Отношение к выборам
В ходе исследования мы хотели протестировать популярные тезисы относительно выборов в стране. Для этого мы выбрали несколько утверждений, которые высказываются как со стороны официальной власти, так и представителей оппозиционного поля, и спросили респондентов, насколько они с ними согласны.
Первый тезис - "Эти выборы являются реальным шагом в сторону демократизации Казахстана” принадлежит официальной риторике и часто звучит из уст первых лиц страны. Оказалось, что казахстанцы склонны чаще соглашаться с ним: 55% сторонников и 33% противников. При этом, надо обратить, что чаще звучит не твердая, а относительная поддержка – “скорее согласен” (32%)
Второй тезис тоже скорее близок к официальному нарративу – "Оппозиционные партии получили возможность участвовать на этих выборах”. Здесь мы видим похожую картину: люди чаще соглашаются с этим утверждением, чем отвергают (50% и 30%). При этом здесь заметно выше доля затруднившихся с ответом – 20%.
Третий тезис – “Результаты выборов в Казахстане предопределены, от избирателей мало что зависит” часто можно услышать в социальных сетях от критично настроенных к власти людей. Как бы не казалось странным, но это утверждение тоже получило больше поддержки среди респондентов – 56%. Но, в отличие от первых двух случаев, здесь у опрошенных больше определенности – полностью согласных здесь 30%, а скорее согласных 26%.
Анализ данных по социально-демографическим параметрам не показал каких-либо значимых зависимостей. Но, есть корреляция с интересом к выборам. Чем ниже у граждан желание следить за кампанией, тем критичнее их отношение к выборам. Так в группе респондентов, которым выборы совершенно не интересны, тезисы официальной пропаганды насчет демократизации уже не заходят (55% не согласны).
Как можно интерпретировать такие результаты? Прежде всего, налицо амбивалентность общественного мнения, когда выборы кажутся вроде как движением в сторону демократии, но при этом есть сильный скепсис насчет возможности рядовых граждан влиять на их результаты. Этот казалось бы противоречивый взгляд на выборы может уживаться в головах значительной части электората. По данным анализа, примерно ¼ часть опрошенных одновременно поддерживают идею про демократизацию и, что от избирателей мало что зависит.
Такая алогичность, на мой взгляд, может быть связана с двумя моментами: во-первых, в Казахстане существенной является доля лояльных к режиму граждан, которых в той или иной степени все устраивает. Они хоть и будут считать, что от них ничего не зависит и выборы проходят по сценарию, но, тем не менее, будут поддерживать официальную риторику. В этой группе довольно популярен нарратив о поступательном развитии, о том, что “сейчас все равно чуть лучше, чем было ранее”.
Во-вторых, сказывается выявленный выше слабый интерес к выборной кампании как таковой, когда люди особо не вникают в тему, соответственно, когда задается вопрос, по которому у человека нет мнения, он склонен воспроизводить социально одобряемый ответ (который кажется наиболее распространенным).
В ходе исследования мы хотели протестировать популярные тезисы относительно выборов в стране. Для этого мы выбрали несколько утверждений, которые высказываются как со стороны официальной власти, так и представителей оппозиционного поля, и спросили респондентов, насколько они с ними согласны.
Первый тезис - "Эти выборы являются реальным шагом в сторону демократизации Казахстана” принадлежит официальной риторике и часто звучит из уст первых лиц страны. Оказалось, что казахстанцы склонны чаще соглашаться с ним: 55% сторонников и 33% противников. При этом, надо обратить, что чаще звучит не твердая, а относительная поддержка – “скорее согласен” (32%)
Второй тезис тоже скорее близок к официальному нарративу – "Оппозиционные партии получили возможность участвовать на этих выборах”. Здесь мы видим похожую картину: люди чаще соглашаются с этим утверждением, чем отвергают (50% и 30%). При этом здесь заметно выше доля затруднившихся с ответом – 20%.
Третий тезис – “Результаты выборов в Казахстане предопределены, от избирателей мало что зависит” часто можно услышать в социальных сетях от критично настроенных к власти людей. Как бы не казалось странным, но это утверждение тоже получило больше поддержки среди респондентов – 56%. Но, в отличие от первых двух случаев, здесь у опрошенных больше определенности – полностью согласных здесь 30%, а скорее согласных 26%.
Анализ данных по социально-демографическим параметрам не показал каких-либо значимых зависимостей. Но, есть корреляция с интересом к выборам. Чем ниже у граждан желание следить за кампанией, тем критичнее их отношение к выборам. Так в группе респондентов, которым выборы совершенно не интересны, тезисы официальной пропаганды насчет демократизации уже не заходят (55% не согласны).
Как можно интерпретировать такие результаты? Прежде всего, налицо амбивалентность общественного мнения, когда выборы кажутся вроде как движением в сторону демократии, но при этом есть сильный скепсис насчет возможности рядовых граждан влиять на их результаты. Этот казалось бы противоречивый взгляд на выборы может уживаться в головах значительной части электората. По данным анализа, примерно ¼ часть опрошенных одновременно поддерживают идею про демократизацию и, что от избирателей мало что зависит.
Такая алогичность, на мой взгляд, может быть связана с двумя моментами: во-первых, в Казахстане существенной является доля лояльных к режиму граждан, которых в той или иной степени все устраивает. Они хоть и будут считать, что от них ничего не зависит и выборы проходят по сценарию, но, тем не менее, будут поддерживать официальную риторику. В этой группе довольно популярен нарратив о поступательном развитии, о том, что “сейчас все равно чуть лучше, чем было ранее”.
Во-вторых, сказывается выявленный выше слабый интерес к выборной кампании как таковой, когда люди особо не вникают в тему, соответственно, когда задается вопрос, по которому у человека нет мнения, он склонен воспроизводить социально одобряемый ответ (который кажется наиболее распространенным).
👍6❤1
Явка и голосование
Наиболее любопытная часть электоральных опросов – это потенциальная явка и рейтинг партий. Наш опрос показал, что на выборы собираются пойти 60% казахстанцев. Не пойдут 28%, а 13% еще не решили.
Уровень декларируемой явки ожидаемо коррелирует с возрастом респондентов. Самая активная группа – люди старше 60 лет, где 76% готовы идти голосовать. Среди поколения от 40 до 59 лет явка на уровне 60%. В самой молодой группе лишь каждый второй заявляет, что пойдет на выборы. Также стоит отметить, что электоральная активность у сельчан выше, чем у жителей городов.
