​​Синъитиро Адзума родился в 1982 в Кобе в полной обеспеченной семье, затем у него появилось ещё два младших брата, и вроде бы все выглядит беспроблемно, но отношения между домочадцами были прохладные – отец вечно работал, мать семейства не проявляла к детям много любви, дабы их не избаловать, и в итоге с мальчиками больше всего возилась бабушка, которую Синъитиро очень любил. Ребёнок поступил в элитную школу, был дружелюбным и общительным, и так было до пятого класса, как вдруг бабушка умерла. Мальчик остался наедине с матерью, которая требовала отличных оценок, и постепенно начал все больше уходить сначала в учебу, а затем и в себя. Начал резать слизняков, а затем и кошек.

10 февраля 1997 четырнадцатилетний школьник решил напасть на двух маленьких девочек, вломив им по голове металлической трубой, которую выбросил далеко от места преступления. Юный убийца даже не проверил, живы ли жертвы, и залёг на дно в ожидании шокирующих заголовков, но девочки отделались черепно-мозговыми травмами. 16 марта Адзума, вооружившись молотком и ножом, снова вышел на охоту, и у местной начальной школы увидел десятилетнюю Аяку Ямаситу. Мальчик спросил её, где можно помыть руки, и она только повернулась, чтобы проводить до умывальников, как получила молотком по голове несколько раз. Пока он сбегал с места происшествия, он успел наткнуться ещё и на девятилетнюю Казуми Исикаву, которую пырнул ножом в живот. Дома он сделал запись в дневнике: «Сегодня я провел священный эксперимент, чтобы подтвердить, как хрупки человеческие существа. Я ударил молотком, когда она повернулась ко мне. Думаю, что бил несколько раз, точно не помню, я был слишком взбудоражен». Девочка, получившая удары по голове, скончалась (с ножевым ранением выжила), после чего Синъитиро убедился в своей безнаказанности и через пару месяцев отправился выискивать новую жертву.

24 мая одиннадцатилетний Дзюн Хасэ прогуливался на свою беду в одиночестве. Адзума знал мальчика - это был друг его младшего брата, воспользовался этим, и позвал Дзюна на соседнюю гору «искать черепах», но там вместо них ребёнка ждала смерть от удушения шнурком. Убийца выколол ему глаза и вырезал веки, как бы «забрав душу себе», выпил его крови, отпилил ножовкой голову и подкинул её под ворота своей школы, раскидав рядом трупы кошек. Он вообще любил раскладывать изувеченных животных на местах своих преступлений.
Чуть позже после случившегося в местную газету пришло письмо аж на три листа витиеватых выражений: «В этой игре ставлю на кон свою жизнь, ведь если меня поймают, то наверняка повесят. Будьте внимательны и предельно яростны, разыскивая меня. Лишь убивая, я могу приглушить неисчерпаемую ненависть, которую испытываю, и на время обрести покой. Лишь причиняя боль другим, я облегчаю свою собственную. Полиция, попробуйте остановить меня, если сможете. Я отчаянно жажду видеть, как люди умирают», подписанное именем Сакакибара Сейто. Журналисты тут же раструбили об этом, допустив ошибку в его псевдониме, и в редакцию пришло ещё одно письмо с угрозами убивать по три человека за каждый случай неправильного написания имени маньяка. Через месяц подростка поймали – вспомнили про его любовь к мучению животных, да и выжившая девочка смогла описать нападавшего.

Адвокаты пытались доказать, что на мальчика просто повесили эти преступления, ведь он был слишком мал, не мог бы написать настолько сложные письма, едва учась на тройки, да и в признании написал, что совершил вещи, недоступные для человека его возраста. Сторона защиты была столь убедительна, что даже мать преступника приехала навестить его в тюрьме и спросить, точно ли он совершал все эти зверства. Меньше чем через семь лет Адзума вышел из тюрьмы и даже опубликовал мемуары о произошедшем, Zekka. Книга распродалась быстро, несмотря на возмущения в обществе, а несколько экземпляров с извинительными записками убийца разослал семьям жертв. Ну, зато после этого случая снизили минимальный возраст для уголовного наказания с 16 до 14.

​​Акико Янагивара родилась 15 октября 1885 в Токио и была вторым ребёнком в семье дипломата графа Сакимицу Янагивары. Непростая семья – как-никак, клан Фудзивара, а тетя девочки, леди Наруко, была наложницей императора Мейдзи и матерью императора Тайсё, что делало их с Акико двоюродными братом и сестрой.

Знатное происхождение не способствовало счастью в личной жизни – в 15 её выдали замуж за старшего сына семьи Китакодзи, и новоиспечённая жена быстро вылетела из школы из-за беременности. Через пять лет девушка не выдержала и ушла от мужа, оставила сына его семье и попыталась вернуться домой, но фамильные правила были слишком строги, и в них разведённая дочь считалась обесчещенной, а значит, не имела права ступать на порог родительской резиденции. Её отправили в интернат в Токио, чтобы она продолжила брошенную из-за деторождения учебу, где она познакомилась с будущей переводчицей Ханако Мураокой, ставшей её конфиденткой. В 1910 она встретила угольного магната Денъемона Ито и через год вышла за него замуж. Но опять не без скандалов – муж был старше её на четверть века, низкого происхождения, ведь он был из шахтёров, ещё и неграмотен, хоть и богат, а на момент свадьбы их сыну было уже несколько месяцев. Из-за осуждения в обществе (это активно освещала Токио нити нити симбун, как же, аристократка продалась!) с Акико перестала общаться даже вышеназванная мадам Ханако, но расстроенная Янагивара начала писать письма подруге, а затем и стихи, дружба восстановилась, а теперь уже поэтесса Акико взяла себе псевдоним Бякурен и начала публиковать работы в журналах.

