Слова в день 9-го мая в 2024 году если не сложнее отыскать, то точно сложнее собрать: угловато, скомкано, с близко ощущаемой пустотой умолчания. Всегда было, но сейчас будто ещё больше того, что не скажешь, не ухватишь, не достанешь.

День Победы над фашизмом, империализмом, милитаризмом. День памяти о жертвах и подвигах. День, сообщающий нам о сопротивлении чудовищу фашизма. Сейчас фашизм все ближе, жестокость империализма все нагляднее, война — с близостью которой не поспоришь — теперь где-то уже за грудной клеткой, унесшая близкого друга. А сопротивление не исчезает — с надеждой или без.


Перечитаю в N раз «Реквием» Роберта Рождественского:

…

Ой, зачем ты, солнце красное,
все уходишь —
не прощаешься?
Ой, зачем с войны безрадостной,
сын,
не возвращаешься?
Из беды тебя я выручу,
прилечу орлицей быстрою…
Отзовись,
моя кровиночка!
Маленький.
Единственный…

…

//

…

Не пугайтесь!
Однажды мы вас потревожим во сне.
Над полями свои голоса пронесем в тишине.
Мы забыли, как пахнут цветы.
Как шумят тополя.
Мы и землю забыли.
Какой она стала, земля?
Как там птицы?
Поют на земле
без нас?
Как черешни?
Цветут на земле
без нас?
Как светлеет река?
И летят облака
над нами?
Без нас.

…

//

…

Песню свою отправляя в полет, —
помните!
О тех,
кто уже никогда не споет, —
помните!

Детям своим расскажите о них,
чтоб
запомнили!
Детям детей
расскажите о них,
чтобы тоже
запомнили!

Во все времена бессмертной Земли
помните!
К мерцающим звездам ведя корабли, —
о погибших
помните!

Встречайте трепетную весну,
люди Земли.
Убейте войну,
прокляните
войну,
люди Земли!

Мечту пронесите через года
и жизнью
наполните!..
Но о тех,
кто уже не придет никогда, —
заклинаю, —
помните!

1962

Просто размышление про сериал

Вспомнилось тут о сериале «Медведь».

Сейчас еще только 5 января, поэтому если и выступать в жанре рекомендации, то точно время подходящее, ведь еще есть время на какой-то новый сериал (так что если вы не смотрели, то очень советую, «Медведь» небольшой и очень красивый, интересный и сложный), но вот про себя понимаю, что если бы я не смотрел его, то наверное и не стал бы делать этого сейчас, потому что вот-вот должна выйти вторая часть «Разделения» (Severance), которую очень жду. Но мне повезло, потому что «Медведя» я уже смотрел, а сейчас, в новогодние праздники, когда можно отдохнуть, спокойно поработать над важными штуками, мне вспомнилось две серии последнего сезона.

В третьем сезоне есть эпизод 6, «Napkins». Эту серию можно посмотреть как отдельную маленькую историю, не особо погружаясь вообще в сам сериал, его историю и героев.

Итак, Чикаго. Есть женщина, Тина. Она теряет работу, увольнение сильно бьет по финансам семьи — ее мужа, Дэвида, который трудится швейцаром, пока не повысили, деньги необходимы. И она не опускает руки, а готовит резюме, ездит по городу от собеседования к собеседованию, от вакансии к вакансии, от отказа к отказу. В конце тяжелого пути Тину ждет необычная, полная тепла, откровенной солидарности и поддержки, встреча. Но тут лучше посмотрите!

Я не знаю, как еще можно дать затравку про эту серию. Думаю, что она выступает отличной зарисовкой жизни рабочего класса сегодня — это очень интернационально, тут настолько тонко продемонстрированы картинки универсального опыта, что невозможно оторваться, невозможно не просто не сопереживать, нет, это буквально про саму жизнь, что ли. Потеря работы, стресс, отказы, отказы, отказы, та жестокая необходимость, что гонит и причиняет страдания, причина слез и угрюмых, усталых лиц по всему миру. Куча мелких деталей в этой серии, которые узнаваемы из собственного опыта.

Есть несколько важных штук, которые делают эту серию удивительно честной и тоже словно размывают сам Чикаго, показывая, что это есть в каждом городе.

