«Хамнет» Хлои Чжао норм. По моим ощущениям, ему чего-то сильно не хватило, чтобы быть большим кино. Но тут есть, о чем и даже хочется поговорить.
По сути «Хамнет» — это экранизация «Рождение трагедии из духа музыки» Ницше с поправкой на феминизм и экологическую проблематику. Получилось, мне кажется, довольно неплохо. Сохраняя бинарную логику «мужского/женского», «аполлонического/дионисийского», Чжао достигает катарсической встречи взглядов, из которой и рождается (шекспировская) трагедия.
А теперь самое эмоциональное: я весь фильм думал про маму, вот так, тут хорошо про самозабвенный «невидимый женский труд». Агнес — мощнейший женский и материнский образ, потрясающе исполненный Бакли. И тут Чжао совершает, как мне кажется, очень нонконформистский жест. Как правило, сегодня ведьминская образность — это способ поговорить о женской витальности, мощи, энергии, автономии, но, как правило, в этом разговоре акцент делается на теневую, деструктивную сторону («Кэрри», «Суспирия», «Хэллбендер»). Чжао же создает абсолютно животворный, созидающий образ (он тоже дуальный, но разрушающий аспект сильно ослаблен, хотя и не устранен вовсе).
И этот ход очень хорошо работает. Не прибегая к грубым методам дисквалификации Шекспира, ей удается добиться того, что в центре — не творческие муки гения над очередной строчкой бессмертных стихов, а истощающая, беззаветная забота женщины/матери о природном мире и детях. Честно, по-моему, это круто снять фильм «о Шекспире», где поэт не выставлен последним мерзавцем, да еще и отдается должное его гению (можно вспомнить и сравнить с «Присциллой» С. Копполы, хотя тут понятно, временная дистанция другая), но при этом на самого Шекспира, честно, вообще наплевать. Благо, его играет П. Мескал.
Да, еще тут есть темные провалы, проще — дыры [5]. Такое я люблю.
Ну и про «Гамлета». Имею очень слабое представление о состоянии шекспироведения, но смещение фокуса с темы мести на скорбь и утрату, включающее инверсию сына и отца (Шекспир якобы примеряет на себя смертельную агонию сына) на смысловом уровне мне понравилось.
А теперь немного поругаю. Сцена на причале — замечательный пример плохого кино. То ли из страха, что зрители не поймут, то ли от временных перебоев в чувстве вкуса, даже большие авторы даже в хорошем авторском кино не избегают банальности и неумеренности. Понятно, что вообразить/изобразить ситуацию рождения строчек «быть или не быть», не впадая в претенциозность, невероятно сложно. Но, кажется, что в таких случаях лучше сделать всё, чтобы минимизировать, сократить… умолчать… Эта сцена была бы сильно лучше, если бы её оставили без слов. Вот чем недостаточно этого плана[6]? Он и так чрезвычайно прямой.
В общем, классный фильм про мам.
Но «терапия искусством» года забирает все же «Сентиментальная ценность».
По сути «Хамнет» — это экранизация «Рождение трагедии из духа музыки» Ницше с поправкой на феминизм и экологическую проблематику. Получилось, мне кажется, довольно неплохо. Сохраняя бинарную логику «мужского/женского», «аполлонического/дионисийского», Чжао достигает катарсической встречи взглядов, из которой и рождается (шекспировская) трагедия.
А теперь самое эмоциональное: я весь фильм думал про маму, вот так, тут хорошо про самозабвенный «невидимый женский труд». Агнес — мощнейший женский и материнский образ, потрясающе исполненный Бакли. И тут Чжао совершает, как мне кажется, очень нонконформистский жест. Как правило, сегодня ведьминская образность — это способ поговорить о женской витальности, мощи, энергии, автономии, но, как правило, в этом разговоре акцент делается на теневую, деструктивную сторону («Кэрри», «Суспирия», «Хэллбендер»). Чжао же создает абсолютно животворный, созидающий образ (он тоже дуальный, но разрушающий аспект сильно ослаблен, хотя и не устранен вовсе).
И этот ход очень хорошо работает. Не прибегая к грубым методам дисквалификации Шекспира, ей удается добиться того, что в центре — не творческие муки гения над очередной строчкой бессмертных стихов, а истощающая, беззаветная забота женщины/матери о природном мире и детях. Честно, по-моему, это круто снять фильм «о Шекспире», где поэт не выставлен последним мерзавцем, да еще и отдается должное его гению (можно вспомнить и сравнить с «Присциллой» С. Копполы, хотя тут понятно, временная дистанция другая), но при этом на самого Шекспира, честно, вообще наплевать. Благо, его играет П. Мескал.
Да, еще тут есть темные провалы, проще — дыры [5]. Такое я люблю.
Ну и про «Гамлета». Имею очень слабое представление о состоянии шекспироведения, но смещение фокуса с темы мести на скорбь и утрату, включающее инверсию сына и отца (Шекспир якобы примеряет на себя смертельную агонию сына) на смысловом уровне мне понравилось.
А теперь немного поругаю. Сцена на причале — замечательный пример плохого кино. То ли из страха, что зрители не поймут, то ли от временных перебоев в чувстве вкуса, даже большие авторы даже в хорошем авторском кино не избегают банальности и неумеренности. Понятно, что вообразить/изобразить ситуацию рождения строчек «быть или не быть», не впадая в претенциозность, невероятно сложно. Но, кажется, что в таких случаях лучше сделать всё, чтобы минимизировать, сократить… умолчать… Эта сцена была бы сильно лучше, если бы её оставили без слов. Вот чем недостаточно этого плана[6]? Он и так чрезвычайно прямой.
