Коллеги-нефтехимики из зарубежа спрашивают у меня зачем чистить и сушить этан на проекте "Полиэтилен" в Атырауской области. Этан планируется транспортировать с Тенгизского газо-сепарационного комплекса, который по своим техническим требованиям выше отраслевой практики (95.5% мол.)...
Ответа у меня нет. Я не знаю зачем собираются чистить такой чистый этан.
И кстати, этан в ОАЭ получают из природного газа, который уже подвергался обработке (это добавляет стоимость). На Тенгизе в попутном газе содержание этана 8% (хотя есть мнение, что его 16%, откуда данные не знаю).
В общем, вопрос остается открытым почему этиленовая установка в Атырау почти на $1 млрд дороже, чем ОАЭ. Тем более большая часть оборудования и материалов будет привезена в Казахстан из Китая, где стоимость в два-три раза дешевле мировых производителей.
Не знаю... Пусть сами разбираются в чем дело.
Ответа у меня нет. Я не знаю зачем собираются чистить такой чистый этан.
И кстати, этан в ОАЭ получают из природного газа, который уже подвергался обработке (это добавляет стоимость). На Тенгизе в попутном газе содержание этана 8% (хотя есть мнение, что его 16%, откуда данные не знаю).
В общем, вопрос остается открытым почему этиленовая установка в Атырау почти на $1 млрд дороже, чем ОАЭ. Тем более большая часть оборудования и материалов будет привезена в Казахстан из Китая, где стоимость в два-три раза дешевле мировых производителей.
Не знаю... Пусть сами разбираются в чем дело.
𝗣𝗔𝗖𝗘
Газопереработывающий завод на Карачаганаке можно построить за 2,8 млрд долларов. Интересно какую стоимость озвучит подрядчик на строительствао ГПЗ...
ЦИФРЫ С НЕБА
«КМГ, как партнер в Карачаганакском проекте, обеспокоен отсутствием динамики в продвижении строительства газоперерабатывающего завода на месторождении для переработки 4,5 млрд кубометров сырого газа в год»,
— говорится в сообщении КазТАГ cо ссылкой нa встречу глав КМГ Асхата Хасенова и подразделения по разведке и добыче Shell Питера Костелло.
«Инвесторы КПО настаивают на цене товарного газа на выходе завода выше цен на внутреннем рынке, чтобы сделать его экономику целесообразным, либо на сокращении мощности при переработке газа. ❗️Стоимость строительства ГП3 - $3,9 млрд КПО считает завышенной».
📱 : собственно я об этом уже говорил. Цифры с неба...
«КМГ, как партнер в Карачаганакском проекте, обеспокоен отсутствием динамики в продвижении строительства газоперерабатывающего завода на месторождении для переработки 4,5 млрд кубометров сырого газа в год»,
— говорится в сообщении КазТАГ cо ссылкой нa встречу глав КМГ Асхата Хасенова и подразделения по разведке и добыче Shell Питера Костелло.
«Инвесторы КПО настаивают на цене товарного газа на выходе завода выше цен на внутреннем рынке, чтобы сделать его экономику целесообразным, либо на сокращении мощности при переработке газа. ❗️Стоимость строительства ГП3 - $3,9 млрд КПО считает завышенной».
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
#КРАТКО
Премьер-министр с «Татнефтью» обсуждали проект по производству терефталевой кислоты и полиэтилентерефталата (ПЭТФ), что станет значимым вкладом в развитие отечественной химической отрасли.
❕ Инвесторов на проект ПЭТФ никак не получается привлечь. Даже китайцы отказались. С другой стороны ПЭТФ без АНПЗ никак не может быть реализован. Поэтому переговоры по АНПЗ продолжатся. Иначе зачем «Татнефти» этот ПЭТФ? Только вместе с АНПЗ.
Премьер-министр с «Татнефтью» обсуждали проект по производству терефталевой кислоты и полиэтилентерефталата (ПЭТФ), что станет значимым вкладом в развитие отечественной химической отрасли.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1
БУДУЩЕЕ ГАЗА
Руководители мировой энергетики выступают за газ. По словам лидеров отрасли, природный газ является краеугольным камнем глобального энергетического перехода, а не просто переходным топливом, пишет Upstream.
Выступая во время сессии Всемирной газовой конференции 2025 г. в Пекине, генеральный директор TotalEnergies Патрик Пуянне, генеральный директор Petronas Тенгку Мухаммад Тауфик и генеральный директор Woodside Energy Мег О'Нил призвали к прагматизму и реализму в глобальном энергетическом переходе.
Пуянне сказал, что не существует универсального решения в энергетическом переходе, и был убежден в том, что газ остается центральным элементом идентичности и будущего TotalEnergies.
«Мы уже являемся газовой компанией – и все больше и больше – газовой и электроэнергетической компанией. Газ всегда играл огромную роль в промышленном развитии, особенно в таких развивающихся экономиках, как Китай и Индия», – сказал он.
❕ На фоне мировых изменений в газовой сфере, в Казахстане отрасль пока не показывает значительного роста. Планируемая добыча в объеме 90 млрд кубометров к 2030 году в текущей ситуации не имеет ничего общего с реальностью. Нарастить на (!) 30 млрд кубометров газа за 5 лет это очередной "вброс" руководству страны и обещания, что всё будет хорошо. С каких месторождений? У нас таких мощностей нет, которые столько газа добывать будут.
Для понимания: 30 млрд кубометров газа - это годовое потребление всего Казахстана.
Через 5 лет, возможно, будут рассказывать про влияние внешних факторов, которые не позволили достичь этих показателей. Хотя все причины, сдерживающие развитие отрасли, внутри страны.
Руководители мировой энергетики выступают за газ. По словам лидеров отрасли, природный газ является краеугольным камнем глобального энергетического перехода, а не просто переходным топливом, пишет Upstream.
Выступая во время сессии Всемирной газовой конференции 2025 г. в Пекине, генеральный директор TotalEnergies Патрик Пуянне, генеральный директор Petronas Тенгку Мухаммад Тауфик и генеральный директор Woodside Energy Мег О'Нил призвали к прагматизму и реализму в глобальном энергетическом переходе.
Пуянне сказал, что не существует универсального решения в энергетическом переходе, и был убежден в том, что газ остается центральным элементом идентичности и будущего TotalEnergies.
«Мы уже являемся газовой компанией – и все больше и больше – газовой и электроэнергетической компанией. Газ всегда играл огромную роль в промышленном развитии, особенно в таких развивающихся экономиках, как Китай и Индия», – сказал он.