Во-первых, это мощнейший образ той силы, которая есть в человеке — не опустить руки, не сдаться, дать отпор обстоятельствам. Но это не атланты, не люди из глянца или книжек про успех, не гениальные одиночки. Это то, чем живет рабочий класс каждый день, то, что он вынужден, кажется, проявлять — стойкость, силу, надежду в конце концов. Разве не надежда, что когда-то все наладится, когда-то все изменится, толкает нас вперед?

Во-вторых, это любовь и семейный быт — отношения с Дэвидом, его поддержка, как часть той же повседневности, где есть тяжелая работа или проблемы с ней. Удивительная картина, которая встречается, которая есть, которую нельзя забывать, что под давлением, под жизнью, в которой так много ограничений, внутри этой жизни рабочего класса есть так много любви, так много поддержки, что это вполне себе источник колоссальной силы.

Третьей штукой отмечу супер важную историю про противоречия внутри рабочего класса. Тина сталкивается с молодыми людьми, которые успешнее, отношение которых к ней неприятно Тине (ну как отношение, это незнакомцы, это люди по ту сторону ресепшена, это конкуренты за работу), которые могут получить ту работу, которая не получает она. И Тина злится. Еще бы, но какой пример! Она не озлобляется, не выплескивает на них свою злость, не поддается вот этому переносу. Да, «Медведь» это не политический сериал, но какую важную деталь он иллюстрирует: как часто рабочий класс разделяется, как одни его группы видят врагов в других, когда на деле они такие же. Короче, эту мысль стоит запомнить, но как здорово тут это схватывается. И как здорово и глубоко Тина рефлексирует это.

И наконец — это история солидарности, конечно же. Но тут надо серию посмотреть до конца.

Короче, картинки из этой серии держатся в моей голове. И если нет сил смотреть три сезона, то вот эту серию можно посмотреть самостоятельно и отдельно.

Ветра, пожары и эссе Майка Дэвиса

Вы наверняка видели эти или похожие фотографии. Лос-Анджелес, огонь, апокалипсис.

В Калифорнии уже несколько дней бушует огонь. Тысячи акров красной бури, десятки тысяч сгоревших зданий, ветер со скоростью 80 миль в чаc — горит от Малибу до Санта-Моники, Пасифик Палисейдс исчезает в огненных вихрях. Палисейдс, Итон, Лидия, Хёрст. Горят местечки богачей и знаменитостей, от огня бегут бездомные, тысячи эвакуированных, многие десятки тысячи домов Калифорнии без света, а заключенные отправлены на передовую борьбы с огнем за 5 долларов в час. Законы и практика штата. Пишут о 10 погибших, о десятках миллиардов долларов ущерба. Выживет ли рынок страхования Калифорнии? Что будет, когда пожар стихнет, когда стихия будет усмирена, а капитал, воплощенный в зданиях, потребует глотка жизни?

Стихия возвращается, не в первый и не в последний раз, а раз так, то значит есть причины, но сейчас кажется больше думают о другом, впрочем, как последнюю сотню лет или больше.

Есть интересный материал о том, что происходит с игроками рынка страхования сейчас.

Но часто вижу, что вспоминают об эссе Майка Дэвиса. Кто, если не он, когда речь идёт о экологии, о Лос-Анджелесе? А Дэвис и рассказывает, о чем думают, когда приходит пожар, ну и когда он уходит: результаты политики в конце концов становятся отличным топливом для возвращающейся стихии.

The Case for Letting Malibu Burn — почитайте это эссе.

Все-таки, несмотря на то, что эссе помогает лучше понять, что происходит в Лос-Анджелесе, и почему стихия беспощадна, эссе применимо вообще к отношениям капитализма и природы.

В надежде приручить стихию, богачи и их особняки возвращаются после пожаров — застройка расширяется, вводятся новые правила, рассуждают о новых огнеупорных материалах и практиках: раз что-то может быть защищено самым надежным образом, то почему восстановленный квартал элитного жилья не спасется в следующий раз?

«Два типа калифорнийцев продолжат жить рядом с огнем: те, кто может позволить себе восстановление (с непрямыми государственными субсидиями), и те, кто не может позволить себе жить где-либо еще», завершает свое эссе Дэвис.

И действительно. Стихия здесь, она возвращается, но страшным топливом для нее является нечто, происходящее от самого человека — и везде есть два вида, два класса. Те, кто восстановятся, и те, у кого нет иных шансов. Палисейдс, Анапа, пожары, мазут, разливы или ветра — что угодно, где угодно.

Эссе Дэвиса помогает понять, что происходит.