Как известно, Артур Шопенгауэр видел путь избавления от страданий в отречении от желаний и волнений. Но немецкий философ-метафизик Эдуард фон Гартман, наоборот, считал, что именно готовность переносить муки бытия и принимать жизнь с ее страданиями дают импульс к неустанной деятельности и являются тем единственным путем, который приведет человечество к умиротворению. В кратком обзоре Евгений Кузнецов разбирается, что Гартман имел в виду, чем его концепция воли отличается от шопенгауэровской и почему весь мировой процесс — это борьба логического начала с иррациональным.

«Вслед за Шопенгауэром Эдуард фон Гартман полагал, что бытие является отражением метафизического начала — бессознательной воли — иррационального стремления к абсолютному удовлетворению и счастью. На каком-то этапе своего развития воля порождает разумное сознание, которое все больше эмансипируется от иррационального влечения. Но сознание становится не просто зеркалом, отражающим скорбный мир, ибо в таком случае оно лишь удваивало бы муку. Так же не может оно состоять и в самодовольном познании, что «все есть суета». Развиваясь, сознание приходит к познанию безумия стремления воли, становится все более враждебным воле, рвущейся к счастью...»

https://monocler.ru/bessoznatelnoe-gartmana-i-volya-shopengauera/

Как и в разных вопросах здоровья, вокруг женской фертильности существует много мифов — например, убеждение, что 35 лет — некий водораздел, после которого сложно забеременеть. Обозреватель SELF Наташа Лавендер о том, откуда появился миф про 35, что именно происходит с фертильностью в это время и почему состояние здоровья, анатомические проблемы и окружающая среда влияют на способность иметь детей больше, чем возраст.

https://monocler.ru/zhenskaya-fertilnost/

Мы не имеем прямого контакта с реальностью.

Мир опосредован для нас через психику, в форме эмоциональных переживания, эмоционального опыта. Разные люди, воспринимая реальные события, видят огромный разброс «фактов».

Для всех нас естественно, что два человека абсолютно уверены, что когда они встречались, то, с их точки зрения, были сказаны или сделаны, совершенно разные вещи, даже если событие не было заряжено эмоционально.

Вездесущность различных воспоминаний, даже, когда события кажутся нейтральными, должны показать нам, что все люди, включая [психо] аналитиков ЕКПП и IPA, регулярно искажают реальность. Фактически, сама реальность, рассмотренная с этой перспективы, становится чем – то, что мы никогда не можем достоверно определить. Такое положение дел отражает факт, что наш опыт, по своей природе, всегда эмоциональный.

Мы не имеем прямого контакта с внешним миром. Хотя стул, на котором я сижу, чувствуется мной как абсолютно твердый и реальный, фактически, я не могу видеть это стул, как таковой. Современные работы по восприятию показали, что только маленький процент того, что мы видим, поступает от световых волн и обрабатывается нашим мозгом.

Кроме того, более чем половина того, что мы видим, состоит из воспоминаний, с помощью которых психика придает смыслы визуальным паттернам, которые дешифруются мозгом. Вся информация о мире поступает через психику, где она интерпретируется и приобретает форму. Переживания начинаются с лавины сенсорных данных, затапливающих мозг, одновременно с чем, появляются зарождающиеся эмоциональные состояния. Я не вижу стул, как стул, как таковой.

Я вижу стул, который что – то для меня значит. Он может выглядеть неудобным, грязным, приятным и так далее. Он может вызывать негативные или позитивные воспоминания, конкретно об этом стуле или о других стульях, одежде на нем висевшей, портфеле или книге, на нем положенной, и так далее. Вещь в себе, которая является стулом, в своей основе, не может быть познана. Я могу лишь надеяться узнать свой собственный личный опыт переживаний этой вещи в себе – по - отношению ко мне.

Мое хорошее самочувствие может сопровождаться чувством мурашек на коже или давлением теплого песка, чувствуемого мной, когда я иду по пляжу; я могу чувствовать капельку прохлады от струйки пота, стекающего по груди, когда я читаю лекцию в душной аудитории или зуд, от укусившего меня вчера, в лесу, комара – и это - лишь бесконечно маленькая часть ощущений кожи, которые затапливают мозг, - вместе с визуальными, аудиальными, обонятельными и вкусовыми ощущениями, которые насыщают протоэмоциональные переживания в данный момент.