Если явка оказалась в прогнозируемых пределах, то вопрос про голосование выдал неожиданный результат. Оказалось, что 61% избирателей, готовых идти на выборы, еще не решили или не знают за кого будут голосовать. За лидера списка – партию “Аманат” готовы отдать голоса всего лишь 20%. Уровень поддержки остальных партий находится в пределах статистической погрешности.
Как можно объяснить такой большой процент затруднившихся? Во-первых, думаю, сказалась техника задавания вопроса. Прослушав вопрос, респонденты сами должны были озвучить название партии, за которую они собираются голосовать. Если бы мы зачитали варианты, то, скорее всего, затруднившихся было меньше. И партия “Аманат”, полагаю, набрал бы больше голосов.
Но, на мой взгляд, список партий стоило бы зачитывать, если опрос проводился вне электорального периода. Но в самый разгар кампании лучше спрашивать без подсказки, чтобы измерить информированный и осознанный выбор избирателей.
Во-вторых, высокая неопределенность в вопросе голосования может говорить о дезориентации массового электората, который был раньше лоялен власти. Все последние годы благодаря своему монопольному положению и использованию административных рычагов, “Нур Отану” удавалось мобилизовать этот электорат. Но, после январских событий (и на фоне общей деелбасизации) лояльность к партии видимо снизилась, а сам бренд стал токсичным. В результате, за преемника партии в лице “Аманат” готовы голосовать гораздо меньше избирателей, что, кстати, ставит под вопрос успешность ребрендинга.
Что касается других партий, похоже, что они тоже растеряли своих сторонников. Игра в конкуренцию, слияния и переименования, блеклые и однотипные лидеры ожидаемо дискредитировали партии. Значимой поддержки нет ни у кого, даже, когда то оппозиционной ОСДП. Новые две партии от остальных принципиально не отличились, следовательно, не закрепились в массовом сознании. Но, самое главное, ни одна из партий не воспринимаются альтернативой партии власти, а протестный электорат, который громко заявил о себе на президентских выборах 2019 года, вновь остается за бортом.
Таким образом, ситуация с голосованием выглядит довольно непредсказуемой. Голоса неопределившихся могут распределиться по-разному. Прежней легкой и внушительной победы у “Аманат” кажется не будет. Но, конечно, при условии, что выборы пройдут честно и без фальсификаций.
Наиболее любопытная часть электоральных опросов – это потенциальная явка и рейтинг партий. Наш опрос показал, что на выборы собираются пойти 60% казахстанцев. Не пойдут 28%, а 13% еще не решили.
Уровень декларируемой явки ожидаемо коррелирует с возрастом респондентов. Самая активная группа – люди старше 60 лет, где 76% готовы идти голосовать. Среди поколения от 40 до 59 лет явка на уровне 60%. В самой молодой группе лишь каждый второй заявляет, что пойдет на выборы. Также стоит отметить, что электоральная активность у сельчан выше, чем у жителей городов.
Если явка оказалась в прогнозируемых пределах, то вопрос про голосование выдал неожиданный результат. Оказалось, что 61% избирателей, готовых идти на выборы, еще не решили или не знают за кого будут голосовать. За лидера списка – партию “Аманат” готовы отдать голоса всего лишь 20%. Уровень поддержки остальных партий находится в пределах статистической погрешности.
Как можно объяснить такой большой процент затруднившихся? Во-первых, думаю, сказалась техника задавания вопроса. Прослушав вопрос, респонденты сами должны были озвучить название партии, за которую они собираются голосовать. Если бы мы зачитали варианты, то, скорее всего, затруднившихся было меньше. И партия “Аманат”, полагаю, набрал бы больше голосов.
Но, на мой взгляд, список партий стоило бы зачитывать, если опрос проводился вне электорального периода. Но в самый разгар кампании лучше спрашивать без подсказки, чтобы измерить информированный и осознанный выбор избирателей.
Во-вторых, высокая неопределенность в вопросе голосования может говорить о дезориентации массового электората, который был раньше лоялен власти. Все последние годы благодаря своему монопольному положению и использованию административных рычагов, “Нур Отану” удавалось мобилизовать этот электорат. Но, после январских событий (и на фоне общей деелбасизации) лояльность к партии видимо снизилась, а сам бренд стал токсичным. В результате, за преемника партии в лице “Аманат” готовы голосовать гораздо меньше избирателей, что, кстати, ставит под вопрос успешность ребрендинга.
Что касается других партий, похоже, что они тоже растеряли своих сторонников. Игра в конкуренцию, слияния и переименования, блеклые и однотипные лидеры ожидаемо дискредитировали партии. Значимой поддержки нет ни у кого, даже, когда то оппозиционной ОСДП. Новые две партии от остальных принципиально не отличились, следовательно, не закрепились в массовом сознании. Но, самое главное, ни одна из партий не воспринимаются альтернативой партии власти, а протестный электорат, который громко заявил о себе на президентских выборах 2019 года, вновь остается за бортом.
Таким образом, ситуация с голосованием выглядит довольно непредсказуемой. Голоса неопределившихся могут распределиться по-разному. Прежней легкой и внушительной победы у “Аманат” кажется не будет. Но, конечно, при условии, что выборы пройдут честно и без фальсификаций.
👍8🔥2
Forwarded from Ras aitamyn (Багдат)
Почему на этих выборах невозможно было победить самовыдвиженцам не от "Аманата"
Прошедшие выборы показали, что введение института самовыдвиженцев в текущем виде - манипуляция Акорды, направленная для демонстрации Западу картинки “демократических реформ”. Во-первых, из 98 депутатов только 29, то есть 30 процентов, могут быть самовыдвиженцами. Остальные 70 % - от партии. Во-вторых, далеко не все 29 депутатов, как показали итоги выборов - независимые самовыдвиженцы.
То есть манипуляцией стало внедрение кандидатов от партии в одномандатные округа, которые были созданы чисто для самовыдвиженцев. Представьте, в соревнование велосипедистов добавляют байкеров на мотоциклах.
В итоге самовыдвиженцы, за которыми не стояли большие организации, власть и деньги, в неравных условиях боролись за голоса избирателей с партийными кандидатами, для которых партия и акиматы задействовали гигантские ресурсы, включая адмресурсы с привлечением учителей, медиков и других бюджетников. То есть, если человек идет от партии, то, как показывает многие скрины и аудиозаписи, то тысячи (возможно и десятки тысяч) голосов бюджетников обеспечены. Независимые самовыдвиженцы не имели даже возможности встретиться с коллективами школ, больниц, закрытых объектов, тогда как кандидатам от партии всюду был зеленый свет.
