«Хамнет» Хлои Чжао норм. По моим ощущениям, ему чего-то сильно не хватило, чтобы быть большим кино. Но тут есть, о чем и даже хочется поговорить.

По сути «Хамнет» — это экранизация «Рождение трагедии из духа музыки» Ницше с поправкой на феминизм и экологическую проблематику. Получилось, мне кажется, довольно неплохо. Сохраняя бинарную логику «мужского/женского», «аполлонического/дионисийского», Чжао достигает катарсической встречи взглядов, из которой и рождается (шекспировская) трагедия.

А теперь самое эмоциональное: я весь фильм думал про маму, вот так, тут хорошо про самозабвенный «невидимый женский труд». Агнес — мощнейший женский и материнский образ, потрясающе исполненный Бакли. И тут Чжао совершает, как мне кажется, очень нонконформистский жест. Как правило, сегодня ведьминская образность — это способ поговорить о женской витальности, мощи, энергии, автономии, но, как правило, в этом разговоре акцент делается на теневую, деструктивную сторону («Кэрри», «Суспирия», «Хэллбендер»). Чжао же создает абсолютно животворный, созидающий образ (он тоже дуальный, но разрушающий аспект сильно ослаблен, хотя и не устранен вовсе).

И этот ход очень хорошо работает. Не прибегая к грубым методам дисквалификации Шекспира, ей удается добиться того, что в центре — не творческие муки гения над очередной строчкой бессмертных стихов, а истощающая, беззаветная забота женщины/матери о природном мире и детях. Честно, по-моему, это круто снять фильм «о Шекспире», где поэт не выставлен последним мерзавцем, да еще и отдается должное его гению (можно вспомнить и сравнить с «Присциллой» С. Копполы, хотя тут понятно, временная дистанция другая), но при этом на самого Шекспира, честно, вообще наплевать. Благо, его играет П. Мескал.

Да, еще тут есть темные провалы, проще — дыры [5]. Такое я люблю.

Ну и про «Гамлета». Имею очень слабое представление о состоянии шекспироведения, но смещение фокуса с темы мести на скорбь и утрату, включающее инверсию сына и отца (Шекспир якобы примеряет на себя смертельную агонию сына) на смысловом уровне мне понравилось.

А теперь немного поругаю. Сцена на причале — замечательный пример плохого кино. То ли из страха, что зрители не поймут, то ли от временных перебоев в чувстве вкуса, даже большие авторы даже в хорошем авторском кино не избегают банальности и неумеренности. Понятно, что вообразить/изобразить ситуацию рождения строчек «быть или не быть», не впадая в претенциозность, невероятно сложно. Но, кажется, что в таких случаях лучше сделать всё, чтобы минимизировать, сократить… умолчать… Эта сцена была бы сильно лучше, если бы её оставили без слов. Вот чем недостаточно этого плана[6]? Он и так чрезвычайно прямой.

В общем, классный фильм про мам.

Но «терапия искусством» года забирает все же «Сентиментальная ценность».

А это хорошее, сильное. И жест, и строчка. Но лучше не вскрывать до просмотра.

главное, что нужно знать о фильме, — в финальных титрах (снять не успел) несколько экранов посвящены названиям растений, снявшихся в фильме 💔

а еще, по моим ощущениям, между фильмами 2025 года очень много различных перекличек. И «Молчаливый друг» очень созвучен «Звуку падения», особенно композиционно.

Когда пятница, и ты сходил на выставку «Дзига Вертов. Киноглаз».

из фильма «Человек с киноаппаратом»
#питие

Интересно, что целый ряд нынешних значимых антиромкомов и около того по всей видимости вдруг решили пересмотреть социологический трюизм, что концепт «отношений» заменил идею «брака». Причем это размышление о, казалось бы, архаичной форме любовного союза, сопровождается и яркими медийными феноменами — поведение Зендеи вызывает большее одобрения, чем эпатажные высказывания Марго Робби. В первую очередь на ум приходят прошлогодние «Материалистка», «Одно целое» и свежие «Вот это драма!», «У меня очень плохое предчувствие». Буду рад дополнениям к списку. Еще более примечательным это выглядит в контексте эрэфного дискурса «традиционных ценностей»: не оказывается ли проработка социо-культурных усталостей и тревог более перспективной стратегией? Вопрос риторический.

Что касается упомянутых фильмов, то значение имеет не только альтернативный нарратив, но и его восприятие. Посмотрите на дискуссии вокруг «Материалистки». Самое примечательное, что вы обнаружите даже не то, что выбор Люси (Дакота Джонсон) в пользу Джона (Крис Эванс) был осужден, оценен как иррациональный и не имеющий оснований — а то, что он нарушил категориальную матрицу современной культуры. Даже те, чьи романтические интуиции допускают предпочтение одного партнера другому не по критерию дохода, те, кто пытался защитить выбор Люси, оказались бессильны в своей аргументации. На что сослаться? Что измерить? Кого убеждает тавтология, что любовь — это любовь, а он/она — это он/она? Нет никаких «тех самых», есть только контракты (а как нас научил неолиберализм, краткосрочные контракты куда эффективнее).

Категориальные сбои наблюдаются и в случае с «Одно целое». На мой взгляд, главный эффект восприятия фильма — презумпцией созависимости. Не хочется повторяться, но больше всего мне нравится в этом фильме игра с образом культистов. Очевидно, что культисты — по определению ребята плохие, а в хоррорах особенно. Но что можно предъявить им в «Одно целое»? Кто-то писал, о том, что в «Одно целое» — это хорошие ребята? А как вы оцениваете финальную трансформацию главных героев? Вопросы риторические.