Японское бистро (или как это назвать) «Кай Кан» в подвале на Рождественском бульваре, 20, стр. 1, — место, построенное быстро, но продуманное и, чего этого слова бояться, ритусное.

Оно посвящено токийским улицам, и там есть японский светофор, например, и другие детали с историей. Например, аппараты для разогрева еды из «Боинга» или тележка, в которой развозили еду в «Трансаэро».
Или настоящая автобусная остановка (единственная в Москве, на которой можно легально пить пиво или саке; правда, и автобус не приедет) — она, правда, российского производства.

Все это придумал ресторатор Кирилл Саркисов, он придумал и то, какой (японский стритфуд и около) должна быть в «Кай Кане» еда, и позвал на кухню сразу трёх шефов (Андрей Пахомов, Валерий Аничин, Анатолий Криницкий), которые с японской кухней плотно не работали: так интереснее. И вообще в планах у Кирилла — увлекательная франшизная история, где каждое новое место будет посвящено отдельным районам Токио; со специалитетами, этим районам присущими.

Три шефа, уличная еда — но тут устраивают и шефские ужины (6000 рублей за семь-восемь подач, цена совсем не московская) в дальнем зальчике, где столики собраны из пластиковых ящиков для бутылок.

А на входе встречает чайник с холодным зелёным чаем, наливают входящем в чашечки, в которых подают также и саке.

Место (по нынешним временам) демократичное, цены в среднем 500-700 р. за блюдо, самые дорогие позиции — бенто, обеденные наборы по 880 р. Есть японский чай, игристый чай, саке от 450 р. за 80 мл (и есть баночные по 1350 р. за 200 мл) и настойки на саке.

Соответственно, вполне понятно, почему там татаки из тунца простенькое, как и рамен тоже простенький — без заморачивания с долгими бульонами и с тонкой лапшой, которая довольно быстро приобретает любимое московское состояние: не аль денте. («Мы пробовали меньше варить, — говорит Кирилл. — Жалуются».) За раменами и татаки нужно ходить в другие места — хотя маринованное яйцо в лапше очень даже хорошенькое; жалко даже, что нет его в меню отдельного.

Зато неплохие гёдза с сочной и с толком пряной начинкой (на фото — с курицей; я люблю тесто поэластичнее, но тут, видно, как с лапшой). Красивый кацу сандо на хлебе, который там же и делают: порядочный свиной шницель в хрустящей панировке, дополненный томатным джемом и ярким в своих кислинках салатом из красной капусты, сельдерея и изюма.

И классные креветки в кляре: внутри хрустящие как надо (не везде и в дорогих местах такое бывает), а главное отличный кляр. Он как хворост, что ли: такой же вкусный жареный хрум-хрум.
Кирилл сказал, что над ним долго работали, добиваясь того, чтобы оставался хрустящим до 45 минут. Я оставил одну штучку специально напоследок — проверить: не знаю про 45, но через 20 минут — да, он был таким же; и остывшая креветка осталась такой же привлекательной.

Десерты для «Кай Кана» делает Мария Юса, она наполовину японка и живёт в Японии, но открыла не так давно в Москве цех. Её работ я, правда, не попробовал.
Зато попробовал тирамису с васаби и матчей, который делает Кирилл: это теперь один из моих любимых московских тирамису. Васаби там в креме, его не слишком много, чисто для вкусового оттенка. И всё так кофейно, и так здорово пропитано.