Для понимания: 30 млрд кубометров газа - это годовое потребление всего Казахстана.
Через 5 лет, возможно, будут рассказывать про влияние внешних факторов, которые не позволили достичь этих показателей. Хотя все причины, сдерживающие развитие отрасли, внутри страны.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
БУДУЩЕЕ ГАЗА (часть 2)
Сейчас в Казахстане газодобывающие компании, которые занимаются исключительно добычей природного газа (а не как нефтяники, у которых газ идёт "в нагрузку" к нефти) — работают в непростых условиях. Они не могут экспортировать газ, а обязаны продавать его только на внутреннем рынке. А цены на внутреннем рынке устанавливаются государством — это порядка 40–50 тысяч тенге за тысячу кубов газа. Для сравнения: это почти в 8–10 раз ниже мировой цены в пиковые периоды.
Казахстанское законодательство (статья 739 Налогового кодекса) пока применяет пониженную налоговую ставку по НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых) для газа, который:
🔵 используется на собственные нужды,
🔵 продаётся внутри страны,
🔵 идёт на глубокую переработку в Казахстане.
Но теперь обсуждается изменение: облагать весь газ, включая тот, что остаётся внутри страны, по ставке 10% от мировой цены. И тут начинается самое интересное.
❕ Если взять среднюю мировую цену — 600 долларов за тысячу кубов, то только один налог (НДПИ) для компании составит 60 долларов. А если повторится ситуация, как в 2022 году, когда цена достигала 3600 долларов, то налог составит 360 долларов за тысячу кубов — в 3,6 раза выше, чем вся выручка от продажи этого же газа на внутреннем рынке!
Для нефтяников это ещё полбеды: у них основной доход от нефти, газ для них побочный продукт. Но для газодобывающих компаний газ это всё. И если у них отнять возможность зарабатывать хотя бы что-то, просто налогом на выручку, предприятия начнут закрываться. Это приведёт к дефициту газа, росту цен, ухудшению условий для населения и предприятий.
И, что важно, пострадают не только частные компании. В зоне риска окажутся и дочки «КазМунайГаза» и QazaqGaz, те самые, что отвечают за газоснабжение по всей стране.
Обеспечение населения и промышленности газом это вопрос не только экономики, но и социальной стабильности. Ужесточение налогообложения может привести к последствиям, которые почувствует каждый житель страны.
Сейчас в Казахстане газодобывающие компании, которые занимаются исключительно добычей природного газа (а не как нефтяники, у которых газ идёт "в нагрузку" к нефти) — работают в непростых условиях. Они не могут экспортировать газ, а обязаны продавать его только на внутреннем рынке. А цены на внутреннем рынке устанавливаются государством — это порядка 40–50 тысяч тенге за тысячу кубов газа. Для сравнения: это почти в 8–10 раз ниже мировой цены в пиковые периоды.
Казахстанское законодательство (статья 739 Налогового кодекса) пока применяет пониженную налоговую ставку по НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых) для газа, который:
Но теперь обсуждается изменение: облагать весь газ, включая тот, что остаётся внутри страны, по ставке 10% от мировой цены. И тут начинается самое интересное.
Для нефтяников это ещё полбеды: у них основной доход от нефти, газ для них побочный продукт. Но для газодобывающих компаний газ это всё. И если у них отнять возможность зарабатывать хотя бы что-то, просто налогом на выручку, предприятия начнут закрываться. Это приведёт к дефициту газа, росту цен, ухудшению условий для населения и предприятий.
И, что важно, пострадают не только частные компании. В зоне риска окажутся и дочки «КазМунайГаза» и QazaqGaz, те самые, что отвечают за газоснабжение по всей стране.
Обеспечение населения и промышленности газом это вопрос не только экономики, но и социальной стабильности. Ужесточение налогообложения может привести к последствиям, которые почувствует каждый житель страны.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1
БУДУЩЕЕ ГАЗА (часть 3)
Подробно поговорили про газ: эта индустрия у нас недооценивается на официальном уровне. Сколько у Казахстана на самом деле газа, какой потенциал, какие ошибки мы совершаем, как на наш газ влияет Россия, почему мы должны учиться на ошибках Узбекистана, что общего у газа и картошки, почему Казахстан до сих пор не газифицирован до конца и как связаны АЭС и газ.
🚩 Тайм-коды:
00:00 - Тизер
01:18 - Что у Казахстана с газом? Какой у нас газ?
03:19 - "Газ – это новая нефть"
04:27 - Почему Казахстан не Катар
05:15 - Сколько газа у Казахстана: официальные цифры и реальные
08:27 - На какие данные опираться инвесторам?
09:10 - Международные консультанты не хотели развития Казахстана по газу?
10:41 - Насколько легко добывать казахстанский газ?
15:16 - И еще одна подсказка министерству энергетики РК
15:49 - Про экономическую целесообразность газа
18:11 - Про казахстанскую технологию закачки газа
19:41 - В казахстанском газе – монополия. Что не так с системой?
23:57 - Январские события случились из-за газа. Повысится ли газ снова?
27:32 - А почему у нас половина Казахстана не газифицирована, если у нас столько газа?
29:40 - Построить газопровод, оказывается, не проблема. А в чем проблема?
30:16 - Казахстану стоит присосаться к российской трубе газа? А почему нет?
33:37 - Как Казахстану избежать газовой ошибки Узбекистана
35:46 - Как Узбекистан исправляет газовые ошибки: "А мы можем открыть не окошко, а дверь!"
37:20 - А есть ли у нас газопереработка?
41:32 - Из газа можно делать целлофановые пакеты. Казахстан потянет?
44:58 - Казахстан может зарабатывать в 25 раз больше. Как?
46:57 - Кто на самом деле готовит отчеты для министерства? Будете в шоке!
48:13 - Почему Казахстан упускает фантастические возможности
53:30 - "Да какая стратегия в 2029 году …"
54:39 - "Проблема Казахстана не в коррупции". А в чем?
56:01 - Казахстан – один из лидеров в мире по уранам. Что у нас там?
58:36 - Про АЭС в Казахстане: за какого производителя Аскар?
1:03:18 - А не лучше ли вместо АЭС газ?
