«В конечном итоге все мы — истории»: научный журналист Дженнифер Оуллетт рассказывает, как мы создаём собственное автобиографическое «Я», какую роль в нашей жизни играет нарративная идентичность и что нам может дать жизненный сценарий «искупления».

https://monocler.ru/zhiznennyie-stsenarii/

P.S. Вдогонку к нашей статье о «Тысячеликом герое»

«Персона: тёмная правда о психологических тестах» (реж. Тим Треверс Хоукинс) – недавно посмотрела документальный фильм от Warner Bros. Television. Это история о том, как одержимость тестами личности в Америке превратилась в инструмент дискриминации. В частности, всё больше компаний при приеме на работу предлагают соискателям пройти подобные тесты и отсеивают претендентов не на основе их профессиональных качеств или опыта, а на основе личных: результаты соискателей могут попасть в так называемую «красную зону», и их профили могут быть оценены ИИ как не подходящие для выполнения данной работы. Человек раз за разом может получать отказ, но при этом не будет знать, почему его не взяли. Эти тесты работодателям предоставляют крупные компании, занимающиеся разработкой таких инструментов (например, Unicru Personality Test, чья цель — «помочь компаниям клонировать идеального работника»). В большинстве случаев их опросники основаны на популярных в США типологии Майерс - Бриггс и опроснике Big Five, к использованию которых у создателей фильма много вопросов. Например, тест на определение типа личности Майерс - Бриггс не имеет под собой научной базы – он был разработан матерью и дочерью почти в домашних условиях, никто из них не был даже психологом (при этом дочь Изабель параллельно со своими изысканиями писала крайне расистские детективные романы). В этой системе все люди разделены на 16 типов — в зависимости от комбинации в их характере четырех пар качеств:

Introvert — Extravert (Интроверт — Экстраверт);
Intuitive — Sensing (Интуитивный — Сенсорный);
Thinking — Feeling (Думающий — Чувствующий);
Judging — Perceiving (Оценивающий — Восприимчивый).

По мнению И. Майерс-Бриггс, человек рождается с типом, который предрасполагает его к определенной деятельности и который в течение жизни остается неизменным, что, конечно же, не соответствует действительности (в сентябре мы публиковали фрагмент из книги «Гибкая личность», где автор также критикует этот тест и говорит о его несостоятельности). 

Тесты «большой пятерки», или Big Five, имеют под собой более крепкую научную базу, но их использование поднимает другие проблемы – этики и закона. Решение о приеме на работу принимается исходя из профиля личности, включающего в разных процентных соотношениях 5 факторов, каждый из которых, в свою очередь, объединяет группу черт. 
Вот 5 основных: 

Openness — открытость новому опыту;
Agreeableness — доброжелательность;
Neuroticism — нейротизм;
Consientiousness — добросовестность; 
Extraversion — экстраверсия.

Проблема с использованием этого теста и основанных на нем заключается в том, что этот инструмент используется в клинической психологии для выявления психических отклонений – данных, которые ни в коем случае не должны быть открытыми и доступными, что во многих странах закреплено законодательно.

Кроме понятной и лежащей на поверхности проблемы упрощения человеческой личности и спекулятивных заключений, создатели фильма и специалисты, которые принимают в нем участие, озвучивают очень важную и тревожную мысль – использование данных, основанных на тестах личности, при подборе человека на определенную должность, – это та же евгеника. Так,  юрист по правам инвалидов Лидия Х. З. Браун отмечает:

«Эти тесты полны эйблизма, сексизма, расизма, классизма, потому что составлены белыми мужчинами-натуралами без проблем со здоровьем. Они определяют, скажем, дружелюбие человека по их стандартам. Тесты могут быть хорошим интструментом познания себя, но они крайне опасны как источник данных, на основании которых принимаются решения, влияющие на чью-то жизнь… В начале прошлого века евгеника стала настолько популярна, что в некоторых городах США возникли филиалы «Общества социальной гигиены». Евгеника была «наукой будущего», наукой прогрессивных людей. Она стремилась создать лучшее общество, создав лучшего человека. И в то же время это была насквозь эйблистская наука о превосходстве белых людей. Евгеника взялась решать, какие люди заслуживают права и возможности на воспроизводство, а какие нет… ⬇️

…Каких людей считать полезными членами общества, а от каких следует избавиться, как от балласта. Евгеника и сегодня популярна в США, только мы ее так не называем. “Ты нам подходишь”, “Ты обладаешь правильными качествами, качествами тех, кто прежде добился здесь успехов”».