Бион назвал такой тип пикселей несимволизированных переживаний – бета – элементами и описал их природу с помощью переживаний младенцем голода.

Вместо установления груди, как абсолютного объекта, альфа элементы, через символизацию груди – создают селф, которое имеет с грудью эмоциональные отношения; сама грудь навсегда останется непознаваемой, поскольку у нас нет доступа к объективной реальности, которая существует по ту сторону добра и зла, то есть – по ту сторону нашей психики.

Эту реальность Бион обозначил термином «O». Когда младенец символизирует его переживания, вероятно, с помощью образов, а не словами, то он устанавливает способность думать о них. Он, теперь, может вспоминать о них или видеть сны, то есть, вызывать идею о груди – а именно: - что она значит для меня, в ее отсутствие.

Там, где Бион, ученик Кляйн, основывает свои представления о мышлении на идеях Пуанкаре, для которого, математика и интуиция строго связаны, а сложные логические умозаключения опираются, именно, на интуицию, другой ученик Кляйн, - Матте-Бланко – следует в своих размышлениях, посвящённых тем же вопросам - строгим логическим построениям математика и логика Бертрана Рассела.

Б.А. Еремин. Между эмоциями и мышлением: альфа – функция, как би – логическая структура.

#психоанализ

«Самоактуализация — это процесс становления тем, кем вы на самом деле являетесь. Но многие люди думают, что самоактуализироваться — значит стать тем, кем вы считаете себя или кем вы хотите стать. Но это уже самореализация. Вполне вероятно, что многие из знакомых Стивенса просто реализовали идеальные представления о самих себе.

Маслоу же говорит нам:

«Самоактуализация — это непрерывная реализация потенциальных возможностей, способностей и талантов, как свершение своей миссии, или призвания, судьбы и т.п., как более полное познание и, стало быть, приятие своей собственной изначальной природы, как неустанное стремление к единству, интеграции, или внутренней синергии личности»

Часто многие отождествляют понятия «самореализация» и «самоактуализация». Однако, если первая продиктована желаниями, исходящими извне, то самоактуализация, о которой говорил Абрахам Маслоу, касается самой природы личности. Перечитываем материал Скотти Хендрикса и разбираемся, что кроется за этим понятием и почему самоактуализация — не результат, а бесконечный процесс.

https://monocler.ru/samoaktualizatsiya-po-maslou/ #психология

«Что, черт возьми, происходит в этом фильме?» — примерно так отреагировали критики на картину «Малхолланд Драйв» Дэвида Линча, снятую в далеком 2001 году. Сочинения Франца Кафки, шедевры того же Линча, юмор Монти Пайтона, картины Рене Магритта — во всех этих произведениях есть черты абсурда, алогизма, сюрреализма — того, что ставит в ступор и меняет наш взгляд на вещи. Почему так происходит? По мнению психологов, тревога, беспокойство, чувство неуверенности, которые возникают у нас при взаимодействии с искусством абсурда, в конечном счете обостряют наше мышление, восприятие мира и помогают лучше понять себя. Разбираемся, что такое «модель поддержания смысла» и гибкая компенсация, как абсурд связан с юмором и обезболивающими и почему он вызывает у нас те же реакции, что и мысли о смерти, помогая исследовать свои экзистенциальные страхи и тревоги.

https://monocler.ru/kak-absurd-pomogaet-ponyat-realnost/

Представьте, что вы находитесь в комнате с открытым окном и вам одному становится прохладно. Что вы сделаете: подойдете и закроете окно, выйдите из комнаты или задумаетесь обратиться к врачу из-за того, что вас временами морозит? При достаточно примитивной постановке вопроса действия субъекта в такой ситуации могут многое сказать о его моделях поведения, по мнению исследователей Рассела Акоффа и Фредерика Эмери. Вспоминаем типологию личности, предложенную ими, и разбираемся, почему не каждая классификация — это обязательно строгое разделение и навешивание ярлыков, что чувствительность индивида к окружающей обстановке и его склонность влиять или подстраиваться под нее могут сказать о нем, как люди с разными моделями взаимодействуют друг с другом и возможно ли приблизиться к идеалу целостной уравновешенной личности, способной быть одинаково внимательной и к самому себе, и к окружению, а также умеющей эффективно менять и то, и другое с учетом любых вызовов и проблем.