Подробно поговорили про газ: эта индустрия у нас недооценивается на официальном уровне. Сколько у Казахстана на самом деле газа, какой потенциал, какие ошибки мы совершаем, как на наш газ влияет Россия, почему мы должны учиться на ошибках Узбекистана, что общего у газа и картошки, почему Казахстан до сих пор не газифицирован до конца и как связаны АЭС и газ.
00:00 - Тизер
01:18 - Что у Казахстана с газом? Какой у нас газ?
03:19 - "Газ – это новая нефть"
04:27 - Почему Казахстан не Катар
05:15 - Сколько газа у Казахстана: официальные цифры и реальные
08:27 - На какие данные опираться инвесторам?
09:10 - Международные консультанты не хотели развития Казахстана по газу?
10:41 - Насколько легко добывать казахстанский газ?
15:16 - И еще одна подсказка министерству энергетики РК
15:49 - Про экономическую целесообразность газа
18:11 - Про казахстанскую технологию закачки газа
19:41 - В казахстанском газе – монополия. Что не так с системой?
23:57 - Январские события случились из-за газа. Повысится ли газ снова?
27:32 - А почему у нас половина Казахстана не газифицирована, если у нас столько газа?
29:40 - Построить газопровод, оказывается, не проблема. А в чем проблема?
30:16 - Казахстану стоит присосаться к российской трубе газа? А почему нет?
33:37 - Как Казахстану избежать газовой ошибки Узбекистана
35:46 - Как Узбекистан исправляет газовые ошибки: "А мы можем открыть не окошко, а дверь!"
37:20 - А есть ли у нас газопереработка?
41:32 - Из газа можно делать целлофановые пакеты. Казахстан потянет?
44:58 - Казахстан может зарабатывать в 25 раз больше. Как?
46:57 - Кто на самом деле готовит отчеты для министерства? Будете в шоке!
48:13 - Почему Казахстан упускает фантастические возможности
53:30 - "Да какая стратегия в 2029 году …"
54:39 - "Проблема Казахстана не в коррупции". А в чем?
56:01 - Казахстан – один из лидеров в мире по уранам. Что у нас там?
58:36 - Про АЭС в Казахстане: за какого производителя Аскар?
1:03:18 - А не лучше ли вместо АЭС газ?
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
YouTube
Самая опасная монополия в Казахстане? Почему газ — это вопрос картошки?
Телеграм-канал Аскара:
https://t.me/pacedotin
Снято в студии Микроправо:
https://wa.oia.bio/micropravo
https://t.me/micropravo
Заказать рекламу на нашем канале:
zanamiviehali@mail.ru
Гостем снова стал Аскар Исмалов - эксперт по нефти и газу, у которой…
https://t.me/pacedotin
Снято в студии Микроправо:
https://wa.oia.bio/micropravo
https://t.me/micropravo
Заказать рекламу на нашем канале:
zanamiviehali@mail.ru
Гостем снова стал Аскар Исмалов - эксперт по нефти и газу, у которой…
ЛЁД ТРОНУЛСЯ?
На фоне "обеспокоенности" может стоять вполне логичная передача строительства газоперерабатывающего завода Казмунайгазу. Why not? - как говорят американцы. Такие "вбросы" не бывают просто так. Даже вопросы реализации газохимических проектов никогда не вызывали "обеспокоенности"... ))
На фоне "обеспокоенности" может стоять вполне логичная передача строительства газоперерабатывающего завода Казмунайгазу. Why not? - как говорят американцы. Такие "вбросы" не бывают просто так. Даже вопросы реализации газохимических проектов никогда не вызывали "обеспокоенности"... ))
Поздравление с Днём химика!
Дорогие коллеги, партнёры и профессионалы химической отрасли!
От всей души поздравляем вас с профессиональным праздником — Днём химика! Ваш труд — это основа устойчивого промышленного развития, аграрного роста, технологического прогресса и энергетической независимости нашей страны.
Казахстанская химическая отрасль охватывает широкий спектр направлений — от базовой химии и нефтехимии до агрохимии и производства полимеров. Сегодня мы с гордостью перечисляем компании, которые двигают отрасль вперёд:
Государственные и системообразующие предприятия:
• КазАзот
• Samruk-Kazyna Ondeu
• Kazakhstan Petrochemical Industries Inc. (KPI Inc.)
• KMG PetroChem Ltd.
• СКЗ-U и СКЗК
• ХИМ-Плюс
• Полимер Продакшн
• АО «УК СЭЗ Химический парк Тараз»
Промышленные химические производства:
• Каустик (Павлодар)
• Аралтуз (Кызылорда)
• Talas Investment Company (Жамбылская обл.)
• Нефтехим Ltd.
Производители технических газов и нефтегазовой химии:
• Linde Gas Kazakhstan
• CGK – Chemicals Global Kazakhstan
• Petro Chemical Company
• Air Liquide Munay Tech Gases
Полимерная и потребительская химия:
• Alempolymer
• Шпагат KZ
• STEP
• ПромБытХим
• Спутник-1
• AkDez
Также поздравляем:
• Solvay Central Asia
• Kemel Eurasia
• Himpharm (г. Шымкент)
• Farmak Интернационал
• Basf Central Asia (офис в Алматы)
• СИБУР
• Татнефть
• ЛУКОЙЛ Лубрикантс Центральная Азия
Спасибо вам за стойкость, изобретательность и преданность профессии. Пусть ваш вклад в науку и промышленность будет по достоинству оценен, а каждый проект — успешным и безопасным.
С праздником!
И видео-поздравление от СИБУРа!
С уважением,
PACE
Дорогие коллеги, партнёры и профессионалы химической отрасли!
От всей души поздравляем вас с профессиональным праздником — Днём химика! Ваш труд — это основа устойчивого промышленного развития, аграрного роста, технологического прогресса и энергетической независимости нашей страны.
Казахстанская химическая отрасль охватывает широкий спектр направлений — от базовой химии и нефтехимии до агрохимии и производства полимеров. Сегодня мы с гордостью перечисляем компании, которые двигают отрасль вперёд:
Государственные и системообразующие предприятия:
• КазАзот
• Samruk-Kazyna Ondeu
• Kazakhstan Petrochemical Industries Inc. (KPI Inc.)
• KMG PetroChem Ltd.
• СКЗ-U и СКЗК
• ХИМ-Плюс
• Полимер Продакшн
• АО «УК СЭЗ Химический парк Тараз»
Промышленные химические производства:
• Каустик (Павлодар)
• Аралтуз (Кызылорда)
• Talas Investment Company (Жамбылская обл.)
• Нефтехим Ltd.