Комментируя появление платформ для видеособеседований, таких как HireVue, которые разрабатываются промышленными психологами и, кроме вербального теста, проводят сопоставление словесной информации с мимикой, жестами и эмоциями претендента, социолог из Корнеллского университета Ифеома Аджунва отмечает:

«Как и любой социолог, я знаю о стереотипах. Но я прежде не думала о том, что стереотипы можно закодировать в программе. Появление новых технологий привело к новым формам дискриминации, не предусмотренным нынешними антидискриминационными законами… Восприятие эмоций всегда крайне субъективно. Кроме того, многое зависит от культурных особенностей. К примеру, русский и американец одну и ту же эмоцию выразят совершенно по-разному: разными жестами, разными телодвижениями… У людей есть предрассудки и стереотипы, да. Но один менеджер с предрассудками просмотрит, скажем, 100 резюме за день, а вот программа с предрассудками, которыми пользуется вся корпорация, обработает сотни тысяч резюме. Меня беспокоит, что в результате автоматизации производства в обществе может возникнуть новый подкласс постоянно безработных людей. Человек получает отказы, а время идет. И вот в какой-то момент он понимает, что он и вовсе не востребован как работник. Кроме того, некоторые группы населения могут стать в принципе непригодными к трудоустройству, что попахивает евгеникой».

Как не вспомнить статью «Интеллект: темная история господства», в которой исполнительный директор и старший научный сотрудник Центра изучения будущего интеллекта Стивен Кейв рассказывает, когда и зачем интеллект был возведен в культ и кем и как он использовался в качестве прикрытия и оправдания господства одних людей над другими на протяжении веков, или рассказ Айзека Азимова «Профессия», где показано «светлое будущее», в котором машины определяли, к каким профессиям предрасположен человек, не оставляя им шанса на собственный выбор?

По этому поводу математик и специалист по обработке данных Кэти О’Нил, которая выступила на TED с темой «Эра веры в “большие данные” должна закончиться», говорит:

«Я очень боюсь, что все придет к тому, что тестирование будет начинаться задолго до подачи заявления. У нас уже есть система, готовящая нас к подаче заявления. Я бы назвала ее магистралью. И не сейчас, а в самом мрачном будущем, которого я боюсь, будет все то же самое, но раньше. Тестирование будет начинаться в детстве. Крупные компании будут собирать данные об обучении нашх детей. К семи годам машине будет понятно, на какую работу они смогут претендовать. За годы обучения в средней и старшей школе работодатель лишь уверится в своем мнении: да, это неудачники, они не заслуживают хорошей работы…».

Конечно, сегодня это история про США и до нас эти тенденции не скоро доберутся, однако, кажется, есть о чем задуматься. 

Разложение института семьи, формализация религиозных практик, иллюзия свободы: к 50-летию резонансной картины Стэнли Кубрика «Заводной апельсин» и повторному выходу фильма в широкий прокат перечитываем материал, подготовленный для нас журналом о кино «Eteri», и разбираемся, что не так с обществом и его составляющими, изображенными в фильме, и почему эту ленту можно использовать в качестве пособия по социологии.

P.S. В тексте много спойлеров. Если вы еще не видели картину, то лучше отложите и прочтите после просмотра.

https://monocler.ru/zavodnoy-apelsin-stenli-kubrika/

«Культура транслирует миф о последнем шансе, и он обращается в интроект — усвоенную извне установку, которую мы впоследствии транслируем другим и используем, как свою собственную, не осознавая, что она нам изначально не принадлежит. Последний шанс получить эту работу, последний шанс добиться расположения этой девушки (или этого парня), последний шанс получить что-то — иначе меня ждёт неудача, поражение, депрессия. С точки зрения психологии, последний шанс у вас может быть только непосредственно перед лицом смерти…»

«Это мой последний шанс» — миф, который бытует в нашей культуре, чего бы это ни касалось: самореализации, работы, любви. Этот миф тесно связан с полярным мышлением и инфантильной формулой «всё или ничего», которая так же слабо связана с реальностью, как и с гармоничным внутренним состоянием. Психолог Екатерина Поликарпова разбирается, каким образом формируется этот миф, как он впоследствии преобразуется в культ успеха и ведет нас к появлению иллюзий победы или поражения, почему тираны и манипуляторы любят использовать этот миф в своих целях и как зависимость от него связана с неумением справляться с фрустрацией и появлением барьеров, которые ограничивают наше развитие.