«Как и К.Г. Юнг, указывающий на недопущение использования типологии для «навешивания ярлыков» [1], так Р.Акофф и Ф.Эмери называют «рискованным предприятием» попытки «разработать программу исследований, направленных на получение приближений к функции личности» [2, с.137]. Поэтому их типологию или, как они еще называли, «пространство личности» не стоит рассматривать как нечто статичное и категоричное. Их классификация, перекликаясь в некоторой мере с «юнговской», является принципиально иной. Если К.Г. #Юнг, используя два критерия и выделяя восемь типов, объяснял скорее восприятие и познание мира, то типология американских исследователей проясняет модели поведения людей. Их типы личности появились на стыке двух исследований для решения конкретных практических задач: объяснение причин употребления алкоголя (Ф. Эмери) и понимание людей, которые выступают в роли потребителей товаров, в частности алкогольных напитков (Р. Акофф, С. Черчмен и другие)...»

https://monocler.ru/tipy-lichnosti-po-akoffu-i-emeri/ #психология

Мы привыкли считать танец либо эстетическим действом, либо чисто эмоциональной активностью, состоящей из хаотичных движений, либо разновидностью физических упражнений, бросающих вызов способностям нашего тела. Однако научный сотрудник кафедры политической теории в Брауновском университете Глори М. Лью убеждена, что танец — нечто большее, это способ прокачать нашу способность сочетать физический и ментальный интеллект и независимое мышление, а наше тело — важнейший инструмент, при помощи которого мы выделяем сущность вещей и воплощаем в жизнь неуловимые и эфемерные идеи. Разбираемся вместе с ней, почему наши эксперименты со своим телом могут оказаться гораздо полезнее рутинной работы и дать нам доступ к «достижению ощущения своего бытия и удовлетворению духа».

https://monocler.ru/kak-zanyatie-tanczami-vliyaet-na-myshlenie/

«У Фрейда бессознательное – то, с чем лучше бы дела не иметь. Оттуда проникают в сознание разрушительные и опасные для сознания человека энергии. В этом проблематика культуры: в отказах от влечений, нейтрализации разрушительного влияния бессознательного с его стихийной силой. У Юнга бессознательное – тоже бездна, но ее нужно слушать. Постоянно. Потому что бессознательное говорит с человеком. У Фрейда оно вторгается в область Я. И не иметь с ним дела, конечно же, никогда не получится. А Юнг, когда еще был ребенком, воспринимал сны как реальность более подлинную, чем «действительность». Бессознательное говорит необходимые человеку вещи. Говорит языком образов. 

Нужно прежде всего сконцентрироваться на сновидениях – они, как отмечалось, ближе всего к бессознательному. Чтобы обнаруживать живущие в них образы. Чтобы понять, что подлинная природа человека хочет сказать человеческому Я. Я человека не подлинная его природа, а техническое образование. Это наше Я (Фрейд разделял это мнение) неполноценно. Ибо оно – лишь маленькая часть человека. Для Фрейда все ограничивалось тем, чтобы на островке сознания уютно расположиться. Для Юнга – наша главная проблема в том, что мы не являемся целостной личностью. Раз человек не полон (живет только небольшая его часть) – нужно восстановить его в исконной полноте. В этом смысл человеческой жизни. В восстановлении целостности. Обретение себя. (Еще две с половинной тысячи лет назад Гераклит говорил, что хочет найти себя). Нужно слушать бессознательное – в нем заложено все, что человеку нужно. В нем находится источник не только культуры, но и человеческого счастья и совершенства. Бессознательное не наставник человека, конечно. Нельзя сказать, что оно ведет человека заведомо к счастью и совершенству. Но оно всегда говорит необходимые вещи. Без них мы не можем понять себя. Это просто, но это радикальное отличие Юнга от Фрейда...»

