Эрмитаж-Выборг: Пир и праздник в античной культуре

Сегодня утром вернулась из Выборга, где провела три дня в окружении невероятной архитектуры, включающей в себя как образцы средневекового замкового строительства XIII-XIV веков, так и пышные соборы и административные здания имперского времени, волшебные городские дома в стиле северного модерна с медведями-белками-троллями и даже уникальные здания финского функционализма, такие как знаменитая библиотека Алвара Аалто, выборгский архив или местный филиал Эрмитажа на бастионе Панцерлакс.

В последнем сейчас проходит выставка «Пир и праздник в античной культуре», которая может стать еще одним поводом познакомиться с этим местом, которое лично для меня вошло в ТОП-5 любимых городов России. На выставке представлено более 300 предметов из собраний Эрмитажа, связанных с культурой досуга: это в первую очередь разнообразные керамические, стеклянные и металлические сосуды, камеи и инталии со сценами празднеств и застолий, ювелирные украшения, терракотовые статуэтки, мраморные скульптуры и рельефные изображения и даже бытовая утварь типа ситечек, ложек и черпаков для вина.

Вообще, как понятно по теме, дионисийству и винопитию здесь уделено особое внимание. Помимо самих экспонатов с изображениями Диониса, силенов, менад, вакхантов и винограда во всех его видах и ипостасях, на стенах — тематические цитаты из античных авторов, а в последнем зале античные предметы и вовсе остроумно зарифмованы с более поздними подражаниями эпохи Ренессанса, помпезными ампирными вазами и даже советскими сервизами.

Некоторые италийские и аттические керамические вещи — это просто восторг и по тонкости работы, и по сохранности, это же относится и к римским стеклянным сосудам. О паре неожиданных сюжетов обязательно расскажу позже, а пока просто несколько фото и самая горячая рекомендация к посещению.

P.S. Если соберетесь в Выборг – стучите в личку, снабжу контактами великолепного экскурсовода, а еще напоминаю, что ехать от Москвы всего ночь, поезда, особенно новенькие двухэтажные — отличные, а цены на все, от жилья в самом центре до еды в хороших местах с северной кухней, по сравнению с московскими, — сплошной коммунизм и благотворительность.

P.S.S. Пара достойных внимания цитат со стен выставки:

Любо не в городе мне пировать, Филофер мой, а в поле,
Где дуновеньем своим станет Зефир нас ласкать;
Ложем нам будет подстилка служить на земле, под боками, —
Там для того ведь везде лозы найдутся вблизи,
Ивы там есть, что ветвями издревле венчают карийцев.
Пусть принесут лишь вино да дорогую для Муз
Лиру, и станем мы весело пить и за чашей богиню,
Зевса жену, госпожу нашего острова, петь.

***

«Милой душе песнопевца вино – точно конь быстроногий;
кто воду пьет, тому слов мудрых не изречь».
Так, Дионис, говорил твой Кратин, винный дух издавая –
Не меха одного, а целой бочки дух.
И оттого его дом постоянно был полон венками,
И лоб его, как твой, увенчан был плющом».

Никенет

***

- Три чаши я дарую благомыслящим
В моем застолье: первой чашей чествуем
Здоровье, а второю - наши радости
Любовные, а третьей - благодатный сон.
Домой уходит умный после этого!
Четвертая нахальству посвящается,
Истошным воплям - пятая, шестая же -
Разгулу пьяному, седьмая - синякам,
Восьмая чаша - прибежавшим стражникам,
Девятая - разлитью желчи мрачному,
Десятая - безумью, с ног валящему.
В сосуде малом скрыта мощь великая,
Что с легкостью подножки ставит пьяницам...

Афиней «Пир мудрецов»

@knossoslab

Обезьяны: от священных животных до сатанинских отродий

Еще на вышеупомянутой выставке в контексте пиршественных развлечений было представлено несколько изображений обезьян, причем приматы то сидят за столом, то играют на авлосе, в общем, откровенно пародируют людей.

Помня, что голубые обезьяны минойцев явно были представлены в другом виде: грациозные и утонченные, задумалась о том, как из спутников божества или же просто олицетворения пышной экзотической природы они к Средним векам превратились в «обезьяну Бога», синоним глупости, похоти и всяческого разврата.

Еще в Древнем Египте гамадрил (Papio hamadryas) был священным животным то бога Солнца Ра, то бога Луны, мудрости и письма Тота, а в античности, получается, образ обезьяны находится где-то в промежуточной стадии этого пути от возможно заимствованного у египтян околосвященного контекста. В поисках каких-то пояснения наткнулась на относительно новую, 2021 года книжку «Geloion Mimēma. Studi sulla rappresentazione culturale della scimmia nei testi greci e greco-romani» авторства Marco Vespa, которая полностью посвящена вопросу трактовки этого образа в греко-римском культурном ареале.

Веспа расказывает, что обезьяны присутствуют в среде симпосия, так как перенимают атрибуты и функции фигуры колакса (льстеца) и шута (gelōtopoioi): вызывают смех своими выходками, терпят оскорбления в свой адрес и питаются простейшей пищей, такой как фрукты и орехи, которые им кидают гости. Как миметическое существо обезьяна в античности часто ассоциируется с дефектными, деформированными и изуродованными образцами человеческого. Видимо поэтому эти животные начинают символизировать пороки и страсти, осуждаемые в обществе.

К тому же стоит помнить, что до Дарвина люди также не знали о генетической связи между обезьяной и homo sapiens. В их глазах обезьяна не была биологическим родственником человеческой расы в цепи естественной эволюции, а лишь несовершенной имитацией, смехотворной, странной и тревожной пародией на человека.

Оказывается, обезьян как домашних животных держали и в Афинах IV века до н.э, и в императорском Риме, особенно в богатых домах. Причем авторы-моралисты осуждали эту практику как признак роскоши и разврата. Тем не менее, поскольку обезьяну нелегко приручить и контролировать, источники фиксируют истории об обезьянах, которые сбегали из дома, скакали по крышам или кусали играющих на улице детей, поэтому их приходилось держать в ошейниках на цепи.

Кстати, Веспа отмечает, что грекам и римлянам были известны лишь 8-9 видов обезьян, происходящих в основном из Северной Африки и Индии. Они не включали более крупных и более антропоморфных, таких как шимпанзе, горилла и орангутан, которые являются эндемиками Центральной Африки и Юго-Восточной Азии и были недоступны греко-римским исследователям.

Дальнейшая судьба приматов в европейской культуре описана, например, в суперпопулярной книжке «Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии»:

«Не случайно латинское слово «обезьяна» (simia ) в Средневековье часто выводили из similitudo – «подобие». Дьявола, с его претензией на равенство с Творцом, называли «обезьяной Бога», а само животное во множестве толкований выступало как один из символов Сатаны – figura diaboli . В мире маргиналий обезьяны крестьяне вспахивают поля, обезьяны врачи разглядывают склянки с мочой пациентов, обезьяны епископы раздают благословения, обезьяны монахи поют псалмы, а обезьяны писцы корпят над рукописями. Обезьяна – это одновременно пародия на человека, его отражение в кривом зеркале и лучший мастер пародии».

@knossoslab