Производители технических газов и нефтегазовой химии:
• Linde Gas Kazakhstan
• CGK – Chemicals Global Kazakhstan
• Petro Chemical Company
• Air Liquide Munay Tech Gases
Полимерная и потребительская химия:
• Alempolymer
• Шпагат KZ
• STEP
• ПромБытХим
• Спутник-1
• AkDez
Также поздравляем:
• Solvay Central Asia
• Kemel Eurasia
• Himpharm (г. Шымкент)
• Farmak Интернационал
• Basf Central Asia (офис в Алматы)
• СИБУР
• Татнефть
• ЛУКОЙЛ Лубрикантс Центральная Азия
Спасибо вам за стойкость, изобретательность и преданность профессии. Пусть ваш вклад в науку и промышленность будет по достоинству оценен, а каждый проект — успешным и безопасным.
С праздником!
И видео-поздравление от СИБУРа!
С уважением,
PACE
ТАК НУЖНЫ ЛИ НЕФТЕХРАНИЛИЩА?
Из-за проблем с экспортом нефти Казахстан потерял 2,3 млрд США. Что можно было построить:
🤍 в среднем от 7 до 12 млн тонн хранения нефти;
🤍 если использовать недорогие решения (готовая площадка, минимальная автоматизация), то до 20–23 млн тонн.
Это сопоставимо с 4–6-месячным экспортом нефти Казахстана, и вполне позволяет говорить о создании стратегического резерва или большого хаба для экспорта в ЕС и Китай.
То есть и нефть не додобыли (снизили объемы), и прибыль потеряли, и нефтехранилища не построили.
Из-за проблем с экспортом нефти Казахстан потерял 2,3 млрд США. Что можно было построить:
Это сопоставимо с 4–6-месячным экспортом нефти Казахстана, и вполне позволяет говорить о создании стратегического резерва или большого хаба для экспорта в ЕС и Китай.
То есть и нефть не додобыли (снизили объемы), и прибыль потеряли, и нефтехранилища не построили.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
БУДУЩЕЕ ГАЗА (часть 4). РИСКИ И ШАМПАНСКОЕ
Чтобы иметь доступ к крупнейшим потребительским рынкам, необходимо своевременно и решительно решать вопросы логистики и инфраструктуры. Азербайджан, начав разработку первой фазы месторождения Шах-Дениз в Каспийском море (добываемый газ поставляется на внутренний рынок, в Грузию и Турцию), практически сразу приступил к анализу путей экспорта газа в Европу. Осознав, что трубопроводный проект Nabucco, поддерживаемый Европейской комиссией, носит чрезмерно политизированный характер и подвержен внешним влияниям, официальный Баку принял решение действовать самостоятельно.
Сначала была достигнута договорённость с Турцией, затем с международными партнёрами по Шах-Денизу. В результате в 2020 году был введён в эксплуатацию Южный газовый коридор (Southern Gas Corridor) — масштабная трансграничная инфраструктура, охватывающая 3505 км, дважды пересекающая моря (Мраморное и Адриатическое) и обеспечивающая прямой доступ к европейскому рынку. Общий объём инвестиций в проект составил около 15 млрд долларов США. Этот шаг позволил Азербайджану не только закрепиться как надёжный поставщик для Европы, но и заложить фундамент для дальнейшего освоения месторождений Шах-Дениз и Абшерон (с запасами порядка 350 млрд кубометров газа).
Аналогичную стратегию реализует Саудовская Аравия. Энергетический гигант Saudi Aramco развивает один из крупнейших газовых проектов в своей истории — месторождение Джафура с извлекаемыми запасами более 6,5 трлн кубометров газа. Общий бюджет проекта оценивается в 100 млрд долларов США. В рамках реализации Aramco строит мощную инфраструктуру: газоперерабатывающий завод, установки фракционирования жидких фракций, систему компрессии и сеть трубопроводов протяжённостью около 1500 км. Параллельно компания ведёт поиск стратегических инвесторов в инфраструктуру, включая трубопроводы, при этом планируя сохранить контроль над активами.
Проект Джафура играет ключевую роль в амбициях Aramco занять значимое место на глобальном рынке природного газа и увеличить объёмы добычи газа на 60% к 2030 году до 160 млрд кубометров газа. Как и в случае с Азербайджаном, здесь ставка делается на долгосрочную диверсификацию и экспортную независимость — с опорой на внутренние ресурсы и стратегическое планирование.
Чтобы иметь доступ к крупнейшим потребительским рынкам, необходимо своевременно и решительно решать вопросы логистики и инфраструктуры. Азербайджан, начав разработку первой фазы месторождения Шах-Дениз в Каспийском море (добываемый газ поставляется на внутренний рынок, в Грузию и Турцию), практически сразу приступил к анализу путей экспорта газа в Европу. Осознав, что трубопроводный проект Nabucco, поддерживаемый Европейской комиссией, носит чрезмерно политизированный характер и подвержен внешним влияниям, официальный Баку принял решение действовать самостоятельно.
Сначала была достигнута договорённость с Турцией, затем с международными партнёрами по Шах-Денизу. В результате в 2020 году был введён в эксплуатацию Южный газовый коридор (Southern Gas Corridor) — масштабная трансграничная инфраструктура, охватывающая 3505 км, дважды пересекающая моря (Мраморное и Адриатическое) и обеспечивающая прямой доступ к европейскому рынку. Общий объём инвестиций в проект составил около 15 млрд долларов США. Этот шаг позволил Азербайджану не только закрепиться как надёжный поставщик для Европы, но и заложить фундамент для дальнейшего освоения месторождений Шах-Дениз и Абшерон (с запасами порядка 350 млрд кубометров газа).
Аналогичную стратегию реализует Саудовская Аравия. Энергетический гигант Saudi Aramco развивает один из крупнейших газовых проектов в своей истории — месторождение Джафура с извлекаемыми запасами более 6,5 трлн кубометров газа. Общий бюджет проекта оценивается в 100 млрд долларов США. В рамках реализации Aramco строит мощную инфраструктуру: газоперерабатывающий завод, установки фракционирования жидких фракций, систему компрессии и сеть трубопроводов протяжённостью около 1500 км. Параллельно компания ведёт поиск стратегических инвесторов в инфраструктуру, включая трубопроводы, при этом планируя сохранить контроль над активами.