#Юнг — психиатр, который создал собственный вариант психоанализа под названием «аналитическая психология». Это направление стало одним из влиятельнейших учений ХХ века и затронуло самые разные сферы гуманитарного знания. Но почему его влияние было столь велико? Как аналитическая психология одновременно стала и философией культуры? Чем отличается  взгляд Юнга на психику от фрейдовского? Почему только через изучение своего бессознательного возможен поиск и приближение к целостности, обретение себя и своей Самости? И как, по Юнгу, история культуры связана с процессом индивидуации — постижением человеком своих глубин и воссоединением с самим собой? Перечитываем лекцию Олега Комкова, культуролога, преподавателя МГУ.

https://monocler.ru/analiticheskaya-psichologiya-karla-gustava-yunga/ #философия #психология #Юнг

«Одни люди склонны рассматривать моральные суждения по-кантовски — как сводки о том, что требует некий закон, то есть как императивы, которые не подвержены истинности или ложности. Другие сохраняют привычку судить о моральных утверждениях как об истинных или ложных, однако вопрос о том, благодаря чему каждое конкретное моральное суждение истинно или ложно, остается для них неясным. С позиции же аналитической философии, моральные утверждения являются лингвистическими пережитками практики теизма, утратившими свой контекст (который и обеспечивался этими практиками). 

Современный американский философ Аласдер Макинтайр замечает: 

«В этом контексте моральные суждения были одновременно гипотетическими и категорическими по форме. Они были гипотетическими в той степени, в какой они выражали утверждение, какое поведение было бы теологически уместно ждать от человека: «Вам следует делать то-то и то-то, если и поскольку ваша цель (telos) такова-то и такова-то». Они были категорическими в той мере, в какой они отражали содержание универсального закона от Бога: «Вам следует делать то-то и то-то — именно это предписывает Бог»».

Но стоит только отнять у этих суждений то, благодаря чему они были гипотетическими или категорическими, и тогда они утратят свой моральный статус, а предложения, выражающие их, потеряют свой бесспорный смысл. 

«Как только из морали исчезает понятие существенных человеческих целей или функций, трактовка моральных суждений как фактических утверждений начинает казаться неправдоподобной». 

Можно ли найти в философской традиции концепцию единственного блага, которое позволило бы упорядочить все другие блага и расширить понимание целей и содержания добродетелей? Евгений Кузнецов анализирует философию морали Аласдера Макинтайра и разбирается, что у нее общего с аристотелевской традицией, действительно ли человек в своих действиях, помыслах представляет животное, которое повествует истории, и почему он, по мнению Макинтайра, должен стремиться не к совершенной теории, с которой согласится каждое рациональное существо, а к наилучшей теории, которая возникает в истории данного класса теорий.

https://monocler.ru/moralnaya-filosofiya-alasdera-makintajra/

«Печаль включает в себя грусть и уныние, глубокое чувство скорби от утраты. Исследования посттравматического роста указывают на то, что печаль предупреждает нас о мимолетности жизни, драгоценности текущего момента и необходимости сопереживать чужим горестям. Рассматриваемое под другим углом, это чувство служит точкой для сравнения — и, следовательно, может стать усилителем таких ярких чувств, как незамутненная радость, ликование и восторг. Наконец, печаль может «пройти через центр» нас самих, как выразился Райнер Мария Рильке в письмах к молодому поэту (1929); она может принести что-то новое, изменяющее жизнь.

«Если бы мы могли видеть дальше, чем простирается наше знание, – писал он, – возможно, мы переносили бы наши печали с большей уверенностью, чем наши радости. Ибо это мгновения, через которые нечто новое и неизвестное входит в нас.»

В то время как страх уменьшает и ограничивает нас, он также подчеркивает то, что возвышается над нами. Конечно, страх может унизить, но исследования показывают, что он также отрезвляет и возвращает чувство реальности: чего можно и чего нельзя достичь. Страх выступает фоном для мужества. Ибо без страха храбрость мало что значила бы и, вероятно, мало влияла бы на течение нашей жизни. Стали бы мы стремиться стать мужественными, если бы у нас не было страха? Будем ли мы искать новые сферы приложения своих талантов, сотворять свежие идеи, мысли, ощущения, не испытывая никакого страха? Эти вопросы редко задают создатели так называемых внечеловеческих технологий.

