26 сентября на российские экраны выйдет неспешный, тягучий фильм об отношениях, долге и побеге от себя - «После свадьбы». «Кино-Панк» рассказывает, как новая картина умещает в себе все эти темы.
На самом деле, «После свадьбы» - не оригинальная идея, а ремейк одноименного датского фильма 2006 года. И потому в картине присутствует явный нордически-европейский оттенок: рассмотрены сложные, неоднозначные жизненные ситуации, личная трагедия и, в целом, акцент истории стоит на внутреннем мире персонажей – он куда важнее, чем внешние обстоятельства.
В этом смысле картина идет вразрез с трендами последнего времени, когда общественные интересы, движения и группы кажутся более важными, чем личные интересы. Возможно, поэтому, зрителей, которые не видели оригинальную версию, фильм удивит. Начинается картина в Индии, где главная героиня, Изабель (Мишель Уильямс), самозабвенно занимается развитием детского приюта. Она сильно привязана к детям, и особенно к одному мальчику, поэтому не хочет покидать его ни на минуту. Однако, когда крупная компания в Нью-Йорке предлагает приюту финансирование, Изабель вынуждена уехать, чтобы получить деньги для дела своей жизни.
Несмотря на то, что завязка, кажется, кроется именно в приюте Изабель, упоминаний о нем больше практически не будет, он станет только фоном для других событий. Более того, в ходе сюжета зрителю объяснят, что благородные помыслы героини – не ее истинные желания (хотя она действительно хочет помогать детям), а попытка убежать от себя самой и от своего ребенка, которого она бросила сразу после рождения.
Именно со своей дочерью Изабель случайно встретится на ее же свадьбе. Выясняется, что, родив ребенка слишком рано, героиня решила, что лучше всего будет отдать ее на усыновление. Заставив отца дать обещание устроить дочь в другую семью, Изабель сбегает в Индию. Она выглядит, как человек, считающий, что его решение было абсолютно верным, хотя подробностей для зрителя почти не дано, и каждый должен решать сам – осуждать героиню или нет. Однако легко догадаться о том, что Изабель, хотя и смелая и прямолинейная, на самом деле – глубоко испуганная, несчастная женщина, из последних сил отказывающаяся признать, что допустила ошибку. Она берет на себя ответственность за целый приют, стараясь покрыть безответственность перед собственной дочерью. Для создателей фильма было очень важно продемонстрировать эту отчаянную сублимацию материнской любви и, конечно, поэтому для картины так важна была сильная актерская игра.
Картина очень точно показывает, каким становится человек в зависимости от того, кем был воспитан. Изабель выросла в приюте и ее пугает настоящая, «правильная» семья, которой она никогда не видела. Она воспринимает только большие коллективы вроде детского дома, которым управляет в Индии. Ее дочь же, напротив, понимает, что только настоящая семья и искренность подойдут для нее. Она не станет терпеть плохое отношение к себе, но вместе с тем боится допустить ошибку – на примере своей идеальной (хоть и наполовину неродной) семьи она опасается быть хуже, боится признать, что допустила ошибку, выйдя замуж за человека, который ее не понимает.
Возможно, из-за некоторой нравоучительности и наставительности кино кажется несколько затянутым. Диалоги развиваются долго, по несколько минут, напряжение растет, пожалуй, слишком медленно. Фильм получился почти медитативным, в то время как его тема предполагает драму персонажей, резкие эмоции, сожаления, обиду, боль. Но даже несмотря на отличную игру актеров, надрыва в «После свадьбы» не ощущается. Наверное, стоило сделать картину чуть более динамичной – хотя, с другой стороны, именно медитативных фильмов в американском кинопроизводстве становится все меньше.
На самом деле, «После свадьбы» - не оригинальная идея, а ремейк одноименного датского фильма 2006 года. И потому в картине присутствует явный нордически-европейский оттенок: рассмотрены сложные, неоднозначные жизненные ситуации, личная трагедия и, в целом, акцент истории стоит на внутреннем мире персонажей – он куда важнее, чем внешние обстоятельства.
В этом смысле картина идет вразрез с трендами последнего времени, когда общественные интересы, движения и группы кажутся более важными, чем личные интересы. Возможно, поэтому, зрителей, которые не видели оригинальную версию, фильм удивит. Начинается картина в Индии, где главная героиня, Изабель (Мишель Уильямс), самозабвенно занимается развитием детского приюта. Она сильно привязана к детям, и особенно к одному мальчику, поэтому не хочет покидать его ни на минуту. Однако, когда крупная компания в Нью-Йорке предлагает приюту финансирование, Изабель вынуждена уехать, чтобы получить деньги для дела своей жизни.
Несмотря на то, что завязка, кажется, кроется именно в приюте Изабель, упоминаний о нем больше практически не будет, он станет только фоном для других событий. Более того, в ходе сюжета зрителю объяснят, что благородные помыслы героини – не ее истинные желания (хотя она действительно хочет помогать детям), а попытка убежать от себя самой и от своего ребенка, которого она бросила сразу после рождения.
Именно со своей дочерью Изабель случайно встретится на ее же свадьбе. Выясняется, что, родив ребенка слишком рано, героиня решила, что лучше всего будет отдать ее на усыновление. Заставив отца дать обещание устроить дочь в другую семью, Изабель сбегает в Индию. Она выглядит, как человек, считающий, что его решение было абсолютно верным, хотя подробностей для зрителя почти не дано, и каждый должен решать сам – осуждать героиню или нет. Однако легко догадаться о том, что Изабель, хотя и смелая и прямолинейная, на самом деле – глубоко испуганная, несчастная женщина, из последних сил отказывающаяся признать, что допустила ошибку. Она берет на себя ответственность за целый приют, стараясь покрыть безответственность перед собственной дочерью. Для создателей фильма было очень важно продемонстрировать эту отчаянную сублимацию материнской любви и, конечно, поэтому для картины так важна была сильная актерская игра.
Картина очень точно показывает, каким становится человек в зависимости от того, кем был воспитан. Изабель выросла в приюте и ее пугает настоящая, «правильная» семья, которой она никогда не видела. Она воспринимает только большие коллективы вроде детского дома, которым управляет в Индии. Ее дочь же, напротив, понимает, что только настоящая семья и искренность подойдут для нее. Она не станет терпеть плохое отношение к себе, но вместе с тем боится допустить ошибку – на примере своей идеальной (хоть и наполовину неродной) семьи она опасается быть хуже, боится признать, что допустила ошибку, выйдя замуж за человека, который ее не понимает.
Возможно, из-за некоторой нравоучительности и наставительности кино кажется несколько затянутым. Диалоги развиваются долго, по несколько минут, напряжение растет, пожалуй, слишком медленно. Фильм получился почти медитативным, в то время как его тема предполагает драму персонажей, резкие эмоции, сожаления, обиду, боль. Но даже несмотря на отличную игру актеров, надрыва в «После свадьбы» не ощущается. Наверное, стоило сделать картину чуть более динамичной – хотя, с другой стороны, именно медитативных фильмов в американском кинопроизводстве становится все меньше.
На экраны вышел фильм «Комната желаний», который сложно отнести к какому-либо жанру и который старается представить зрителю что-то более оригинальное, чем современный массовый триллер или фильм ужасов. «Кино-Панк» рассуждает о том, удалось ли это ему.
Завязка картины выглядит более чем стандартно – даже избито. Молодая пара заселяется в огромный, мрачный особняк на отшибе цивилизации. Занимается ремонтом, ставит на полки томики Булгакова (главную героиню играет Ольга Куриленко и, вероятно, французско-бельгийская съемочная команда стремилась сделать комплимент российской аудитории), дурачится. До тех пор, пока не находит чудесную замурованную комнату, находясь в которой, можно загадывать абсолютно все – и оно появится. Герои начинают исполнять все, что им только пожелается, и, наконец, женщина загадывает себе ребенка. И когда это желание сбывается, начинается все то, что создатели фильма хотят показать как «наказание за алчность».