В итоге ЦИК назвала кандидатов от “Аманата” победителями голосования в 23-х из 29 округов и получилось так, что, по официальным данным, каждый из аманатовцев набрал более 100 тысяч голосов, когда как занявший второе место, во многих случаях, не более 30 тысяч.
Например, область Абай - кандидат от Amanat Нуртай Сабильянов набрал 131,8 тысяч голосов из 230,3 тысяч возможных. У занявшего второе место - 28,8 тысяч. Акмолинская область - Айна Мусралимова (кандидат от Amanat) набрала 154,5 тысяч голосов. Жамбылская область - Гульдара Нурумова (кандидат от Amanat) 190 тысяч голосов. У ближайшего конкурента, журналистки Мадины Жатканбаевой, 26,6 тысяч голосов. Область Жетысу - Руслан Кожасбаев (Amanat) - 132,6 тысяч голосов. У второго места - 18,1 тысяч голосов.
В обоих округах в Карагандинской области также победителями объявлены кандидаты от Amanat. Кудайберген Бексултанов (132,4 тысяч) и директор в ответственной за гибель шахтеров “Арселор Миттал Темиртау” Арман Калыков (145,2 тысяч).
В Кызылординской области Мархабат Жайымбетов, кандидат от Amanatа, набрал 148,6 тысяч голосов.
ВКО - Лукбек Тумашинов (Amanat) - 165,5 тысяч голосов.
СКО - Еркебулан Мамбетов (Amanat) - 153,7 тысяч голосов.
Во всех трех округах в Туркестанской области больше всех голосов у кандидатов от “Аманата”. У них так же сотня тысяч и больше голосов.
Самые большие цифры у кандидата от Amanat Казыбека Алишева, экс-депутата областного маслихата от “Нур Отана”. Вчера, по данным ЦИК, Алишев набрал 238,1 тысяч голосов из 326 тысяч избирателей.
Даже победители среди самовыдвиженцев оказались связанными с “Аманатом”. Например, в округе №20 в Костанайской область набравший 192,1 тысяч голосов Еркин Абиль официально указан как самовыдвиженец. Но он сам признает, что выдвигался от Amanatа.
В Павлодарской области победил Амантай Жаркынбек (168,6 К голосов). Он указан самовыдвиженцем, однако он отправлялся на выборы от партии “Аманат” и благодарил партию. Ардак Назаров, у которого 122 тысяч голосов, также официально - самовыдвиженец. Ранее он был членом партии “Адал”, которая в прошлом году вошла в состав “Аманата”.
Также и Бакытжан Базарбек, названный победителем в 5 округе в Алматы, является членом комиссии по земельным вопросам Jer Amanaty (от партии Amanat) и Даулет Турлыханов, выигравший в округе №1 в Астане, официально - самовыдвиженец, но член партии "Аманат".
Таким образом, и без видео с вбросами бюллетеней и других фальсификаций, сами результаты, где с большим отрывом побеждают люди “Аманата”, заставляют усомниться в честности прошедших выборов не только наблюдателей ОБСЕ, но и казахстанскую общественность.
Прошедшие выборы показали, что введение института самовыдвиженцев в текущем виде - манипуляция Акорды, направленная для демонстрации Западу картинки “демократических реформ”. Во-первых, из 98 депутатов только 29, то есть 30 процентов, могут быть самовыдвиженцами. Остальные 70 % - от партии. Во-вторых, далеко не все 29 депутатов, как показали итоги выборов - независимые самовыдвиженцы.
То есть манипуляцией стало внедрение кандидатов от партии в одномандатные округа, которые были созданы чисто для самовыдвиженцев. Представьте, в соревнование велосипедистов добавляют байкеров на мотоциклах.
В итоге самовыдвиженцы, за которыми не стояли большие организации, власть и деньги, в неравных условиях боролись за голоса избирателей с партийными кандидатами, для которых партия и акиматы задействовали гигантские ресурсы, включая адмресурсы с привлечением учителей, медиков и других бюджетников. То есть, если человек идет от партии, то, как показывает многие скрины и аудиозаписи, то тысячи (возможно и десятки тысяч) голосов бюджетников обеспечены. Независимые самовыдвиженцы не имели даже возможности встретиться с коллективами школ, больниц, закрытых объектов, тогда как кандидатам от партии всюду был зеленый свет.
В итоге ЦИК назвала кандидатов от “Аманата” победителями голосования в 23-х из 29 округов и получилось так, что, по официальным данным, каждый из аманатовцев набрал более 100 тысяч голосов, когда как занявший второе место, во многих случаях, не более 30 тысяч.
Например, область Абай - кандидат от Amanat Нуртай Сабильянов набрал 131,8 тысяч голосов из 230,3 тысяч возможных. У занявшего второе место - 28,8 тысяч. Акмолинская область - Айна Мусралимова (кандидат от Amanat) набрала 154,5 тысяч голосов. Жамбылская область - Гульдара Нурумова (кандидат от Amanat) 190 тысяч голосов. У ближайшего конкурента, журналистки Мадины Жатканбаевой, 26,6 тысяч голосов. Область Жетысу - Руслан Кожасбаев (Amanat) - 132,6 тысяч голосов. У второго места - 18,1 тысяч голосов.
В обоих округах в Карагандинской области также победителями объявлены кандидаты от Amanat. Кудайберген Бексултанов (132,4 тысяч) и директор в ответственной за гибель шахтеров “Арселор Миттал Темиртау” Арман Калыков (145,2 тысяч).
В Кызылординской области Мархабат Жайымбетов, кандидат от Amanatа, набрал 148,6 тысяч голосов.
ВКО - Лукбек Тумашинов (Amanat) - 165,5 тысяч голосов.
СКО - Еркебулан Мамбетов (Amanat) - 153,7 тысяч голосов.
Во всех трех округах в Туркестанской области больше всех голосов у кандидатов от “Аманата”. У них так же сотня тысяч и больше голосов.
Самые большие цифры у кандидата от Amanat Казыбека Алишева, экс-депутата областного маслихата от “Нур Отана”. Вчера, по данным ЦИК, Алишев набрал 238,1 тысяч голосов из 326 тысяч избирателей.
Даже победители среди самовыдвиженцев оказались связанными с “Аманатом”. Например, в округе №20 в Костанайской область набравший 192,1 тысяч голосов Еркин Абиль официально указан как самовыдвиженец. Но он сам признает, что выдвигался от Amanatа.