https://monocler.ru/mif-o-poslednem-shanse-i-frustraciya/

Почти все родители время от времени не оправдывают наших ожиданий, и в этом нет трагедии. Однако есть семьи, жизнь в которых для ребенка подобна выживанию на поле боя, и это истории не о мелких разногласиях, а о настоящем насилии - физическом или эмоциональном. Семьи, в которых навязывание чувства вины выдается за любовь, семьи, где ребенок постоянно втягивается в скандалы и насилие между взрослыми, семьи, в которых дети становятся козлами отпущения за неудачи своих родителей, — семьи, из которых невозможно вырваться без психологической травмы. Известный психотерапевт, PhD Сьюзан Форвард в книге «Токсичные родители. Как вернуть себе нормальную жизнь» исследует модели таких семей и помогает читателям увидеть рычаги манипуляций, которые приводят эту машину в действие и влияют на всю последующую жизнь ребенка/будущего взрослого, искажая восприятие реальности и отношений с другими людьми. Выбрали фрагмент из книги, посвященный семейным системам (тому, как нездоровые и противоречивые отношения циркулируют в семье и чем поддерживаются эти циклы), негласным убеждениям и правилам, влияющим на детскую психику сильнее, чем открытые требования, а также объяснению того, почему диктуемые культурой поспешные попытки простить жестоких одителей ведут только к подавлению болезненных переживаний и усилению чувства беспомощности.

«Есть два типа убеждений: обсуждаемые и негласные. Первые проявляются или высказываются открыто. Они озвучиваются. Их можно услышать, они часто появляются в виде советов «ты можешь», «тебе надо бы», «было бы хорошо, если бы ты сделал это».

Эти убеждения, выраженные открыто, дают нам возможность бороться с чем-то осязаемым, когда мы становимся взрослыми. Даже если они стали частью нас, они были выражены в словах, что позволяет их анализировать и подвергать сомнению, а это помогает отказаться от них в пользу более полезных в нашей жизни.

Например, родители убеждены в недопустимости развода, и это может удерживать дочь в браке с нелюбимым человеком. Но это убеждение можно подвергнуть сомнению. Дочь должна спросить себя: «А что такого плохого в разводе?» И ответ на этот вопрос поможет отказаться от родительского убеждения.

Но не так просто отвергнуть убеждения, о существовании которых мы даже не догадываемся. Негласные убеждения диктуют, как относиться ко многим базовым аспектам в жизни. Часть таких убеждений находится на уровне бессознательного. Мы учимся им на примере того, как отец обращался с матерью или как оба родителя обращались с ребенком. Многие из этих негласных убеждений имеют большое значение в нашей жизни..»

https://monocler.ru/toksichnye-roditeli-susan-forward/

P.S. Если вам нравится то, что мы делаем, и вы хотите, чтобы журнал и дальше существовал и развивался, вы можете поддержать проект, став нашим патроном – https://www.patreon.com/monocler.

Будем благодарны за любую помощь!

«Это же „Земля“ Елизарова, только не она»: Эльвира Харрасова написала набросок-рецензию на роман «Дождись лета и посмотри, что будет» одного из самых неординарных русских писателей Романа Михайлова, автора нашумевшего «Равинагара», доктора физико-математических наук, режиссёра и последователя древних восточных практик.

https://monocler.ru/dozhdis-leta-i-posmotri-chto-budet/

Ставшее сегодня популярным экологическое движение говорит нам: подумай о своей планете, перестань покупать и множить пластик, разделяй отходы, отдавай их сам на переработку. В то время как скептики утверждают: ваш эко-вклад ничтожен по сравнению с тем уроном, который наносят природе корпорации, цинично перекладывающие ответственность с себя на обычных потребителей («это вам нужно заботиться об уменьшении пластика и переработке материалов, а не нам их не производить»). Но за кем правда? И можно ли как-то решить эту проблему? Разбираемся, почему невозможно рассматривать экологические проблемы в разрыве с существующей системой, а именно с производственной моделью, формой правления и даже психологией, укоренившихся в конкретном обществе, какой может быть третья промышленная революция и зачем нам она, что такое Internet of things и способен ли он помочь нам справиться с надвигающейся экологической катастрофой и почему, по мнению социолога и экономиста Джереми Рифкина, сегодня именно миллениалы делают вклад в изменение плачевной экологической ситуации в мире.

https://monocler.ru/tretya-promyshlennaya-revolyucziya/

«Бог умер», решил Ницше, но умер ли миф?