Первый момент, который бросается в глаза зрителю – фильм имеет очень много общего с другим «антиужастиком», картиной «Мама!», которая была резко раскритикована русскоязычной публикой потому, что ошибочно назвала себя жанром «ужасы». На самом деле «Мама!» - философская притча о Боге, создании, творчестве и роли женщины. Очень похожая ситуация рассматривается и в «Комнате желаний», вот только дублированные элементы не имеют под собой опоры. Например, муж главной героини в обоих фильмах художник, но если в «Маме!» это важный элемент для понимания сути творчества, то в «Комнате желаний» деятельность мужчины никак не связана с сюжетом. Нет конфликта «созданий»: детей и произведений искусства, личность героя не раскрывается через его творчество. То же самое касается и появившегося ребенка. В «Комнате желаний» родители из-за собственной глупости и нерешительности превращают его в демона, что выглядит вполне очевидным и вряд ли может чему-то научить. Малыш является вполне ожидаемым продуктом родительской безответственности. В «Маме!» появление ребенка максимально метафорично, имеет множество трактовок и отсылок, в том числе к Библии.
Таким образом, здесь обнаруживаются сразу два минуса – неудачное копирование элементов другого фильма, которые, к тому же, в новом кино никак не оправданы. Но, к сожалению, список проблем новой картины на этом не заканчивается.
Не нужно особенно внимательно смотреть кино, чтобы увидеть в «Комнате желаний» очевидные и серьезные проблемы с логикой. В некоторых сценах мотивация героев неясна настолько, что они выглядят попросту идиотами, какими создатели их точно не хотели выставлять. Например, мужчина внезапно узнает о том, что предыдущие владельцы дома были жестоко убиты в его стенах. Он узнает подробности убийства, зарисовывает преступника, а потом обнаруживает, что таинственная комната может исполнять все его желания. Ему мгновенно сносит голову от открывшихся возможностей, и он даже на секунду не задумывается о том, что чудеса, происходящие в доме, могут как-то быть связаны с убийством, о котором он услышал утром. У его жены также отсутствует какая-либо рефлексия. Оба мгновенно погружаются в пучину своих желаний, не задумываясь ни о последствиях, ни о причинах, ни пытаясь хоть что-то узнать о том, каким образом их желания исполняются.
Таким образом, «Комнату желаний» сложно охарактеризовать. Сюжет насквозь дырявый и скорее психоделический, нежели философский. Общая идея «наказания за алчность» сама по себе выглядит недоделанной, непроработанной, а попытки углубить ее, добавив высказывания Ницше о Боге (один из персонажей цитирует его главным героям) совершенно не вяжутся с общей картиной, делают мысль создателей еще более невнятной. Так зритель и не понимает, что хотели сделать с этой картиной – то ли новую трактовку Дориана Грэя, то ли историю про безответственное родительство, то ли философскую притчу о времени и беззащитности перед ним. Поэтому пример «Комнаты желаний» еще раз наглядно доказывает, что мешанина даже самых серьезных и мудрых идей оборачивается полной чепухой – ведь дело всегда не в количестве, а в качестве.
Завязка картины выглядит более чем стандартно – даже избито. Молодая пара заселяется в огромный, мрачный особняк на отшибе цивилизации. Занимается ремонтом, ставит на полки томики Булгакова (главную героиню играет Ольга Куриленко и, вероятно, французско-бельгийская съемочная команда стремилась сделать комплимент российской аудитории), дурачится. До тех пор, пока не находит чудесную замурованную комнату, находясь в которой, можно загадывать абсолютно все – и оно появится. Герои начинают исполнять все, что им только пожелается, и, наконец, женщина загадывает себе ребенка. И когда это желание сбывается, начинается все то, что создатели фильма хотят показать как «наказание за алчность».
Первый момент, который бросается в глаза зрителю – фильм имеет очень много общего с другим «антиужастиком», картиной «Мама!», которая была резко раскритикована русскоязычной публикой потому, что ошибочно назвала себя жанром «ужасы». На самом деле «Мама!» - философская притча о Боге, создании, творчестве и роли женщины. Очень похожая ситуация рассматривается и в «Комнате желаний», вот только дублированные элементы не имеют под собой опоры. Например, муж главной героини в обоих фильмах художник, но если в «Маме!» это важный элемент для понимания сути творчества, то в «Комнате желаний» деятельность мужчины никак не связана с сюжетом. Нет конфликта «созданий»: детей и произведений искусства, личность героя не раскрывается через его творчество. То же самое касается и появившегося ребенка. В «Комнате желаний» родители из-за собственной глупости и нерешительности превращают его в демона, что выглядит вполне очевидным и вряд ли может чему-то научить. Малыш является вполне ожидаемым продуктом родительской безответственности. В «Маме!» появление ребенка максимально метафорично, имеет множество трактовок и отсылок, в том числе к Библии.
Таким образом, здесь обнаруживаются сразу два минуса – неудачное копирование элементов другого фильма, которые, к тому же, в новом кино никак не оправданы. Но, к сожалению, список проблем новой картины на этом не заканчивается.
Не нужно особенно внимательно смотреть кино, чтобы увидеть в «Комнате желаний» очевидные и серьезные проблемы с логикой. В некоторых сценах мотивация героев неясна настолько, что они выглядят попросту идиотами, какими создатели их точно не хотели выставлять. Например, мужчина внезапно узнает о том, что предыдущие владельцы дома были жестоко убиты в его стенах. Он узнает подробности убийства, зарисовывает преступника, а потом обнаруживает, что таинственная комната может исполнять все его желания. Ему мгновенно сносит голову от открывшихся возможностей, и он даже на секунду не задумывается о том, что чудеса, происходящие в доме, могут как-то быть связаны с убийством, о котором он услышал утром. У его жены также отсутствует какая-либо рефлексия. Оба мгновенно погружаются в пучину своих желаний, не задумываясь ни о последствиях, ни о причинах, ни пытаясь хоть что-то узнать о том, каким образом их желания исполняются.
Таким образом, «Комнату желаний» сложно охарактеризовать. Сюжет насквозь дырявый и скорее психоделический, нежели философский. Общая идея «наказания за алчность» сама по себе выглядит недоделанной, непроработанной, а попытки углубить ее, добавив высказывания Ницше о Боге (один из персонажей цитирует его главным героям) совершенно не вяжутся с общей картиной, делают мысль создателей еще более невнятной. Так зритель и не понимает, что хотели сделать с этой картиной – то ли новую трактовку Дориана Грэя, то ли историю про безответственное родительство, то ли философскую притчу о времени и беззащитности перед ним. Поэтому пример «Комнаты желаний» еще раз наглядно доказывает, что мешанина даже самых серьезных и мудрых идей оборачивается полной чепухой – ведь дело всегда не в количестве, а в качестве.
Пока готовятся материалы о премьерах 26 сентября (пропагандисткой сказке с Владимиром Машковым «Герой», фантастике с Брэдом Питтом «К звёздам», независимой криминальной драме «Боже мой!»), вспоминаем классический фильм Бернардо Бертолуччи «Луна», вышедший ровно 40 лет назад.
Подросток Джо – сын известной оперной певицы Катерины Сильвери. Он убежден в том, что муж матери Дуглас его настоящий отец, но сама мысль об этом родстве ранит его. Он мучается, видя слабость, безвольность Дугласа и в итоге начинает прибегать к помощи наркотиков. Катерина видит, как жизнь сына разрушается на ее глазах и решается на отчаянный шаг: рискуя карьерой и своими счастливыми отношениями, она везет Джо в Италию, чтобы познакомить его с настоящим отцом – школьным учителем. Она надеется, что встреча поможет сыну увидеть настоящее родство и почувствовать реальную близость.