Гнев пробуждает чувство опасности, неконтролируемую вспышку эмоций и жажду власти. Это огненный взрыв, который распространяется на других и грозит уничтожением. Но последняя информация из исследований эмоций также показывает, что гнев — это способ постоять за себя в праведном негодовании; это толчок к мужеству и высвобождению духа. Вдохновляющие революции выросли из гнева, а вместе с ними к людям пришла личная свобода. Без гнева нежность может быть скрыта, искренность доброты незаметна.

Позариться на то, что есть у другого — это росток зависти; одержимость и фантазия об обладании тем, что принадлежит другому — это расцвет зависти. Зависть пробуждает отчаянное желание быть чем-то иным, чем то, что мы есть на самом деле; это сводящая с ума мука. Но мой опыт терапевта, да и клиента тоже, показал мне, что зависть — это тоже стремление, перспектива и потенциально изменяющий жизнь прорыв. Мы видим проблески наших желаний в тех, кому завидуем, и таким образом имеем некоторую способность лелеять эти желания в себе. Зависть находится в противоречии с удовлетворенностью и, на контрасте, придает удовлетворенности ее укрепляющую глубину.

Чувство вины напоминает нам о словах или поступках, о которых мы сожалеем. Это молот в глубинах совести, и он бьет по всем формам самодовольства. Вина притупляет наше чувство приемлемости и подрывает наше уважение к самим себе. В то же время, как показали исследования психопатии, чувство вины и его социальный двойник — стыд — заставляют нас совершенствоваться, указывают на те наши потенциальные возможности, которые могут помочь нам стать лучше, побуждает нас исцелять раны других. Трудно вдохновиться на перемены, если мы не сталкиваемся с чувством вины».

Перечитываем статью Кирка Шнайдера, доктора философии, ученика Ролло Мэя и Джеймса Бьюдженталя, и разбираемся вместе с ним почему так важно встречаться лицом к лицу с болезненными переживаниями, чего нам никогда не сможет дать машина и как осмысленное переживание сложных чувств, таких как вина, печаль, страх, гнев, зависть, помогает нам меняться, смотреть на мир по-новому и испытывать благоговение перед жизнью.

https://monocler.ru/ekzistentsyalnaya-terapiya/ #психология

Исключительная личность в исключительных обстоятельствах, бунт против убогой действительности, изображение её в фантастических образах/тонах — штампы, с которыми неизменно ассоциируется романтизм как направление европейской культуры. Но такие формулировки не ведут к пониманию его сути. Какое оно, мироощущение романтиков? Как романтизм связан с учением Фихте о бесконечном трансцендентальном «Я», непостижимости всего сущего и идеями мыслителя Алексея Лосева? Почему человек («Я») и мир («не-Я») не существуют друг без друга? И в чём романтики близки восточной философии? Разбираемся с культурологом Олегом Комковым.

«Эту идею нужно соотнести и с формулой Лосева – вовлеченность человека в бесконечность. Подлинный человек задуман (задание у него) природой/Богом для того, чтобы стать всем. Для того, чтобы не дробить мир на кусочки, а видеть его всегда целостным, чтобы знания были не осколочными и мозаичными, чтобы разные науки обнимали все мироздание и давали постичь его как целое. Новалис говорил о необходимости создать всеобщую синтетическую науку будущего, которая отражала бы действительность полностью. Для этого нужно всматриваться в частные вещи. Занимаясь химией, можно многое понять в философии, занимаясь геологией, мы понимаем лучше астрономию. Тут знакомая вам идея синтеза прозвучала не раз. Где синтез наук, там синтез искусств. Однако синтез – это вялое слово, а имеется в виду именно полнота, целостность бытия. Не сшивание чего-то из кусочков, а обретение видения поистине божественного, высшего. Я сказал, что к этому человек призван, но в человеке это уже изначально заключено, как в зерне. Существование человека как бесконечной открытости дает одновременно и полноту жизни. Лермонтовскому парусу ничего не нужно, кроме как скитаться по просторам океана. Ничего не надо достигать. Все уже достигнуто в этом движении и скитании. Чем дальше это скитание простирается, чем его больше, чем оно лучше осознается и переживается, тем человек ближе к тому, что Фихте называл трансцендентальным «Я». То есть подлинным Я. В индийской философии это имеет свой очевидный аналог – тождество брахмана и атмана. Тождество всяческой единичной души и мировой души, которое изначально. Только чтобы в этом убедиться, надо поработать.

