"Вокруг качелей по Исакиевской площади прогуливается в пышных, великолепных экипажах все, что ни есть богатого и знатного в столице. В последний день праздника обыкновенно императорская фамилия делает честь своим присутствием сему отечественному гулянью. Нынешний год в субботу и воскресенье считалось здесь более 4000 карет. Число сие покажется удивительным, когда вспомнишь, что в царствование Анны Иоанновны в целом Петербурге не было ста карет!

Один из остроумных наблюдателей наших сказал, что по положению в карете можно узнавать, кто таковы и каких свойств люди, в оных сидящие. Увидя женщину и мужчину зевающими и наблюдающими глубокое молчание, легко догадаешься, говорит он, что то щастливая чета; брат с сестрою смотрят один в одно окно, а другая - в другое; влюбленные занимаются сами собою, игроки дремлют, доктора читают книги и газеты и проч. Но прошу его показать мне такого мудреца, который бы различил по богатству экипажей состояния людей? Как часто четверка вороных, Йохимова карета, или верховая лошадь бывают променены на благосостояние семейства, а иногда, увы! куплены ценою слез, коварства и отчаяния! Многие, говорит еще почтенный наблюдатель, весь век служат в карете, а еще большее число для того, чтобы иметь карету!".

1817

из рассказов издателя Павла Свиньина о весенних качелях на Исаакиевской площади. Другие фрагменты можно прочесть здесь:

#петербургпавласвиньина

#петербургнапленку

Дворами.

"Игорь..."

"На Невском располагались самые дорогие и фешенебельные магазины, из которых многие принадлежали иностранцам. Товары были в большинстве случаев заграничные. Из-за границы везли всякую гастрономию: итальянскую салями, английские сыры, швейцарский шоколад, вестфальскую ветчину, шотландские селедки, французские сардины, устрицы, омары, вина. Даже русские товары стремились выдать за иностранные: фирма Елисеева ввозила, рассказывали, в год 10 000 ведер заграничных вин, а продавала 1 000 000. Ввозили ткани, мебель, посуду, хрусталь, ковры, люстры, мелкую галантерею, всякую ерунду, вплоть до фиалок из Ниццы и тюльпанов из Голландии, которые специально прибывали к Пасхе.

Дамы заказывали туалеты и белье в Париже, мужчины - костюмы и галстуки в Лондоне; специальные агенты снимали мерку, передавали заказ по телефону, и через неделю клиент мог надеть костюм с маркой лучшей лондонской фирмы. Вся эта роскошь была рассчитана на расточительство аристократии и купечества, на барские прихоти и щегольское хвастовство:

«Этот галстук я купил во французском магазине на Невском!».

Выгодными клиентами этих магазинов были богатые провинциалы, стремившиеся усвоить блеск столичной моды.

Некоторые наиболее фешенебельные магазины не имели вывесок, как, например, английский, помещавшийся там, где сейчас находится кино «Баррикада». В нем продавали настоящие английские товары, исключительно прочные и исключительно дорогие. Когда-то приехавший запросто в этот магазин Николай I встретил здесь (уже после смерти Пушкина) Натали Пушкину и немедленно выдал ее замуж за Ланского".

из записок театрального художника Михаила Григорьева о Петербурге 1910-х годов. Другие фрагменты здесь:

#петербурггригорьева

Под смеющимся первоапрельским солнцем.

В кулуарах Невского.

Барки, дебаркадеры и садки на весенней Фонтанке. По мотивам старинной фотокарточки.

#самодвижущийсяпитер

"Исключением из всех этих судов были живорыбные садки, которые круглый год стояли на одном месте и жили одинаковой жизнью и летом, и зимой. Садок - это большая баржа с надстройкой, на которой располагались торговые, складские и жилые помещения для приказчиков и рабочих. У этих садков стояли подсобные суда-садки в прямом смысле слова с живой рыбой. Зимой живая рыба добывалась подледным ловом в заливе. На месте лова она замерзала и немедленно гужом на санях доставлялась к садкам. В садках и чанах большая часть ее оживала.

Забавно было видеть, как на деревянной барже из возведенной кирпичной трубы валил дым. В торговом помещении стояли чаны с живой рыбой, навалом на рогожах лежала мороженая рыба - судаки, лещи, сиги, окуни, корюшка и др. По бокам от входа стояли дыбом громадные замороженные белуги, в 2 аршина и более. В бочках - соленая рыба, рядом в окоренках - икра всевозможных сортов. Над прилавком висели громадные коромысловые весы с медными цепями и тарелками, рядом маленькие чашечные весы.