Мы привыкли считать, что современная научная картина мира избавила нас от «заблуждений прошлого», оспорив архаическое мировоззрение и оставив его далеко позади. Но так ли это? Что вообще собой представляет мифологическое мышление и настолько ли оно оторвано от действительности, как мы привыкли думать? Можно ли безболезненно изъять миф из нашей картины мира, не лишив нас целостности? Клинический психолог, философ, профессор психологии Университета Торонто Джордан Питерсон считает, что невозможно сравнивать миф и науку, так как в их основе лежат разные способы познания и восприятия реальности. Более того, он уверен, что мы пребываем в иллюзии победы над мифологическими представлениями, о чем, как он отмечает, размышлял еще Ницше. Читаем фрагмент его книги «Карты смысла» и разбираемся, на что опирается ученый, делая такие выводы, как устроена метамифология пути и почему миф до сих пор присутствует в нашей жизни, а «тщательно спланированные, логические и доступные для понимания системы не берут в расчет противоречивую, загадочную, непостижимую и зачастую смешную сторону человеческого характера, подмеченную еще Достоевским».

«Миф — это не первобытный предок науки. Это качественно иное явление. Науку можно охарактеризовать как «описание деталей мироздания, которые непосредственно доступны пониманию», или как «определение наиболее эффективного способа достижения цели (заданной определенной цели)». Миф же — это скорее «описание мира как места, знаменующего собой действие». Мифическая Вселенная есть арена действий, а не место восприятия. Миф описывает вещи с точки зрения их уникальной или общей эмоциональной притягательности, ценности, побудительной значимости».

https://monocler.ru/karty-smysla-dzhordan-piterson/

Что мы вкладываем в понятие «красота» и как наши представления о ней менялись на протяжении веков? Чем различаются красота, привлекательность и сексуальность и почему нам не стоит путать эти понятия? Насколько на привлекательность того или иного человека влияет импринтинг — запечатленный образ, который у нас формируется в раннем детстве? И, наконец, свободны ли мы в своих канонах красоты и телесности или реклама, мода, государственный заказ и ловушки восприятия влияют на них больше, чем мы думаем, подталкивая нас к саморазрушению? Разбираемся вместе с психоаналитиком и клиническим психологом Мариной Куликовой.

«Понятие красоты заметно развивалось вместе с человеческим сознанием в ходе эволюции. «От простого к сложному, от гармонии к полифонии, от канона к тотальному синкретизму и абсолютному политеизму», – красота всегда служила человеку критерием его соответствия этому миру и его способом осознавать этот мир».

https://monocler.ru/kanony-krasoty/

Фантазии – вещь неоднозначная. С одной стороны, они помогают лучше узнать себя, понять свои ценности или отработать какие-то навыки, с другой — могут обманывать нашу мотивацию и преждевременно создавать иллюзию успеха. Разбираемся с психологом Анастасией Клименко-Регьеро, почему это происходит, какие фантазии способны подтолкнуть нас к действию и чем нам может помочь эффект Зейгарник.

https://monocler.ru/pochemu-mechtat-inogda-vredno/

«Современный художник — это победитель боксерского поединка, который в конце стреляет себе в голову», — считает наш обозреватель Никита Котов. Отправляемся с ним к истокам и разбираемся, почему, чтобы быть по-настоящему новым, современное искусство не должно быть искусством, каким образом это связано с концепцией «дегуманизации искусства» Ортеги-и-Гассета и как отказ от человечности в искусстве превратился в способ борьбы со старой парадигмой.

«Художник разрушил мосты и сжег корабли, которые могли бы перенести нас в наш обычный мир, вынуждая иметь дело с предметами, с которыми невозможно обходиться "по-человечески"» (Хосе Ортега-и-Гассет)

https://monocler.ru/sovrisk-i-degumanizatsiya/

Ницше говорил, что ценность человека определяется тем, сколько правды он может выдержать. Но, как считает клинический психолог Джордан Питерсон, мы меньше всего умеем «жить не по лжи»: не всегда говорим то, что хотим, редко признаемся себе в своих искренних мотивах или желаниях, ставим ложные цели, навязанные нам извне, тем самым остаемся не проявленными в мире и не узнанными самими собой. Читаем фрагмент его книги «12 правил жизни: противоядие от хаоса» и разбираемся, что такое «жизненная ложь», по Адлеру, почему она в той или иной мере присуща каждому из нас и как неподлинное индивидуальное существование становится плодородной почвой для расцвета социального тоталитаризма.