Вместе с тем Катерина пытается наладить отношения с Джо – и они постепенно приобретают неестественный оттенок. Их близость все больше напоминает отношения между влюбленными, а не родственниками. Кино описывает отношения, близкие к инцесту, основанные на Эдиповом комплексе – но как и для чего это делает Бертолуччи?
Чтобы верно разгадать идею режиссера, необходимо помнить, что Бертолуччи был убежденным фрейдистом. В большинстве его работ лежат утверждения, основанные на теории психоанализа. Вот и в «Луне» рассматриваемое явление – Эдипов комплекс, понятие, введенное именно Зигмундом Фрейдом. Джо, подросток, который не знал родного отца и ненавидел отчима, по факту, не имеет отца вовсе. Катерина же отдает всю свою жизнь сыну, отказываясь от присутствия других мужчин в своей жизни. Согласно теории Эдипова комплекса, у подростка, таким образом, исчезают «соперники», и он остается единственным мужчиной рядом со своей матерью. Если добавить к этому общую психологическую нестабильность обоих – наркомания у Джо, неимение сильного отца, авторитета рядом и саморазрушение и жертвенность Катерины – рождается та самая почва для развития надломленных отношений, близких к инцесту.
Главным символом фильма становится луна, именем которой и названо кино. Луна – «женская» планета-спутник, в чем сходятся и астрологи, и физики, и психологи. Полный цикл луны составляет 30 дней – примерно столько же длится менструальный цикл у женщины. Именно поэтому над героями фильма светит луна – она становится знаком и символом того, что происходит на экране, ключом к пониманию Эдипового комплекса – привязанности к матери. Есть в картине и другие символы – например, когда Катерина кормит маленького Джо медом с ложечки. Тягучесть этого кадра, его красивая, но отталкивающая, приторно сладкая атмосфера – еще один намек на чувственность, которую Катерина, сама того не понимая, пробуждает в себе и в сыне. Этот кадр важен еще и как намек на то, что именно мать становится в данном случае провокатором, взращивающим комплекс – в нем заложена еще одна фрейдистская идея о том, что все проблемы человека коренятся в его матери.
Этот смысловой стержень фильма обрамляют прекрасные съемки природы, пейзажей Италии, что тоже является частью стиля картин Бертолуччи. Правило эстетики, визуальной красоты для режиссера нерушимо – даже если в кадре рассматривается что-то отталкивающее и неестественное. Впрочем, нельзя забывать о том, что режиссер не дает героям и их поступкам оценку. Для него важнее красиво описать явление и его корни – так, как он их видит, и наблюдать за происходящим с высоты луны.
Подросток Джо – сын известной оперной певицы Катерины Сильвери. Он убежден в том, что муж матери Дуглас его настоящий отец, но сама мысль об этом родстве ранит его. Он мучается, видя слабость, безвольность Дугласа и в итоге начинает прибегать к помощи наркотиков. Катерина видит, как жизнь сына разрушается на ее глазах и решается на отчаянный шаг: рискуя карьерой и своими счастливыми отношениями, она везет Джо в Италию, чтобы познакомить его с настоящим отцом – школьным учителем. Она надеется, что встреча поможет сыну увидеть настоящее родство и почувствовать реальную близость.
Вместе с тем Катерина пытается наладить отношения с Джо – и они постепенно приобретают неестественный оттенок. Их близость все больше напоминает отношения между влюбленными, а не родственниками. Кино описывает отношения, близкие к инцесту, основанные на Эдиповом комплексе – но как и для чего это делает Бертолуччи?
Чтобы верно разгадать идею режиссера, необходимо помнить, что Бертолуччи был убежденным фрейдистом. В большинстве его работ лежат утверждения, основанные на теории психоанализа. Вот и в «Луне» рассматриваемое явление – Эдипов комплекс, понятие, введенное именно Зигмундом Фрейдом. Джо, подросток, который не знал родного отца и ненавидел отчима, по факту, не имеет отца вовсе. Катерина же отдает всю свою жизнь сыну, отказываясь от присутствия других мужчин в своей жизни. Согласно теории Эдипова комплекса, у подростка, таким образом, исчезают «соперники», и он остается единственным мужчиной рядом со своей матерью. Если добавить к этому общую психологическую нестабильность обоих – наркомания у Джо, неимение сильного отца, авторитета рядом и саморазрушение и жертвенность Катерины – рождается та самая почва для развития надломленных отношений, близких к инцесту.
Главным символом фильма становится луна, именем которой и названо кино. Луна – «женская» планета-спутник, в чем сходятся и астрологи, и физики, и психологи. Полный цикл луны составляет 30 дней – примерно столько же длится менструальный цикл у женщины. Именно поэтому над героями фильма светит луна – она становится знаком и символом того, что происходит на экране, ключом к пониманию Эдипового комплекса – привязанности к матери. Есть в картине и другие символы – например, когда Катерина кормит маленького Джо медом с ложечки. Тягучесть этого кадра, его красивая, но отталкивающая, приторно сладкая атмосфера – еще один намек на чувственность, которую Катерина, сама того не понимая, пробуждает в себе и в сыне. Этот кадр важен еще и как намек на то, что именно мать становится в данном случае провокатором, взращивающим комплекс – в нем заложена еще одна фрейдистская идея о том, что все проблемы человека коренятся в его матери.
Этот смысловой стержень фильма обрамляют прекрасные съемки природы, пейзажей Италии, что тоже является частью стиля картин Бертолуччи. Правило эстетики, визуальной красоты для режиссера нерушимо – даже если в кадре рассматривается что-то отталкивающее и неестественное. Впрочем, нельзя забывать о том, что режиссер не дает героям и их поступкам оценку. Для него важнее красиво описать явление и его корни – так, как он их видит, и наблюдать за происходящим с высоты луны.
В 2019 году российское пропагандистское кино вышло на новый уровень. Оно стало дорогим, визуально привлекательным, серьезным. Наиболее яркими представителями этого направления можно назвать «Балканский рубеж» (злые и глупые американцы против простых русских героев из ГРУ), «Донбасс. Окраина» (злые украинцы убивают несчастных жителей Донбасса, мечтающих убежать в Россию), предстоящий «Герой» (замечательные российские разведчики против загнившего европейского капитализма).
Премьера «Героя» с Машковым и Петровым состоится только завтра, сегодня публикуем художественный анализ его предшественника - «Донбасс. Окраина».
«Донбасс. Окраина» вышел в прокат 12 июня, в День России. Фильм рассказывает о пяти гражданах Украины, укрывшихся в подвале от артиллерийских бомбёжек. Ситуация обостряется тем, что все они воюют за противоположные интересы.
Фильм сделан при поддержке Министерства Культуры режиссером Ренатом Давлетьяровым, известным по ремейку «А зори здесь тихие…». Нелепость «Донбасса» и безграничную наглость авторов характеризует крохотный факт – это российское кино с российскими актерами, с российскими высокомерными взглядами на мир, но посвященное Украине, украинской армии и украинским спецслужбам.
Сюжет прост и предсказуем. Первая сцена красочно демонстрирует зверства СБУ, которые становятся главной повествовательной скрепой фильма. Затем два военных водителя везут подушки для украинской армии. Один из них, тот, что заявлен главным героем, выходит из кабины, а второй, эпизодический персонаж, погибает при метком попадании снаряда. Оглушенного украинского водителя подбирает украинский сепаратист и ведет в подвал, где сидят украинцы: националистка, журналистка, пенсионер и активистка, сочувствующая сепаратистам.
Начинаются наигранные конфликты. Бандеровцы не хотят общаться с Донбассовцами, Киевляне с Харьковчанами. Сквозь искусственные эмоции слышатся тезисы, как будто вырванные из эфира телеканала «Звезда»: «Та война была настоящей (1941-1945), а это не война, а бесстыдство!» Жонглируя пропагандистскими уловками, авторы фильма намеренно сравнивают освободительную войну с гражданской.