В Павлодарской области победил Амантай Жаркынбек (168,6 К голосов). Он указан самовыдвиженцем, однако он отправлялся на выборы от партии “Аманат” и благодарил партию. Ардак Назаров, у которого 122 тысяч голосов, также официально - самовыдвиженец. Ранее он был членом партии “Адал”, которая в прошлом году вошла в состав “Аманата”.
Также и Бакытжан Базарбек, названный победителем в 5 округе в Алматы, является членом комиссии по земельным вопросам Jer Amanaty (от партии Amanat) и Даулет Турлыханов, выигравший в округе №1 в Астане, официально - самовыдвиженец, но член партии "Аманат".
Таким образом, и без видео с вбросами бюллетеней и других фальсификаций, сами результаты, где с большим отрывом побеждают люди “Аманата”, заставляют усомниться в честности прошедших выборов не только наблюдателей ОБСЕ, но и казахстанскую общественность.
👍9❤3🤔1
Вчера участвовал на 2-х мероприятиях на тему прошедших выборов. Сначала на онлайн обсуждений, организованным Германо-Казахстанским обществом, затем на дискуссии PaperLab. Первое мероприятие было закрытым, а видео второго будет доступно на следующей неделе. Поэтому свои основные тезисы выкладываю здесь (с некоторыми дополнениями):
Низкая явка на этих выборах - показатель недоверия к институту выборов в Казахстане, а не признак аполитичности граждан (как это пытается выставить пропаганда). Относительно конкурентные выборы в стране последний раз проходили в 2004 году. Все последующие выборы уже строго режиссировались и проходили в стерильных условиях, что обусловило потерю к ним интереса и доверия со стороны избирателей.
Эту тенденцию фиксируют массовые опросы. Например, в 2004 году 57% казахстанцев сказали, что ходили на парламентские выборы ("ЦКТ "Репутация"), а в 2021 году всего свое участие подтверждают лишь 45% (интересно, что одинаковые цифры дают два независимых центра - "ЦСПИ "Стратегия" и "Сандж").
Постэлекторальные опросы кроме того дают возможность фактчекинга. Так, по данным ЦИК в 2004 году официальная явка была 77%, а в 2021 году 63%. Как видите, разница между результатами опроса и цифрами ЦИК составляет примерно 20%. (Напрашивается вывод о реальной явке этого года, но, чтобы не спекулировать лучше дождаться результатов новых постэлекторальных опросов).
Интересно рассмотреть причину неучастия на выборах. Так, в 2004 году в качестве одной из причин своего неучастия на выборах 24% респондентов указали как "результаты выборов известны заранее, от моего голоса ничего не зависит". В 2021 году доля респондентов с таким ответом выросла более чем 2 (!) раза до 55% ("ЦСПИ "Стратегия").
Таким образом, люди не идут на выборы не потому, что им неинтересно участие в политике, а потому что они не верят в честность выборов, считая свое участие бессмысленным. Значит нужно говорить не про аполитичность, а антиполитичность - сознательный отказ казахстанцев от участия в политике.
Выборы этого года, несмотря на нововведения, не смогли вернуть доверие избирателей к выборам. По данным нашего опроса, в 2023 году большинство граждан продолжают считать, что от их голоса ничего не зависит, а результаты выборов предопределены. Каждый второй казахстанец не наблюдал за выборной кампанией и ходом дебатов.
Другая особенность этих выборов - высокий уровень дезориентации той части избирателей, которая привыкла ходить на выборы (бюджетники, старшее поколение, лояльный электорат). Наш опрос показал, что за 2 недели до выборов только 20% из тех, кто собирался на выборы собирался отдать голос за "Аманат". Большинство было не определившимся. Характерно и то, что 63% опрошенных считают, что ни одна из партий не представляет их интересы.
В целом, очевидно, что выборы не только не решили главные проблемы политической системы как низкое доверие, слабое представительство, но и усугубили их. Обещанной перезагрузки не случилось, на манеже все те же. А массовые фальсификации и вбросы вовсе ставят под вопросом легитимность мажилиса и маслихатов. Тем самым, вновь запускается цикл "нечестные выборы - напряженность - закручивание гаек - социальный взрыв". После Қаңтара был шанс разорвать этот замкнутый круг, но, увы, чуда не случилось.
Низкая явка на этих выборах - показатель недоверия к институту выборов в Казахстане, а не признак аполитичности граждан (как это пытается выставить пропаганда). Относительно конкурентные выборы в стране последний раз проходили в 2004 году. Все последующие выборы уже строго режиссировались и проходили в стерильных условиях, что обусловило потерю к ним интереса и доверия со стороны избирателей.
Эту тенденцию фиксируют массовые опросы. Например, в 2004 году 57% казахстанцев сказали, что ходили на парламентские выборы ("ЦКТ "Репутация"), а в 2021 году всего свое участие подтверждают лишь 45% (интересно, что одинаковые цифры дают два независимых центра - "ЦСПИ "Стратегия" и "Сандж").
Постэлекторальные опросы кроме того дают возможность фактчекинга. Так, по данным ЦИК в 2004 году официальная явка была 77%, а в 2021 году 63%. Как видите, разница между результатами опроса и цифрами ЦИК составляет примерно 20%. (Напрашивается вывод о реальной явке этого года, но, чтобы не спекулировать лучше дождаться результатов новых постэлекторальных опросов).
Интересно рассмотреть причину неучастия на выборах. Так, в 2004 году в качестве одной из причин своего неучастия на выборах 24% респондентов указали как "результаты выборов известны заранее, от моего голоса ничего не зависит". В 2021 году доля респондентов с таким ответом выросла более чем 2 (!) раза до 55% ("ЦСПИ "Стратегия").
Таким образом, люди не идут на выборы не потому, что им неинтересно участие в политике, а потому что они не верят в честность выборов, считая свое участие бессмысленным. Значит нужно говорить не про аполитичность, а антиполитичность - сознательный отказ казахстанцев от участия в политике.
Выборы этого года, несмотря на нововведения, не смогли вернуть доверие избирателей к выборам. По данным нашего опроса, в 2023 году большинство граждан продолжают считать, что от их голоса ничего не зависит, а результаты выборов предопределены. Каждый второй казахстанец не наблюдал за выборной кампанией и ходом дебатов.
Другая особенность этих выборов - высокий уровень дезориентации той части избирателей, которая привыкла ходить на выборы (бюджетники, старшее поколение, лояльный электорат). Наш опрос показал, что за 2 недели до выборов только 20% из тех, кто собирался на выборы собирался отдать голос за "Аманат". Большинство было не определившимся. Характерно и то, что 63% опрошенных считают, что ни одна из партий не представляет их интересы.