В общем, классный фильм про мам.
Но «терапия искусством» года забирает все же «Сентиментальная ценность».
А это хорошее, сильное. И жест, и строчка. Но лучше не вскрывать до просмотра.
главное, что нужно знать о фильме, — в финальных титрах (снять не успел) несколько экранов посвящены названиям растений, снявшихся в фильме 💔
а еще, по моим ощущениям, между фильмами 2025 года очень много различных перекличек. И «Молчаливый друг» очень созвучен «Звуку падения», особенно композиционно.
а еще, по моим ощущениям, между фильмами 2025 года очень много различных перекличек. И «Молчаливый друг» очень созвучен «Звуку падения», особенно композиционно.
А ниче тот факт, что взрослые нас жестко скамили и не читали нам настоящие сказки?
«Сестра стремится съесть брата (50)», «Служанка вырезает глаза своей госпожи (70). Глаза кладутся служанкой й карман и уносятся», «Царевна отрубает ноги Катоме (116)», «Сын или внук бедокурит или глупит (отрывает руки, ноги прохожих), горожане жалуются (жалобы—§), дед изгоняет внука».
«Ведьма сосет грудь девицы по ночам (116)», «Ведьма пытается посадить героя в печь (62). Ведьма пытается отрубить героям ночью головы (60). Хозяин пытается отдать гостей ночью на съедение крысам (122)», «Ведьма, вместо Ивана, съела свою собственную дочь. Но она этого не знает. Спрятавшийся Ивашко ей с насмешкой об этом сообщает», «Герои попадают к яге. Она хочет ночью отрубить им головы. Они подсовывают ей ее дочерей (61)», «Ведьма лопается при попытке выпить море».
«Старик предлагает казаку меч-самосек в обмен на волшебную бочку. Казак меняется И сразу же приказывает Мечу отрубить старику голову, добывая таким образом обратно и бочку (151)», «Он угрожает каннибализмом (А17). Змей требует на съедение царевну (104). Змей пожрал всех людей в деревне, та же участь угрожает последнему оставшемуся в живых мужику (85)».
«Он идет по кровавым следам (R6). Герой побеждает обитателя лесной избушки, тот бежит, скрывается под камнем. По его следам Иван находит вход в иное царство», «Иван порубает сад, колодец и проч. Из них течет кровь (77)».
«Иван съедает птичий потрох и получает способность харкать золотом, становится богачом», «Испытание едой и питьем: съесть известное количество быков, возов хлеба, выпить много пива (77, 78, 83)».
по повооду последнего. оказывается, волшебная сказка и испытание.
[это я решил заглянуть в «Морфологию волшебной сказки» Проппа. Цифры с скобках, если что, — это номера сказок по Афанасьевскому сборнику]
«Сестра стремится съесть брата (50)», «Служанка вырезает глаза своей госпожи (70). Глаза кладутся служанкой й карман и уносятся», «Царевна отрубает ноги Катоме (116)», «Сын или внук бедокурит или глупит (отрывает руки, ноги прохожих), горожане жалуются (жалобы—§), дед изгоняет внука».
«Ведьма сосет грудь девицы по ночам (116)», «Ведьма пытается посадить героя в печь (62). Ведьма пытается отрубить героям ночью головы (60). Хозяин пытается отдать гостей ночью на съедение крысам (122)», «Ведьма, вместо Ивана, съела свою собственную дочь. Но она этого не знает. Спрятавшийся Ивашко ей с насмешкой об этом сообщает», «Герои попадают к яге. Она хочет ночью отрубить им головы. Они подсовывают ей ее дочерей (61)», «Ведьма лопается при попытке выпить море».
«Старик предлагает казаку меч-самосек в обмен на волшебную бочку. Казак меняется И сразу же приказывает Мечу отрубить старику голову, добывая таким образом обратно и бочку (151)», «Он угрожает каннибализмом (А17). Змей требует на съедение царевну (104). Змей пожрал всех людей в деревне, та же участь угрожает последнему оставшемуся в живых мужику (85)».
«Он идет по кровавым следам (R6). Герой побеждает обитателя лесной избушки, тот бежит, скрывается под камнем. По его следам Иван находит вход в иное царство», «Иван порубает сад, колодец и проч. Из них течет кровь (77)».
«Иван съедает птичий потрох и получает способность харкать золотом, становится богачом», «Испытание едой и питьем: съесть известное количество быков, возов хлеба, выпить много пива (77, 78, 83)».
по повооду последнего. оказывается, волшебная сказка и испытание.
[это я решил заглянуть в «Морфологию волшебной сказки» Проппа. Цифры с скобках, если что, — это номера сказок по Афанасьевскому сборнику]
Когда пятница, и ты сходил на выставку «Дзига Вертов. Киноглаз».
из фильма «Человек с киноаппаратом»
#питие
из фильма «Человек с киноаппаратом»
#питие
Решил приобщиться к культурной жизни Москвы. Москвитин в очередной раз собрал секцию «Дикие ночи», собирающую всякое нишевое инди странное хорроровое. Сейчас будем смотреть «Слив» Грегори Морина.