Проект Джафура играет ключевую роль в амбициях Aramco занять значимое место на глобальном рынке природного газа и увеличить объёмы добычи газа на 60% к 2030 году до 160 млрд кубометров газа. Как и в случае с Азербайджаном, здесь ставка делается на долгосрочную диверсификацию и экспортную независимость — с опорой на внутренние ресурсы и стратегическое планирование.
ШУКРАН, ХАБИБИ
Ведущий новостной портал, посвящённый нефтегазовой и энергетической отрасли Ближнего Востока Oil & Gas Middle East начал цитировать мои тезисы и аналитику.
В данном случае мои доводы относительно причин нарушения квот ОПЕК+ со стороны Казахстана на что были объективные причины.
Очень важно, что на ведущих ближневосточных ресурсах обратили внимание на мои слова, так как в регионе началось складываться негативное впечатление о Казахстане как о стране не исполняющий договоренности ОПЕК+.
Ведущий новостной портал, посвящённый нефтегазовой и энергетической отрасли Ближнего Востока Oil & Gas Middle East начал цитировать мои тезисы и аналитику.
В данном случае мои доводы относительно причин нарушения квот ОПЕК+ со стороны Казахстана на что были объективные причины.
Очень важно, что на ведущих ближневосточных ресурсах обратили внимание на мои слова, так как в регионе началось складываться негативное впечатление о Казахстане как о стране не исполняющий договоренности ОПЕК+.
Oil & Gas Middle East
Opinion: Oil Puzzle: Why is Kazakhstan in the Crosshairs of OPEC+?
Kazakhstan's tensions with OPEC+ highlight the alliance's fragile balance between discipline, influence, and long-term trust.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
БУДУЩЕЕ ГАЗА (часть5)
Отмена монополии — это не просто шаг к конкуренции, это путь к росту, инвестициям и свободе выбора. Указ Президента Токаева о введении режима "открытого неба" стал наглядным примером: снятие ограничений на авиаперевозки позволило Атыраускому аэропорту превратиться в международный авиационный хаб. Туда пришли новые авиакомпании, увеличилось количество рейсов, а цены на билеты стали доступнее.
❕ Та же логика применима и к газовой отрасли. Когда один игрок контролирует всё — от добычи до распределения, нет стимула для эффективности и развития. Но если открыть рынок для частных и иностранных инвесторов, ввести справедливые правила и устранить искусственные барьеры, Казахстан получит новый импульс в газопереработке, экспорте и обеспечении внутреннего спроса.
👨💼 Конкуренция — это двигатель всей экономики.
Отмена монополии — это не просто шаг к конкуренции, это путь к росту, инвестициям и свободе выбора. Указ Президента Токаева о введении режима "открытого неба" стал наглядным примером: снятие ограничений на авиаперевозки позволило Атыраускому аэропорту превратиться в международный авиационный хаб. Туда пришли новые авиакомпании, увеличилось количество рейсов, а цены на билеты стали доступнее.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
ВОЗВРАЩАЯСЬ К ПРОГНОЗАМ
Министерство цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности РК заявило о поставке в Казахстан суперкомпьютера с производительностью около двух экзафлопс. Производительность в один экзафлопс означает, что машина может выполнять квинтиллион (число с 18 нулями) операций в секунду. Как утверждают в МЦРИАП, это самый мощный компьютер в Центральной Азии.
— отметили в министерстве.
По факту создаются все условия для реализации прогноза #🤍 , что казахстанские IT-специалисты будут в ТОП-3 в регионе Центральная Азия - Ближний Восток до 2030 года.
Министерство цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности РК заявило о поставке в Казахстан суперкомпьютера с производительностью около двух экзафлопс. Производительность в один экзафлопс означает, что машина может выполнять квинтиллион (число с 18 нулями) операций в секунду. Как утверждают в МЦРИАП, это самый мощный компьютер в Центральной Азии.
Это первый в истории Центрально-Азиатского региона суперкомпьютерный кластер. Он собран на новейших графических чипах NVIDIA H200, разработанных специально для задач искусственного интеллекта и высокопроизводительных вычислений...
— отметили в министерстве.
По факту создаются все условия для реализации прогноза #
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
БУДУЩЕЕ ГАЗА: ОБРАТНАЯ ЗАДАЧКА
В Казахстане применяется технология обратной закачки газа с высоким содержанием сероводорода обратно в пласт. Первоначально это решение рассматривалось как временная мера для поддержания пластового давления и увеличения нефтеотдачи. Однако всё больше фактов и экспертных заключений заставляют задуматься: а не пора ли пересмотреть эту практику?
Симуляционные модели и данные с месторождений показывают тревожные сигналы, закачанный газ начинает проникать в добывающие скважины. В результате в потоке нефти и газа появляется опасная концентрация сероводорода. Это не просто ухудшает качество сырья, но и создает прямые риски для безопасности, экологии и технической целостности оборудования. (А по истечению сроков СРП это оборудование переходит в собственность Казахстана). Возникают серьезные опасения по герметичности скважин, особенно тех, которые проектировались под другие условия.
Сегодня в отрасли звучит всё больше голосов за то, чтобы уходить от практики закачки высокосернистого газа и искать более устойчивые, безопасные и экономически оправданные решения. Вопрос не только в технологии, вопрос в долгосрочной устойчивости нашей нефтегазовой отрасли.
Определенно, пришло время сделать паузу, всё взвесить и выбрать курс, который не ставит под угрозу ни людей, ни ресурсы, ни будущее отрасли. Особенно, когда страна «залетает» в зону дефицита газа.
PS. К слову российский газ в ближайшем будущем будет не доступен для Казахстана. Легкоизвлекаемые газовые запасы в России истощаются. Газодобыча к 2040 году может рухнуть в 2 раза. По данным Госкомиссии по запасам (ГКЗ) РФ газовые запасы в ЯНАО выработаны почти на 75%.
В Казахстане применяется технология обратной закачки газа с высоким содержанием сероводорода обратно в пласт. Первоначально это решение рассматривалось как временная мера для поддержания пластового давления и увеличения нефтеотдачи. Однако всё больше фактов и экспертных заключений заставляют задуматься: а не пора ли пересмотреть эту практику?
Симуляционные модели и данные с месторождений показывают тревожные сигналы, закачанный газ начинает проникать в добывающие скважины. В результате в потоке нефти и газа появляется опасная концентрация сероводорода. Это не просто ухудшает качество сырья, но и создает прямые риски для безопасности, экологии и технической целостности оборудования. (А по истечению сроков СРП это оборудование переходит в собственность Казахстана). Возникают серьезные опасения по герметичности скважин, особенно тех, которые проектировались под другие условия.