В этих терминах немного уточняется картина романтической неудовлетворенности окружающим миром. Все плохо в том мире, в котором мы живем, потому что все это неподлинно в самом сущностном, онтологическом смысле. Как неподлинно наше ограниченное «я». Иллюзия, мираж. Чтобы это понять, нужно погрузиться в это мыслью и чувством. А единство мысли и чувства реализуется в искусстве...».

https://monocler.ru/romantizm-i-zahvachennost-beskonechnostyu/

Безразличие к смерти, осознание преходящести страданий, борьба с гневом, поиски атараксии и modern stoicism: как и обещали, выбрали 5 материалов по стоицизму и его принципам, актуальным вне времени.

https://monocler.ru/stoiczizm-gid/ #философия #психология

«..Мы привыкли считать, что реален физический опыт, а вымышленный — нереален. Но для мозга почти нет разницы — представлять зрительные образы или видеть их.

При этом заблуждения как возможность видеть или представлять то, что мы не наблюдаем в данный момент в физическом мире, являются важным инструментом нашего сознания. С их помощью мы создаем новые и значимые образы восприятия, которые позволяют изменить мозг, действуя изнутри, и (в будущем) собственно восприятие. Но если человеческий мозг представляет собой физическое воплощение всей истории проб и ошибок — от эволюции до обучения — и любая перцептивная реакция — рефлекторная, как люди (даже те, кто сильнее всего заблуждается) могут изменить восприятие? В конце концов, мы все хорошо знаем, что прошлое упорно не желает меняться. Что уже произошло, то произошло. Однако, когда речь заходит о внутренней работе мозга, тут не все просто, поскольку мы, как известно, никогда не запоминаем то, что было на самом деле, не говоря уже о времени, когда это случилось.

„Вы меняете то, что воспринимаете. Иначе говоря, поскольку мозг в процессе эволюции не приспособился видеть реальность, у вас есть полная свобода выбора того, что видеть“.

Мозг несет с собой в будущее совсем не фактическое прошлое… и уж точно не достоверную реальность. Основываясь на истории восприятия действительности, мозг строит базовые убеждения, проявляющиеся в его функциональной архитектуре, с помощью которых мы воспринимаем текущий момент...»

Нейробиолог и профессор Лондонского университета Бо Лотто более 25 лет исследовал человеческое поведение и восприятие реальности. В своей книге «Преломление» Лотто рассказывает о том, почему мы не воспринимаем реальность такой, какая она есть, и как это может привести к развитию творческого потенциала и помогает по-новому взглянуть на работу, любовь, игру, отношения с родственниками и другие важные события нашей жизни. Перечитываем фрагмент.

https://monocler.ru/mozg-i-realnost-prelomlenie/ #книги #нейронаука

«Исследуя свои собственные сновидения и сновидения своих пациентов, Фрейд выделил два механизма, с помощью которых истинное содержание сновидения перерабатывается в то, которое увидит сновидец – сгущение и смещение. Сгущение видно в том, что один и тот же образ оказывается связан с самыми различными мыслями. Результат работы этого психического механизма можно легко увидеть, если на некоторое время представить один из образов сновидения и понаблюдать за возникающими мыслями. Размышления о каждом образе будут вызывать несколько ассоциативных цепочек, когда одна мысль плавно перетекает в другую. В каждом символе сновидения обязательно окажутся сгущены разные смыслы.

Второй механизм – смещение – проявляет себя в том, что вместо образа, связанного с чем-то значительным, но тревожным для человека, появляется другой образ, отдалённо связанный с ним. Психическая энергия сместилась со значимого образа, на эмоционально индифферентный. Нечто важное и тревожное можно обнаружить точно так же наблюдая за течением мыслей, оттолкнувшихся от символа сновидения. Чем более мы терпимы к возникающим в голове мыслям, тем с большей вероятностью ассоциативная цепочка выведет к изначальному образу, с которого произошло смещение.