Художественные образы «Донбасса» примитивны. Все в душе добрые, а злодей – злой. Все понимают, и даже проговаривают, что истинный порядок – в России, а злодей – не понимает. Силясь вшить в марионетку сердце живого независимого фильма, Ренат Давлетьяров вклеивает историю об утонувшей собаке, иносказательно пророча этим финал одного из героев, заводит диалог о пропаганде курения в кино, но получается снова плохо. К слову, полковник СБУ, ставший виновником событий, показан недальновидным, профессионально беспомощным и по-простому неадекватным.
Для кого этот фильм? Для тех, кому недостаточно верещания по федеральным каналам о безобразиях ненавистного братского народа, для тех, кто верит, что украинские войска захватывали Донецк в беспробудно пьяном состоянии, для тех, кто поддался бессовестной пропаганде и забыл, что там живут такие же люди.
Премьера «Героя» с Машковым и Петровым состоится только завтра, сегодня публикуем художественный анализ его предшественника - «Донбасс. Окраина».
«Донбасс. Окраина» вышел в прокат 12 июня, в День России. Фильм рассказывает о пяти гражданах Украины, укрывшихся в подвале от артиллерийских бомбёжек. Ситуация обостряется тем, что все они воюют за противоположные интересы.
Фильм сделан при поддержке Министерства Культуры режиссером Ренатом Давлетьяровым, известным по ремейку «А зори здесь тихие…». Нелепость «Донбасса» и безграничную наглость авторов характеризует крохотный факт – это российское кино с российскими актерами, с российскими высокомерными взглядами на мир, но посвященное Украине, украинской армии и украинским спецслужбам.
Сюжет прост и предсказуем. Первая сцена красочно демонстрирует зверства СБУ, которые становятся главной повествовательной скрепой фильма. Затем два военных водителя везут подушки для украинской армии. Один из них, тот, что заявлен главным героем, выходит из кабины, а второй, эпизодический персонаж, погибает при метком попадании снаряда. Оглушенного украинского водителя подбирает украинский сепаратист и ведет в подвал, где сидят украинцы: националистка, журналистка, пенсионер и активистка, сочувствующая сепаратистам.
Начинаются наигранные конфликты. Бандеровцы не хотят общаться с Донбассовцами, Киевляне с Харьковчанами. Сквозь искусственные эмоции слышатся тезисы, как будто вырванные из эфира телеканала «Звезда»: «Та война была настоящей (1941-1945), а это не война, а бесстыдство!» Жонглируя пропагандистскими уловками, авторы фильма намеренно сравнивают освободительную войну с гражданской.
Художественные образы «Донбасса» примитивны. Все в душе добрые, а злодей – злой. Все понимают, и даже проговаривают, что истинный порядок – в России, а злодей – не понимает. Силясь вшить в марионетку сердце живого независимого фильма, Ренат Давлетьяров вклеивает историю об утонувшей собаке, иносказательно пророча этим финал одного из героев, заводит диалог о пропаганде курения в кино, но получается снова плохо. К слову, полковник СБУ, ставший виновником событий, показан недальновидным, профессионально беспомощным и по-простому неадекватным.
Для кого этот фильм? Для тех, кому недостаточно верещания по федеральным каналам о безобразиях ненавистного братского народа, для тех, кто верит, что украинские войска захватывали Донецк в беспробудно пьяном состоянии, для тех, кто поддался бессовестной пропаганде и забыл, что там живут такие же люди.
В сентябре 2018 года разгорелся один из самых громких международных скандалов в современной истории. Журналисты выяснили, что два агента ГРУ, Анатолий Владимирович Чепига и Александр Евгеньевич Мишкин, под именами Руслана Боширова и Александра Петрова посетили британский город Солсбери, где в день их визита был отравлен бывший полковник ГРУ Сергей Викторович Скрипаль.
Двумя неделями позже в Голландии были задержаны еще четверо агентов ГРУ, которые пытались выкрасть документы о расследовании авиакатастрофы Боинга MH17 в Донбассе. В этот роковой месяц стало очевидно, что российская разведка – это не элита общества, а рядовые винтики не совсем здоровой системы, поэтому на медийном рынке срочно потребовался продукт, который бы смог убедить широкую аудиторию в том, что родная страна действительно представляет опасность для соседей.
Боевик «Герой» - это именно пропагандистский продукт. Его нельзя назвать фильмом, произведением, предметом искусства. Это набор плоских штампов и список фраз, которые необходимо выучить каждому правильному патриоту. Сюжет продукта следующий: матерый полковник СВР (Служба внешней разведки) Олег Иванович Родин отбирает по всей стране ребятишек-беспризорников, учит их драться, даёт кодовые имена и отправляет во все развитые страны мира. Спустя 15 лет один из воспитанников узнает, что его хотят убить. Объединившись с коллегой по цеху, он начинает суетиться в поисках правды.
Главные отличительные черты продукта: украденная из американских боевиков манера повествования, когда кто-нибудь из героев начинает размышлять вслух и тем самым объяснять зрителю детали сюжета; украденная манера съёмки с применением замедлений; исключительно российские умозаключения о санкциях (санкции введены не из-за многократных нарушений страной международного права, а из-за англичан, которые представились русскими, повели себя некорректно и подставили чужое государство); исключительно русских афоризмов (английский бизнесмен произносит: «Кто хочет, чтобы его поняли, - учит английский. Кто хочет влияния – учит русский»).
Удивительно плохо справилась с задачей труппа «Героя». В продукте нет сильных, требующих актерского мастерства образов. Владимир Машков - строгий полковник, он мало говорит и не улыбается. Светлана Ходченкова – шпионка, она хитро щурится, когда у неё созревает план. Александр Петров – безалаберный шпион, он часто смеётся и один раз плачет. Константин Лавроненко – начальник СВР, не улыбается. Остальные образы – это люди, которые умрут от первого выстрела. Каждый из четырех ключевых актеров играет где-то на своей волне, а «ходячие мертвецы», кажется, и вовсе не актеры, а просто лысые мужчины, научившиеся скалиться и гримасничать перед камерой.
«Герой» - не то случай, когда можно рассуждать «смотреть» или «не смотреть». Необходима другая реакция и более прямолинейные вопросы, например: «Почему Министерство культуры и все комитеты пропаганды не понимают, что это уже не работает?» Не работают новостные эфиры, в которых ругают Европу, не работают заявления на пресс-конференциях «мы их проверили, они гражданские», не работают визуальные продукты, в которых россияне самые сильные, самые смелые и несмотря ни на что – счастливые.
Двумя неделями позже в Голландии были задержаны еще четверо агентов ГРУ, которые пытались выкрасть документы о расследовании авиакатастрофы Боинга MH17 в Донбассе. В этот роковой месяц стало очевидно, что российская разведка – это не элита общества, а рядовые винтики не совсем здоровой системы, поэтому на медийном рынке срочно потребовался продукт, который бы смог убедить широкую аудиторию в том, что родная страна действительно представляет опасность для соседей.
Боевик «Герой» - это именно пропагандистский продукт. Его нельзя назвать фильмом, произведением, предметом искусства. Это набор плоских штампов и список фраз, которые необходимо выучить каждому правильному патриоту. Сюжет продукта следующий: матерый полковник СВР (Служба внешней разведки) Олег Иванович Родин отбирает по всей стране ребятишек-беспризорников, учит их драться, даёт кодовые имена и отправляет во все развитые страны мира. Спустя 15 лет один из воспитанников узнает, что его хотят убить. Объединившись с коллегой по цеху, он начинает суетиться в поисках правды.
Главные отличительные черты продукта: украденная из американских боевиков манера повествования, когда кто-нибудь из героев начинает размышлять вслух и тем самым объяснять зрителю детали сюжета; украденная манера съёмки с применением замедлений; исключительно российские умозаключения о санкциях (санкции введены не из-за многократных нарушений страной международного права, а из-за англичан, которые представились русскими, повели себя некорректно и подставили чужое государство); исключительно русских афоризмов (английский бизнесмен произносит: «Кто хочет, чтобы его поняли, - учит английский. Кто хочет влияния – учит русский»).