«Вы можете использовать слова, чтобы манипулировать миром ради того, чего хотите добиться. Это означает «быть политиком». Это трюк. Это фишка недобросовестных маркетологов, продавцов, рекламщиков, пикаперов, одержимых лозунгами утопистов и психопатов. Это речь, в которую люди погружаются, пытаясь влиять на других и манипулировать ими. Это то, что делают университетские студенты, когда пишут эссе, чтобы удовлетворить профессора, вместо того чтобы выразить и пояснить свои мысли. Это то, что делают все, когда чего-то хотят и решают подделать самих себя, чтобы угождать и льстить. Это интриги, лозунги и пропаганда.

Вести жизнь таким образом значит быть одержимым болезненным желанием и подстраивать свою речь и действия под тот способ, который должен привести к цели. Типичные цели могут быть такими: «навязать другим мои идеологические убеждения», «доказать, что я (был) прав», «казаться компетентным», «рвануть на вершину иерархии», «избежать ответственности» (или цель-близнец — «выразить доверие к чужим действиям»), «продвинуться», «привлечь к себе львиную долю внимания», «убедиться, что я всем нравлюсь», «предстать в образе мученика», «оправдать свой цинизм», «оправдать свою антисоциальную точку зрения», «свести к минимуму внезапный конфликт», «поддерживать свою наивность», «капитализировать свою уязвимость», «всегда выглядеть как святой» или (и это особенно злое) «убедиться, что во всем виноват мой нелюбимый ребенок».

https://monocler.ru/12-pravil-zhizni-protivoyadie-ot-haosa/

Идеология процветания, массовый рынок и отчуждение: обновили подборку ключевых статей и выступлений об обществе потребления, в которых Герберт Маркузе, Эрих Фромм, Виктор Франкл и современные мыслители – от Бодрийяра до Жижека – разбираются, как и когда люди предпочли не «быть», а «обладать», попав в замкнутый круг «работа-растрата», в какой момент даже наши тела трансформировались в товар, оцениваемый по навязанным стандартам, и к чему за последние 50 лет привела система, основанная на стимулировании потребления и погоне за материальными благами.

P.S. В ближайшие пару недель будем неторопливо перечитывать избранные материалы, чтобы не слишком отвлекать вас от новогодней суеты. С новым и свежим стартанем в 2022)

https://monocler.ru/podborka-obshestvo-potrebleniya/

«До тех пор, пока мы поглощены ложным предположением о важности ошибок, мы не можем относиться к ним спокойно. И эта идея ведёт нас к неправильному пониманию самих себя. Мы уделяем слишком много внимания тому, что плохо в нас и вокруг нас.

Если я критично отношусь к себе, то я, естественно, отнесусь критично и к окружающим меня людям.

Если уж я знаю, что такой плохой, то, по крайней мере, должен выяснить, что ты хуже. Вот чем мы все и занимаемся. Каждый, кто критикует себя, так же относится и к другим»

Перечитываем текст лекции Рудольфа Дрейкурса «Смелость быть несовершенным», в которой психолог размышляет, что заставляет нас стремиться казаться лучше, чем мы есть, быть главнее и правее других, чем отличается взаимодействие с миром по вертикальной оси от взаимодействия с миром по горизонталльной оси, почему страх совершать ошибки —это наследие рабской психологии, от которого так сложно избавиться, и как набраться смелости «быть неидеальным», что, по мнению Дрейкурса, равнозначно понятию «быть настоящим».

https://monocler.ru/smelost-byit-nesovershennyim-rudolf-dreykurs-o-pogone-za-pravotoy-i-strahe-sovershat-oshibki/

«Я вынул из чемоданчика все, что имею, и все ощупал: от бутерброда до розового крепкого за рупь тридцать семь. Ощупал - и вдруг затомился я весь и поблек... Господь, вот Ты видишь, чем я обладаю. Но разве это мне нужно? Разве по этому тоскует моя душа? Вот что дали мне люди взамен того, по чему тоскует душа! А если б они мне дали того, разве нуждался бы я в этом?..»

Так как у нас недели ностальгии, вспоминаем наш предновогодний материал 2017 года с цитатами из поэмы «Москва-Петушки» Венедикта Ерофеева («этот гимн всем умным, честным, талантливым, лишним и не нужным своей стране людям»), где автор художественно описывает коктейли 1969 г., крепко замешанные на неприкаянной тоске, безысходности и советских одеколонах (не лишним будет напомнить, что чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью, а рецептуры Ерофеева приводятся «лишь затем, чтобы вспомнить, что "всё суета сует и томление духа"»; но поэму почитайте, если еще не знакомы, она, без сомнения, гениальна – не только в философском плане, но и в языковом, в чем можно убедиться на примере отрывка+в статье есть ссылка на встречу с филологом Евгением Жариновым, где он рассказывает о значении и смыслах поэмы).

