Афродита, раковины и архитектура Ренессанса

В этом году я не только сама мучаю людей историей архитектуры и дизайна, то есть, преподаю в Школе дизайна ВШЭ, но и учусь. Просто за время работы над моим «Архдетективом», мне пришлось так основательно погрузиться в историю Москвы, что ужасно захотелось показать и рассказать о всех её скрытых и не очень сокровищах в формате экскурсий, так что теперь я учусь в Школе гида «Глазами инженера» и планирую стать дипломированным гидом.

И вот, благодаря погружению в материалы лекций, в очередной раз обратила внимание на архитектуру Архангельского Собора Кремля. Если специально не присматриваться, мало кто из нас замечает раковинообразный элемент в декоративной отделке конх, будто то апсиды или ниши, внутри или на фасадах зданий. Точнее замечать замечаем, но за время бытования в нашей архитектуре (которое можно отсчитывать века эдак с XVI, когда итальянские мастера начали строить отечественные храмы, привнеся в их облик отчетливо ренессансные мотивы) эти элементы стали вполне органичной частью нашего изобразительного канона и совершенно не считываются как хоть сколько-нибудь чужеродные.

Но если взглянуть чуть глубже, выяснится, что такие ниши с декором в виде раковины морского гребешка были вполне характерны для древнеримской архитектуры, откуда, собственно, и черпали вдохновение творцы эпохи Возрождения. Самый, наверное, хорошо узнаваемый пример — Арка Януса в Риме с её 48 нишами, или тот же храмовый комплекс Баальбека с аналогичными экседрами. Кстати, сам термин «ниша» по одном из вариантов этимологии восходит к итальянскому nicchio — «морская раковина».

А вот если взять греческую античность, семантика раковины будет еще более интересной — мы с вами о ней уже говорили, когда обсуждали вотивы из Самосского святилища. Раковины крепко связаны с образом «пеннорожденной» Афродиты, но и в целом с витальностью, фертильностью и женским началом. Даже в минойском искусстве особое место занимали ритоны в форме раковин.

Интересно, что после того, как античные образы прошли через горнило христианства, образ раковины стал еще и важным символом паломничества. В XI- XII веках раковина гребешка — это эмблема паломников, отправлявшихся к одной из главных христианских святынь — мощам апостола Иакова в испанском городе Сантьяго-де-Компостела. Возвращаясь домой, паломники и сегодня берут с собой раковину как свидетельство о свершенном духовном и физическом странствии. Особенно символично это в контексте того, что в минойском, микенском и даже архаическом периодах древнегреческой истории моллюски, осьминоги, наутилусы и прочие морские существа часто изображались в погребальном контексте как спутники, проводники или наоборот опасные препятствия на пути в иной мир.

Теперь вот не могу отделаться от мысли, какой бы получилась экскурсия по следам одного единственного мотива архитектурной раковины в Москве? Пошли бы на такую? А если бы она завершалась дегустацией гребешков в каком-нибудь приятном месте с соответствующим интерьером?😉 (У меня пока на примете только любимая всеми магаданцами «Аляска», но буду рассматривать и другие варианты).

🦶 Очень Древняя Греция

Комменты под предыдущим постом, как это часто бывает, оказались, возможно, даже интереснее его содержания. Во многом благодаря тому, что неутомимый исследователь древних руин Максим Гаубец щедро поделился с нами фотографиями из Баальбека. Он, в отличие от меня и большинства читателей, изучает античное, и не только, архитектурное наследие in situ, и регулярно бывает в таких местах, о которых мы пока только мечтаем. Так вот, помимо интереснешей наглядной эволюции образа Горгоны в сторону крылатого драконоподобного существа, Максим сфотографировал и архитектурные детали из мармаризованного известняка, и вы просто обязаны это увидеть🤩.

Во-первых, это потрясающе красиво, а во-вторых, заставило меня задуматься о том, как вообще обстоят дела с сохранностью и реставрацией подобного рода античных архитектурных элементов у нас в стране. В итоге, на сайте Института Наследия обнаружилась отличная монография «Археологические находки из известняка: исследование, консервация, реставрация», которую я рекомендую всем, интересующимся этим вопросом. Может вы и не хотели знать об обссоливании камня или специфических полимерных составах, которым работают в мастерских ВХНРЦ имени И. Э. Грабаря или музее-заповеднике «Херсонес Таврический», но оцените слог:

Удаление загрязнений, по нашему мнению, представляет собой наиболее творческий этап реставрационных работ. Арсенал методов и материалов для удаления загрязнений практически неиссякаем.

Обожаю читать научные труды, написанные фанатами своего дела😆. А еще в тексте были перечислены основные немузейные московские коллекции белокаменных надгробий и архитектурных элементов, которые планирую в ближайшее время обойти все: церковь Воскресения Христова в Кадашах, Крутицкое патриаршие подворье, Златоустовский монастырь, Зачатьевский монастырь. Проверю, так сказать, сохранность объектов, теперь со знанием дела.

👩‍🦱 Очень Древняя Греция