Удивительно плохо справилась с задачей труппа «Героя». В продукте нет сильных, требующих актерского мастерства образов. Владимир Машков - строгий полковник, он мало говорит и не улыбается. Светлана Ходченкова – шпионка, она хитро щурится, когда у неё созревает план. Александр Петров – безалаберный шпион, он часто смеётся и один раз плачет. Константин Лавроненко – начальник СВР, не улыбается. Остальные образы – это люди, которые умрут от первого выстрела. Каждый из четырех ключевых актеров играет где-то на своей волне, а «ходячие мертвецы», кажется, и вовсе не актеры, а просто лысые мужчины, научившиеся скалиться и гримасничать перед камерой.
«Герой» - не то случай, когда можно рассуждать «смотреть» или «не смотреть». Необходима другая реакция и более прямолинейные вопросы, например: «Почему Министерство культуры и все комитеты пропаганды не понимают, что это уже не работает?» Не работают новостные эфиры, в которых ругают Европу, не работают заявления на пресс-конференциях «мы их проверили, они гражданские», не работают визуальные продукты, в которых россияне самые сильные, самые смелые и несмотря ни на что – счастливые.
26 сентября в российских кинотеатрах вышла новая космическая драма «К звездам». Исполнитель главной роли Брэд Питт уже неоднократно называл этот проект самым значимым в своей карьере. Разбираемся, чем же примечателен фильм о затяжном полёте в другие галактики.
Сюжет фильма прямолинеен. Опытный 45-летний космонавт узнает, что его отец, один из величайших исследователей космоса, вовсе не умер, а продолжает работать на далекой станции в поисках новых форм жизни. Правда, в своих экспериментах отец героя зашёл слишком далеко и даже случайно пустил в сторону Земли смертоносные световые лучи. Герою предстоит слетать к отцу, и попросить его вернуться.
«К звездам» - двухчасовая космическая «Одиссея» (к слову, в фильме встречаются отсылки к оригинальной «Космической одиссее»). Повествование развивается медленно, в диалогах больше пауз, чем слов, закадровый голос комментирует мысли и чувства героя. Во вступительных титрах указано, что действие развивается в недалеком будущем, во времени надежд и противоречий. И весь фильм соткан именно из надежды, что произойдет что-то большее, и противоречия, почему совершенные технологии только усилии жестокость и алчность человечества.
Ключевая тема фильма – идейность в голове у волевого мужчины. Отец главного героя Клиффорд МакБрайд (в исполнении Томми Ли Джонса) преследует идею найти новую жизнь, ради этого он отказывается от семьи, обрекает себя на одиночество и даже совершает преступление. Сам герой (Брэд Питт) долгое время не понимает, ради чего он живет, он больше похож на робота, выполняющего приказы, но когда он получает задание найти отца – оживает, начинает чувствовать. Вскоре его идея трансформируются в более обобщенную – любовь ко всему родному, вот только готов ли её разделись отец, провисевший 30 лет в неизвестных галактиках?
«К звёздам» - медленная красивая драма о столкновении двух сильных характеров. Фильм не пугает зрителя экологическими ужасами будущего, не старается удивить принципиально новыми достижениями в области науки и техники, он рассказывает о людях, которые шли, идут и будут идти к своей цели.
Сюжет фильма прямолинеен. Опытный 45-летний космонавт узнает, что его отец, один из величайших исследователей космоса, вовсе не умер, а продолжает работать на далекой станции в поисках новых форм жизни. Правда, в своих экспериментах отец героя зашёл слишком далеко и даже случайно пустил в сторону Земли смертоносные световые лучи. Герою предстоит слетать к отцу, и попросить его вернуться.
«К звездам» - двухчасовая космическая «Одиссея» (к слову, в фильме встречаются отсылки к оригинальной «Космической одиссее»). Повествование развивается медленно, в диалогах больше пауз, чем слов, закадровый голос комментирует мысли и чувства героя. Во вступительных титрах указано, что действие развивается в недалеком будущем, во времени надежд и противоречий. И весь фильм соткан именно из надежды, что произойдет что-то большее, и противоречия, почему совершенные технологии только усилии жестокость и алчность человечества.
Ключевая тема фильма – идейность в голове у волевого мужчины. Отец главного героя Клиффорд МакБрайд (в исполнении Томми Ли Джонса) преследует идею найти новую жизнь, ради этого он отказывается от семьи, обрекает себя на одиночество и даже совершает преступление. Сам герой (Брэд Питт) долгое время не понимает, ради чего он живет, он больше похож на робота, выполняющего приказы, но когда он получает задание найти отца – оживает, начинает чувствовать. Вскоре его идея трансформируются в более обобщенную – любовь ко всему родному, вот только готов ли её разделись отец, провисевший 30 лет в неизвестных галактиках?
«К звёздам» - медленная красивая драма о столкновении двух сильных характеров. Фильм не пугает зрителя экологическими ужасами будущего, не старается удивить принципиально новыми достижениями в области науки и техники, он рассказывает о людях, которые шли, идут и будут идти к своей цели.
28 сентября не стало Марка Захарова – советского и российского режиссера театра и кино, художественного руководителя Московского театра им. Ленинского комсомола. Его имя известно каждому россиянину, как и его фильмы – мудрые, добрые, теплые. «Кино-Панк» вспомнил один из них – «Обыкновенное чудо».
Этот фильм стал одним из ключевых произведений Марка Захарова. То, что он стал так популярен и любим зрителями – нисколько не удивительно. Скорее, это вполне закономерное следствие всех составляющих этого кино: самой истории, ее композиции, визуального воплощения, актерской игры. И очень большого, личного, эмоционального вложения сил режиссера, которое заметно в каждом кадре – и потому картина получилась такой искренней и сказочной.
История, которую до Марка Захарова экранизировал, но менее успешно, Эраст Гарин, была придумана писателем Евгением Шварцем. Сказка была написана в формате пьесы и, будучи поэтичным, волшебным рассказом, исполненном в театральном жанре, требовала такого же театрального обращения, с элементами абсурда, небывальщины. Марк Захаров, как режиссер театра, почувствовал эту необходимость и воплотил на экране не просто сценарий, а создал постановку. Получился замечательный парадокс: неприкрытая театральность картины заставляет намного сильнее поверить в сказку, чем любой реалистичный кино-подход. Как это получилось?
Во-первых, атмосферу создают детали в кадре, простые, таинственные, сразу отсылающие зрителя к сказочным канонам: часы, зеркала, странные рисунки, загадочные листы. Во-вторых, театральности кадру добавляет взаимодействие со зрителем, практически интерактив: обращение актеров (вроде бы в пустоту, а вроде бы и к аудитории), постоянный, зачастую негласный призыв представить сказку, подготовиться к волшебству, предположить, случится ли чудо? А что, если случится?
Но эта сказка отличается от всех других, давно известных и приевшихся, своим ощущением грусти, рассуждением о невозможном и лишь только робкой надеждой, что невозможное может исполниться. Фильм даже можно назвать «сказкой наоборот» - в которой поцелуй не служит избавлением от проклятья, а наоборот – выявляет его. В этой истории нет традиционного легкого решения, приятного со всех сторон, как привычный хэппи-энд – и потому-то она становится такой пронзительной и настоящей. В истории есть знакомая многим влюбленным боязнь собственных чувств, которая есть у Медведя, нежелание идти на риск ради любви – и сожаление об этом. И формат «лабораторной истории», которую создает Волшебник, помогает препарировать и показывать эту и многие другие слабости. Среди них и инфантильность Короля (на взрослом языке – нежелание принимать ответственность и использовать свои возможности во благо), и цинизм Министра-администратора (бесчувственная жадность), и даже проблемы самого творца – Волшебника (творческий кризис, потеря контроля над своей жизнью и попытка «отыграться» с помощью творчества, создав трагичный рассказ). Почти для каждого героя истории необходимо «обыкновенное чудо» - потому что оно спасает далеко не только Медведя и Принцессу. Возможно даже, что именно факт того, что сказка выходит из-под контроля меланхоличного Волшебника, является самым удивительным чудом в картине Марка Захарова. Именно в этом событии – неподконтрольном чуде – кроется та самая неожиданность и гениальность рассказа. Зритель, привыкший к правилам сказок, готов поверить во всемогущество творца, создателя истории. И именно разрушение этого канона заставляет его поверить в невозможное, но в итоге кажущееся таким естественным «обыкновенное чудо».