В целом, очевидно, что выборы не только не решили главные проблемы политической системы как низкое доверие, слабое представительство, но и усугубили их. Обещанной перезагрузки не случилось, на манеже все те же. А массовые фальсификации и вбросы вовсе ставят под вопросом легитимность мажилиса и маслихатов. Тем самым, вновь запускается цикл "нечестные выборы - напряженность - закручивание гаек - социальный взрыв". После Қаңтара был шанс разорвать этот замкнутый круг, но, увы, чуда не случилось.
👍17❤3🤔1💩1
На Deutsche Welle оказывается вышла статья по следам вчерашнего круглого стола.
https://www.dw.com/ru/hotat-li-kazahstancy-peremen-cto-pokazali-itogi-vyborov-v-mazilis/a-65172228
https://www.dw.com/ru/hotat-li-kazahstancy-peremen-cto-pokazali-itogi-vyborov-v-mazilis/a-65172228
DW
Хотят ли казахстанцы перемен? Что выявили выборы в парламент
Как оценило внеочередные выборы в парламент страны население Казахстана? Как комментируют результаты голосования международные эксперты и стоит ли ждать дальнейших реформ?
👍5❤3
Недавно вышли результаты большого исследования, посвященного медиапотреблению и медиаграмотности в странах ЦА. Это проект Internews, реализованный местными и зарубежными исследователями. Здесь опубликованы итоговые материалы.
Сильная сторона исследования в его сравнительном характере. Проводились массовые опросы и глубинные интервью во всех странах региона, кроме Туркменистана. В докладе есть подробное описание методологии, что также является плюсом.
Но мне не совсем понравились формулировки и варианты некоторых вопросов. Например, спрашивали про доверие к государственным и негосударственным СМИ, что в нашем контексте не совсем релевантно. И есть вопросы к представлению результатов исследования. Доклад читается тяжеловато, текст чрезмерно описательный. Страдает визуализация данных, диаграммы местами не читабельны. Видно, что провели большую работу, но на анализ и шлифовку как будто не хватило времени.
Но несмотря на эти минусы, исследование достойно внимания. В частности, интересны следующие результаты:
- Исследование фиксирует тренд на цифровизацию и рост онлайн-медиа в регионе. В особенности это актуально для Казахстана и Кыргызстана, где социальные сети постепенно смещают ТВ в качестве источника новостей. В Таджикистане и Узбекистане, по-прежнему, люди чаще узнают новости по телевидению, что, скорее всего, связано с относительно слабым проникновением интернета.
- Другой важный тренд - мобильное или индивидуальное медиапотребление. Во всех странах смартфоны стали главным устройством для выхода в сеть. Это значит, что будет дальше расти спрос на блогеров и нишевый контент.
- Общей тенденцией также является медиапотребление на национальных языках. За исключением Казахстана, во всех странах ЦА аудитория больше предпочитает получать новости на своих языках.
- Наиболее популярными соцсетями являются Инстаграм (Казахстане) и Youtube (Кыргызстан). Фейсбук и ТикТок популярны на уровен 20% аудитории региона.
- В Казахстане и Кыргызстане задавался вопрос о том, кто виноват в войне в Украине. Оказалось, что в Казахстане чаще винят в этом Россию (18%), а в Кыргызстане США (24%).
Сильная сторона исследования в его сравнительном характере. Проводились массовые опросы и глубинные интервью во всех странах региона, кроме Туркменистана. В докладе есть подробное описание методологии, что также является плюсом.
Но мне не совсем понравились формулировки и варианты некоторых вопросов. Например, спрашивали про доверие к государственным и негосударственным СМИ, что в нашем контексте не совсем релевантно. И есть вопросы к представлению результатов исследования. Доклад читается тяжеловато, текст чрезмерно описательный. Страдает визуализация данных, диаграммы местами не читабельны. Видно, что провели большую работу, но на анализ и шлифовку как будто не хватило времени.
Но несмотря на эти минусы, исследование достойно внимания. В частности, интересны следующие результаты:
- Исследование фиксирует тренд на цифровизацию и рост онлайн-медиа в регионе. В особенности это актуально для Казахстана и Кыргызстана, где социальные сети постепенно смещают ТВ в качестве источника новостей. В Таджикистане и Узбекистане, по-прежнему, люди чаще узнают новости по телевидению, что, скорее всего, связано с относительно слабым проникновением интернета.
- Другой важный тренд - мобильное или индивидуальное медиапотребление. Во всех странах смартфоны стали главным устройством для выхода в сеть. Это значит, что будет дальше расти спрос на блогеров и нишевый контент.
- Общей тенденцией также является медиапотребление на национальных языках. За исключением Казахстана, во всех странах ЦА аудитория больше предпочитает получать новости на своих языках.
- Наиболее популярными соцсетями являются Инстаграм (Казахстане) и Youtube (Кыргызстан). Фейсбук и ТикТок популярны на уровен 20% аудитории региона.
- В Казахстане и Кыргызстане задавался вопрос о том, кто виноват в войне в Украине. Оказалось, что в Казахстане чаще винят в этом Россию (18%), а в Кыргызстане США (24%).
ru.internews.kz
Результаты исследования по медиапотреблению в странах Центральной Азии: полный текст, презентации спикеров и другие файлы по теме…
14 апреля в Кыргызстане, 17 апреля в Казахстане и 19 апреля в Таджикистане пройдут презентации результатов исследования по медиапотреблению и медиаграмотности в странах Центральной Азии. Оно проведено Европейским советом добрососедства (ENC) при финансовой…
👍11🔥2🤔1
На прошлой неделе выступал в Бишкеке на мероприятии Central Asia Barometer, посвященном новым перспективам в отношениях между ЕС и странами Центральной Азии. Коллеги из CAB презентовали результаты своих опросов по восприятию жителями стран региона войны в Украине.
По результатам исследования, оказалось, что в Казахстане и Кыргызстане интерес к ситуации в Украине заметно выше, чем в Узбекистане (примерно 70 на 50%). Это согласуется с тем, что первые две страны гораздо больше вовлечены в орбиту российских СМИ, чем третья. Так, в РК и КР 64 и 65% респондентов сказали, что получают новости или развлекательный контент из российских СМИ. А в случае РУ это 56%.