P.S. Подводить итоги – не наш конек. Поэтому просто с наступающим) Спасибо, что читаете и поддерживаете, только благодаря вашему вниманию «Моноклер» живет столько лет ❤️

https://monocler.ru/moskva-petushki/

«Называя меня, вы отрицаете меня. Давая мне имя, ярлык, вы отрицаете все остальное, чем я потенциально могу быть» ( С. Кьеркегор).

Феномен утконоса, понятие нормы и поиск незыблемой истины: Роберт Пирсиг в книге «Дзен и искусство ухаживать за мотоциклом» и ее продолжении «Лайла» исследует мораль и принципы интерпретации реальности, погружая читателя в мир своей философии и размышлений. Штудируем его книги и разбираемся, почему настолько сложно определить, что такое «качество», но так важно дать это определение, что первично — вещь или ее ценность и как исключения из правил указывают на тщетность наших попыток объективно описать реальность.

«В середине XX века Ф. В. Снайдер и Н. X. Пронко провели эксперимент, в ходе которого людям давались специальные очки, показывающее видимое нами изображение вверх ногами (Снайдер и Пронко не были первыми. Еще в конце XIX века этот опыт провел на себе американский психолог Джордж Стрэттон). Опыт показал, что испытуемые быстро приспосабливались к новым законам реальности и адаптировались в мире «наоборот». И точно так же довольно быстро возвращались назад, когда снимали очки.

В каком-то смысле можно провести параллель между этим экспериментом и «интеллектуальными очками» каждого из нас, с помощью которых мы интерпретируем реальность. Существует ли она вообще? Наверняка, но, кажется, мы ее не видим».

https://monocler.ru/robert-pirsig-i-ego-utkonos/

Лингвистическая относительность, языковые игры, универсальная грамматика: составили подборку, которая поможет разобраться, почему язык более сложен, чем об этом говорят разработчики искусственного интеллекта, в чём Ноам Хомский, Людвиг Витгенштейн и исследователи экзотических диалектов изменили наше понимание языка, как он формирует нашу культуру, мышление, самооценку и способ восприятия реальности и одинаково ли мы мыслим на родном и иностранных наречиях.

https://monocler.ru/yazyk-kak-konstruktor-realnosti/

Повторяющиеся сюжеты и мотивы сновидений, или «culture patterned dreams», изучались на протяжении XX века психологами, фольклористами и антропологами. Отдельную группу таких сновидений составляют так называемые «вещие сны» — сновидения, истолкованные как иносказательные предвестники будущих событий. Но какие элементы сна позволяют человеку интерпретировать его как вещий? Как взаимодействуют эти элементы и насколько зависят от обиходных стереотипов, архаичных верований, мифологии, культуры и ценностей? В своей монографии «Толкование сновидений в народной культуре» кандидат филологических наук Анна Андреевна Лазарева на основе архивных данных и собственных полевых материалов ищет ответы эти вопросы. Мы выбрали фрагмент, где она рассказывает об истории изучения «устных сонников» и фольклорных рассказов о сновидениях, а также исследует факторы, влияющие на осмысление приснившегося, в частности насколько эмоции и впечатления определяют оценку и интерпретацию сна.

https://monocler.ru/interpretatsiya-snovidenij-v-narodnoj-kulture/

«Принятие — это проживание момента».

Обозреватель Quartz Лила Маклилан рассказывает, почему, по мнению специалистов, в работе с негативными эмоциями принятие становится базовой стратегией, каким образом психологи изучают этот механизм, как подобная форма взаимодействия с эмоциями помогает в борьбе с депрессией и тревожностью, какие бывают практики принятия и каким образом умение принимать влияет в долгосрочной перспективе на психическое здоровье.

«Суфийский поэт XIII века Руми сравнивал душевные переживания — радость, депрессию, злобу — с «незваными гостями». Он советовал принимать таких гостей с улыбкой, но мы его не послушали. Вместо этого мы стоим на пороге, изображая безразличие или просто прячемся. Нам хочется похоронить обиду, гнев и одиночество и променять их на более модную сейчас идею «благодарности».

В век культуры, которая явно заряжена на «оптимизм», имеет место подавление и маскировка негативных чувств».

https://monocler.ru/prinyatiye-negativnyh-emotsyj/