Бякурен осталась известна тремя вещами – своей поэзией, своей красотой, заслужившей ей прозвище «одной из трёх красавиц Тайсё», и скандальными браками. Нет, с угольным магнатом тоже не пошло – в 1921 она, устав от ведения хозяйства и любовниц мужа, которых сама же под него и подкладывала, сбежала к социалисту Рюсуке Миядзаки, редактору одного из журналов и сыну политического активиста. Супружеская неверность каралась тогда законом, можно было получить до двух лет в тюрячке, но это мало того что не остановило даму, так она ещё и письмо о расставании отправила в газету Осака Асахи. Её муж опубликовал свой протест через пару дней в Осака майнити симбун. И потом ещё несколько. А затем прекратил и вообще обвинил газету в том, что они всё переврали. Никого не посадили, Ито не подал в суд, конечно, но жизнь у поэтессы все равно продолжала быть трудной – родственники за этот поступок пытались сдать её в монастырь, а затем держали взаперти, аристократия объявила ее персоной не их круга, новый избранник болел, и ей приходилось содержать всю его семью доходами с публикаций, а в 1945 её старший сын умер при бомбежке, но мадам не сдавалась – стала главной в журнале Кототама, занялась политическим активизмом во имя мира и писала стихи и прозу до самой смерти в 81 год.
Роскошная женщина.

Буйные атланты японского пост-панка, Mizutama Shobodan назвали свою группу, конечно, весьма своеобразно – «пожарная бригада в горошек», но имя это неплохо соответствует странной причудливости их музыки и имиджу анти-гламурных девиц с инструментами. Угловатые и острые песни с хриплым вокалом, порой переходящим почти в оперное сопрано, мощные ударные, сдержанные партии синтезатора – содержимое пластинок может показаться чем-то не от мира сего, конечно, но на втором альбоме звук уже отполирован и есть много запоминающихся мелодий.

Группа выпустила всего две работы, но госпожа Тенко, солистка этого шабаша, успела поучаствовать в большом количестве других проектов: The Honeymoons, Uzo Muzo, Dragon Blue, а ещё влезала в коллаборации с большим количеством импровизирующих музыкантов, правда, сейчас остепенилась и занимается сольным творчеством.

Если вам нравится необычный пост-панк, эта запись определенно вам зайдёт.
水玉消防団 - 満天に赤い花びら (1985)

Тут @antijazz напомнил, что вчера (дорогой, вчера, не сегодня!) был день рождения у любимого деда, царя петухов, повелителя ноутбука с семплами и императора долбёжки по трубам, Акиты Масами! Happy 66 и все такое, и давайте в честь этого послушаем мой любимый альбом в коллаборации с Xiu Xiu~

Вдохновилась мемами из бронзового века.

Ночной плейлист: единственный альбом дуэта Сигэки Кобаяси и Ясуо Ямады, Joyama no Narazumono, выпущенный в очень скромном объёме (всего-то сто копий) в 1979. Красивый безмятежный психоделический фолк в духе Fairport Convention, Дилана и Роя Харпера.

Жаль, что у этих ребят, вдохновлявшихся не только западными звёздами, но и песнями местных рыбаков карьера не сложилась, но упомянутый как-то мной ранее лейбл Light in the Attic достал их работу из небытия и выпустил на виниле. А мы с вами послушаем оцифрованную версию!

С Новым годом и вот это все причитающееся.

Вспоминаем, как молодой и еще не облысевший Билли Корган брал интервью у Яматаки Айя и Йосими из Boredoms на Lollapalooza-94:

https://www.youtube.com/watch?v=aZzlA5_DLDE

Ученицы старших классов женской школы города Фукуока, 1920-е годы.

Директор школы, г-жа Ри, в 1920 плотно занялась изучением образцов западной моды, даже возглавила группу энтузиастов этого дела, и опираясь на свои исследования, разработала вариант школьной формы, напоминающий матросскую одежду. Собственно, в 1921 в этом заведении впервые в стране школьницы и начали носить сэрафуку (институтки, вроде как, годом ранее пилотировали в Киото). В 1923 здесь же был придуман ещё летний вариант учебного платья - светлая рубашка с галстуком и юбкой, но моряцкие костюмы как-то всё же больше закрепились в употреблении.

Ну что, рассказывайте, кому ютуб hanatarash рекомендовал.

1 ноября 1914 в Москву прибыл посланный Японией для оказания помощи раненым отряд Красного Креста. В Россию помощь пришла первой, в другие страны Антанты, Англию и Францию, посланники отправились уже позже. Пароходом, а затем поездом по Транссибу добрались три врача, православный священник, аптекарь, семь медсестёр и три санитара.