Таким и получилось это кино, ставшее, возможно, ключевым в понимании творчества Марка Захарова. С театральными элементами, сказочной атмосферой, с глубоко психологичными действиями и диалогами персонажей (о смысле которых и зрители, и критики могут говорить часами) и типажами героев, которые воплощают собой и архетипы, и индивидуальные портреты. И осень – лучшее время для того, чтобы пересмотреть фильм «Обыкновенное чудо» и еще раз вспомнить одного из самых талантливых режиссеров нашей страны.
Этот фильм стал одним из ключевых произведений Марка Захарова. То, что он стал так популярен и любим зрителями – нисколько не удивительно. Скорее, это вполне закономерное следствие всех составляющих этого кино: самой истории, ее композиции, визуального воплощения, актерской игры. И очень большого, личного, эмоционального вложения сил режиссера, которое заметно в каждом кадре – и потому картина получилась такой искренней и сказочной.
История, которую до Марка Захарова экранизировал, но менее успешно, Эраст Гарин, была придумана писателем Евгением Шварцем. Сказка была написана в формате пьесы и, будучи поэтичным, волшебным рассказом, исполненном в театральном жанре, требовала такого же театрального обращения, с элементами абсурда, небывальщины. Марк Захаров, как режиссер театра, почувствовал эту необходимость и воплотил на экране не просто сценарий, а создал постановку. Получился замечательный парадокс: неприкрытая театральность картины заставляет намного сильнее поверить в сказку, чем любой реалистичный кино-подход. Как это получилось?
Во-первых, атмосферу создают детали в кадре, простые, таинственные, сразу отсылающие зрителя к сказочным канонам: часы, зеркала, странные рисунки, загадочные листы. Во-вторых, театральности кадру добавляет взаимодействие со зрителем, практически интерактив: обращение актеров (вроде бы в пустоту, а вроде бы и к аудитории), постоянный, зачастую негласный призыв представить сказку, подготовиться к волшебству, предположить, случится ли чудо? А что, если случится?
Но эта сказка отличается от всех других, давно известных и приевшихся, своим ощущением грусти, рассуждением о невозможном и лишь только робкой надеждой, что невозможное может исполниться. Фильм даже можно назвать «сказкой наоборот» - в которой поцелуй не служит избавлением от проклятья, а наоборот – выявляет его. В этой истории нет традиционного легкого решения, приятного со всех сторон, как привычный хэппи-энд – и потому-то она становится такой пронзительной и настоящей. В истории есть знакомая многим влюбленным боязнь собственных чувств, которая есть у Медведя, нежелание идти на риск ради любви – и сожаление об этом. И формат «лабораторной истории», которую создает Волшебник, помогает препарировать и показывать эту и многие другие слабости. Среди них и инфантильность Короля (на взрослом языке – нежелание принимать ответственность и использовать свои возможности во благо), и цинизм Министра-администратора (бесчувственная жадность), и даже проблемы самого творца – Волшебника (творческий кризис, потеря контроля над своей жизнью и попытка «отыграться» с помощью творчества, создав трагичный рассказ). Почти для каждого героя истории необходимо «обыкновенное чудо» - потому что оно спасает далеко не только Медведя и Принцессу. Возможно даже, что именно факт того, что сказка выходит из-под контроля меланхоличного Волшебника, является самым удивительным чудом в картине Марка Захарова. Именно в этом событии – неподконтрольном чуде – кроется та самая неожиданность и гениальность рассказа. Зритель, привыкший к правилам сказок, готов поверить во всемогущество творца, создателя истории. И именно разрушение этого канона заставляет его поверить в невозможное, но в итоге кажущееся таким естественным «обыкновенное чудо».
Таким и получилось это кино, ставшее, возможно, ключевым в понимании творчества Марка Захарова. С театральными элементами, сказочной атмосферой, с глубоко психологичными действиями и диалогами персонажей (о смысле которых и зрители, и критики могут говорить часами) и типажами героев, которые воплощают собой и архетипы, и индивидуальные портреты. И осень – лучшее время для того, чтобы пересмотреть фильм «Обыкновенное чудо» и еще раз вспомнить одного из самых талантливых режиссеров нашей страны.
Вуди Аллен – очень работоспособный режиссер. За годы своей карьеры он снял 47 картин, и недавно вышла 48-я – «Дождливый день в Нью-Йорке». Несмотря на часто опасную для вдохновения плодовитость, каждый фильм Аллена с нетерпением ждут. Каким получилось его новое кино, рассказывает «Кино-Панк».
Внимание к «Дождливому дню в Нью-Йорке» приковано не только из-за его содержания. Долгое время Вуди Аллен следовал принципу «один год – один фильм» (почти никогда не теряя в качестве, несмотря на скорость). Однако релиз последней картины ему пришлось отложить почти на 2 года – кино было снято еще в 2017 году. Многие опасались, что работа так и не увидит мир. Дело в волне обвинений в домогательствах, которые посыпались на Вуди Аллена в связи с флешмобом MeToo. Но вот, наконец, фильм выходит на экраны – и это оказалось очень хорошей новостью.
Сюжет картины прост, незамысловат – городской парень Гэтсби возвращается на выходные в Нью-Йорк, где он вырос, со своей девушкой из провинции по имени Эшли. Они планируют провести этот день вместе, но, конечно, все идет совсем не по плану для них обоих. Обстоятельства, в которых они оказываются, заставляют пару полностью пересмотреть свои взгляды на жизнь и друг на друга – особенно самого Гэтсби.
С первых кадров зритель понимает, что этот фильм – признание в любви к Нью-Йорку. Потому то и сюжетные повороты, хотя и свежие, и захватывающие, не дают отвлечься от главного – атмосферы и красоты города, его культовых мест, тайных закутков, его правил. Режиссер рассказывает нам, что в Нью-Йорке человек живет не так, как хочется ему (хотя от такого города ожидается именно жизнь, полная свободы), а так, как решит сам Нью-Йорк. Гэтсби хочет увидеться со своей девушкой, но вместо этого попадает на съемки фильма, где ему надо целовать другую, или встречает на улице одногруппника-задиру – все идет наперекосяк, но обязательно согласно некому тайному замыслу города. И если ты городу нравишься – с тобой не случится ничего плохого, течение прибьет тебя туда, где ты должен быть. И в этом, пожалуй, заключается все изящество и очарование фильма – умение наслаждаться жизнью, плыть по течению, получая удовольствие от всей несуразицы, что с тобой происходит.
Возможно, именно поэтому в картине использован именно флер 20-х, времени, возможно, самого романтичного в истории Нью-Йорка (и точно для самого Вуди Аллена). Имя Гэтсби, джаз, который играет на протяжении всего фильма, атмосфера богемы и легкости, чувство беспорядочности и легкой тревоги воссоздают эру декаданса в современности. Богема, которую демонстрируют в кадре, неоднородна. С одной стороны это – мир больших звезд и знаменитостей, в который попадает Эшли. В нем каждый мужчина в той или иной степени очарован простотой девушки, ее провинциальной речью и поведением. Это мир уставших, пресытившихся художников, который высмеивается режиссером. С очень тонким юмором показаны персонажи этого мира: режиссер, страдающий от творческого кризиса; его помощник, чувствующий себя ненужным – и режиссеру, и своей жене; актер, пресытившийся роскошью и славой. А другой богемный мир состоит из высшего общества, чопорных родителей и их запутавшихся в жизни детей, слишком богатых, чтобы жить обычной жизнью – и потому желающих сбежать, как Гэтсби, в провинцию.