Интересные вопросы задавали коллеги по поводу отношения людей к войне. Так, например, жителей РК и КР спросили, какая из сторон, прежде всего, ответственна за ситуацию в Украине. Выяснилось, что кыргызстанцы склонны больше винить Украину (30%), и потом Россию (19%). В Казахстане картина зеркальная: здесь больше винят Россию (27%), чем Украину (23%).
Следующий вопрос - в какой степени специальная военная операция России (так сформулировано) оправдана или не оправдана? Кыргызстанцы разделились примерно на два лагеря, считающих, что она оправдана или не оправдана (примерно по 35%). В Казахстане вновь более выражена проукраинская позиция: 44% считают ее не оправданной против 30% тех, кто оправдывают СВО.
(Такие результаты подтверждают результаты опроса DEMOSCOPE, который также показал, что среди казахстанцев больше сторонников Украины, чем России).
С чем это связано - вопрос открытый. Во время и после ивента мы с коллегами обсуждали этот момент и выдвинули ряд гипотез. Вот некоторые из них:
а) Казахстанцы больше ощущают опасность от РФ, чем кыргызстанцы (откровенные выпады российских политиков);
б) Российская пропаганда и ее мягкая сила в КР больше влиятельна, чем в Казахстане;
в) Фактор трудовой миграции и экономической зависимости КР от России;
Ниже с разрешения коллег публикую сами слайды (они на английском)
По результатам исследования, оказалось, что в Казахстане и Кыргызстане интерес к ситуации в Украине заметно выше, чем в Узбекистане (примерно 70 на 50%). Это согласуется с тем, что первые две страны гораздо больше вовлечены в орбиту российских СМИ, чем третья. Так, в РК и КР 64 и 65% респондентов сказали, что получают новости или развлекательный контент из российских СМИ. А в случае РУ это 56%.
Интересные вопросы задавали коллеги по поводу отношения людей к войне. Так, например, жителей РК и КР спросили, какая из сторон, прежде всего, ответственна за ситуацию в Украине. Выяснилось, что кыргызстанцы склонны больше винить Украину (30%), и потом Россию (19%). В Казахстане картина зеркальная: здесь больше винят Россию (27%), чем Украину (23%).
Следующий вопрос - в какой степени специальная военная операция России (так сформулировано) оправдана или не оправдана? Кыргызстанцы разделились примерно на два лагеря, считающих, что она оправдана или не оправдана (примерно по 35%). В Казахстане вновь более выражена проукраинская позиция: 44% считают ее не оправданной против 30% тех, кто оправдывают СВО.
(Такие результаты подтверждают результаты опроса DEMOSCOPE, который также показал, что среди казахстанцев больше сторонников Украины, чем России).
С чем это связано - вопрос открытый. Во время и после ивента мы с коллегами обсуждали этот момент и выдвинули ряд гипотез. Вот некоторые из них:
а) Казахстанцы больше ощущают опасность от РФ, чем кыргызстанцы (откровенные выпады российских политиков);
б) Российская пропаганда и ее мягкая сила в КР больше влиятельна, чем в Казахстане;
в) Фактор трудовой миграции и экономической зависимости КР от России;
Ниже с разрешения коллег публикую сами слайды (они на английском)
👍39❤1
Провели с Demoscope очередной опрос по поводу восприятия войны в Украине среди граждан Казахстана. Мы видим, что за полгода общественное мнение вокруг этой темы остается относительно устойчивым. В частности, не изменился уровень поддержки сторон конфликта. Как и полгода назад, более 20% респондентов говорят о поддержке Украины, а 13% России. При этом, как и ранее, большинство граждан предпочитает занимать нейтральную позицию - 60%.
Не поменялось также видение того, как завершится война: более половины казахстанцев ожидают, что стороны придут к компромиссу и более четверти затрудняются с прогнозом. Победу Украины или России также прогнозируют незначительное число респондентов (1/10).
Но, по другим вопросам есть заметная динамика. Например, произошло снижение интереса к новостям о войне. Сейчас доля тех, кто не следит за событиями выросло с 38 до 47%.
Также обращает внимание, как меняется интерпретация этого конфликта. Доли сторонников версии о СВО или войны с НАТО практически не поменялись. Но, стало заметно больше тех, кто считает, что Россия ведет войну против Украины с целью оккупации (с 22 до 28%). Рост произошел за счет снижения числа затрудняющихся с ответом на этот вопрос.
Вероятность нападения России на Казахстан большинство опрошенных все еще считают маловероятной (62%). Но при этом стало больше тех, кто допускает такую возможность: "это возможно" - с 8 до 15%, "возможно при определенных обстоятельствах" - с 19 до 23%.
https://demos.kz/infografika-otnoshenie-kazahstancev-k-vojne-v-ukraine/
Не поменялось также видение того, как завершится война: более половины казахстанцев ожидают, что стороны придут к компромиссу и более четверти затрудняются с прогнозом. Победу Украины или России также прогнозируют незначительное число респондентов (1/10).
Но, по другим вопросам есть заметная динамика. Например, произошло снижение интереса к новостям о войне. Сейчас доля тех, кто не следит за событиями выросло с 38 до 47%.
Также обращает внимание, как меняется интерпретация этого конфликта. Доли сторонников версии о СВО или войны с НАТО практически не поменялись. Но, стало заметно больше тех, кто считает, что Россия ведет войну против Украины с целью оккупации (с 22 до 28%). Рост произошел за счет снижения числа затрудняющихся с ответом на этот вопрос.
Вероятность нападения России на Казахстан большинство опрошенных все еще считают маловероятной (62%). Но при этом стало больше тех, кто допускает такую возможность: "это возможно" - с 8 до 15%, "возможно при определенных обстоятельствах" - с 19 до 23%.
https://demos.kz/infografika-otnoshenie-kazahstancev-k-vojne-v-ukraine/
❤15👍5
Қазақ деген категория политонимге айналуы төменнен жүретін процесс. Ұлтты жоғарыдан қалыптастыратын заман өтіп кеткен. Мемлекет азаматтардың тең құқығын және инклюзивті саяси институттарды қамтамасыз етуі керек.
Тоқаевтың Ассамблея отырысында айтқан сөзіне қатысты жаңаша форматта комент
https://www.instagram.com/reel/CsaP9P2K8xH/?igshid=MTc4MmM1YmI2Ng==
Тоқаевтың Ассамблея отырысында айтқан сөзіне қатысты жаңаша форматта комент
https://www.instagram.com/reel/CsaP9P2K8xH/?igshid=MTc4MmM1YmI2Ng==
👍15
В соцсетях вновь развернулась дискуссия о "нашем" и "чужом" исламе . Как обычно, стороны обменялись взаимными обвинениями и стали выяснять какая одежда является традиционной для казахских женщин, что дозволено в исламе, а что нет и т.д.
