузберри представил новую коллекцию Schiaparelli весна–лето 2027 в декорациях ночного клуба с маленькими столиками, люстрами и Барброй Стрейзанд на саундтреке.

В центре коллекции - жакет Schiaparelli. Еще Эльза превратила его в главный элемент образа - украшала сюрреалистическими вышивками и носила скорее как вечерний наряд. Роузберри продолжает эту идею, делая жакеты из бархата с черной вышивкой и розового сатина, будто инкрустированного драгоценными камнями.

При этом дизайнер постепенно добавляет в Schiaparelli больше повседневных вещей. Идея появилась после разговора с Беллой Хадид, которая выходила на Каннском фестивале в его переосмыслении знаменитого платья Джейн Биркин. Белла предложила сделать из него отдельные вещи - так появились трикотажные топы и юбки.

Еще одна важная линия - облегающие трикотажные коктейльные платья, вдохновленные лаконичными вечерними силуэтами американского дизайнера Джеффри Бина. Помимо этого Роузберри снова обращается к собственному кутюру - металлические нагрудники и детали на платьях повторяют элементы из его июльской кутюрной коллекции.