Картина получилась очень легкой, почти воздушной – и местами очень забавной. Она не обязывает зрителя к глубоким размышлениям, хотя при желании ему есть, над чем подумать – о превратностях судьбы, о том, что тот самый «успешный мир» имеет свою грустную изнанку и о том, что молодости чужд пафос и кич – и поэтому молодые люди так прекрасны. Фильм создает настроение, очень подходящее для тоскливого осеннего вечера, когда перестает радовать окружающий мир и люди. И он подойдет для любой компании – юмор и атмосфера, при всей их неповторимости, получились «универсальными».
Внимание к «Дождливому дню в Нью-Йорке» приковано не только из-за его содержания. Долгое время Вуди Аллен следовал принципу «один год – один фильм» (почти никогда не теряя в качестве, несмотря на скорость). Однако релиз последней картины ему пришлось отложить почти на 2 года – кино было снято еще в 2017 году. Многие опасались, что работа так и не увидит мир. Дело в волне обвинений в домогательствах, которые посыпались на Вуди Аллена в связи с флешмобом MeToo. Но вот, наконец, фильм выходит на экраны – и это оказалось очень хорошей новостью.
Сюжет картины прост, незамысловат – городской парень Гэтсби возвращается на выходные в Нью-Йорк, где он вырос, со своей девушкой из провинции по имени Эшли. Они планируют провести этот день вместе, но, конечно, все идет совсем не по плану для них обоих. Обстоятельства, в которых они оказываются, заставляют пару полностью пересмотреть свои взгляды на жизнь и друг на друга – особенно самого Гэтсби.
С первых кадров зритель понимает, что этот фильм – признание в любви к Нью-Йорку. Потому то и сюжетные повороты, хотя и свежие, и захватывающие, не дают отвлечься от главного – атмосферы и красоты города, его культовых мест, тайных закутков, его правил. Режиссер рассказывает нам, что в Нью-Йорке человек живет не так, как хочется ему (хотя от такого города ожидается именно жизнь, полная свободы), а так, как решит сам Нью-Йорк. Гэтсби хочет увидеться со своей девушкой, но вместо этого попадает на съемки фильма, где ему надо целовать другую, или встречает на улице одногруппника-задиру – все идет наперекосяк, но обязательно согласно некому тайному замыслу города. И если ты городу нравишься – с тобой не случится ничего плохого, течение прибьет тебя туда, где ты должен быть. И в этом, пожалуй, заключается все изящество и очарование фильма – умение наслаждаться жизнью, плыть по течению, получая удовольствие от всей несуразицы, что с тобой происходит.
Возможно, именно поэтому в картине использован именно флер 20-х, времени, возможно, самого романтичного в истории Нью-Йорка (и точно для самого Вуди Аллена). Имя Гэтсби, джаз, который играет на протяжении всего фильма, атмосфера богемы и легкости, чувство беспорядочности и легкой тревоги воссоздают эру декаданса в современности. Богема, которую демонстрируют в кадре, неоднородна. С одной стороны это – мир больших звезд и знаменитостей, в который попадает Эшли. В нем каждый мужчина в той или иной степени очарован простотой девушки, ее провинциальной речью и поведением. Это мир уставших, пресытившихся художников, который высмеивается режиссером. С очень тонким юмором показаны персонажи этого мира: режиссер, страдающий от творческого кризиса; его помощник, чувствующий себя ненужным – и режиссеру, и своей жене; актер, пресытившийся роскошью и славой. А другой богемный мир состоит из высшего общества, чопорных родителей и их запутавшихся в жизни детей, слишком богатых, чтобы жить обычной жизнью – и потому желающих сбежать, как Гэтсби, в провинцию.
Картина получилась очень легкой, почти воздушной – и местами очень забавной. Она не обязывает зрителя к глубоким размышлениям, хотя при желании ему есть, над чем подумать – о превратностях судьбы, о том, что тот самый «успешный мир» имеет свою грустную изнанку и о том, что молодости чужд пафос и кич – и поэтому молодые люди так прекрасны. Фильм создает настроение, очень подходящее для тоскливого осеннего вечера, когда перестает радовать окружающий мир и люди. И он подойдет для любой компании – юмор и атмосфера, при всей их неповторимости, получились «универсальными».
В Северной Корее, военно- и науко-ориентированной стране, снимается совсем мало фильмов. И еще меньше – попадают во внешний мир и становятся доступны в других государствах. Такой картиной стала вышедшая в 2012 году и показанная в Петербурге на минувшей неделе «Товарищ Ким летает». «Кино-Панк» постарался разобраться, какое оно – северокорейское кино.
Этот фильм уникален еще и потому, что над ним работали и западноевропейские режиссеры – из Великобритании и Бельгии. Это – первый случай подобного кино-сотрудничества в КНДР. Более того, этот фильм был показан на кинофестивале в Пхеньяне и получил приз за лучшую режиссерскую работу. Однако не все было так просто: западные создатели фильма на интервью с журналистами делились, что поначалу картину и вовсе не разрешали снимать, причем не правительственные структуры, а сами киностудии. Дело в том, что сценарий был «слишком» развлекательным. В нем не шла речь о деятельности Вождя, не пропагандировалась военная или научная мощь Кореи – словом, граждан только отвлекла бы комедийно-романтическая тематика фильма. Но, позже, после прочтения сценария, разрешение на съемки все-таки дали. И не зря – на сегодняшний момент «Товарищ Ким летает» - чуть ли не самое популярное кино в КНДР.
Несмотря на историю со сценарием, который увлек и смог растопить сердца руководителей киноиндустрии Кореи, при просмотре выясняется, что история максимально проста. А для российского зрителя она будет выглядеть еще и до боли знакомой – особенно для того, кто смотрел раннее советское кино. Сюжет таков: девушка по имени Ким (несмотря на то, что фильм не имеет никакого отношения к главе Кореи, понятно, что этот ход был необходим для минимального, но упоминания о нем) – из семьи шахтеров. На роду ей написано провести всю жизнь в роли простой рабочей, но героиню влечет цирк – а точнее, воздушная гимнастика. И вот, несмотря на все трудности, непонимания и даже насмешки со стороны окружающих, она делает все возможное, чтобы иметь возможность выступать в цирке. Второй главный персонаж – гимнаст (чья внешность серьезно напоминает Ким Чен Ына), который влюбляется в героиню и всячески ей помогает.
Картину сложно оценивать с художественной точки зрения, хотя по высказываниям режиссеров это самый отдаленный от пропаганды и политики фильм в КНДР. Его цель заявлена как развлекательная, но, конечно же, на самом деле это сугубо воспитательное кино, которое должно показать народу Кореи и мира, как должен жить гражданин Народно-демократической Республики. Все жители страны показаны трудолюбивыми патриотами, которые не гнушаются любой работы и знают, что строят будущее – свое и своих детей. Девушки таскают носилки с кирпичами, не выдавая ни малейших признаков усталости – их лица счастливы и лучатся здоровьем. Главная героиня и вовсе предлагает артисту из цирка спор: кто быстрее замесит цемент?
С технической точки зрения фильм выглядит довольно странно. Создается стойкое впечатление, что вся работа записывалась на затертую пленку – либо на сильно устаревшие камеры. Бледноватые цвета, недостаточная резкость, шумы, как в старых документалках – все это похоже на то, что хотели снять ретро-фильм, но это совсем не характерно для его сюжета и самого посыла «вперед, в счастливое будущее».