В процессе «создания» сновидения психика пользуется еще одним важным инструментом – превращением образов в их противоположность. В бессознательном нет противоречий и одновременно могут сосуществовать абсолютные противоположные представления. Фрейд упоминает о том, как узнал из работы К. Абеля 1884 г. «Противоположный смысл первых слов» о том, что в древних языках для обозначения противоположных действий или качеств использовалось одно слово («сильнослабый, староюный, далекоблизкий, связывать-разделять»)».

Сгущение, смещение, превращение образа в противоположность: вместе с психотерапевтом Ильей Никифоровым разбираемся, как на протяжении тысячелетий, начиная с древних греков, развивались представления людей о сновидениях, что нового в них привнес психоанализ, с помощью каких механизмов бессознательное скрывает от нас «забаненные» внутренней цензурой смыслы, что нам может дать анализ сновидений и на какие принципы можно опираться при интерпретации образов.

https://monocler.ru/analiz-snovideniy/

Власть искушения — моральная проблема, неотъемлемая часть нашей жизни или вызов, который делает нам судьба? Что говорит моральная философия о том, каким может быть истинно нравственный поступок, и чем отличается взгляд взрослых и детей на эту проблему? В конце концов, кто он, по-настоящему хороший человек — тот, чьи помыслы кристально чисты, или тот, кто умеет преодолеть соблазн, чтобы поступить правильно? Об этом на страницах Aeon поразмышляла постдокторант в области психологии из Йельского университета Кристина Стармэнс, а мы подготовили перевод.

https://monocler.ru/iskushenie-i-moralnyiy-vyibor/

Друзья, помните, мы просили проголосовать за наш проект, номинированный на премию «Headliner года» ? Увы, мы не попали в шорт-лист, но не расстроились - премиями были отмечены очень достойные проекты. 7 апреля состоялась церемония вручения наград, читайте подробности о победителях в разных номинациях по ссылке.

https://monocler.ru/headliner-goda-itogi/

«Вы просто чувствуете в какой-то момент, что вас нет, что вы – ничто...»

Что наука говорит о влиянии медитации на наш мозг, эмоции и самосознание? Почему, приступая к медитации, не стоит, во-первых, рассчитывать на быстрые результаты, во-вторых, забывать о том, что во время медитации легко испытать и негативные ощущения — от чувства опустошения до паники и бредовых идей? Какую роль медитация играет в учении Будды, как сегодня она становится товаром и, наконец, нужна ли вообще человечеству концепция освобождения? Сделали подборку материалов с ответами на эти и другие вопросы.

https://monocler.ru/o-meditaczii/

Почему мужчины в целом живут меньше женщин, как это связано с репродуктивной активностью, в силу чего тестостерон, выполняя множество важных функций, делает мужской организм менее защищенным и способствует при этом его более быстрому «изнашиванию» и насколько актуальны репродуктивные модели, выработанные эволюцией, в современном мире? Перевели статью Ричарда Г. Брибиескаса, профессора антропологии, экологии и эволюционной биологии и автора книг «Как мужчины стареют: что эволюция раскрывает о мужском здоровье и смертности» и «Мужчины: эволюция и история жизни».

https://monocler.ru/pochemu-muzhchiny-zhivut-menshe-zhenshhin/

В некоторых аспектах обретение мета-осознанности (meta-awareness) о том, что ваш ум блуждает, сродни обретению мета-осознанности о вашем процессе дыхания или сердцебиения. Дыхание, сердцебиение и бесцельные (task-unrelated), феноменологически спонтанные (то есть воспринимаемые таковыми) мысли не являются психологическими процессами личностного уровня, которые таинственным образом коррелируют или связаны с физической последовательностью событий.

Самая простая метафизическая интерпретация актуальных научных данных идентифицирует их как функционально сложные, но субглобальные процессы в биологическом теле. В случае моментальных провалов внимания (lapse of attention) и блуждания ума, это физиологические процессы представляющие собой широко распределенный паттерн нейронной активности, причем бОльшая часть этого паттерна перекрывается (overlap) активностью в Дефолт-Системе Мозга (Default Mode Network; DMN).

Простыми словами:

Блуждание ума — это такой же субличностный телесный процесс как дыхание и сердцебиение.

Читать на Medium (10 мин)

#статьи #Metzinger #self #mind_wandering

P.S. Спасибо всем, кто проголосовал! Я думал о вас, когда писал/переводил.