Сегодня в отрасли звучит всё больше голосов за то, чтобы уходить от практики закачки высокосернистого газа и искать более устойчивые, безопасные и экономически оправданные решения. Вопрос не только в технологии, вопрос в долгосрочной устойчивости нашей нефтегазовой отрасли.
Определенно, пришло время сделать паузу, всё взвесить и выбрать курс, который не ставит под угрозу ни людей, ни ресурсы, ни будущее отрасли. Особенно, когда страна «залетает» в зону дефицита газа.
PS. К слову российский газ в ближайшем будущем будет не доступен для Казахстана. Легкоизвлекаемые газовые запасы в России истощаются. Газодобыча к 2040 году может рухнуть в 2 раза. По данным Госкомиссии по запасам (ГКЗ) РФ газовые запасы в ЯНАО выработаны почти на 75%.
БУДУЩЕЕ ГАЗА. ВЕРНУТЬ ФАЗУ 3
(мои комментарии в статье)
Когда мы говорим о нефтяной «дружбе» Казахстана и Италии, мы имеем в виду не просто экспорт нефти — речь идёт о многолетнем стратегическом партнёрстве. Сегодня Италия — это наш ключевой энергетический союзник в Европе. Через её порты проходит основная часть казахстанской нефти, идущей по Каспийскому трубопроводу, а затем — танкерами в Средиземное море.
Но логистика — лишь одна часть картины. Итальянская компания Eni — один из ключевых инвесторов в проекте Карачаганак, одном из крупнейших нефтегазовых месторождений страны. Сегодня Карачаганак даёт свыше 20 миллиардов кубометров газа в год и 11 млн тонн газового конденсата. И особенно важно, что в условиях глобального перехода к низкоуглеродной энергетике природный газ становится топливом переходного периода.
❗️ ❕ ‼️ В перспективе необходимо вернуться к обсуждению Фазы 3 разработки Карачаганакского месторождения, от которой ранее пришлось отказаться. По оценкам 2009–2010 годов, объём инвестиций в этот этап составлял около 25 миллиардов долларов. Сегодня, с учетом рыночной конъюнктуры и удорожания оборудования, речь может идти уже о 50 миллиардах долларов инвестиций. Это огромный стимул для экономики страны.
Теоретически месторождение при текущих запасах газа способно обеспечить добычу до 100 миллиардов кубометров ежегодно, который может быть направлен как на внутренние нужды — например, перевод автобусов в крупных городах на компримированный газ, — так и на экспорт. Речь может идти о поставках сжиженного газа, а также развитии логистики с использованием экологичного топлива, особенно в европейском направлении.
С учётом того, что срок действия соглашения о разделе продукции по Карачаганаку истекает в 2037 году, именно сейчас — оптимальное время для начала диалога с инвесторами о продлении соглашения и запуске новой фазы проекта.
Кроме того, в рамках дальнейшего расширения нефтегазовых проектов есть серьёзный потенциал для привлечения оборудования и технологий от ведущих итальянских производителей. Это касается и компримирования газа, и автоматизации, и проектирования, и экологического контроля. Это сотрудничество может стать не только экономическим, но и технологическим прорывом.
Итальянский бизнес хорошо знает наш рынок, доверяет Казахстану и продолжает быть важным партнёром на пути к энергетическому будущему.
https://www.inform.kz/ru/astana-rim-o-kazahstanskoy-pragmatike-s-italyanskim-aktsentom-c9d7a0
(мои комментарии в статье)
Когда мы говорим о нефтяной «дружбе» Казахстана и Италии, мы имеем в виду не просто экспорт нефти — речь идёт о многолетнем стратегическом партнёрстве. Сегодня Италия — это наш ключевой энергетический союзник в Европе. Через её порты проходит основная часть казахстанской нефти, идущей по Каспийскому трубопроводу, а затем — танкерами в Средиземное море.
Но логистика — лишь одна часть картины. Итальянская компания Eni — один из ключевых инвесторов в проекте Карачаганак, одном из крупнейших нефтегазовых месторождений страны. Сегодня Карачаганак даёт свыше 20 миллиардов кубометров газа в год и 11 млн тонн газового конденсата. И особенно важно, что в условиях глобального перехода к низкоуглеродной энергетике природный газ становится топливом переходного периода.
Теоретически месторождение при текущих запасах газа способно обеспечить добычу до 100 миллиардов кубометров ежегодно, который может быть направлен как на внутренние нужды — например, перевод автобусов в крупных городах на компримированный газ, — так и на экспорт. Речь может идти о поставках сжиженного газа, а также развитии логистики с использованием экологичного топлива, особенно в европейском направлении.
С учётом того, что срок действия соглашения о разделе продукции по Карачаганаку истекает в 2037 году, именно сейчас — оптимальное время для начала диалога с инвесторами о продлении соглашения и запуске новой фазы проекта.
Кроме того, в рамках дальнейшего расширения нефтегазовых проектов есть серьёзный потенциал для привлечения оборудования и технологий от ведущих итальянских производителей. Это касается и компримирования газа, и автоматизации, и проектирования, и экологического контроля. Это сотрудничество может стать не только экономическим, но и технологическим прорывом.
Итальянский бизнес хорошо знает наш рынок, доверяет Казахстану и продолжает быть важным партнёром на пути к энергетическому будущему.
https://www.inform.kz/ru/astana-rim-o-kazahstanskoy-pragmatike-s-italyanskim-aktsentom-c9d7a0
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Казинформ
Астана – Рим: о казахстанской прагматике с итальянским акцентом
Визит Премьер-министра Италии Джорджи Мелони в Казахстан ознаменовал собой качественно новый этап в развитии двусторонних отношений между Астаной и Римом. О его результатах и перспективах «казахско-итальянской дружбы» - в материале аналитического обозревателя…
ГПЗ vs. КПО: ВЗГЛЯД БЕЗ ЭМОЦИЙ
В последние дни в информационном пространстве активно обсуждается «письмо», якобы направленное PSA в адрес консорциума KPO, в котором говорится о необходимости распустить совместную рабочую группу, отвечающую за реализацию проекта по строительству газоперерабатывающего завода. Однако важно понимать, что этот эмоциональный фон пока не имеет прямого отношения к дальнейшей разработке самого Карачаганакского месторождения.