Такие садки стояли на Неве, Невках и Фонтанке. Особенно большие садки стояли на Неве против Сената и на Фонтанке у Аничкова моста. Они славились разнообразием отборного товара, и цены здесь были повыше, покупатели побогаче. В остальные садки приходила публика проще. Больше всего покупателей было в масленицу и посты, когда многие не ели мясного. Среди покупателей встречались и такие, у которых денег было мало, а полакомиться вкусной икрой хотелось. И вот приходили такие «покупатели» со своей булкой, подавали ее приказчику, прося помазать ее икрой то того, то другого сорта, чтобы попробовать, прежде чем купить. Так они «пробовали» несколько сортов, а потом, находя, что икра-де горьковата или солоновата, уходили, неплохо закусив, провожаемые недоброжелательными взорами хозяев и продавцов".

из воспоминаний о Петербурге конца 19-го века

#самодвижущийсяпитер

Подворотные тени.

Géométrie de la ville.

Апрельский вайб.

Лекала подворотен.

День, улица, фонарь,...

Вновь выступил диктующим во всероссийской общественно-образовательной акции "Тотальный диктант". Событие прошло на площадке пивоваренного завода "Балтика".

В этот раз участники писали фрагмент работы писательницы Марины Москвиной про Арктику. Это уже третье мое выступление в роли чтеца "Тотального диктанта".

ЖИЛЕЦ. - Жильцы, нанимающие квартиры, хотя бы без письменных с хозяевами условий, за неплатеж денег, по принесении жалобы принуждаются полициею к выезду; им даётся срок для приискания другой квартиры. - Если произойдет в доме пожар, от небрежения жильца, договаривавшагося ответствовать в этом случае, то убыток взыскивается с него.

Из краткого юридического словаря 1834 года, который не переиздавался двести лет, другие интересные термины читайте под заголовком:

#иноеправо1834

Взять под козырёк.

Нечто кафкианское в городе.

"Маленькие приземистые буксиры целый день таскали караваны барж по Неве и ее рукавам. Спускаясь по течению, они перед мостом разворачивали караван вверх по течению и медленно спускались под арку. Проходя мосты, буксиры откидывали свою трубу. Это обстоятельство способствовало развитию своеобразного спорта среди мальчишек. Завидев направляющийся к мосту буксир, мальчишки бежали к пролету. Когда буксир, откинув трубу, шел под мостом, юные спортсмены старались плюнуть так, чтобы попасть в дымящееся отверстие основания трубы. Отплевавшись, перебегали на другую сторону моста, чтобы повторить описанную операцию при выходе буксира из-под моста. Если буксир не имел закрытой рубки, а шкипер открыто стоял у рулевого колеса, мишенью выбиралась его борода.".

из записок театрального художника Михаила Григорьева о Петербурге 1910-х годов. Другие фрагменты здесь:

#петербурггригорьева

#самодвижущийсяпитер

"Подъезды хороших квартир обслуживались швейцарами. Они набирались из тех дворников, которые были пообходительней, состарились и не могли уже выполнять тяжелую работу. Также требовалась благообразная внешность и учтивость. Жили они в каморке под лестницей, убирали парадную лестницу (черную убирали дворники), натирали мозаичные площадки для блеска постным маслом, чистили медные ручки дверей, в общем работа была не тяжелая, но беспокойная - ночью по звонку запоздавшего жильца надо было отпирать дверь, особенно в праздники, когда ходили в гости. Хозяин выдавал им всем обмундирование - ливрею, фуражку с золотым позументом; часто эта, пришедшая, по-видимому, с Запада, форма одежды не гармонировала с русским лицом.

Швейцары пользовались заслуженным доверием хозяев квартир, часто при отъездах на дачи им оставляли ключи от квартиры, поручали поливать цветы. Как правило, кроме жалованья от хозяина они получали еще и от квартирохозяев. Они старались как можно лучше обслужить своих жильцов, оказывать им разные услуги. Если приходил незнакомый человек, они спрашивали, к кому он идет, и следили за ним; если кто-нибудь незнакомый выносил вещи, они справлялись, спрашивали хозяев и тогда только выпускали. Те парадные, на которых не было швейцаров, на ночь запирались, и обслуживали их ночные дежурные дворники, вызываемые по звонку. Интересно отметить, что до самой революции в доме Тарасовых для вызова дворников звонки были не электрические, а воздушные - за розеткой кнопки находилась большая резиновая груша, от нее шла тонкая свинцовая трубка к звонку, при нажатии кнопки воздух нажимал язычок звонка и колебал его. К квартирам с лестниц звонки обычно были ручные".

из воспоминаний о старом Петербурге 1890-х годов.

#петербургнапленку

Я не знал, отчего проснулся
И печаль о тебе легка,
Как над миром стеклянных улиц -
Розоватые облака.
 
Мысли кружатся, тают, тонут,
Так прозрачны и так умны,
Как узорная тень балкона
От летящей в окно луны.

И не надо мне лучшей жизни,
Сказки лучшей – не надо мне:
В переулке моём – булыжник,
Будто маки в полях Монэ.


#стихироальдамандельштама

Fleurs printanières de la ville.