Хотя эти разговоры контрпродуктивны и не предполагают какого-либо компромисса, они являются важным маркером существующей напряженности в сфере религиозной политики, и шире - религиозных свобод в Казахстане.
Эта напряженность во многом вызвана репрессивной и дискриминационной политикой нашего госаппарата. В 2011 году, после ряда актов джихадизма по стране, у нас развернулась активная борьба с экстремизмом и терроризмом. После выездов в Сирию наших граждан, борьба стала еще более массированной.
Одним из главных последствий этой борьбы стало формирование дискурса об опасных "нетрадиционных" или "деструктивных" течениях, которым противопоставлялся наш "традиционный" или безопасный ислам. Это противопоставление стало главной идеей государственной пропаганды в сфере религии, а также легло в основу "профилактических" мер на местах.
В итоге возникла целая отрасль по борьбе с "деструктивными течениями" с собственной инфраструктурой, инструментами и людьми со специфическим видением религиозной политики. Хотя, для нас исследователей очевидно, что не существует никакого "традиционного" и "нетрадиционного" ислама. При погружении в религиозную среду можно увидеть огромную мозаику из идей и убеждений, которые не вписываются в такое искусственное разделение.
Но, к сожалению, этот дискурс очень сильно повлиял на восприятие ислама в Казахстане. С подачи пула экспертов, имамов, теологов и журналистов, обслуживающих государственную повестку, произошла стигматизация людей с характерной внешностью. Сформировался устойчивый миф про бородатых "салафитов", которые являются потенциальными экстремистами. Этот образ активно эксплуатируется госпропагандой не только для оправдания репрессивной политики в сфере религии, но и для политических целей. Так, во время январских протестов, первым делом возникла версия о неких "салафитах" и "представителях деструктивных религиозных течений", пытавшихся захватить Алматы.
Также важно понимать, что в нашей стране, как и в целом по Центральной Азии, идет быстрый процесс исламизации. Это долгосрочный и необратимый тренд, обусловленный больше историческими и демографическими факторами, а не внешней пропагандой, как думают наши чиновники. Хотим мы того или нет, ислам будет играть все большую роль в социальной и политической жизни страны. И задача государства - создать инклюзивное правовое и политическое поле, в котором не будет разделения на "правильных" и "неправильных" верующих. Для этого важно начать пересматривать те законодательные нормы и практики в религиозной сфере на предмет здравого смысла и конституционных прав граждан.
Ниже еще можете почитать обзор по итогам нашей дискуссии на эту тему. Спикеры хорошо осветили самые проблемные моменты, включая вопрос чрезмерного регулирования религиозного поля, доходящего до абсурда. Например, случай с журналисткой, которую привлекли к ответственности за публикацию интервью с местным имамом. Или ситуации, когда рядовым верующим госорганы названивают для "профилактических" бесед.
К слову, это уже наша 3-я дискуссия на тему религии в Казахстане. К сожалению, за последние несколько лет ситуация не меняется. Как и ранее "безопасность прежде всего" остается главной парадигмой, которым руководствуются госорганы, когда речь идет про религиозную сферу (хорошая иллюстрация этой парадигмы - лексика и манера представителя профильного ведомства, участвовавшего в нашей дискуссии). Но, для меня очевидно, что такой подход будет провоцировать все больше конфликтов в обществе и усиливать вражду между гражданами.
https://vlast.kz/obsshestvo/55179-cto-mne-sdelat-ctoby-mne-nikto-ne-zvonil-i-mou-semu-ne-trevozil.html
Хотя эти разговоры контрпродуктивны и не предполагают какого-либо компромисса, они являются важным маркером существующей напряженности в сфере религиозной политики, и шире - религиозных свобод в Казахстане.
Эта напряженность во многом вызвана репрессивной и дискриминационной политикой нашего госаппарата. В 2011 году, после ряда актов джихадизма по стране, у нас развернулась активная борьба с экстремизмом и терроризмом. После выездов в Сирию наших граждан, борьба стала еще более массированной.
Одним из главных последствий этой борьбы стало формирование дискурса об опасных "нетрадиционных" или "деструктивных" течениях, которым противопоставлялся наш "традиционный" или безопасный ислам. Это противопоставление стало главной идеей государственной пропаганды в сфере религии, а также легло в основу "профилактических" мер на местах.
В итоге возникла целая отрасль по борьбе с "деструктивными течениями" с собственной инфраструктурой, инструментами и людьми со специфическим видением религиозной политики. Хотя, для нас исследователей очевидно, что не существует никакого "традиционного" и "нетрадиционного" ислама. При погружении в религиозную среду можно увидеть огромную мозаику из идей и убеждений, которые не вписываются в такое искусственное разделение.
Но, к сожалению, этот дискурс очень сильно повлиял на восприятие ислама в Казахстане. С подачи пула экспертов, имамов, теологов и журналистов, обслуживающих государственную повестку, произошла стигматизация людей с характерной внешностью. Сформировался устойчивый миф про бородатых "салафитов", которые являются потенциальными экстремистами. Этот образ активно эксплуатируется госпропагандой не только для оправдания репрессивной политики в сфере религии, но и для политических целей. Так, во время январских протестов, первым делом возникла версия о неких "салафитах" и "представителях деструктивных религиозных течений", пытавшихся захватить Алматы.
Также важно понимать, что в нашей стране, как и в целом по Центральной Азии, идет быстрый процесс исламизации. Это долгосрочный и необратимый тренд, обусловленный больше историческими и демографическими факторами, а не внешней пропагандой, как думают наши чиновники. Хотим мы того или нет, ислам будет играть все большую роль в социальной и политической жизни страны. И задача государства - создать инклюзивное правовое и политическое поле, в котором не будет разделения на "правильных" и "неправильных" верующих. Для этого важно начать пересматривать те законодательные нормы и практики в религиозной сфере на предмет здравого смысла и конституционных прав граждан.
Ниже еще можете почитать обзор по итогам нашей дискуссии на эту тему. Спикеры хорошо осветили самые проблемные моменты, включая вопрос чрезмерного регулирования религиозного поля, доходящего до абсурда. Например, случай с журналисткой, которую привлекли к ответственности за публикацию интервью с местным имамом. Или ситуации, когда рядовым верующим госорганы названивают для "профилактических" бесед.