Для широкой аудитории стоит пояснить: идея строительства ГПЗ изначально была привязана к запуску так называемой Фазы 3 разработки Карачаганака. Это логично, учитывая геологические особенности месторождения. Если бы речь действительно шла только о переработке «излишков» газа, то сначала следовало бы официально отменить текущую практику закачки сырого газа обратно в пласт. В противном случае выходит, что мы обсуждаем переработку газа, который по-прежнему возвращается в недра — то есть события начинают идти вразрез с реальностью.
Даже если акционеры и государство договорятся о строительстве ГПЗ, сам проект в лучшем случае потребует 5–7 лет на реализацию. Возникает вопрос: где он будет построен — на контрактной территории КПО и в пределах санитарной зоны, или на новом участке? Если речь идет о новом месте, то процесс потребует проведения общественных слушаний, согласования с местным населением, получения разрешений, а это долгий путь, особенно в условиях, когда никто не хочет повторения социальных конфликтов.
Таким образом, ГПЗ не является решением текущего дефицита газа. Его реализация должна обсуждаться в более широком контексте — в рамках будущей стратегии по Карачаганаку после окончания срока действия соглашения о разделе продукции (СРП), который истекает в 2037 году. Здесь же стоит вновь поднять вопрос о возврате к разработке Фазы 3, так как именно она обеспечит достаточные объемы газа как для внутреннего рынка, так и для возможного экспорта.
Есть и другой, не менее важный аспект — экономика проекта. По всей видимости, операторы указывают на низкую рентабельность строительства ГПЗ при текущих ценах на газ. Но тогда возникает логичный вопрос: почему бы не рассмотреть возможность интеграции газохимии? Карачаганакский газ содержит этан, пропан, бутан, которые являются базовыми компонентами для газохимического производства. Это бы не только повысило эффективность проекта, но и дало синергию с планами Министерства энергетики по модернизации НПЗ и строительству четвертого завода. Продукты вроде ЭТБЭ, этанола, алкилатов это важные компоненты высокооктановых и экологичных бензинов могут стать новым экспортным потенциалом Казахстана.
Однако текущая напряженность между акционерами и государством создает риски для инвестиционного климата. Это особенно чувствительно после позитивного завершения дела Стати, которое улучшило имидж Казахстана на международной арене. В такой момент важно не возвращаться к конфронтационной риторике, а наоборот — искать прагматичные и взаимовыгодные решения.
В последние дни в информационном пространстве активно обсуждается «письмо», якобы направленное PSA в адрес консорциума KPO, в котором говорится о необходимости распустить совместную рабочую группу, отвечающую за реализацию проекта по строительству газоперерабатывающего завода. Однако важно понимать, что этот эмоциональный фон пока не имеет прямого отношения к дальнейшей разработке самого Карачаганакского месторождения.
Для широкой аудитории стоит пояснить: идея строительства ГПЗ изначально была привязана к запуску так называемой Фазы 3 разработки Карачаганака. Это логично, учитывая геологические особенности месторождения. Если бы речь действительно шла только о переработке «излишков» газа, то сначала следовало бы официально отменить текущую практику закачки сырого газа обратно в пласт. В противном случае выходит, что мы обсуждаем переработку газа, который по-прежнему возвращается в недра — то есть события начинают идти вразрез с реальностью.
Даже если акционеры и государство договорятся о строительстве ГПЗ, сам проект в лучшем случае потребует 5–7 лет на реализацию. Возникает вопрос: где он будет построен — на контрактной территории КПО и в пределах санитарной зоны, или на новом участке? Если речь идет о новом месте, то процесс потребует проведения общественных слушаний, согласования с местным населением, получения разрешений, а это долгий путь, особенно в условиях, когда никто не хочет повторения социальных конфликтов.
Таким образом, ГПЗ не является решением текущего дефицита газа. Его реализация должна обсуждаться в более широком контексте — в рамках будущей стратегии по Карачаганаку после окончания срока действия соглашения о разделе продукции (СРП), который истекает в 2037 году. Здесь же стоит вновь поднять вопрос о возврате к разработке Фазы 3, так как именно она обеспечит достаточные объемы газа как для внутреннего рынка, так и для возможного экспорта.
Есть и другой, не менее важный аспект — экономика проекта. По всей видимости, операторы указывают на низкую рентабельность строительства ГПЗ при текущих ценах на газ. Но тогда возникает логичный вопрос: почему бы не рассмотреть возможность интеграции газохимии? Карачаганакский газ содержит этан, пропан, бутан, которые являются базовыми компонентами для газохимического производства. Это бы не только повысило эффективность проекта, но и дало синергию с планами Министерства энергетики по модернизации НПЗ и строительству четвертого завода. Продукты вроде ЭТБЭ, этанола, алкилатов это важные компоненты высокооктановых и экологичных бензинов могут стать новым экспортным потенциалом Казахстана.
Однако текущая напряженность между акционерами и государством создает риски для инвестиционного климата. Это особенно чувствительно после позитивного завершения дела Стати, которое улучшило имидж Казахстана на международной арене. В такой момент важно не возвращаться к конфронтационной риторике, а наоборот — искать прагматичные и взаимовыгодные решения.
Forwarded from Ресурсная линия
Небольшой ликбез для дилетантов
Так вышло по природе, что редкоземельные металлы (РЗМ) - самые дорогие и ценнейшие виды металлов, всегда попутные в Казахстане. Ну то есть, они «размазаны тонким слоем» в том или ином месторождении.
Например, в нефтянке эти «попутчики» есть в составе воды нефтяной смеси, но их никогда не оценивают специально.
Как очень редко их оценивают в месторождениях меди, урана, цинка и тд. Их выявляют, фиксируют, иногда включают в состав оценки проекта, но редко.
Почему? Потому что ядро экономики проекта ВСЕГДА составляет основное полезное ископаемое: углеводород, медь, молибден, уран, хром и тд.
Что это значит для РЗМ? Это значит, что если экономика/рентабельность основного ископаемого «не прет», никто специально не будет разрабатывать месторождение для РЗМ, даже найдя его в составе. Например, не реши ДГМК добывать медь, не было бы добычи рения.
Редкие случаи, когда РЗМ строит экономику проекта. В основном это старые отходы от обогащения/переработки основного сырья, в которых достаточно РМ/РЗМ, не извлеченных 30-70 лет назад в силу несовершенства или дороговизны технологий в отношении «попутчиков». Ничто никуда не исчезает. Даже в отходах. Всему свое время.