Подводя итог, сложно дать этому фильму какую-либо оценку. Хвалить его не за что (разве только за смелость попытки сделать развлекательное кино), а ругать и критиковать – то же самое, что пытаться сравнивать рисунок пятилетнего ребенка и зрелого художника. На данный момент ресурсы Кореи уходят в области, совершенно далекие от искусства вообще и кинопроизводства в частности. Это кино – попытка заделать огромную дыру, но неизвестно, сколько потребуется таких попыток, и будут ли они, чтобы на месте этой дыры образовалась хотя бы заплатка.
Этот фильм уникален еще и потому, что над ним работали и западноевропейские режиссеры – из Великобритании и Бельгии. Это – первый случай подобного кино-сотрудничества в КНДР. Более того, этот фильм был показан на кинофестивале в Пхеньяне и получил приз за лучшую режиссерскую работу. Однако не все было так просто: западные создатели фильма на интервью с журналистами делились, что поначалу картину и вовсе не разрешали снимать, причем не правительственные структуры, а сами киностудии. Дело в том, что сценарий был «слишком» развлекательным. В нем не шла речь о деятельности Вождя, не пропагандировалась военная или научная мощь Кореи – словом, граждан только отвлекла бы комедийно-романтическая тематика фильма. Но, позже, после прочтения сценария, разрешение на съемки все-таки дали. И не зря – на сегодняшний момент «Товарищ Ким летает» - чуть ли не самое популярное кино в КНДР.
Несмотря на историю со сценарием, который увлек и смог растопить сердца руководителей киноиндустрии Кореи, при просмотре выясняется, что история максимально проста. А для российского зрителя она будет выглядеть еще и до боли знакомой – особенно для того, кто смотрел раннее советское кино. Сюжет таков: девушка по имени Ким (несмотря на то, что фильм не имеет никакого отношения к главе Кореи, понятно, что этот ход был необходим для минимального, но упоминания о нем) – из семьи шахтеров. На роду ей написано провести всю жизнь в роли простой рабочей, но героиню влечет цирк – а точнее, воздушная гимнастика. И вот, несмотря на все трудности, непонимания и даже насмешки со стороны окружающих, она делает все возможное, чтобы иметь возможность выступать в цирке. Второй главный персонаж – гимнаст (чья внешность серьезно напоминает Ким Чен Ына), который влюбляется в героиню и всячески ей помогает.
Картину сложно оценивать с художественной точки зрения, хотя по высказываниям режиссеров это самый отдаленный от пропаганды и политики фильм в КНДР. Его цель заявлена как развлекательная, но, конечно же, на самом деле это сугубо воспитательное кино, которое должно показать народу Кореи и мира, как должен жить гражданин Народно-демократической Республики. Все жители страны показаны трудолюбивыми патриотами, которые не гнушаются любой работы и знают, что строят будущее – свое и своих детей. Девушки таскают носилки с кирпичами, не выдавая ни малейших признаков усталости – их лица счастливы и лучатся здоровьем. Главная героиня и вовсе предлагает артисту из цирка спор: кто быстрее замесит цемент?
С технической точки зрения фильм выглядит довольно странно. Создается стойкое впечатление, что вся работа записывалась на затертую пленку – либо на сильно устаревшие камеры. Бледноватые цвета, недостаточная резкость, шумы, как в старых документалках – все это похоже на то, что хотели снять ретро-фильм, но это совсем не характерно для его сюжета и самого посыла «вперед, в счастливое будущее».
Подводя итог, сложно дать этому фильму какую-либо оценку. Хвалить его не за что (разве только за смелость попытки сделать развлекательное кино), а ругать и критиковать – то же самое, что пытаться сравнивать рисунок пятилетнего ребенка и зрелого художника. На данный момент ресурсы Кореи уходят в области, совершенно далекие от искусства вообще и кинопроизводства в частности. Это кино – попытка заделать огромную дыру, но неизвестно, сколько потребуется таких попыток, и будут ли они, чтобы на месте этой дыры образовалась хотя бы заплатка.
Уже завтра в прокате стартует победитель Венецианского кинофестиваля «Джокер». В ожидании премьеры вспоминаем еще одну блестящую роль Хоакина Феникса – образ инвалида-карикатуриста Джона Каллахана в трагикомедии Гаса Ван Сента «Не волнуйся, он далеко не уйдёт».
Фильм открывается сценами беспутной жизни начинающего художника Джона Каллахана: алкоголь, женщины, вечеринки. Однажды, возвращаясь на автомобиле с очередного праздника, Джон и его друг Декстер попадают в аварию, которая навсегда меняет жизнь энергичного кутилы, приковав его к инвалидному креслу. Впереди Каллахана ожидают годы реабилитации, клуб анонимных алкоголиков и… слава, ведь его маленькие злободневные рисунки будут публиковать все ведущие печатные издания мира.
Гас Ван Сент умело разбавляет фильм флэшбэками, анимированными карикатурами и черным юмором. Его совершенно не смущает переплетение философии Лао-цзы и повсеместной брани — ход, позаимствованный у самого Каллахана, в чьих работах всегда отображалось несопоставимое, например, члены Ку-клус-клана, радующиеся теплым и чистым простыням на головах.
«Не волнуйся, он далеко не уйдёт» - карнавал изумительных актерских работ. Хоакин Феникс живет своим героем, он на скорости рассекает по улицам в инвалидном кресле, падает, зарабатывая ушибы, с огнем в глазах рассуждает о живописи и личном отношении к ней. В непривычных драматических амплуа предстают Джек Блэк и Джона Хилл. Блэк появляется на экране только два раза, но этого достаточно, чтобы «расшевелить» зрительские чувства. Джона Хилл, известный благодаря ролям в «Мачо и ботан», «Волк с Уолл-стрит», виртуозно исполняет роль духовного наставника Каллахана – заросшего, страдающего лишним весом хиппи.
В этом фильме удивительно легко сочетаются философия, ненормативная лексика, черный юмор и мощный заводной сюжет. Для российского зрителя он будет интересен, скорее, не фигурой главного героя, а фамилиями талантливых авторов.
Фильм открывается сценами беспутной жизни начинающего художника Джона Каллахана: алкоголь, женщины, вечеринки. Однажды, возвращаясь на автомобиле с очередного праздника, Джон и его друг Декстер попадают в аварию, которая навсегда меняет жизнь энергичного кутилы, приковав его к инвалидному креслу. Впереди Каллахана ожидают годы реабилитации, клуб анонимных алкоголиков и… слава, ведь его маленькие злободневные рисунки будут публиковать все ведущие печатные издания мира.
Гас Ван Сент умело разбавляет фильм флэшбэками, анимированными карикатурами и черным юмором. Его совершенно не смущает переплетение философии Лао-цзы и повсеместной брани — ход, позаимствованный у самого Каллахана, в чьих работах всегда отображалось несопоставимое, например, члены Ку-клус-клана, радующиеся теплым и чистым простыням на головах.
«Не волнуйся, он далеко не уйдёт» - карнавал изумительных актерских работ. Хоакин Феникс живет своим героем, он на скорости рассекает по улицам в инвалидном кресле, падает, зарабатывая ушибы, с огнем в глазах рассуждает о живописи и личном отношении к ней. В непривычных драматических амплуа предстают Джек Блэк и Джона Хилл. Блэк появляется на экране только два раза, но этого достаточно, чтобы «расшевелить» зрительские чувства. Джона Хилл, известный благодаря ролям в «Мачо и ботан», «Волк с Уолл-стрит», виртуозно исполняет роль духовного наставника Каллахана – заросшего, страдающего лишним весом хиппи.
В этом фильме удивительно легко сочетаются философия, ненормативная лексика, черный юмор и мощный заводной сюжет. Для российского зрителя он будет интересен, скорее, не фигурой главного героя, а фамилиями талантливых авторов.