К слову, это уже наша 3-я дискуссия на тему религии в Казахстане. К сожалению, за последние несколько лет ситуация не меняется. Как и ранее "безопасность прежде всего" остается главной парадигмой, которым руководствуются госорганы, когда речь идет про религиозную сферу (хорошая иллюстрация этой парадигмы - лексика и манера представителя профильного ведомства, участвовавшего в нашей дискуссии). Но, для меня очевидно, что такой подход будет провоцировать все больше конфликтов в обществе и усиливать вражду между гражданами.
https://vlast.kz/obsshestvo/55179-cto-mne-sdelat-ctoby-mne-nikto-ne-zvonil-i-mou-semu-ne-trevozil.html
Власть
«Что мне сделать, чтобы мне никто не звонил и мою семью не тревожил?»
15 мая в Астане исследовательский центр Paperlab провел публичную дискуссию на тему «Свобода вероисповедания: контролировать нельзя доверять». Эксперты обсудили контроль религии в Казахстане, проблематику использования слов «деструктивные» и «нетрадиционные»…
👍15🔥1💩1
Forwarded from Alzhanov
День памяти жертв политических репрессий – пустая оболочка, пока еще не наполненная переосмыслением колониального и тоталитарного прошлого, а также примерами борьбы с авторитарным настоящим.
За прошедшие годы, мы так и не стали зрелым обществом, не усвоили уроков прошлого, не побороли свои страхи, не изменили природу репрессивного государства. Мы крайне невежественны, не знаем свой истории, не имеем исторической памяти, за 30 лет не раскрыли архивы, не построили музеи, не дали оценку действиям правительства в разные исторические периоды. От империи, до независимой республики. С пафосом говорим о прошлом, но закрываем глаза на репрессии и несправедливость в настоящем. Потому, что удобно и безразлично. Так и наматываем круги истории.
За прошедшие годы, мы так и не стали зрелым обществом, не усвоили уроков прошлого, не побороли свои страхи, не изменили природу репрессивного государства. Мы крайне невежественны, не знаем свой истории, не имеем исторической памяти, за 30 лет не раскрыли архивы, не построили музеи, не дали оценку действиям правительства в разные исторические периоды. От империи, до независимой республики. С пафосом говорим о прошлом, но закрываем глаза на репрессии и несправедливость в настоящем. Потому, что удобно и безразлично. Так и наматываем круги истории.
👍24❤3🔥1
Қазақстандағы болып жатқан оқиғаларды үнемі бақылап отыру психикаға кәдімгідей салмақ түсіреді. Әсіресе, саяси өмірдегі соңғы жаңалықтар ертеңге деген сеніміңді күйретіп тастайды. Бір жағынан, белсенділерді түрмеге қамау, цензураны одан әрі күшейту, ашықтан ашық журналистерді "сатып алу" жүріп жатса, екінші жағынан, жоғары трибуналардан әділеттік пен жауапкершілік туралы сөз қозғалып, азаматтарға қалай адал болу керектігі үйретіліп жатады.
Мұндай диссонанс туғызатын жағдай біздің қоғам үшін үйреншікті екені түсінікті. Көпшілік жүйені өзгерте алмайсың деп қойып, оған бейімделуге тырысады, не болмаса қоғамдық-саяси өмірден біржола алшақтап, тек жеке бастың қамымен өмір сүреді.
Бірақ, түнекте жүрсе де, ішкі сәулесін өшірмеген адамдар арамызда баршылық. Олар түрлі әлеуметтік бастамалар арқылы қоғамдық мәселелерді шешуге ат салысып жүр. Елімізге тың идеялар алып келіп, жаңаша орта қалыптастыруда. Сондай бастамалардың бірі "Таңғы шәй" жобасын және оны ұйымдастырып жүрген замандастарымды ерекше атап өткім келеді.
Таза азаматтық бастамаға негізделген жобаның мақсаты қазақ тілді эксперттерге алаң ұсыну, ғылым мен білімді насихаттау және интеллектуал орта қалыптастыру. Алматыда басталған отырыстар қазір Астана мен Шымкентте өтеді. Басқа да аймақтарды қамту жоспарда бар екен.
Астанада болған отырыстың алғашқы қонағы болу мен үшін мәртебе болды. Бұл кездесу жайында әні-міні жазамын деп жүр едім, әдеттегідей қол тимей кетті. Кеше ғана Власть.кз сайтында шыққан Бэлланың осы жоба туралы сұхбатын көріп, бөлісуді жөн көрдім.
Егер бұл жоба жайында естімеген болсаңыздар Инстаграмдағы erkinadamdar парақшасына жазылыңыздар, барлық ақпарат осы жерде.
https://vlast.kz/vlast-qazaqsha/55702-tagy-saj.html
Мұндай диссонанс туғызатын жағдай біздің қоғам үшін үйреншікті екені түсінікті. Көпшілік жүйені өзгерте алмайсың деп қойып, оған бейімделуге тырысады, не болмаса қоғамдық-саяси өмірден біржола алшақтап, тек жеке бастың қамымен өмір сүреді.
Бірақ, түнекте жүрсе де, ішкі сәулесін өшірмеген адамдар арамызда баршылық. Олар түрлі әлеуметтік бастамалар арқылы қоғамдық мәселелерді шешуге ат салысып жүр. Елімізге тың идеялар алып келіп, жаңаша орта қалыптастыруда. Сондай бастамалардың бірі "Таңғы шәй" жобасын және оны ұйымдастырып жүрген замандастарымды ерекше атап өткім келеді.
Таза азаматтық бастамаға негізделген жобаның мақсаты қазақ тілді эксперттерге алаң ұсыну, ғылым мен білімді насихаттау және интеллектуал орта қалыптастыру. Алматыда басталған отырыстар қазір Астана мен Шымкентте өтеді. Басқа да аймақтарды қамту жоспарда бар екен.
Астанада болған отырыстың алғашқы қонағы болу мен үшін мәртебе болды. Бұл кездесу жайында әні-міні жазамын деп жүр едім, әдеттегідей қол тимей кетті. Кеше ғана Власть.кз сайтында шыққан Бэлланың осы жоба туралы сұхбатын көріп, бөлісуді жөн көрдім.
Егер бұл жоба жайында естімеген болсаңыздар Инстаграмдағы erkinadamdar парақшасына жазылыңыздар, барлық ақпарат осы жерде.
https://vlast.kz/vlast-qazaqsha/55702-tagy-saj.html
❤26
Авторитар елде жалғыз адам не істей алады дейтіндерге Бахытжан Төрегожинаны үлгі етер едім. Міндетті түрде көру керек фильм екен
❤8