Поэтому когда у нас строят гос стратегию/программу по РМ/РЗМ в отрыве от основных металлов, то грамоты/интеллекта в этом мягко говоря немного 🤏
Так вышло по природе, что редкоземельные металлы (РЗМ) - самые дорогие и ценнейшие виды металлов, всегда попутные в Казахстане. Ну то есть, они «размазаны тонким слоем» в том или ином месторождении.
Например, в нефтянке эти «попутчики» есть в составе воды нефтяной смеси, но их никогда не оценивают специально.
Как очень редко их оценивают в месторождениях меди, урана, цинка и тд. Их выявляют, фиксируют, иногда включают в состав оценки проекта, но редко.
Почему? Потому что ядро экономики проекта ВСЕГДА составляет основное полезное ископаемое: углеводород, медь, молибден, уран, хром и тд.
Что это значит для РЗМ? Это значит, что если экономика/рентабельность основного ископаемого «не прет», никто специально не будет разрабатывать месторождение для РЗМ, даже найдя его в составе. Например, не реши ДГМК добывать медь, не было бы добычи рения.
Редкие случаи, когда РЗМ строит экономику проекта. В основном это старые отходы от обогащения/переработки основного сырья, в которых достаточно РМ/РЗМ, не извлеченных 30-70 лет назад в силу несовершенства или дороговизны технологий в отношении «попутчиков». Ничто никуда не исчезает. Даже в отходах. Всему свое время.
Поэтому когда у нас строят гос стратегию/программу по РМ/РЗМ в отрыве от основных металлов, то грамоты/интеллекта в этом мягко говоря немного 🤏
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
#EuroNews ПОТЕНЦИАЛ И СТРАТЕГИЯ ДОБЫЧИ НЕФТИ В КАЗАХСТАНЕ
🇪🇺 Еще один шаг к мировой медийной арене... А теперь собственно про нефть:
Казахстан наращивает добычу нефти за счет расширения производства на месторождении Тенгиз. Сегодня страна поставляет почти 2% мировой нефти, укрепляя свои позиции как ключевой игрок на глобальном энергетическом рынке.
Обсудили потенциал и стратегию добычи Казахстана.
🎥 Видео полностью доступно по ссылке: https://www.euronews.com/embed/2802608
Казахстан наращивает добычу нефти за счет расширения производства на месторождении Тенгиз. Сегодня страна поставляет почти 2% мировой нефти, укрепляя свои позиции как ключевой игрок на глобальном энергетическом рынке.
Обсудили потенциал и стратегию добычи Казахстана.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
БУДУЩЕЕ ГАЗА: ШАНС ОТ ВСЕМИРНОГО БАНКА
Президент Всемирного банка Аджай Банга предложил снять 10-летний запрет на финансирование ядерных проектов и одновременно дал понять: природный газ тоже может получить «зелёный свет». Особенно в развивающихся странах, где нужны устойчивые и масштабируемые решения для энергодефицита. Он называет это стратегией «всё из возможного» — от атома до геотермии.
Всемирный банк готовится пересмотреть свою политику в сфере энергетики. Впервые с 2013 года обсуждается возможность снять запрет на финансирование ядерной энергетики и проектов по добыче природного газа. Инициатором выступил президент Всемирного банка Аджай Банга, который продвигает новую стратегию, так называемый подход «всё из возможного». Это означает, что выбор источников энергии будет определяться не только климатической повесткой, но и реальными потребностями стран. В этом контексте природный газ вновь рассматривается как допустимый и даже необходимый источник энергии для развивающихся государств. Особенно для тех, где внедрение возобновляемых источников пока невозможно из-за отсутствия инфраструктуры, технологий или инвестиций. Банга подчёркивает: для стран с низким уровнем дохода критически важно иметь стабильное, масштабируемое и доступное энергоснабжение.
❕ Для Казахстана это уникальное окно возможностей. Мы обладаем значительными запасами газа. Развитие газовой отрасли может стать драйвером роста, особенно если поддержка таких институтов, как Всемирный банк, будет направлена на инфраструктурные и перерабатывающие проекты.
Однако есть ключевое условие: для привлечения этих инвестиций Казахстану необходимо изменить правила игры. Если Казахстан хочет воспользоваться этим историческим моментом, нужно обеспечить защиту инвестиций и справедливое распределение рисков и возможностей. В противном случае средства Всемирного банка и частных фондов уйдут в другие страны региона, например, в Узбекистан, где уже идут системные реформы.
Сегодня газ это всё ещё «топливо переходного периода». Но через 5–7 лет мировая финансовая система окончательно переориентируется только на возобновляемые источники. И тогда возможность развития газовой отрасли будет упущена. Казахстану нельзя терять время.
Президент Всемирного банка Аджай Банга предложил снять 10-летний запрет на финансирование ядерных проектов и одновременно дал понять: природный газ тоже может получить «зелёный свет». Особенно в развивающихся странах, где нужны устойчивые и масштабируемые решения для энергодефицита. Он называет это стратегией «всё из возможного» — от атома до геотермии.
Всемирный банк готовится пересмотреть свою политику в сфере энергетики. Впервые с 2013 года обсуждается возможность снять запрет на финансирование ядерной энергетики и проектов по добыче природного газа. Инициатором выступил президент Всемирного банка Аджай Банга, который продвигает новую стратегию, так называемый подход «всё из возможного». Это означает, что выбор источников энергии будет определяться не только климатической повесткой, но и реальными потребностями стран. В этом контексте природный газ вновь рассматривается как допустимый и даже необходимый источник энергии для развивающихся государств. Особенно для тех, где внедрение возобновляемых источников пока невозможно из-за отсутствия инфраструктуры, технологий или инвестиций. Банга подчёркивает: для стран с низким уровнем дохода критически важно иметь стабильное, масштабируемое и доступное энергоснабжение.
Однако есть ключевое условие: для привлечения этих инвестиций Казахстану необходимо изменить правила игры. Если Казахстан хочет воспользоваться этим историческим моментом, нужно обеспечить защиту инвестиций и справедливое распределение рисков и возможностей. В противном случае средства Всемирного банка и частных фондов уйдут в другие страны региона, например, в Узбекистан, где уже идут системные реформы.
Сегодня газ это всё ещё «топливо переходного периода». Но через 5–7 лет мировая финансовая система окончательно переориентируется только на возобновляемые источники. И тогда возможность развития газовой отрасли будет упущена. Казахстану нельзя терять время.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM